Целитель

      Учёба, упорная и старательная. Когда это не какое-то заведение, не школа и не университет, а личное ученичество, куда лучше ощущаешь прогресс и собственные успехи. Но вместе с этим есть риски погрузиться в неё несколько глубже, чем того бы хотелось.       Именно такая мысль появилась в моей голове, когда однажды утром к нам в квартиру прилетел Хрустик, миновав все возможные защиты над Бездной, да и закрытые окна с плотными стенами он попросту проигнорировал.       — Хм? — отвлёкшись от завтрака, я протянул руку к сычу, приземлившемуся прямо за стол, важно оглядывая меня и девушек. — Ну и что же ты за вести нам принёс, отважный посыльный?       Удивились ли Дафна и Пэнси тому, что сычик при этом только-только лишился своей полупризрачной оболочки серого цвета? Похоже, их способность удивляться несколько подавлена учебным процессом, что не удивительно — стараемся изо всех сил, чтобы соответствовать надеждам Асманда и получить подмастерья по его дисциплинам до Хогвартса, ведь руны и трансфигурацию мы и там сможем добить.       Сычик попыргал по столу, важно вручил мне послание и пристроился у тарелки с беконом, который я довольно старательно обжаривал сам, между прочим. А вот на любые морепродукты он поглядывал с нескрываемым презрением — наконец-то я смог опознать то, что он не будет есть даже в голодный год.       Пока я читал письмо, девушки скорее на каких-то рефлексах неуловимо умилились мелкому птицу, так что он оказался в компании весьма сдержанных девушек, что без невероятного счастья, но с улыбкой играли с ним. Вот умный птиц, но ща любую суету, даже такую, когда приходится охотится за чьим-то пальцем, качая головой словно змея.       — Занятно… — я выкинул записку, сжигая её магией в полёте.       — Родственники? — первым делом спросила Дафна, даже не отвлекаясь от забавной затеи дразнить сычика.       — Да. Гермиона, с подачи родителей, уверена, что я либо забуду, либо проигнорирую свой день рождения. И напоминает, что такой праздник в моей жизни есть, и было бы неплохо его отметить. Хотя бы один раз.       Девушки переглянулись.       — А какое сейчас число?       — Понятия не имею, Даф.       — Хм…       — Получается, — я посмотрел на них с улыбкой, — мы благополучно проучились почти до начала августа. Поздравляю вас, дорогие мои, пик лета полностью потерян.       — Ну и ладно, — отмахнулась Пэнси.       — Согласна, — Дафна лишь кивнула, а Хрустик, улучив момент, мягко сцапал её палец, встав в позу победителя.       Дафна подняла руку, а вместе с тем и сычика, посматривая на него с немым вопросом во взгляде, но Хрустик просто продолжил висеть на указательном пальце, словно на перекладине, только вот не лапками держась, а клювом.       — И что ты думаешь делать? — Пэнси с лёгкой отрешённостью, явно поглощённая иными мыслями, поглядывала на чашку чая в руке, поняв, что сыч вне зоны досягаемости.       — Надо посетить, — выдохнул я. — Родители всё же.       — А если бы не они, тебе было бы совсем плевать на свой день рождения?       — Ровно так же, как и все годы до этого. Праздник с крайне сомнительной ценностью, и ещё более сомнительным смыслом.       — Так и скажи, что тебе он просто не нравится, — Пэнси перестала крутить кружку без всякой цели, и поставила её на стол. — Как и все остальные. Хотя мне кажется, что тебе просто не нравится концепция подарков.       — Не нравится. Потому что их подбирать — настоящая пытка. Отделаться какими-нибудь формальными конфетами…       — Понятно по слову «отделаться», — отмахнулась Пэнси, глянув на Дафну, что пыталась щекотать сыча, висевшего на её пальце.       — …вот именно, — тут же поддержал я слова девушки. — Лучше не дарить что-то, чем конфеты или им подобное.       — Это же просто символ.       — Понимаю. А мне не нравится. А подбирать индивидуальные подарки — та ещё проблема.       