Целитель

      Что ожидаешь от мероприятия, должного стать своеобразной разведывательной миссией? Что угодно, но не поход по окрестностям магического квартала Сиднея в целях ознакомления с местными особенностями и заведениями, не имеющими аналогов на Косой Аллее в такой родной, но такой холодной Англии.       Причина тому проста — от места нашего появления в проулке между домами до причала, а заодно и до большого здания, напротив которого и были припаркованы воздушные транспортные средства, и где было замечено скопление волшебников из разных стран, пролегало достаточно большое расстояние. Какое? Проще будет его измерить в магазинах на первых этажах домов, мимо которых предстояло пройти. Пять магазинов.       Видимой активности среди тех волшебников не наблюдалось, как и попыток уйти, уехать, улететь или иным образом покинуть магический квартал, мы с Пэнси решили продвигаться постепенно, попутно обсуждая всё, что видим. И да, со стороны это наверняка могло бы выглядеть странно, если бы я не наколдовал вокруг себя простенькую защиту от прослушки, больше являющуюся аналогом звукоизоляции — Пэнси-то в тени находилась, и стороннему наблюдателю могло бы показаться, что я разговариваю сам с собой. Мне до этого дела нет, разумеется, но ни к чему привлекать внимание несуществующим сумасшествием.       Первым на очереди оказался магазинчик с различными безделушками неясного мне назначения. Я медленно прохаживался вдоль прилавков, прислушиваясь к ощущениям от магии, если они были, изучая дизайнерские решения этих безделушек, как и материалы, использованные для их создания, и при этом краем глаза поглядывая на волшебников у большого здания, являвшегося нашей целью.       — Как будем действовать, командир? — Пэнси, находясь в тени, словно излучала ещё больше разных эмоций посредством голоса, явно компенсируя отсутствие возможности делать это мимикой и жестами.       — Какой ещё «командир»? — тихо ответил я, попутно убеждаясь, что ни продавец, ни пара посетителей не слышали моих слов и не замечали еле уловимых движений губ.       — Обыкновенный. Командующий.       — Так, я понял, — потерев двумя пальцами переносицу, я посмотрел через витрину на улицу, на волшебников вдали. — Спокойно не будет. Полагаю, сначала осмотрим окрестности внимательнее, нужно собрать информацию.       — А потом?       — А потом… Поступим для начала самым простым и логичным образом. Попробуем узнать, что тут происходит, просто пройдясь мимо. Возможно спросим кого, возможно будут какие-нибудь информационные табло или нечто в таком роде.       — А если не будет ничего?       — Спросим у Крама. Главное его подловить. Вон, сейчас он уже успел куда-то уйти.       — А ты можешь использовать своих паучков?       — Я бы не стал, — отойдя к другой витрине, я не терял из области зрения улицу и происходящее там, но и товары продолжал изучать. — Они хорошо показали себя в Хогвартсе, но это школа. Как ни странно, мер безопасности там не так уж и много. Хотя директор Дамблдор, да и Снейп, наверняка что-то да подозревали. Или по крайней мере знали, что у меня есть нечто с функцией наблюдения.       — Хм… Звучит логично, — голос Пэнси казался удивлённым, хотя мне вполне это может казаться из-за лёгкого его искажения, всё-таки она сейчас находится не в привычной нам трёхмерности, а голос является магически созданной вибрацией воздуха, а не естественной.       — Так что использовать их не стоит. Сама понимаешь, сколько представителей разных стран сейчас здесь собралось. Степень их защиты нам неизвестно, но она точно есть и наверняка не слабая.       — Согласна. Лучше без посторонних средств. Их скорее всего обнаружат, и поймут нас ну очень неправильно.       — А можно понять правильно? — я усмехнулся отражению в витрине, — учитывая, что мы хотим проникнуть туда и всё разузнать. А ведь там могут и секреты какие обсуждать.       — Не просто могут, а скорее всего так и делают.       Покончив с этим первичным наблюдением за обстановкой, мы покинули магазинчик, и почти тут же зашли в следующий. На этот раз нам предлагали ознакомиться с самыми разными средствами для полёта. Разумеется, персонального характера, а не для групповых поездок, типа летающих домов, карет с подобием Незримого Расширения, или же того паланкина, что так мне мозолит глаза наряду с волшебниками, носящими мечи на поясах.       — Надо же, ковры, — Пэнси явно привлекли именно эти летающие средства.       Ну а я же даже на долю мгновения позабыл вообще о цели нашего визита в магический квартал Сиднее, а причиной тому была до невероятного уникальная, словно из сказки моей прошлой жизни, той, личность которой и является основой меня — самая настоящая ступа. Большая такая, на двоих как минимум. Ещё и штурвал был в виде этакого рычага в прямой сцепке с пером руля на корме ступы.       — Корма ступы… — шёпотом выдал я, покачивая головой, — какой бред.       — Что?       — А, не обращай внимания. Просто у меня кризис восприятия этого мира.       — Бывает. В каких-то записях по географии я читала, что Сидней является крупным торговым узлом в магмире. Теперь я понимаю, почему. Тут и море, и воздух, и земля — добирайся как хочешь, провози любые объёмы. Ещё и гильдий много.       — Много? Я пока посетил только одну. И то не давал о себе знать особо.       — Зельеварение, небось?       — Как ты догадалась? — мне даже не пришлось скрывать удивление.       — Что ты, что Дафна.       — Я не такой уж и фанат зелий. Как и самой науки их приготовления.       — Просто ты ещё не пытался создавать новое зелье. Вот там-то и ты, и Дафна, двое сумасшедших исследователей, смогли бы оторваться по полной.       — Возможно, — изучая различные товары магазина, я добрался до отдела с экипировкой для квиддича, где были представлены в том числе и спортивные мётлы — обычные были в общем зале. — Надо же, Слейпнир. А требования всё те же.       — Ты про необходимость наличия сертификата?       — Именно. Но это правильно. Такую метлу доверять кому-то в руки, если он не квалифицирован — просто не особо изящное убийство.       Продавец шёл в мою сторону, неся в руках довольно крупную коробку. Как оказалось, ему просто нужно было расставить товары на витрине, рядом с которой я как раз и стоял. Отойдя чуть в сторону, я взглянул на улицу, на волшебников, на корабли, на продавца.       — Извините, уважаемый…       — Да? — тут же отреагировал продавец, и даже не нацеплял на лицо классическую улыбку сотрудника отдела продаж. — Я могу вам чем-то помочь?       — Возможно, но я не о товарах. Вы, случаем, не знаете, что это за собрание волшебников? — я кивнул в окно, намекая на множество кораблей и прочего транспорта под флагами разных стран.       — Сам удивлён, — пожал плечами продавец, вернувшись к своей работе. — Уже пару дней как собираются все здесь. И никто ничего не объявлял. Даже не знаю, что в итоге ожидать. Но точно знаю одно, — он, поставив какие-то модные наручи для квиддича, хитро улыбнулся мне, — чем больше иностранных гостей, тем лучше идут продажи.       — Это точно. Спасибо за информацию, сэр.       — Да не за что. Вы ведь тоже иностранец. Не желаете купить что-нибудь?       — Нет уж, спасибо, — вежливо отказался, покачав головой. — С меня квиддича и полётов на всяких штуках довольно.       — В сборной факультета в Хогвартсе?       — Как вы догадались?       — По явному английскому акценту, а там только Хогвартс. Ну и молодо выглядите. Наверняка, только-только окончили Хогвартс, и сразу же пустились в путешествия.       — Можно сказать и так.       — Если вдруг захотите приобрести что-то связанное с полётами, что угодно, вы всегда сможете найти это в моём магазинчике. Здесь есть, пожалуй, все возможные редкости и уникальные предметы.       — Это я уже по ступе заметил.       — О, это да. Редкая вещица. Прямиком из России. Говорят, их волшебники иногда делают такие и активно используют. Но что-то мне кажется, что это всё враньё. Дань старым историям и сказкам о тёмных ведьмах. Не самая удобная вещь для полёта.       — Метла тоже, знаете ли, не эталон.       — Метла — спортивный инвентарь! — важно заявил продавец, воздев палец к небу для ещё большей значимости своих слов. — Она и не должна быть особо универсальной, подходящей всем, комфортной и со всеми удобствами.       — Если так рассудить…       У самого уха я услышал неуловимый шёпот Пэнси.       — Завязывай говорить о пустом. А то мне кажется, что дай тебе волю, то до цели так и не доберёмся никогда.       — Что же, сэр. Приятно было пообщаться.       — Взаимно.       Распрощавшись, я покинул магазин, и хотел было уже зайти в следующий, смутно ощущая интерес Пэнси, скрывавшейся в тени.       — Мимо идём, — приняла девушка волевое решение. — Да, идём мимо. Прямо к цели.       И мы пошли по улице по направлению к нужному нам зданию. Волей-неволей, но я сильно замедлился, проходя вдоль причалов, рассматривая разномастные корабли, большие и маленькие. Волшебников, занимавшихся чем-то на берегу или на бортах судов было не особо много, но никто не бездельничал — что-то несли, что-то клали, где-то колдовали над своими судами, проводя диагностику или иные мероприятия. В общем, причал и всё вокруг жило своей жизнью.       