Сладкий вкус вина

По пути заклинателю попадались брошенные тут и там вещи. Слегка ржавые виллы, опиравшиеся на сухой ствол дерева. Загубленные поля с уже сгнившими плодами. Множество деревянных досок, куски потёртой ткани и многое другое. Лишь эти вещи, были напоминанием о мимолётном, наполненном жизнью моментом. Когда-то, он был здесь. Слышал звонкий смех жителей этой горы; слова, о радостных мечтах и надеждах. Эти люди радовались даже маленькому плоду редиса, что был выращен в мёртвой почве. Сапоги коснулись каменной клади, давно потрескавшейся от безжалостного времени. Лань Чжань несколько раз моргнул; почти весь путь, он старался не моргать, боясь, что это место тоже исчезнет. Мужчина тихонько вздохнул, подходя всё ближе к логову "спящего демона". Тут было много воспоминаний. Болезненных, тоскливых. Лань Ванцзи всё ещё мог видеть перед собой своё потухшее солнце. Его безжизненный взгляд, сухие губы, и сломленную душу. А также... " - Проваливай." Всё тело великого, непостижимого заклинателя дрогнуло, останавливаясь в паре шагов от входа в пещеру. Солнце - способно согреть всю землю, не прося за это и монеты. Как бы этому солнцу не было больно, оно всё также остаётся ярким и притягательным, пряча свою боль за завесой очередной улыбки. Нежной, яркой, болезненно натянутой на сухие уста. Сердце мужчины сжалось, заставляя того приложить ладонь к груди, чуть согнувшись от накатанной грустной боли. Но разве, его боль может равняться с его? Собственными глаза. Этот померкший янтарный огонь всё видел. Видел, как того разрывала тьма от смерти сестры. Как на него оскалились бешенные псы этого мира, называя монстром, демоном. " - Вэй Ин... Прошу, посмотри на меня. - Лань Чжань смотрел прямо на опущенную тёмную макушку Старейшины Илина, недавно потерявшего сестру. Ему больно лишь от одного померкшего вида этого, казалось, яркого человека. - Проваливай. - Сухой, лишённый каких либо эмоций голос. Он ранит не хуже любого клинка. - Вэй Ин... - Заклинатель видел, как голова Вэй Усяня чуть приподнялась, открывая покрасневшие от тёмной энергии радужки глаз. " Был ли способ спасти его тогда? Лань Чжань немного посмотрел на вход пещеры, прежде чем, глубоко вздохнув, пройти внутрь. Здесь было достаточно темно, так что, заклинатель попытался зажечь огонёк на руке. Его ядро, после встречи с тьмой, ощущалось иначе. Золото смешалось с мягкими волнами тьмы, рождая в глубине цветок, с чёрными лепестками. Кончики пальцев пробил приятный заряд тока; бледный шлейф света тянулся к центру ладони, жадно собираясь в языки тёмного, искрящего редкими золотыми линиями пламени. Свет озарил большое пространство. Всюду валялись разные вещи: открытые книги, с криво вырванными страницами. Притоптанными грязными сапогами флаги. Лань Чжань аккуратно обходил каждую вещь, подходя к небольшому деревянному столику и подобию кровати. На столике валялись незаконченные записи, разломанный пополам компас, немного отличающий от тех, что он видел раньше. Здесь явно уже побывали эти мерзкие шавки, пытаясь своровать хоть что-то, наглым образом присвоив себе какое-нибудь изобретение. Подушечки пальцев коснулись иероглифов на пожелтевшей бумаге. Резкий, немного кривоватый подчерк, но такой родной и нежный. Мужчина неловко оттянул руку, несколько раз сжимая и разжимая пальцы. Рядом стояло самодельное ложе, с ворохом различных чёрных одежд. Он не мог себе позволить лечь на него, осквернить один из немногих остатков любимого. Заклинатель опустился на колени рядом с ложе, скромно, словно боясь занять больше места, положив голову на край этой кровати. *** Осторожный рык вырвал Лань Чжаня из пут сна. Ресницы дрогнули, в попытках приподнять тяжёлые веки. Рядом с ним, точно так же прильнув головой к кровати, тихо рычала бледная женщина в потёртых серых одеяниях. Ванцзи быстро вскочил на ноги, схватываясь за рукоять Бичэня. Женщина, с закатившимися глазами, лениво подняла свою голову, вопросительно склоняя её на бок. Запутанные волосы были заплетены в подобие пучка. Её нижняя челюсть, выгнутая непонятным боком, почти свисала вниз, обнажая ряд островатых зубов. От неё не чувствовалось никакой агрессии. Женщина, пошатываясь, поднялась на ноги, махнув мужчине рукой. Лань Чжань убрал ладонь с рукояти. Тонкие ноги мертвеца, были все в страшных, гниющих рубцах. В груди торчала золотая заколка, вогнутая по яркие фиолетовые камушки. Женщина быстро развернулась, подпрыгивая к выходу из пещеры. Кажется, одна из её ног безжизненно болталась. Ванцзи последовал за ней. Яркие лучи рассвета плескались по кривым деревьям, тёмным камням горы и бледному лицу заклинателя. Как только они вышли из пещеры, до его ушей долетел тихий, горький детский плач. Мертвец быстро попрыгала в сторону плача, жутко трепыхая ногой. Лань Чжань шёл следом. Женщина подошла к довольно высокому дереву, здесь плач был особенно громким. Её тонкие руки, в страшных язвах, залезли в тёмное дупло, мягко доставая от туда дрожащий комок. Рваные бело-красные одежды с изображением солнца, они были потёртыми, в местах почерневшими от слоя пыли. Комок, а точнее маленький ребёнок, тихо всхлипывал. Округлое детское личико всё побелело, что очень хорошо подчёркивало розовую дымку на щеках. Глаза Ванцзи чуть округлились. " - Это я его родил!" - Юань?.. - Заклинатель никак не ожидал, что на этой горе остался хоть кто-то живой. Маленькое тело било дрожью, с лба стекал пот, а из рта вырывались тихие всхлипы. Ванцзи неуверенно дотронулся до горячего лба. " Слишком горячий..." - Кинув мимолётный взгляд на мертвеца, он забирает с её рук малыша. - Нужно его вылечить. - Девушка-мертвец склоняет голову на бок, несколько минут смотрит на заклинателя, после чего яростно кивает, отрывая хлипкую челюсть напрочь. - ... Лань Чжань провожает взглядом мертвеца. Он немного боится вливать в тело ребёнка смесь тёмной энергии с духовной.