Возьму тебя за руку и не отпущу

– Мы переходим к следующей новости, – продолжила ведущая новостной программы, когда ее коллега закончил репортаж с места событий и исчез с экрана. – Зима наконец-то вступила в свои права, а вместе с ней началась подготовка к Новогоднему шоу на льду, за которым последует соревнования между спортивный школами. В этом году соревнования обещают быть самыми нашумевшими за последние десять лет, поскольку среди школ-участниц зарегистрирована школа Илина, получившая поддержку и финансирование главы крупнейшей фармацевтической компании, госпожи Вэнь Цин. Напомним, что госпожа Вэнь Цин вместе со своим младшим братом всего год назад считалась пропавшей без вести, как и Вэй Усянь, который помог школе добиться такой внушительной поддержки. Вэнь Цин и Вэй Усянь, пропавшие и вернувшиеся в одно и тоже время, говорят, что они просто друзья, однако слухи и мнение общественности считают иначе. В сети распространили фотографии так называемого свидетельства о браке Вэнь Цин и Вэй Усяня, который мог бы послужить началом их партнерства, однако, подтвержденный экспертами документ, стал неоспоримым доказательством того, что это не более, чем фальшивка. А сейчас посмотрим репортаж из Гуань Инь, недавно отреставрированного района, который на время соревнований станет спортивным городком для участников и временным домом. – Эта Ван Линцзяо никогда мне не нравилась! – глядя на девушку на экране и тут же сломав карандаш, заявила Вэнь Цин. – Если бы не поддержка моего глупого, недальновидного кузена она до сих пор была бы шлюхой из того пригородного борделя, из которого ее вытащили, как собака из сарая! – Сестра, успокойся! – примирительным тоном сказал Вэнь Нин. – Ты же в любой момент можешь рассказать о ее прошлом общественности, и она вернется к тому с чего начала, – сказал Вэй Ин, пальцами придерживая рюмку с виски. Вэнь Цин не сильно одобряла идею держать в кабинете алкоголь, но сдалась под напором Усяня. – Если бы я это сделала, наш тринадцатилетний план рухнул бы еще до его воплощения, – усмехнулась Вэнь Цин, сложив руки на груди, и перевела взгляд с брата и друга на трансляцию. На экране появились кадры спортивного городка: новые деревянные домики стояли в отдалении друг от друга и окружали большой двухэтажный комплекс, который, скорее всего, будет служить жилищем для тренеров, их помощников и спонсоров. На фоне хвойного леса это место напоминало загородный дом влиятельного и успешного человека. На приличном расстоянии от жилой части находился тренировочный полигон, через который планировалось проложить лыжную дорожку для гонок и соревнований по биатлону, к которому были допущены только старшие ученики. Склон с уже выровненным снегом выглядел пустым и одиноким, но только на данном этапе. Совсем скоро, представлял Вэй Ин, смотря на это через экран плазменного телевизора, дети в цветных курточках будут бегать и скатываться со склона с покрасневшими от холода щечками, замерзшие, но жутко довольные. – Что скажешь? – спросила Вэнь Цин, сидя во главе длинного лакированного стола. – Я польщен тем, что ты послушалась моего совета, сестра Вэнь, – сказал Вэй Ин, растянувший губы в самодовольной улыбке. – Уверен, для твоей компании будет неплохо получать дополнительный доход. – В будущем, – заговорил Цзинь Гуаньяо, находящийся по ту сторону экрана, – после соревнований, это место станет детским спортивным лагерем, в котором дети смогут получать знания об основах интересного для них спорта. Сразу после оглашения результатов, мы начнем собеседования с людьми на должности педагогов и подготовку к первой летней смене в этом лагере. – Сказал бы хоть что-нибудь про соревнования, – фыркнул Вэй Ин, находившийся по правую руку от Вэнь Цин, и, закинув ногу на ногу, откинулся на спинку кожаного кресла. – Это не поможет, – робко улыбнулся Вэнь Нин, который до этого молча сидел напротив Вэй Ина. –Верно, – кивнула госпожа Цин, нежно улыбнувшись младшему брату, – сейчас все внимание до сих пор прикованно к нашему триумфальному возвращению. К тому же эти слухи про нас с тобой... – она повернулась к Вэй Ину, который краем глаз все еще поглядывал на экран. – Многие репортеры приедут на соревнования ради компроментирующих кадров, в которых ты будешь прижимать меня к стене и неистово целовать в губы, – улыбнулась женщина, когда Вэй Усянь звонко и заразительно засмеялся, а Вэнь Нин густо покраснел, даже шея покрылась розовыми пятнами. С тех пор как они с сестрой попали с Усянем в одну лодку как "пропавшие без вести", та понемногу поддалась