При этом легко было отметить, что этот причал не торговый и не грузовой — под такие вещи отведена совсем иная часть порта, и вот там было просто негде ступить из-за грузов, ящиков, коробок, контейнеров, складских помещений и волшебников, что занимались погрузкой-разгрузкой да описью товаров и прочего добра.       Остановившись возле самого крупного корабля, самого настоящего испанского галеона со всеми мыслимыми украшениями, мачтами, парусами и прочими элементами, о которых я не имею ровным счётом никакого представления, я залюбовался, попутно стараясь прочувствовать что-нибудь интересное в плане магии вокруг.       — Любуетесь?       Рядом со мной встал волшебник средних лет в каких-то вольных одеждах без определённого стиля, с лёгкой щетиной, бравым видом и вообще, чем-то напоминая какого-то бравого капитана ещё тех времён, когда Англия была действительно огромной страной, учитывая колонии.       — Да, сэр. Нечасто увидишь нынче такие громадины на воде.       — Просто вы не там их искали.       — Поверю вам на слово, — кивнул я с улыбкой, так ни разу и не взглянув на собеседника — боковое зрение не в счёт. — Знаете, я впервые в Сиднее, и в магической части города в том числе.       — Как я и подумал с первого вашего же слова. Англичанин?       — Неужели акцент настолько очевиден?       — Среди всех англоговорящих, у англичан самый очевидный акцент. Правда, у австралийцев тоже характерен, но только для тех, кто разговаривает на английском.       — То есть?       — Это как диалекты в других культурах, — волшебник заложил руки за спину, осматривая корму галеона. — Для того, кто пришёл со стороны, а язык особо не знает, все диалекты одинаковы. Примерно та же история и с акцентами.       — Ясно. Пожалуй, стоит это учесть. Я не часто выезжал из Англии. К слову, вы случайно не знаете причины, по которой все эти великолепные суда покинули свои родные гавани?       — Да кто же разберёт, — пожал плечами волшебник. — Наше дело малое. Говорят, куда надо попасть — мы идём.       — Ваше?       — Разумеется. Может быть корабль-то и волшебный, но без команды он может идти по морю куда угодно, но не туда, куда надо.       — Вот оно что… — я окинул взглядом палубы и мачты, все эти тросы-канаты и прочие элементы. — В принципе, не удивительно. Это явно крайне сложные в управление вещи.       — Ещё бы! — хохотнул волшебник. — На такое учатся не один месяц.       — А раньше вы ходили вот в такие плавания? Я имею в виду, чтобы вот таким вот составом собирались в итоге волшебники из разных стран?       — Честно говоря, — волшебник задумался не на шутку, — не доводилось. Оно же как, морские пути не самые быстрые, даже с волшебством. И без острой необходимости никто просто так не будет тратить неделю на путешествие.       Почесав щетину и бегло осмотрев остальные корабли, волшебник хмыкнул.       — Вот теперь и мне интересно, какого рожна все собрались, причём ещё и здесь.       — А обычно собираются в каких-то других местах?       — Эх, молодой вы ещё, совсем, видать, жизни не видели, — мой собеседник постепенно переходил на обычную манеру речи, без излишней вежливости. — Для таких масштабных собраний есть целый комплекс административных зданий и департаментов, всяких комитетов МКМ. К чему куда-то плыть? Порт-ключ для всей делегации, и готово.       — Хм… Похоже, дело важное. А значит лучше туда не лезть.       — Это вы точно подметили, молодой человек. Не любят чинуши, когда обыватели узнают больше, чем им говорят.       Постояв так немного и поняв, что дальнейшего разговора не предвидится, мы разошлись по своим делам. Отойдя немного от здания, остановившись у торговца каким-то уличным перекусом, явно не относящимся к высокой кухне, я смотрел на здание и волшебников.       — И как ты планируешь что-то выяснить, если не собираешься использовать своих паучков? — Пэнси нагло выкрала через тень вторую порцию закуски буквально из моих рук. — Крама можно ждать вечно. Кто знает, может он вообще больше не выйдет. А если выйдет, кто сказал, что он тебе что-то расскажет.       — Справедливо. А потому, я прямо сейчас обдумываю улучшения для паучков, чтобы сделать их вообще незасекаемыми.       — Да? Тогда не отвлекаю, ваше гениальшество.       И я в самом деле погрузился мысленно в создание простеньких, но эффективных рунических схем для маскировки паучков по максимуму. У меня уже были работающие примеры таких схем, но они функционировали в отдельности друг от друга и от других рун, этакий сферический конь в вакууме, однако мне нужно, чтобы они работали ещё и с адаптированными мною разведывательными зачарованиями и рунами, полученными от Грюма, которые я как раз и использую в паучках. В этом была основная сложность и причина активной мыслительной деятельности.       — Как же хорошо, — на выдохе тихо прошептал я, — когда в так много работы и расчётов уже давно произведено, и остаётся только их подгонка.       — Хм?       — Не обращай внимание. Это я так, сам с собой говорю. Стараюсь придумать решение, не прибегая к слишком уникальным возможностям. Феникса не использовать, например.       — Ты сам по себе «уникальная возможность».       Покачав головой, я лишь усмехнулся.       — Вопреки тому, что можно увидеть со стороны, я не создаю новые уникальные штуки по щелчку пальцев. Над тем же паучком я работал далеко не один день. А вот уже разработав, могу делать их сколько угодно. Пока мозги не сплавятся.       — Так уж и быть, сообщу тебе новость. Так вообще у всех волшебников. Кроме рукодельников всяких. Сначала долго и муторно что-то изучаешь, потом тренируешь, и вот в итоге свободно используешь.       — С рукоделием я нашёл как обойти долгий процесс.       — Не удивлена.       И пусть мы разговаривали о незначительных темах довольно долго, не меньше часа, время это было потрачено отнюдь не в пустую, а сам я не отвлекался от подгонки уже готовых когда-то рунических цепочек друг к другу и с объединением их в одну схему.       — Придумал? — моя тень словно бы зашевелилась активнее — обычно так Пэнси намекала, что хотела бы перекусить.       — Как догадалась?       — Ты перестал смотреть в пустоту.       — Думаю, да. Нужно проверить. Хотя автономность у схемы вышла маленькая, — без лишних движений я создал паучка в руке и направил его по своей одежде вниз, к мощёной камнем дорожке у припортовых ларьков.       — Жаль, что я ничего не увижу.       — Я не готовился к совместным вылазкам. В следующий раз заранее придумаю что-нибудь.       — А те кольца, что были у твоей бригады надзора во время битвы?       — Они завязаны на другой артефакт. Его запускать здесь сродни громогласному заявлению своих намерений на весь квартал. Да и если будет повод проникнуть внутрь, потренируешь свою магию.       — Тоже верно. Хотя я уже устала быть в тени. Хочу ногами ходить и глазами видеть. А не вот это вот всё.       — Так выходи.       — Не хочу. Каждая секунда в тени — тренировка.       — Женщины…       Активировав на паучке маскировку, я начал его искать магией и заклинаниями, и удалось мне это с огромным трудом, и то за счёт связи с этим девайсом через кольцо.       — Можешь найти паучка?       — Как бы сказать… — голос Пэнси из тени был задумчив. — Мне не особо даётся использование обычной магии в чарах в таком состоянии. Пока не научилась. Этим и занимаюсь, кстати.       — Ясно.       Не став каким-либо образом влиять на паучка иной магией, направил его, взяв под контроль, прямо к зданию. Расстояние было большое, дорога долгая и полная опасных препятствий в виде проходивших мимо волшебников, грозящих растоптать ненароком невидимого паучка, или просто выбоин в дороге, бордюров, различных труднопроходимых препятствий для столь маленького существа. Но вот он добрался до здания, и я тут же столкнулся с первой же проблемой.       — Чары Непреодолимости по периметру здания. Вплотную к стенам, — озвучил я первый результат.       — Проблемно, — согласилась с моим невысказанным мнением Пэнси. — Соседнее здание?       — Один момент.       Направив паучка на соседнее здание, стоявшее по одну сторону дороги, но не особо близко, я без проблем начал взбираться по его стенке. На самую крышу. Нужное здание было высоким, три этажа, но сравнимы по высоте они были с полноценными пятью. А вот то здание, на которое забрался паучок, могло похвастать только двумя обычными, стандартными по высоте этажами.       Значит, нужно прыгать. А это пагубно скажется на автономности — такое мгновенное усилие не было предусмотрено конструкцией и рунами, а значит будет потреблять очень много магии. Но, делать нечего, так что выбрав участок стены на нужном здании, резко прыгнул паучком. Полёт вышел не особо мощным, да и при этом довольно бесполезным — стены здания были так же защищены, о чём я и поспешил сообщить Пэнси.       — Окна?       Вторая попытка прыжка оказалась такой же неудачной. Но вот на третьей попытке я заставил прыгнуть паучка в приоткрытое окно на втором этаже, и это удалось.       — Хм, похоже, — решил я прокомментировать успех, — открытые окна снимают этот вариант защиты.       — Логично. Нужно же сов как-то впускать в случае необходимости.       