Хрустик освободил палец Дафны из вежливого захвата клювом, и, оказавшись снова на столе, попрыгал к недоеденному бекону.       — Но ты дарил такие подарки, — Дафна вступила в диалог, жестом показав браслетик-змейку.       — Дарил. И это было душевным порывом. И, честно говоря, у меня нет особого желания заниматься разбором этого моего отношения к подобному. Никто из вас до сих пор не сказал мне, когда у вас день рождения, так что не вам меня судить.       — Справедливо, — пожала плечами Пэнси, и вопрос оказался закрыт сам собой. — Только вот как ты планируешь пропустить день занятий?       — Не день, я надеюсь. Так, пару часов. Тем более меня там ждут через час.       — И без Дафны?       — Похоже, — я улыбнулся, — её присутствие подразумевается само собой.       — А моё?       — Вполне возможно, что и твоё тоже.       — Это неожиданно.       — У родителей вполне могут быть свои мысли на этот счёт. Ну так что, — я встал из-за стола, так как завтрак всё равно подошёл к концу. — Вы отправитесь со мной?       — Почему бы и нет. Тем более мы и вправду даже не заметили, как прошёл месяц.       Сборы были довольно быстрыми, и причина тому была проста — нужно было ещё организовать разрешение на выход с территории Бездны и разрешение на использование аппарационного зала. В этом деле нам должен был помочь Хрустик, доставив сообщение Асманду. Разумеется, в сообщении будет и вопрос о том, а можно ли нам пропустить пару часов, тем более Джейкоб наверняка уже подготовил очередные пыточные физические упражнения для Пэнси и Дафны. Да и программа занятий Пэнси может пострадать.       Однако вопреки туманным опасениям, разрешение и допуски мы получили, так что за десять минут до указанного в письме времени, мы уже стояли собранные в аппарационном зале и проходили проверку личных вещей.       — Похоже, сэр, — обратился ко мне сотрудник Бездны в серой форме, — вы решили вопрос с вашими тёмными артефактами.       — Не совсем. Это временная мера, с которой помог наставник.       — Тем не менее, они хотя бы перестали так безумно тревожить досмотровые заклинания и чары.       Асманд и в самом деле помог улучшить наш с Дафной контур для экранирования тёмной магии, но всё это до сих пор оставалось временной мерой, а окончательного и надёжного решения пока не было — придётся заняться этим в свободное время. Эх, где бы это время ещё взять, ведь работа предстоит не шуточная.       Аппарация по типу феникса в строго отведённый момент времени, и вот мы высоко в небе над Сиднеем, где уже время не утреннее, а близящееся к вечеру. Никто, даже я, не успели осознать произошедшее, а я уже скользнул по грани Смерти во внутренний двор дома родителей.       — Как же… — Пэнси озиралась вокруг, осматривая территорию, — это всегда неожиданно. Когда-нибудь и я так делать научусь.       — Ну конечно же, — Дафна ухмыльнулась. — Конечно.       — Ты не ухмыляйся, ледышка. Сама ты так же далеко от глубинных познаний этой магии, как и я.       — И я трезво смотрю на этот вопрос.       — На самом деле, — я прервал их шутливую перепалку, поведя девушек к дверям в дом, — в этом не так трудно разобраться на уровне концепций. Дело будет за расчётами, они очень индивидуальны. Если к Хогвартсу мы добьёмся подмастерий в наших направлениях, то уже в Хогвартсе я буду обучать вас одной интересной идее, которая поможет в этом деле.       — Хм, с вами-то двоими всё ясно, — Пэнси глянула на нас с Дафной, — но мне-то откуда подмастерье взять? Я не являюсь чьей-то ученицей, просто учусь.       — Вдруг тебя Флитвик возьмёт в ученики, и за месяц ты получишь подмастерье? Всё же твой дедушка неслабый мастер чар по силам, пусть и не по званию, — Дафна была явно уверена в своих словах.       — А Флитвик — упёртый и вредный. Видите ли, подавай ему ученика с упором мышления на дуэлинг.       Стоило мне открыть дверь, а нам зайти в дом, как я тут же удивился, пусть и не очень сильно. На той стороне сквозного коридора в самой натуральной засаде сидела Гермиона, явно ожидая моего появления с парадного входа, при этом ещё и заготовила что-то пугательно-поздравительное.       