влиянию, кажется, самого бесстыдного человека, которого она когда-либо встречала. Однако при этом все еще оставалась собой – строгой главой компании и заботливой старшей сестрой одновременно. – Согласись, ради этого стоило сидеть в тени, – ухмыльнулся Вэй Ин, одним глотком опустошив стакан и со звонким стуком поставив его на стол. – Я уже и забыл, как Цзян Чэн краснеет, когда он зол! Клянусь, я прямо чувствовал, как от электричества вокруг него поднимаются искры! Вэнь Нин и его сестра отделались короткими смешками, ведь лицо главы школы Цзян на самом деле было непередаваемым зрелищем в тот момент, когда позицию тренера занял Вэй Усянь, чье лицо даже не каждый мог вспомнить, а кто-то из молодого поколения и вовсе не знал о томо его существовании. Лань Цижень был настолько шокирован, что его старший племянник все оставшееся время выступления воспитанников Вэй Ина поддерживал дядю. А как Цзинь Гуаньяо сдерживал свои эмоции... (вот только какие именно, никто так и не понял). Однако взгляд золотистых глаз Вэй Ину точно не забыть. Как только их владелец не смотрел на него за те два года, что они учились в одной группе в Гусу! А эти мягкие – а Вэй Ин был уверен, что они были мягкими – губы множество раз называли его убожеством или бесстыдником. Когда Усянь поймал его взгляд, он может поклясться, что был готов утонуть в этом омуте расплавленного золота. Хотелось бежать и бежать далеко, потому что Вэй Ин боялся, что увидит в этих глазах то же презрение, что и до его "исчезновения". В то же время хотелось прильнуть к нему, схватиться что есть сил, пусть его хоть отдирают, но он не смог бы ослабить хватку. "Почему же ты, Лань Чжань, смотрел на меня так, будто желал увидеть?" Вот только, наверное, так казалось одному Вэй Ину. Наверняка он спутал желание с презрением, ведь когда-то Лань Чжань даже не признал их отношения приятельскими, бросив резкое: "Вздор!". Пусть потом Старейшине Илина и пришлось убегать от репортеров, он бы нашел способ остановиться и поговорить с Ванцзи. И пусть весь мир будет рушиться, Усянь сделал бы все возможное, чтобы хоть на мгновение почувствовать этот взгляд, заставляющий ноги подкашиваться, а грудную клетку сжиматься от неожиданно отяжелевшего сердца. Хоть на мгновение стать нужным ему. Это единственное что утаил от брата и сестры Вэнь Вэй Усянь. – Вэй Ин! – словно через толщу воды он услышал зовущий его голос Вэнь Цин. – Ты снова не выспался что ли? Дать тебе пропуск в комнату отдыха? – Если так, господин Вэй, то вам лучше отдохнуть перед пресс-конференцией, – произнёс Вэнь Нин, пододвигая к Усяню чашку чая, которую успел заварить, пока последний предавался воспоминаниям. – Пресс-конференцией..? – переспросил Вэй Ин, устало потерев переносицу. – Я знала, что ты меня не слушал! – гордо и в тоже время раздраженно заявила Вэнь Цин. – У меня встреча с Сяо Синченем через пятнадцать минут, поэтому Вэнь Нин тебе все расскажет. – Сяо Синчень? – тут же заинтересовался Вэй Ин. Этот господин был другом детства матери Вэй Ина, можно сказать, названным братом Цансе Саньжень. К тому же здорово помог их троице, предложив тем пристанище сначала на год, а потом и на все тринадцать лет в своем доме, в известной лишь узкому кругу людей глубинке. Двенадцать лет назад, когда он в очередной раз приехал их навестить, то привез с собой милую трехлетнюю малышку А-Цин, которую менее чем через два месяца удочерил и дал свою фамилию. Сейчас А-Цин была одной из немногих учеников Вэй Ина, а ее приемный отец за эти годы открыл сеть частных больниц, специализирующихся на глазной хирургии. А ведь начинал, как и Вэнь Цин, обычным врачом в городской поликлинике. Сейчас оба должны встретиться по какому-то делу – Вэй Ин даже не пытался вникнуть в суть. Скорее всего, предполагал он, будут заключать договор о сотрудничестве. Он знал, что это встреча просто формальность, ведь Вэнь Цин в благодарность за помощь уже сейчас готова была подписать все нужные бумаги. Но на встрече настоял Сяо Синчень. Он был не из тех, кто хотел получить желаемое так легко и собирался хотя бы провести переговоры с Вэнь Цин и уже потом составить договор. Признаться, Усянь восхищался этим человеком. Подумать только, тебе почти на серебряном блюдечке преподносят любые условия, а ты хочешь доказать, что достоин сотрудничать с такой крупной компанией. Сяо Синчень не хотел так легко подписывать договор лишь потому, что ему кто-то должен. Желание делать все по правилам... И вот Вэй Ин снова вспоминает Лань Чжаня и эту его привычку. Ну почему любые размышления приводили к нему?