Пробравшись паучком в окно, я тут же принялся осматриваться. И не обнаружил ничего выдающегося. Комната отеля, крайне дорогого, но всё же отеля, это чувствовалось, а стилистика была выдержана вычурная, чем-то навевало Испанию, Ренессанс в светлых тонах. Один волшебник, одетый дорого и статусно, в стиле минимум прошлого века, вальяжно сидел за столом, но при этом в документы вчитывался внимательно. Другой волшебник, одетый явно по униформе, в тёмном, стоял у дверей с палочкой в руках, изображал из себя статую, но по взгляду было видно, что он готов к любой ситуации. Но, похоже, не к моему появлению.       — Проник в помещение. Комната. Жилая. Похожа на отель. Один постоялец, один охранник. Один выход. Из обстановки… всё есть, ничего особенного. В наличии один большой кейс, явно зачарованный и дорогой. Возможно, расширение внутри.       — Пока ничего не ясно.       Выбраться из помещения оказалось довольно просто — по всему контуру номера было множество различных сигналок, но все они были ориентированы на живых, если верить рунам-основам. Вот я и проверил — спокойно пробрался паучков через зазор в вентиляции. К слову, немного удивился самому факту наличия этой системы, но удивление быстро прошло по мере продвижения по ней — внутри были выгравированы раздельные контуры рунических цепочек, простейших, не затратных, и служили они поддержанию климата и очистке воздуха.       Найдя такую приятную уязвимость в защите — волшебники не используют управляемые неживые вещи для диверсий и прочего из-за сложности удалённого управления без прямого визуального контакта — я без препятствий путешествовал по всем возможных помещениям, составляя карту здания и заодно выявляя расположенные внутри силы волшебников, коих было в самом деле много.       Кто именно тут был? В среднем, как мне показалось, по три-четыре официальных лица от каждой из прибывших стран, и шесть охранников для каждой из сторон. При этом ещё и на самих корабля, в паланкинах и летающих домах снаружи тоже были волшебники, и наверняка много, как и те, кто стоял снаружи, как те же китайцы в своих традиционных светлых одеждах и с мечами на поясах. И на весь процесс поиска информации у меня ушёл час с небольшим, по мере течения которого я всё в деталях рассказывал Пэнси, а та молча составляла в мыслях эту самую карту со всеми важными точками на ней. По крайней мере я хотел бы так думать.       — Что думаешь? — Пэнси уже начала уставать от пребывания в тени.       — Пока не знаю, — это было единственное, что я мог сказать. — Я знаю только английский и французский. Возможно, общайся делегаты между собой, я бы что-то и узнал, но они только между собой говорят, и то в основном о погоде. Всё, что можно увидеть, защищено магией от прочтения.       — Значит, проникаем внутрь?       — Пока можно повременить. У охраны пересменка. Прямо сейчас Крам и некоторые другие готовятся сдать пост и возможно даже прогуляться по району.       — Предлагаешь перехватить его, и за дружеской беседой что-нибудь узнать?       — Вполне. И даже тема есть для разговора — как звезда квиддича мирового уровня оказался в охранении лиц государственной важности.       Так мы и приняли это непростое решение. Пэнси в итоге решила покинуть тень, чтобы отдохнуть морально, и в итоге мы просто прогулочным шагом пошли вдоль торговых ларьков и магазинов, подстраивая маршрут под действия Крама, за которым я следил. Ну а когда он, в гражданской одежде, наряду с коллегами покинул здание, мы пошли ему на встречу. Хорошо, что эти охранники — буду пока так называть эту службу — не горели проводить время друг с другом, и разошлись в итоге, кто куда.       Дело за малым — перехватить Крама, удивиться встрече и постараться пригласить его в заведение посидеть полчасика, выпить чай, или что ту принято пить, а заодно постараемся выяснить что-то важное. Или хотя бы интересное. Но устроить проникновение в здание и наблюдение за собранием этих представителей разных стран всё равно нужно. Просто для проверки навыков и выявления своих же слабых сторон. А особые свои способности я, как и Пэнси, постараемся оставить в секрете, и только на экстренный случай.       ***       Истаивающий, открывающийся свод пещеры, где расположен магический квартал Сиднея, привлекает, приковывает к себе внимание, даже с учётом того, что я уже видел этот процесс. Занятное зрелище.       — Это крайне необычно, — Пэнси же, видевшая это впервые, тем более не могла не притормозить во время нашей прогулки навстречу Краму. — Никогда не видела ничего подобного.       — Как и я до вчерашнего дня. Но я почти и не бывал ни где.       Пока наблюдали, чуть было не пропустили Крама, как и мы засмотревшегося и чуть было не прошедшего мимо нас.       — Крам? — сделал я удивлённое лицо.       — Хм? — он повернулся к нам, и несколько секунд хмурился, пытаясь узнать, а заодно и решить для себя, что делать дальше. — Гектор Грейнджер, если не ошибаюсь.       — Рад, что узнал. — я подошёл к нему и пожал руку в знак приветствия. — Не ожидал тебя встретить в Сиднее.       — Для самого неожиданность, что оказался здесь.       — Путешествуешь методом случайного выбора места?       — Отнюдь. А с тобой…       — Пэнси Паркинсон, — представилась девушка, ведь, судя по всему, Крам её не помнил.       — Припоминаю, да, — вежливо улыбнулся Виктор, — вы — подруга мисс Гринграсс, если я ничего не путаю.       — Именно так.       — Может, — я демонстративно окинул взглядом волшебников вокруг и прочую суету, — не будем стоять посреди дороги и зайдём в кафешку? Новостями поделимся. Столько всего произошло у нас за последние два года.       — А знаешь, — Крам задумался, — было бы неплохо.       Не зря я проводил осмотр окрестностей, так что сразу взял на себя ответственность привести нашу небольшую компанию в приличное кафе с верандой и прочими удобствами. Конечно, в это время года в Сиднее подобное было не особо в чести, но стоит быть откровенным — плюс пятнадцать не является холодной погодой для тех, кто большую часть года проводит в шотландских горах, да и Дурмстранг находится далеко не в тропиках.       Заняв место и сделав заказ официантке, слегка удивлённой нашим выбором столика не внутри заведения, мы приступили к неспешной беседе о прошедших временах. С нашей с Пэнси стороны звучали рассказы о событиях в Хогвартсе за последние два года, да и в стране — разумеется, особое внимание было уделено теме Тёмного Лорда и, в особенности, битве при Хогвартсе. Крам же рассказывал в основном о перипетиях своей жизни.       Оказывается, болгарин ушёл из квиддича сразу же после окончания Дурмстранга в том же году, что и завершился Турнир Трёх Волшебников. Пускай Крам и был буквально рождён для полётов, но своего пика в развитии в этом направлении он достиг уже тогда, и лучше бы не стал уже — это мнение его и тренера сборной. Потому он пошёл по военной стезе.       Да, не у всех магических стран есть аналоги армии, а если и есть, то представляют они из себя парочку подразделений с особой подготовкой, зачастую занимаясь на службе сопровождением и охраной дипмиссий в том числе. Карьера его очень быстро шла в гору, тут сказывается и упор Дурмстранга на подготовку в области боевой магии, дисциплина, так и личные таланты. Но для этого самого карьерного роста нужно больше, чем пара лет, а хорошими можно назвать лишь дальнейшие перспективы, так что на данный момент он только-только стал гордым носителем какого-то болгарского звания из категории младшего офицерского состава.       — А здесь на отдыхе?       За разговором обо всём подряд мы уже перекусили, и сейчас просто распиваем напитки, наслаждаясь, по сути, прибрежной атмосферой, чистой бухтой, видом кораблей и пейзажей как на выходе из бухты, так и в открывшемся своде пещеры.       — Не совсем. Отдых нам только снится.       — Бывает. Хм… — специально переведя взгляд на корабли, я остановился на болгарском. — Раз уж ты теперь на службе, то наверняка прибыл на вон том Болгарском корабле.       — Тут не нужно быть особо догадливым, Грейнджер, — слабо улыбнулся Крам. — И предупреждая твой вопрос, я не знаю целей миссии.       — И как ты догадался, что это мне интересно.       — Ты не на столько глуп, Грейнджер, — Крам откинулся на спинку стула, по удобству больше походившего на кресло, и прикрыл глаза. — По крайней мере не был глупым два года назад.       — Столько кораблей, — Пэнси тоже усмехнулась, покручивая в руках высокий стакан с фруктовым напитком, — да в одном месте… Разумеется, появятся вопросы.       — Поверьте моему опыту, — Крам не открывал глаза, подставив лицо солнцу, проникающему в пещеру через открытый свод, — большинство волшебников реагируют на такие красивые корабли совсем иначе.       — Просто восхищаются?       — Именно, мисс Паркинсон.       — А мы как раз гадали, по какому поводу такое небывалое зрелище. Словно чемпионат мира какой-то, столько флагов стран.       — Наши говорили, что это какой-то важный для международных отношений саммит, но детали держатся в секрете. И меры безопасности высокие.       — А ничего, что ты нам говоришь такое? — я поставил на стол пустой стакан.       — Это не секрет для тех, кто немного следит за взаимодействием стран. Такие сборища устраивают только для обсуждения взаимоотношений. Принятие очередных норм, правил, законов, заключения союзов… Или выхода из союзов.       — Понятно, что ничего не понятно, — улыбнулся я. — Значит, не узнать нам деталей.       — Почему же? Просто посмотрите по газетам. Если где-то будут печатать новости мирового уровня. Скорее всего будет что-то экономическое.       — Мне другое интересно, — Пэнси допила свой напиток последняя из нашей компании, и скорее всего, этот поставленный на стол стакан будет символизировать окончание беседы и застолья, я значит сейчас мы разойдёмся по своим делам. — Почему не в штабе МКМ?       — Всё просто, мисс Паркинсон. Раз не в штабе, значит это касается не всех, кто входит в МКМ, а только собравшихся стран.       — А ведь логично, — на такое мне и сказать было решительно нечего.       — И вот ещё, — Крам открыл глаза и сел нормально, явно собираясь покинуть наше общество. — Вечером будет проводиться приём, вход открыт, но будет строгий контроль.       — Контроль?       — До меня доходила информация о твоей любви к разного рода поделкам. Кроме палочки и артефактов с задокументированными гильдией свойствами ничего нельзя будет пронести. Это так, если вы вдруг решите посетить мероприятие. Но я бы не рекомендовал.       — Хм? — тут уже Пэнси стали интересны причины, по которым можно отговаривает от посещения мероприятия.       — У нас повышенная готовность, — важно и серьёзно пояснил Крам, что придало его и без того серьёзному лицу суровое выражение. — Возможны диверсии или даже терроризм. Я ещё не вояка до мозга костей, и мне будет сложно защищать и тех, кого надо, ещё и о знакомых беспокоиться.       — А-а-а, понятно, — улыбнулась Пэнси. — Я уж думала, что всё от беспокойства, а тут вон оно что.       — Именно, — кивнул Крам.       После такого не особо содержательного, но в чём-то даже полезного разговора, мы разошлись по своим делам — Крам пошёл к одному из магазинов, выйдя оттуда через минуту и направившись обратно в здание, ну а мы с Пэнси решали, что делать дальше.       — На самом деле, предлагаю отправиться отдыхать, — размял я плечи, краем глаза отмечая, что взгляд девушки стал немного рассеянным, реакция замедлена.       — Да, пожалуй. Только, как ты родителям объяснишь появление ещё одной девушки в доме? Если что, я не маленькая, могу и комнату снять — тут я приметила уже пару заведений для этого. И все не в пример лучше Дырявого Котла.       — Думаю, как-нибудь объясню. А вообще, я люблю говорить всё прямо.       — Хех, азиаты бы посчитали тебя социальным инвалидом, — улыбнулась Пэнси, и мы одновременно повернулись к видимым с нашей точке азиатам у паланкина. — Помнишь же Чжоу Чанг с Рэйвенкло?       — Разумеется. Девушка Седрика.       — Именно. Она говорила, что в Китае очень ценится так называемый «эмоциональный интеллект». Там нужно вот прям догадываться, что на самом деле нужно собеседнику.       — А если такой как я, любящий прямоту?       — Значит, по мнению китайцев, ты ничего не достигнешь в жизни.       Усмехнувшись, поднял голову вверх, вглядываясь в небо с редкими облаками, что прекрасно осматривалось через открытый свод пещеры.       — Возможно, для их страны и культуры это актуально. А на счёт наблюдения… Крам сказал интересную вещь касательно опасностей. Такие угрозы вряд ли появляются без причины. Вряд ли террористы будут устраивать свою акцию на саммите по установлению регламента минимальных экспортных партий тюрингенских колбасок.       — Чего?       — Вот и я о том же. Раз меры безопасности высокие, то проводить разведку ради разведки, рискую попасться — не стоит. Последствия не стоят выгоды. Не важно в чём эта выгода будет.       — Тут я согласна. Это не в Хогвартсе шпионить. Да и в случае чего, у тебя там твой паучок остался. Мы узнаем, если случится что-то важное.       — Именно. А в обходе чар потренируемся сами. Не обязательно обходить чужие чары на охраняемых мероприятиях. Можно и свои обходить.       На этом мы решили покинуть магический квартал, для чего по мере движения вдоль домов постепенно колдовали на себя отводы глаз, пока дело не дошло до полного исчезновения из видимости волшебников. Два шага в проулок между домов, скольжение по грани Смерти, и вот мы уже вновь стоим на внутреннем дворе дома родителей.       Осмотревшись, словно какой-то воришка, я зашёл в дом. Кажется, Гермиона ещё спит, а вот Дафна, если верить ощущениям, на кухне сидит вместе с мамой. Вот к ним я и направился, а Пэнси за мной.       Как только мы оказались на кухне-столовой, мама и Дафна тут же перевели взгляды на нас.       — Вы, полагаю, мисс Паркинсон, — мама заговорила первой и сразу же, без промедлений, обратившись к Пэнси.       — Да, миссис Грейнджер.       — Дафна рассказала о вашей ситуации.       Нужно ли говорить, что мы с Пэнси посмотрели на Дафну с вопросом в взгляде, ведь даже мне интересно, что она могла рассказать.       — Я не против, чтобы вы переночевали, или, как это правильно сказать с учётом разницы в часовых поясах… Разместились в комнате, отведённой для Дафны. Однако, должна сказать, что для юной леди побег из дома — не самая лучшая затея.       — Если бы родственники были против, миссис Грейнджер, я бы и шага не смогла ступить за территорию дома.       — Смею надеяться, что это так, — однако, несмотря на свои слова, мама пусть и неуловимо, но по-доброму улыбалась. — Надо же, Гермиона, например, никогда не приводила друзей в гости. С другой стороны…       Мама перевела взгляд на меня.       — …почему бы тебе не пригласить однажды, скажем так, не девушек? Таких друзей я ожидала больше от Гермионы. Когда-то. Давно.       — Мам, все её друзья-девушки — волшебницы, и приглашать их в дом обычных людей довольно проблематично из-за родителей.       — А в случае Дафны и мисс Паркинсон такой проблемы нет?       — Как видишь, — пожал я плечами, так как сказать мне было в самом деле нечего.       Дафна быстро оказалась рядом с нами и, взяв Пэнси на буксир, зевнула и утащила её размещаться, ну а мне оставалось лишь проводить их взглядом, оставаясь с мамой один на один. А она просто сидит за столом и смотрит на меня с интересом, улыбкой во взгляде, что в итоге создавало довольно странное и неуютное ощущение.       — Ничего не хочешь рассказать?       — Что именно, мам?       — Ты и так всё понимаешь. Эта девушка ведь тут, с вами, не спроста.       — Ну не спроста.       — И что ты собираешься с этим делать?       — Честно говоря, — я присел за стол, — у меня нет идей по этому поводу. Любое из решений повлечёт за собой последствия, которые я не могу предсказать.       Мама молча покивала, продолжая наблюдать за мной как-то даже изучающе.       — Мы с Дафной выяснили, что мои способности в решении подобных социальных вопросов очень не очень, мягко говоря.       — Проще говоря, в этом плане тебе проще плыть по течению?       — Как ни странно, — я лишь развёл руками в стороны. — Я могу принять любые решения самой разной степени значимости и серьёзности, нести за них ответственность. Но тут я просто спасую.       — Что же, — мама откинулась на спинку стула. — Я не буду читать нотаций или поучать чему-то. Твоя жизнь, твоя ответственность. Ты далеко не глупый и не слабый, чтобы встретиться с этими проблемами лицом к лицу. Но ситуация действительно неоднозначная.       — И даже не поделишься результатами своих наблюдений? Своими мыслями?       — Нет. Я увидела достаточно во время разговора с Дафной. Надеюсь, эти ваши юношеские сомнительные мероприятия закончатся хорошо для всех.       — А уж я-то как надеюсь, — выдох мой вышел печальным.       — В каком это смысле? — теперь она улыбается.       Похоже, если мама будет часто общаться с Дафной, и не дай Мерлин, с Пэнси, то жизни спокойно мне точно не видать. Это сейчас у мамы характер спокойный, сдержанный и рассудительный, как и полагает приличной английской миссис, но что-то мне подсказывает, что и она, и отец, в своё время могли и наводили шороху.       — В любом случае, — я поискал взглядом что-нибудь на столе из съестного просто из-за того, что за этим столом сижу, но не нашёл, — я бы сейчас отправился спать. Режим и так разрушен чуть менее чем полностью.       — Тогда конечно же иди.       Поднявшись к себе, я тут же, без раздумий, чуть ли не в прыжке переоделся, приземляясь в кровать и засыпая, словно кто-то дёрнул рубильник.       Сквозь сон начал пробиваться в сознание поток данных от паучка, оставленного в здании для иностранных гостей. Осознал я этот поток бреда, смешавшегося с моим собственным сном довольно быстро, что и выкинуло меня из сна, а я тут же поднялся на кровати, сев на край.       — Так… — тряхнув головой, словно это поможет отогнать остатки сонливости, я принялся уже осознанно оценивать информацию от паучка.       Сейчас уже время шло к вечеру, в заинтересовавшем нас здании уже шёл приём, о котором говорил Крам, и с виду всё было нормально, однако кольцо для связи с паучками неспроста начало отсылать информацию в моё сознание — что-то там было подозрительное, и это что-то было замечено моим подсознанием. Но что — большой вопрос.       