Сладкий вкус вина

Вжуу~ Одинокий, всё ещё с присущим запахом крови; металлически-медным. Он, словно голодный пёс, вгрызся в кости. Ветер казался ему холодным, безжалостным, больно сжимающим бешено стучащее сердце. Каждый его стук, разливался ноющей, тоскующей болью; груз множества несказанных слов давит на широкие плечи, щекотя капли померкшей души. Вжуу~ Резкий порыв ветра поднимал в воздух мелкий мусор с сухой листвой; измазанные в грязи и крови рукава, некогда белее снега, трепетали в этом порыве, который, казалось, пытался унести боль заклинателя в небо. Кончики пальцев чуть побелели, а завеса чёрных ресниц, скрывающая померкший блеск янтаря, ели-видно содрогается. На сухих, немного потрескавшихся губах, остаётся лишь одно имя: - Вэй Ин... - Этот тихий, пронизывающийся в его душу шёпот, утонул в очередном порыве ветра. Многие, видели Вэй Усяня монстром. Монстром без единой капли сострадания, прогнившим до костей человеком. Мотивы? История? Кому она вообще нужна? Возможно, в какой-то из моментов, Лань Чжань тоже видел его как маленького, скалящего свои белые клычки монстрика. И сейчас, он очень сожалеет об этом. Правда... Кому теперь эти сожаления нужны? Мужчина плотно закрывает глаза, прокусывая язык. Металлический вкус заполнил его рот, чуть приводя чувства в порядок. Спина всё ещё горела огнём, так же, как и те воспоминания тёплых дней. " - Лань Чжань! Лань Чжааань! Ну давай же, посмотри на меня! " Улыбка этого человека, казалась ярче любого лучика солнца. Она, скорее всего, могла согреть его даже в самую безжалостную зиму. Почему он тогда не посмотрел на него? В какой момент, он вообще по уши влюбился в это солнце? И... В какой момент, это солнце начало меркнуть?.. Хлоп! На плечо опустилась широкая ладонь; даже сквозь толстый слой ткани, можно почувствовать грубые мозоли этой руки, приложившей хоть каплю к уничтожению Вэй Ина. Большой рот мужчины широко открылся, когда он радостно, нет, даже торжественно сказал: - Разве не здорово? Этот демон наконец-то сдох! - Чёрные глаза струились неподдельным счастьем, восторгом. Лань Ванцзи открыл глаза, чуть поворачивая голову к нему. Кажется, это был человек из какого-то мелкого клана, который " якобы приложил руку к уничтожению великого монстра". - Второй господин Лань, разве это не здорово? - Мужчина убрал руку с плеча Второго Нефрита, ярко улыбаясь и активно жестикулируя. - Мир избавился от такого ненасытного монстра, и теперь, всё вернётся на круги своя. " Здорово? Вернётся на круги своя?.." - Мысли крутились в голове. Обретённая пустота, медленно обгладывала его косточки, постепенно поднимаясь к сердцу, вонзая свои клыки. Кончики пальцев чуть тряхнуло. Янтарь, словно гладь озера, разлился содрогающейся рябью. Мужчина, явно подумав о том, что эти эмоции вызваны волнующим будущем мира заклинателей, радостно продолжил: - Эх... А ведь говорят, что раньше Вэй Усянь был неплохим мечником. - Лань Ванцзи прикусил уголки губ, крепко, до жуткого хруста сжав кулаки. - И что же с ним стало... - Мужчина в тёмно-синих одеяниях покачал головой. Лань Ванцзи было противно от того, как говорят о его любимом. Как небрежно проговаривают его имя, специально коверкая. Нежные чёрные волны тумана, мягко просачивались в его сердце, мягко обволакивая подобно успокаивающим объятиям. Золотой свет ядра, жадно переплетался с этим туманом, рождая новые, пугающие желания и эмоции. Хрясь! Не слишком большой нос мужчины скрючило в немного странном направлении от кулака Ванцзи. Из ноздрей сразу хлынула алая кровь, бурно стекающая по подбородку. Мужчина полетел на землю, прикрывая обеими руками нос и озадачено смотря на заклинателя. У Лань Чжаня подрагивали кулаки, его голос, словно приказ императора, врезался в уши мужчины: - Не произноси его имя, таким тоном. - Нахмуренные брови делали взгляд острым, заставляя янтарь вспыхнуть звериным гневом. Чёрный туман клубился вокруг тела заклинателя. Для Ванцзи, этот туман, казался мягким и податливым, но для других - громыхающими молниями. - Брат! - Резкий голос выдернул Лань Чжаня на мгновение из пут тумана. Лань Сичэнь быстро подбежал к нему, но туман, небольшой волной заставил его остановиться в паре шагов от заклинателя. - Брат... Прошу, успокойся! - Сичэнь видел, как тело его брата медленно, словно снег в жарких лучах солнца, таяло в объятиях этого тумана. Бесстрастное нефритовое лицо, казалось ему искажённым от боли. Перед тем, как полностью пропасть во тьме, Лань Чжань взглянул на своего брата. По спине Сичэня прошлась дорошка дрожи; взгляд казался хищным, готовым вырвать любое сердце. *** Заклинатель в измазанных белых одеждах появился около горы Луанцзан. Сухая трава шуршала под ногами, пока Лань Чжань медленно поднимался по кривой дорожке. Лучи заката проходили сквозь страшные, чёрные ветки деревьев, отбрасывая пугающие тени на эту мёртвую землю. " - Кому нужен этот широкий, светлый путь, на котором и так не протолкнуться? Я буду идти по своей кривой дорожке, пока не стемнеет!" Лань Ванцзи, некогда светлый праведник, остановился. Слова Вэй Ина быстро пронеслись в его голове, будоража каждую клеточку тела. Ему, впервые, захотелось отбросить всё то, что он считал правильным; громко рассмеяться, утонуть в тёплой тьме. - Хах... - Он смог позволить себе только едва слышный смешок, наполненный мучительной жаждой от потери. Лобная лента, мягко плавала в холодном ветерке. " - Эй, Лань Чжань! У тебя лобная лента съехала!" Тонкие, чуть дрожащие пальцы, коснулись плотной ткани. Вышитые тонкими голубыми нитями облака, так безмятежно плывущих по небу, хорошо чувствовались подушечками пальцев. " - Лань Чжань! На этот раз я серьёзно! " Ткань была оттянута, сцепленна меж пальцами в плотный кулак. Вжих. Завязанный узел ленты, быстро развязался; она мягко подхватилась ветром, нежно покачиваясь под его песню, всё ещё прибывая во власти пальцев заклинателя. Кому нужны горы правил, когда рядом нет и капли радости? Лань Чжань сложил ленту пополам, пряча ту во внутренний карман. Рукой он наткнулся на розоватый мешочек, который тут же вытянул. Он был тяжёлым, позванивая каждый раз от неаккуратного движения. Уголки мужчины болезненно дрогнули, кривясь в ухмылке. Похоже, тогда в пещере Черепахи Губительницы, он неплохо так отпил уксуса. Мешочек вновь был надёжно спрятан, а путь продолжен.