***

– Каждая школа будет устраивать пресс-конференцию, чтобы представить участников, – сказал Вэнь Нин, придерживая у груди папку, которую ему торжественно вручила Вэнь Цин и строго настрого запретила терять. Хотя, зная ее младшего брата, он бы и без предупреждения не потерял бы. – В этом году в соревнованиях будут дебютировать новички, поэтому многие школы надеются представить их именно на брифингах. – Ну у нас что учеников, что новичков довольно мало, – пожал плечами Вэй Ин, мысленно перечисляя своих подопечных. – Это будет недолго. – Долго или нет – будут решать журналисты и их вопросы, – улыбнулся Вэнь Нин, и в этой улыбке помимо всей его привычной доброжелательности промелькнуло ехидство. – В конце концов, это они у нас ведут в вальсе, – ну куда же он без цитат своей сестры? – Мы уже две недели отклоняем предложение сделать Вас ведущей звездой в Новогоднем шоу. – Либо Цзинь Гуаньяо так хочет сделать свое шоу успешным, либо хочет узнать причину моего ухода из катания, – просто отмахнулся Вэй Ин. – Прошу Вас, откажите им напрямую, – сказал младший Вэнь, остановившись посреди коридора. – Наша компания специализируется вовсе не на пиаре звезд, а на фармацевтике! А все из-за того, что ваши контакты кроме нас с сестрой никому неизвестны. – Может, Сун Лань справится без меня на этой конференции? – задумался Вэй Ин, всем своим видом давая понять, что он совсем не слушал. Возможно, когда-то он и любил покрасоваться на публике, а на пресс-конференциях так вовсе умудрялся флиртовать с журналистками, за что неоднократно получал от Мадам Юй. Вот только теперь подобные мероприятия его раздражали и вызывали головные боли. Почему же он раньше не заметил, насколько коварны и упрямы бывают представители прессы? – Господин Сун Лань не может представлять сразу два отделения, – ответил Вэнь Нин. – Через неделю после отдельных конференций, состоится одна общая, со всеми представителями школы, – младший Вэнь отвел взгляд. – Сестра просила не говорить Вам, пока не будет уверена, что вы не сбежите. А ведь он знал, подсознательно понимал, что Вэни что-то от него утаивают! Пусть они и были дальними родственниками давно канувшей в небытие основной ветви рода – коварство все еще бурлило в них. Это явно семейная черта! Как у Цзяней быть вечно недовольными или у Ланей их передававшаяся из поколения в поколение нетерпимость к таким бесстыдникам, как Вэй Ин. Он остановился, почувствовал, как паника нарастает. Так и знал, он все еще боится. Боится принять ответственность за свои поступки. Боится посмотреть в глаза своему шиди. Боится встретиться со своим прошлым и снова остаться одному. Эти взгляды и люди, что когда-то бросили его! Или он бросил их... – Прошу Вас, дышите, господин Вэй! – к нему подскочил Вэнь Нин, придерживая его за плечи. Он и не заметил, как судорожно и почти машинально прильнул спиной к стене и почти сполз по ней. Да что там – он даже перестал дышать! – Вэнь Нин, я не готов! – сказал он, облизнув засохшие губы. – Я не могу! Пусть кто-нибудь другой! Не я! – когда он сорвался на крик, проходящие мимо работников компании оглянулись на него и, замолкая, прошли мимо. – Молодой господин Вэй, вы знали, что когда-нибудь должны будете снова показаться им, – сказал Вэнь Нин, резко тряхнув его. – Мир снова должен увидеть Старейшину Илина, который был истинным талантом фигурного катания! Вэй Ин опустил голову и сглотнул, смачивая слюной пересохшее от недавней паники и страха горло. – Я больше не Старейшина Илина, Вэнь Нин, – горько усмехнулся он. – И снова им никогда не стану! – пусть он слишком резко повысил голос на Вэнь Нина, чего он никогда не делал, но на этот раз эмоции взяли верх над ним. Плевать, Вэнь Нин поймет. Он всегда понимал, а уж потом Вэй Ин извинится. Он сбросил с плеч руки Вэнь Нина, которые почти мертвой хваткой вцепились в ткань рубашки, и ушел, оставляя после себя шлейф с ароматом виски,что тут же растворялся в воздухе, едва его успел кто-то учуять. Сейчас ему нужно было побыть одному. Впервые за много лет он желал этого и, скорее всего, совсем скоро пожелает вновь.