Раз уж проснулся, то в любом случае нужно вставать и собираться, так что пока я приводил себя в порядок, пытался осознать, что же на этом приёме увидел паучок, что вызвало такую мою реакцию. И только покончив со всеми процедурами, умыванием, душем, и прочим, одевшись и спустившись вниз, на первый этаж, я нашёл причину.       — Доброе… — задумался я над правильной формулировкой, — пусть будет утро.       Поздоровавшись с родителями, Гермионой и Дафной с Пэнси, что уже собирались ужинать, если уж привязывать приём пищи к местному времени, я занял своё место за столом, тут же получив свою порцию.       — Выспался? — первым среагировал отец, а потом уже и остальные.       — Так точно, — кивнув, приступил к еде вместе со всеми.       Ел и думал, наблюдал через паучка, высматривал подозрительных личностей, за которых зацепилось моё подсознание, и при этом даже не обращал особого внимания на то, что происходит за столом в доме.       — Гектор? — Гермиона дозвалась-таки.       — Да?       Оказывается, задумавшись я расправился с едой довольно быстро, а разговор-то за столом уже шёл довольно оживлённый.       — Я бы очень хотела знать, — Гермиона покосилась на Пэнси, — что здесь делает Паркинсон?       — Гостит? — пожал я плечами.       — До этого я и сама додумалась. Почему?       — Так получилось.       — Это вообще ничего не объясняет.       — Дочка, — мама улыбнулась, — ты тоже могла бы приглашать иногда своих друзей.       — Кстати, да, — кивнул отец. — Мы ожидали друзей именно с твоей стороны несколько раньше, — и посмотрел на меня. — Сам понимаешь, по каким причинам.       — Разумеется, — не мог я не согласиться. — Это было бы ожидаемо, учитывая всякое.       — Не переживай, Грейнджер, — усмехнулась Пэнси. — Я здесь не на долго. Более того, можно сказать, что уже ухожу.       — Тут я согласен, — я посмотрел на каждого по очереди. — Дела не ждут. И если все готовы и собраны, предлагаю выдвигаться.       — Собраннее некуда, — Пэнси, нормально улыбаясь, готовилась вставать из-за стола, но не раньше старших. — Спасибо за ужин, миссис Грейнджер, было очень вкусно. Помочь с посудой?       — Без магии? — ухмыльнулась Гермиона.       — Ты меня вообще за человека не считаешь, что ли?       Пока Пэнси добровольно вызвалась помогать маме, мне оставалось, как и Дафне, только подняться к себе и убедиться, что все вещи собраны, и всё готово. Так что уже вскоре я с Дафной и Пэнси стояли во внутреннем дворе дома родителей, но нас никто не провожал — мы же не на смертельную миссию идём, а словно на работу. А родители взяли в охапку Гермиону и отправились на вечерний тур по Сиднею, посмотреть места, где не были в прошлый раз. И мест таких было ой как много.       — На этот раз без полётов? — Дафна уточнила, взглянув на чистое вечернее небо над городом.       — Это лишнее.       Взяв девушек за руки, скользнул по грани Смерти высоко над городом, а уже оттуда аппарировал как феникс прямо на теперь уже наш с Дафной участок, напротив руин дома, рядом с оставленной палаткой.       — Хм… — Пэнси взглянула в небо, пока Дафна, словно ничего и не произошло, пошла в палатку, заниматься организационными вопросами касательно быта — это я понял из коротких переговоров девушек. — Странно. Смотришь в ту же сторону света, но солнце совсем в другом месте.       — Так тут разница в десять часов, если я правильно помню, — взглянул я на солнце, что теперь на востоке, а не на западе, как в Сиднее, да и погода тут обещает быть жаркой.       — Волшебник ты, или погулять вышел?       — Магия всемогуща, спору нет, — наигранная важность так и пёрла из меня, — но всему есть своё время и место. Магия — средство достижения целей, а не ты — средство магии воплотиться во что угодно.       — Пф, философ. Азиаты бы с тобой не согласились.       — А что там? — пускай важность моя и была напускной, но слетела моментально под напором лёгкого любопытства.       — Сама не поняла, из того, что читала, — пожала плечами Пэнси, явно присматривая себе место для создания полигона. — Там какая-то заумная философия. Не уверена, что это полезно.       — Может да, а может быть и нет. Магия идёт от сознания. Какое-то мировоззрение и философия вполне может оказаться эффективнее другой. Или вести к совсем иным результатам в итоге. Но сейчас, мне кажется, нужно заняться иным делом.       — Хм?       — Ты ведь сбежала из дома ради тренировок в магии и тому подобного?       — Разумеется. И не надо так коварно ухмыляться. Это вызывает некоторые опасения.       — Значит, тебе нужно соответствующее место. Присмотрела?       — Вот тут, — Пэнси указала пальцем на место рядом с руинами и палаткой.       — Нет-нет, не годится, — я тут же запротестовал, встав на пути её руки указующей. — Слишком близко к хрупким постройкам и не менее хрупкой палатке.       — Палатке? — удивилась Пэнси. — Хрупкой? Присмотрись внимательно, Гектор. Дафна такую защиту накрутила, что я даже не знаю, чем эту защиту можно пробивать.       — Безопасность превыше всего. Предлагаю чуть в стороне.       Проведя девушку, как и сказал, чуть в сторону по этим чёрным пустошам, на которых не было ни единого растения, ни травинки, я остановился, осмотрелся и, достав палочку, начал выстраивать в голове нужные мне конструкты и формулы для вечной трансфигурации, само собой, закрепляя конечный результат рунами, и вплетая в структуру будущего полигона всё что связано с неразуршимостью и прочей резистентностью к магическим и физическим атакам. Цель — просто ровная платформа, поделенная на два ровных участка.       Взмах палочки, невидимый поток магии, и земля передо мной начала медленно и верно разламываться и перемалываться, словно под действием какого-то невидимого грейдера, камнедробилки, а комья или осколки камней находу формировали из себя нужную мне плоскую и широкую платформу. Разумеется, я заранее внедрял в неё гравировку диагностической схемы, однажды уже созданную в тайной комнате, а задача у схемы была одна — анализ магии тени. Хотя, мои последние расчёты говорят о том, что схема подойдёт и для анализа любой другой магии. Ну или, как минимум той, что есть в моём распоряжении — сопоставить с другими энергиями я не мог просто по причине отсутствия этих энергий.       — Не перенапрягайся, — Пэнси с лёгким беспокойством взглянула мне в глаза, подойдя ближе. — А то уже капля крови проступила.       — Да? Я не заметил, — хотя при этом нагло врал.       Две схемы, слишком сложные для прямого волевого удержания в сознании, да ещё и работа с магией с их учётом — трудная задача даже для меня и моих способностей. Но тут уж сам себе виноват — в обоих схемах накрутил такого, что не каждый осилит это даже с долгой предварительной подготовкой. Но это в случае работы без вспомогательных средств и хитростей, на голых способностях, талантах и личной силе. А можно задействовать много инструментов и реализовать подобное, не насилуя свои мозги, но пока что я не хочу так поступать — пока не достигнут собственный предел, и есть куда стремиться.       Колдовство заняло десяток секунд, визуальные эффекты были посредственны, хоть и масштабны, и вот, в результате трудов, я стал гордым обладателем платформы для исследования и тренировок в магии, и всё это богатство в виде одной единственной, пусть и большой, плоской плиты, располагалось посреди чёрной пустоши моих земель. Окончательную точку над всей нелепостью ситуации ставили руины дома, которые развалятся, если их пнуть как следует, да палатка рядом.       И хоть умом я понимаю, что это всё — временная ситуация, и в итоге всё довольно скоро будет в куда более приемлемом виде, но когда смотришь на это и размышляешь о ситуации именно в моменте, становится то ли грустно, то ли неловко, а скрашивает всё простой факт — земля в собственности.       — Ты не выглядишь особо радостным, — Пэнси осматривала платформу и большую магическую схему, выгравированную на ней.       — Задумался на миг, но это мелочь. Не стоит внимания. Кстати, в том здании, где проводится саммит…       Мои слова тут же привлекли внимание девушки.       — …происходит довольно странная суета. Сейчас там идёт приём. Группа подозрительных волшебников рассредотачивается по залу и явно что-то планирует сделать.       — И ты говоришь об этом только сейчас? — Пэнси в один миг оказалась рядом со мной, глядя с обвинением во взгляде. — Можно же было и раньше сказать. Что там происходит именно сейчас?       — Не знаю. Слишком далеко для качественной связи. Мои паучки не созданы для передачи данных на такие расстояния.       — Мог бы и учесть подобное.       — Я их создавал для Хогвартса и только. Не более.       — Ладно, ладно, погорячилась. Просто, мы пропускаем что-то просто невероятно интересное, и возможно даже важное.       — Скажи, Пэнси, тебе ведь просто хочется узнать одной из первых, что там происходит?       — Именно! — она даже подбоченилась. — Это самое важное, что только может быть. Кто владеет информацией — владеет миром.       — Даже если эта информация довольно бесполезна?       — Ухмыляешься? А вот не стоит — это моя фишка, — скопировала девушка мою ухмылку. — А информация не бывает бесполезной. Бывает та, которую не знаешь, как применить.       — И много у тебя такой информации?       — Вообще, да, — сникла девушка. — Собирать-то я собираю, а что делать с ней зачастую непонятно. Ну или делать что-то эффективно.       В итоге было решено оставить те события без нашего внимания. Я же немного корил себя за то, что был не до конца откровенен — я не получал визуальной информации, но что-то наподобие ощущений всё-таки доходило до меня. Их можно было бы интерпретировать, как моё же мнение о том, что там происходит. Например, удивление, беспокойство, и всё в таком роде. И на данный момент не было ничего, никаких откликов, а это значило лишь одно — там не произошло пока ничего хоть сколько-нибудь интересного или важного.       — Амулет с магией тени с собой?       — Да, — Пэнси вытащила его из сумки, показав мне. — Но сейчас пока не обязательно продолжать исследования. Я ещё то, что мы узнали и просчитали не изучила и не всё поняла. Этим и займусь.       Осмотрев повторно пустую, по сути, платформу, Пэнси сложила руки под грудью и, постукивая пальцем по плечу, задумчиво произнесла:       — Манекены бы… Или другие мишени. И теней нет.       — Тени есть всегда, — не стал я пояснять свою точку зрения, тут нужно самому придумать и поверить в это. — Пофантазируй, придумай, найдёшь.       — Легко тебе говорить. Небось сам-то уже всё придумал.       — Придумал.       — Ладно, иди уже, строй дом, или чем вы там собираетесь заниматься, — Пэнси погрузилась в размышления и начала вытаскивать из сумки при помощи палочки и магии различный инвентарь, начав с рабочего стола, что выглядело довольно занятно и необычно — не каждый день такие массивные вещи появляются из небольшой сумки.       Мне же оставалось вернуться к Дафне, что уже покинула палатку и ждала только меня, приступить к рутине и надеяться, что все возможные запланированные работы не займут слишком много времени.       ***       Рутина — страшная вещь.       Стоило только окончательно определиться с Дафной, где будет стоять дом и решить несколько вопросов касательно магических методов укрепления фундамента и прочих нюансов заложения основы, как понеслась та самая рутина.       Дафна занялась проверкой рунических контуров, которые я планировал внедрить в фундамент, и это несмотря на то, что всё уже перепроверено по нескольку раз. Ну а я занялся тем, что готовил котлован для фундамента и подвальных помещений. И если кажется, что сильный волшебник способен сделать это одним взмахом волшебной палочки, то это так, но есть нюансы.       Вырыть такой котлован и в самом деле можно парочкой незатейливых магических манипуляций, и единственным требованием к волшебнику будет лишь наличие большой магической силы. Однако, это будет просто яма. В моём же проекте даже такая яма является важной частью конструкции со своей магической составляющей, так что даже здесь мне пришлось использовать сложное заклинание, которое изымало буквально по кубометру объёма, может быть чуть больше. Разумеется, весь изъятый материал я оставлял, немного придавая формы.       Осведомлённый о моих способностях волшебник задался бы вопросом:       — А зачем тебе эта земля? — в роли такого волшебника выступила Пэнси, взявшая перерыв от своих тренировок, а заодно и прекратившая вспахивать всё вокруг различными теневыми выкрутасами всех форм, видов, размеров и продолжительностей воздействия.       — Для трансфигурации, — не отвлекался я от работы, последовательно колдуя, изымая кубы грунта с размеченной территории, словно в игру какую-то играя.       — Ты ведь можешь трансфигурировать воздух. Вопреки всем правилам трансфигурации, — последнее она буквально пробормотала, стоя рядом со мной и наблюдая за очередным плавно летящим по воздуху кубом грунта.       — Это не правило, Пэнси. Точнее, оно сформулировано не совсем корректно, отсюда и заблуждения. Я же отвечал об этом ещё на третьем курсе на занятии МакГонагалл.       — Думаешь, я тогда тебя слушала? — Пэнси выловила момент, чтобы пересечься взглядами. — Тем более на трансфигурации. Я всегда делала упор на чары.       — А я тогда в твоих глаза вообще не котировался как волшебник?       — Ты ждал другого? — привычно и типично для неё, ухмыльнулась Пэнси. — Ты тогда бесил практически всех слизеринцев. Даже Дафну. Хотя, раздражалась она в основном из-за того, что ты ей понравился.       — С самого начала?       — Ты не знал?       — Догадывался. Или надеялся? — сам себе задал я вопрос, ноне найдя ответа, просто продолжил монотонную работу.       — Так зачем тебе этот грунт?       — Мне будет гораздо проще фокусироваться не на воздухе, а на конкретном объёме вполне видимой материи.       — Но ты можешь и воздух превращать.       — Да. Один-два раза подряд для создания чего-то очень даже стоящего. Легко. Но не раз за разом, постоянно, неизвестно сколько времени подряд.       — Не ты ли говорил о преодолении сложностей?       — Всё должно быть в меру. А сложности ради сложностей, да ещё и с невероятной потерей эффективности — бред.       Пэнси, видя, что я не особо расположен к диалогу, ушла к Дафне, возившейся с записями рядом с палаткой — там она соорудила себе рабочее место на открытом воздухе. Да, пейзажи здесь пока ещё не впечатляют, и чем-то даже удручают, деморализуют, но каждому своё. Вдруг такие виды её мотивируют больше, чем уют и комфорт палатки? И как бы странно не звучали в одной фразе слова «уют, комфорт, палатка», это действительно так, потому что: «Магия!».       Ну а я продолжил монотонную деятельность по разбору земли под ногами на кубики. Наверное, со стороны это выглядит предельно нелепо- не последний, смею надеяться, волшебник, ходит туда-сюда по чёрному пустырю, и под палящими лучами летнего солнца машет волшебной палочкой, аки заправский дирижёр, вынимая из земли кубы грунты, прессуя и левитируя их в сторону, в отдельную кучку.       Один куб занимал довольно много времени, и тому было несколько причин. Я никуда не спешил. Я старался всё делать тщательно и вдумчиво. Я складывал кубы аккуратно, чтобы потом было проще их использовать. И вот именно такая рутина заставляет сознание уходить в автопилот. И ведь в глубину нужно уйти на четыре таких слоя, так ещё и площадь не маленькая. Рутина. Не люблю рутину.       — Копатель, ты там как? — голос Дафны послышался сверху, что необычно.       Осмотревшись, осознал, что слишком увлёкся работой и вместо того, чтобы ходить по периметру и тягать из земли кубы, прокопал четыре слоя вниз, спустился, и теперь зачищаю слои вертикально, а не горизонтально. Ну а для левитации кубов внедрил простенькую формулу в заклинание, и они сами улетали туда, куда надо.       — Что такое? — взглянул я вверх, на край идеально ровного котлована, готового, к слову.       — Если ты не заметил, то уже время обеда. Ты же молодой и растущий организм. Или уже нет?       — Ты мне будешь припоминать это… — волевым усилием создал на себе заклинание для полёта, больше похожее на левитацию, и быстро поднялся наверх, оказавшись рядом с Дафной, — …до самой старости, не иначе, да?       — Разумеется.       — Мне даже парировать нечем.       Пэнси отобедать с нами отказалась, полностью погрузившись в тренировки — в данный момент она пытается адаптировать и пересчитать довольно простые, пускай и бытовые чары, под магию тени, но получается пока что посредственно. Всё-таки довольно проблемно, что в известных и распространённых чарах слишком мало того, что хоть как-то могло бы ассоциироваться с тенью. И пусть у меня есть пара идей, я подскажу Пэнси только если она окончательно окажется в тупике, а на данный момент она хоть и сталкивается с проблемами, иногда действительно сложными, но всё же решает их.       Да и стоит понимать, что чары — довольно общая дисциплина. Так или иначе, многие мастера выбирают узкую специализацию в этом направлении, и выделять эта специализация может по любому признаку. Стихийные, например, если из очевидного и первого, что приходит в голову. А в случае с Пэнси можно взять аж три интересные специализации, а для остального использовать обычную магию, благо что отделять тень от неё девушка уже научилась, если мои глаза меня не обманывают.       — Нет, не могу больше терпеть, подскажу ей, — не успели мы сесть за стол под навесом, организованным Дафной, как я всё же решил внести коррективы в тренировки Пэнси.       — Теперь и мне интересно, что ты такого придумал, — Дафна, только-только отключившая руническую вязь для сохранения температуры и свежести еды на столе, активировала её вновь, идя рядом со мной к полигону.       Встав рядом с Пэнси, которая успокоила свой энтузиазм учёного-исследователя и оторвалась от расчётов только при нашем приближении, я улыбнулся.       — Не могу не порекомендовать тебе обдумать три направления для магии тени.       — Два точно знаю — атака и маскировка.       — Это верно. Всё, что связано с прямой атакой, скрытой атакой, и с неочевидным воздействием. Например, воздействием на внутренние органы, ткани, или любые вещи вокруг. Тень-то везде.       — Тоже мне новость, — Пэнси сложила руки под грудью. — Это очевидно, если подумать. Хотя скрытность — более очевидное направление. Тут можешь не советовать, я сама генерирую идеи в этом направлении быстрее, чем успеваю просчитывать.       — Тогда третье — контроль.       — То есть? Контроль чего?       — Например, марионеток. Нужно только представить, что тень есть везде, куда не попадает свет. Начнём с большого масштаба. Ночью все мы, стоя на земле, в тени от Земли.       — Это… — Пэнси глупо хлопала глазами. — Настолько очевидно, что я даже не задумывалась. В книгах всегда делался упор на тень от источников света. Тень дерева там, или своя тень. Или тень от одежды. От облака, в конце-то концов. Потому я тут и понасоздавала всякого, — Пэнси указала рукой на различные трансфигурированные конструкции.       — А если несколько источников света? — улыбнулся я. — Например, стоят два фонаря. Один освещает пол, а второй загорожен от участка пола столбом. Тени вроде бы и нет, но она есть.       — Игры разума, — Пэнси аж тряхнула головой. — Но тени не видно в таком примере.       — Воздух тоже не видно, но я его трансфигурирую, заставляя мысленно выделить область пространства с воздухом, как один объект. Знаешь, для лучшего понимания, я возьму Гермиону, курс молодого бойца… то есть, физику и химию, и ты будешь изучать их под чутким присмотром моей сестры.       — Не-ет, — протянула Пэнси в ужасе, шоке и удивлении.       — Да.       — Не-е-ет, — Пэнси была явно против.       — Вам обеим будет это полезно. А на счёт игр разума — могу лишь согласиться. Да, игры. Давай на примерах. Помнишь чары за первый курс? Дай мне пару секунд, — я переместил рюкзак со спины на бок и начал активно и показательно шарить в нём рукой, изображая сложный поиск.       Найдя податливый для превращения, мягкий материал среди большого количества экземпляров, над которыми проводил свои опыты во время экспериментов для постройки дома, я придал ему цвет и форму ананаса, вытащил из рюкзака и поставил на стол.       — Нашёл. Не думал, что он пригодится в такой ситуации. Итак, Пэнси, воспользуйся чарами и заставь ананас танцевать. Только не Левиосой и точным контролем, а конкретно специальными чарами.       — Легко, — Пэнси взмахнула палочкой, быстро, арктически мгновенно выдав идеально выполненное движение, беззвучно произнося слова.       Искорка магии слетела с кончика её палочки, тут же впитавшись в ананас, и тот начал отплясывать на столе какую-то жигу-дрыгу.       — Прекрасно, — довольно покивал я, наблюдая за процессом. — Как ты можешь видеть, применив специальные чары, существующие лишь для одной цели — чтобы ананас и только ананас пустился в пляс — ты достигла поставленной задачи.       — Могло быть иначе?       — Нет. Но есть нюанс. Это, — я хлёстким взмахом руки располовинил ананас, — вовсе не ананас, а кусок глины.       Чары танца были развеяны, и два куска глины спокойно и неподвижно лежали на столе.       — Хм, — теперь Пэнси выглядела задумчивой и немного озадаченной.       — А ведь чары-то созданы чтобы только ананас мог танцевать. Но чары ли определили, ананас перед ними, или нет?       — Я понимаю, куда ты клонишь, но это несколько сложно принять.       — Вся магия — у нас в голове, — я постучал пальцем по виску. — Ты видела ананас, ты решила, что это ананас. Ты применила чары только для ананаса на этом ананасе, и они сработали, хотя если бы именно магия определяла, ананас ли перед ней, то ничего бы не произошло. Так же и с тенью. И много с чем ещё, практически всем. Понимаешь?       Пэнси кивнула, но это согласие не вызывало у меня и капли доверия. Повернувшись к Дафне, я всем своим взглядом выразил надежду, что она понимает.       — Понимаю, понимаю, — улыбнулась мне Дафна, похлопав по руке обнадёживающе, — но такое трудно принимать умом.       — Вот по этой причине Дамблдор был великим волшебником, а какой-нибудь бомж из Лютного в те же сто с лишним лет оставался бездарным бомжом. Волшебник с годами набирается опыта, знаний, понимания разных процессов природных. Обогащает свой кругозор, видит вещи, скрытые от многих. Этот опыт позволяет творить с магией самые разные, порой невероятные и абсурдные вещи, но причина не в каком-то абсурдном могуществе, а в понимании и способности принимать сознанием самые разные вещи и явления. Иногда даже обманывать самого себя ради нужного эффекта.       — То есть, предлагаешь обмануть саму себя?       — Почему сразу обмануть? — возмутился я вполне искренне. — Просто нужно смотреть на вещи шире, не забывая порой обращать внимание на очевидное, озвучивать это «очевидное». Может у меня мало жизненного опыта, но огромный кругозор. И этот кругозор и понимание самых разных процессов, допускаю, что не всегда верное понимание, является ещё одной моей хитростью, когда дело доходит до колдовства.       — Это жульничество какое-то, — надулась Пэнси. — Даже чары в итоге сводятся к играм разума. И в итоге становятся заклинанием — придумал бред, поверил в бред, сделал бред. Никакой конкретики.       — Это магия, Пэнси, — пожал я плечами, открыто улыбаясь. — А теперь отвлекись и пойдём обедать. Глядишь умная мысль появится.       — Ага. И я закидаю её печёной картошкой и отбивными, чтобы она не убежала.       С этого момента рутина окончательно встала на свои рельсы, а мы все уверенно занимались своими делами, планомерно следуя придуманным для себя самих планам.       При помощи магии я укрепил котлован, после чего взял один из кубов земли и начал медленно и верно превращать его в фундамент строго следуя проекту. В фундамент, он же подвал, он же основание для будущего каркаса дома. Учитывая, что при этом приходилось вплетать в конечную конструкцию сложную и доведённую до идеала магическую схему из рун, линий, точек и всего, что только приходит в голову, а сама конструкция была довольно больших размеров, делать этот один единственный шаг мне пришлось на протяжении почти четырёх часов непрерывного потокового колдовства.       Это было настолько тяжело, что после создания этой основы я просто осел в кресле у стола под навесом, и тупо смотрел в никуда, вытирая платочком кровь под носом. Пэнси стояла рядом, держала в руках блокнот и перьевую ручку — минуту назад делала записи — и с сомнением смотрела на бетонного цвета монолит в земле. Во множестве точек поверхности этого монолита были пазы разных размеров, длины и глубины, всё испещрено мельчайшей вязью рун и вообще, выглядело это как минимум странно. Ах, да, было два входа в подвал, на данном этапе выглядящих как прямоугольные вырезы в монолите платформы.       — Могу сказать, что это довольно сомнительный домик, — ехидничала Пэнси.       Дафна же, сидевшая рядом со мной на соседнем кресле, тоже выглядела уставшей — проверять километры рунических схем дело непростое. Она устало и отстранённо размешивала чай в кружке — даже не в чашечке! — и с безразличным взглядом осматривала пирожные в вазочке на столе.       — Ха. Ха. Это только начало.       — А зачем все эти бесчисленные выемки? Углубления? У меня от одного только взгляда на схемы начинает болеть голова.       Услышав эти слова Пэнси, мы с Дафной переглянулись, одновременно уставившись на подругу.       — Что? — она аж на шаг отступила. — Не смотрите на меня, как на неразумное дитя с отставанием в развитии. Это же бред какой-то безумный, ещё и мелкий такой.       Она явно говорила о схемах и рунах, но как ни посмотри, вроде бы всё понятно. Где какие модули, узлы связи, буферы да компенсационные механизмы. В целом, можно даже визуализировать работу этих схем при взгляде на них.       — Да нормально же? — я даже с некоторым сомнением спросил Дафну.       — Однозначно нормально и понятно. Я бы даже сказала, всё очевидно. Громоздко, но учтено всё. Даже звёзды на момент активации. Который, кстати, желательно не прозевать.       — Обязательно. У меня отдельная запись, за полчаса до момента активации бросить все дела и начать проверку.       — Поня-атно, — протянула Пэнси. — Зато я в чарах молодец. Вот. Но зачем эта ваша модульность?       — Я за один заход не вытяну весь каркас дома. Да и состоит он из нескольких, скажем так, каркасов и слоёв. Даже если бы я мог создать всё за один раз, всё равно пришлось бы делать модулями. Иначе в укреплённую магией стенку даже гвоздь не вбить было бы. А поверх не поклеить обои. В общем, чтобы было всё учтено и на высшем уровне, приходится озаботиться миллиардом мелочей и нюансов.       — Хм… Никогда не видела, как строят дом волшебники. Знаю только, что дедушка строил свой личный мэнор около семи лет.       — Сам?       — Пф, нет, конечно. Он же не строитель.       — Я тоже не строитель.       — Оно и видно.       — Язва. Твоя комната будет в подвале.       — Да за что?!       — За доброту и понимание.       Дружескую беседу, в которой Дафна участвовала лишь в роли неподкупного судьи, готового в любой момент прервать нерадивых нас, была прервана прилётом крупного филина. Я заприметил его ещё издалека — птица не маленькая. Так что все мы ожидали его прилёта.       Птица приземлилась на подлокотник моего кресла и, сурово нахмурив свои филиньи брови-стрелы, вытянула лапу с письмом. Проверив посылку магией, принял письмо и принялся разворачивать конверт, пока Дафна пыталась найти с птицей общий язык посредством предложения, от которого невозможно отказаться — совиное печенье.       — Что там такое, что заставило тебя нахмуриться? — Пэнси же неотрывно следила за мной и моим выражением лица, хотя делала это практически незаметно.       — Малфой пишет. Встретиться надо. Сейчас.       — Предложил место?       — Нет. Оставил это за мной. Не против, если приглашу сюда?       — Так ты это не у меня спрашивай, — Пэнси кивнула на Дафну, что добилась расположения филина и теперь с превосходством во взгляде почёсывала клюв птице.       — Я не против, — не отвлекаясь от взаимодействия с животинкой ответила Дафна на незаданный лично вопрос.       — Вот и здорово.       Достав палочку, приманил первый попавшийся на глаза камушек и, витиеватым взмахом превратил камушек в монетку, на которой вместо орла и решки был рунический контур порт-ключа с координатами этого места и ключом-активацией «Портус». Классика, ничего лишнего, всё как по учебнику. Другим взмахом палочки создал записку с текстом, упаковал всё в конверт и вручил сове с просьбой доставить отправителю.       Спустя пять минут ожидания, мы всё ещё находились в состоянии усталости, крутясь вокруг стола и кресел под навесом, в лучах вечернего солнца. Палатка стояла рядом, буквально впритык. Пэнси уже перетащила сюда свой стол и принадлежности для исследования, здраво рассудив, что нет смысла держать это у платформы-полигона. Хотя терзают меня смутные сомнения, что причина намного банальнее — здесь печеньки под рукой.       — Как думаешь, дорогой, — Дафна решила, что сидеть в двух отдельных креслах нет смысла, и раз уж вокруг ни единой живой души, кроме Пэнси, то можно и на диванчике сидеть, рядом, чуть ли не в обнимку, — когда Малфой изволит явиться.       Звук пробоя пространства порт-ключом привлёк наше внимание. Драко появился буквально в пяти метрах от нас, идеально в том месте, которое я и вносил в координаты порт-ключа.       — Кто вообще зачаровывал эту монету? — недовольный Драко отряхнул несуществующую пыль с чёрного костюма и мантии.       — А что не так, Драко? — улыбнулся я, приглашающе кивнув на свободное кресло рядом, за столом. — Чай, печенье? Что-то посолиднее.       — Я не ты, Гектор, и не могу поглощать еду в неограниченных количествах. Даже не встанешь, чтобы поприветствовать?       — Оставь этикет для банкетов, — всё же я привстал для рукопожатия.       Малфой плюхнулся в предложенное кресло и начал осматривать окружение, первым делом поздоровавшись с Дафной и Пэнси.       — Какое живописное место, Грейнджер, — Драко изображал одобрение всем своим видом, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться на ехидство и усмешки, даже на фамилии перешёл. — Так и пышет жизнью. Цветёт и пахнет, как и положено в летнюю пору.       — А ты как думал? Видишь тот прекрасный сад? Или рябиновую рощу там, в десятке метров от прекрасного дома?       — Вижу, как не видеть, — покивал Драко. — Прям глаза разбегаются, не знаю даже, на чём и остановиться. Вот, к примеру, тот склеп в земле ты строишь для своих врагов?       — Это фундамент дома.       — Ах, прошу прощенья, не признал жильё с первого взгляда.       Переглянувшись и усмехнувшись друг другу, мы решили, что хватит разговоров ни о чём, и пора переходить к делу.       — Как я понимаю, это та земля, что ты приобрёл? — Драко, несмотря на отказ от печенья и чая, проводил взглядом выпечку, летевшую по воздуху в тарелочку Дафны, сидевшей теперь хоть и близко ко мне, но всё же в пределах рамок приличий       — Именно. И да, избавил от проклятий и прочее. А пустырь — временное недоразумение. Землю уже оживил.       — Впечатляет. Без шуток, — Драко был и в самом деле удивлён. — Сам?       — Не задавай вопросы, на которые не стоит знать ответы.       — В любом случае, я тут только чтобы лично предупредить.       — Внимательно слушаю.       — Если коротко, то кое-кто в министерстве активно старается отжать всё, что плохо лежит. Твои новенькие земли в том числе.       — И как ты об этом узнал?       — А наши тоже отобрать хотят, — пожал плечами Драко, разведя руки в стороны. — Вот отец и разузнал всё моментально.       — А в чём твоя выгода от того, что поставил нас в известность? — Дафна чуть склонила голову вбок.       — Я пытаюсь выстроить взаимовыгодные отношения с перспективным волшебником. Это если тебе нужна официальная версия, Гринграсс. А если неофициальная — с Гектором лучше дружить.       — У тебя есть подробности?       — Нет, — покачал он головой. — Единственное, что могу сказать — возможны любые варианты и предлоги. Например, узнают, что ты очистил землю — придумают как подойти с точки зрения незаконности и применения Тёмной Магии, назначат неподъёмный штраф или иные санкции, изымут землю. Это первое, что приходит в голову.       — Предложения есть?       — Пока не придумал, потому тебе и говорю. Вдруг у тебя мысль умная будет, тогда и я воспользуюсь. Мне тоже есть, что нужно приберечь.       — Разве твой отец не может помочь? — теперь уже Пэнси вступила в разговор, ухмыляясь так, как может только она — ядовито и коварно. — Учитывая, сколько раз, начиная с первого курса, ты хвалился своим папа́, иного и быть не может.       — Всё, что записано на меня, теперь только под моей ответственностью, — Малфой. — И у него сейчас много своих проблем. Точнее, проблем рода, конечно же.       — Занятно… — выдохнул я. — А ведь с точки зрения закона ко мне не так-то легко подобраться, чтобы изъять землю.       — Твоя пока только на заметке у жадных до чужого имущества, — качнул головой Малфой. — И то до тех пор, пока в министерстве не узнают, что твоя земля чистая. Она же под мощными проклятьями должна была быть? Проверки таких территорий проходят в середине каждого квартала. Так что, если не будешь хвастаться, то к тебе постучатся в дверь только в августе.       — Эх, — печально выдохнул я. — Может быть я просто поставлю защиту, об которую они расшибутся? И просто не буду никого пускать.       — Тогда это будет воспринято как противодействие законной власти, — Малфой словно бы отмахнулся от подобного, заранее провального плана, о котором и сам думал не раз. — И соберут всех Авроров и ДМП. И Невыразимцев, если потребуются. И будут ломать, пока не сломают.       — А если не сломают?       — А такое возможно? Сам-то веришь? Нет ничего невозможного — твои слова.       — Но… — я на миг задумался. — Можно поставить такую защиту, которую они будут ломать лет сто. И которая ещё огрызаться в ответ будет. Зачем вообще нужны законы, если они не работают.       — Работают, — не согласился Малфой. — Только во взаимоотношениях слабых со слабыми. Или правительства и слабых. А в остальных случаях — кто кого переиграет. Знакомства, взятки, тупо сила, которую пытаются всем миром давить знакомствами и взятками. По крайней мере так говорит отец. Но, зная тебя, вполне может оказаться, что ты поставишь такую защиту. И от тебя отстанут просто из-за пустой траты времени.       — В любом случае, спасибо за информацию. Кстати, подумай, какой артефакт мог бы приглянуться твоей семье. Только ничего атакующего.       — Хм… — Драко крепко задумался. — Не знаю. Лучше спросить у отца. Он лучше осведомлён о потребностях и нуждах рода. Полагаю, нет смысла спрашивать о том, откуда ты достанешь что-то стоящее?       — Разумеется. Не мой секрет.       — Я так и знал.       Минут пятнадцать мы провели за беседой ни о чём, и вскоре Драко ушёл аппарацией — Дафна открыла для него защиту территории. После ухода блондина мы решили вернуться каждый к своим делам — вечер ещё в самом разгаре, и тратить время попусту никто не желал. Попутно можно было бы обдумать ситуацию с этими неизвестными деятелями, жадными до чужого имущества. Был ли я удивлён тому, что подобная ситуация в принципе возникла? Нет, ни разу. Иначе и быть не могло после столь значимой перемены в жизни магической Англии, как окончательная кончина Тёмного Лорда. Но всё же, приятного мало.       Стоило только взяться за работу и перенести очередной куб земли для следующего этапа трансфигурации и создания первого модуля на платформе фундамента, как из серой вспышки появился довольный жизнью Хрустик. С чувством выполненного долга от приземлился на моём предплечье и протянул простую записку.       Девушки не заметили появление сыча, с чем он не стал мириться и полетел показывать себя великолепного Дафне и Пэнси, ну а я быстро прочитал записку. От Гермионы. Там у них что-то случилось в Сиднее, а точнее, в магической Австралии, да такое, что вся страна упала под жёсткий запрет перемещений как из неё, так и на территорию. В общем, полнейшая блокада перемещений. А их ДМП и австралийское отделение аврората в полной готовности.       И что делать? Что вообще случилось? Лететь воевать, лететь эвакуировать? Сидеть на месте ровно? Отсутствие информации действует на меня самым удручающим образом. Да и Гермиона ничего не знает, а правительство там молчит — просто Экстренная Ситуация, и всё, подробности будут сообщены позже.       Значит всё-таки придётся лететь и выяснять, что там произошло. Не стоит такие вещи пускать на самотёк.