Нет, я всё понимаю, как и то, что зачастую и я, и Дафна с Пэнси стараемся перемещаться тихо просто из-за очередной прихоти Джейкоба обучать внучку всем премудростям в том числе и скрытничества. А так как Пэнси стала человеком родным для нас, хотя ситуация так и не сдвинулась с места ни в одну из сторон, за что я могу пока быть благодарен учёбе, но своё «фи» она высказала, мол: «А почему это я должна страдать одна? Навык полезный, страдайте и вы».       В общем, я понимаю, что мы теперь всегда ходим скрытно и действуем тихо, что бы ни делали, но не до такой же степени.       Подойдя ближе, встал рядом с Гермионой.       — Ещё нет? — тихо прошептал я.       — Нет.       — А уже время.       — Знаю. Сейчас…       И тут до неё дошло, что это точно не отец, который сейчас в гостиной вместе с мамой, стоит и смотрит на всё это со стороны.       Гермиона хотела было дёрнуться, но сдержалась, зато пугательно-поздравительный сюрприз в её руках сработал как по часам, и взорвался искрами и цветным дымом, и в итоге Гермиона предстала перед нами этаким разукрашенным клоуном, ну или жертвой взрыва на кондитерской фабрике.       — Очень любопытно, — покивал я, взмахом руки магией не позволив всему этому непотребству коснуться меня или как-то запачкать, потому что субстанция оказалась довольно летучей.       — Гектор…       — Да?       — Ты…       — Я?       — Почему ты зашёл там, а не там? — она резко обернулась ко мне, сверля недовольным взглядом.       — Меня больше интересует, почему ты решила использовать такие не продуманные идеи по приведению меня в беспорядок?       — Потому что под рукой больше ничего не было, и вообще, ты увиливаешь от темы разговора. Там вход, там. Парадный. Как раз подходит для подобных случаев.       — Гермиона, — я хотел было использовать магию и помочь Гермионе с очисткой себя любимой от всяких цветных неприятностей, но не стал — мало ли что я ещё неучтённое очищу, да и Гермиона сама может колдовать в этом доме, тем более она является совершеннолетней волшебницей.       Хм, а ведь и я теперь тоже являюсь совершеннолетним волшебником, и могу колдовать где и как захочу, если не буду нарушать Статут о Секретности.       — Да, Гермиона. Много лет уже Гермиона, — она достала палочку и начала выдавать серию чар и заклинаний на себя, быстро приводя в порядок. — Не получилось мне сделать твой первый добровольно отмечаемый день рождения запоминающимся.       — Ох, вот оно что, — я с улыбкой покивал понимающе. — Не переживай. Я точно запомню, как тебе это не удалось, и какой нелепой участи я избежал. К слову, ты кое-что не учла.       — Хм? И чего же?       — А ты не подумала, как я могу среагировать на такое внезапное проявление неизвестно чего, учитывая мои боевые склонности и способности?       Тут уже отец, что вместе с мамой медленно шёл в коридор, где и встретился с Дафной и Пэнси, не мог смолчать.       — А я предупреждал, что такое может быть.       — Да? — Гермиона повернулась к отцу. — И даже не побеспокоился о своей дочери в моём лице?       — Я был уверен на сто процентов, что Гектор появится именно на заднем дворе, и пройдёт именно в эту дверь. Плюс, я был уверен в его способностях, которые он не раз показывал и о которых рассказывал. А значит он бы знал, что ты там.       — Об этом я не подумала, — Гермиона и в самом деле задумалась, причём не шуточно, и подобное вызывало определённые опасения, потому что такими темпами она может решить, что пойти по стопам близнецов Уизли — отличная идея.       — Мы сильно отдалились от причины нашего здесь появления.       — О, причины предельно просты, — мама вышла вперёд. — Мы прекрасно знаем, что ты не любишь праздновать дни рождения и прочие праздники.       — Хм, это верно.       — Однако в этот раз всё несколько иначе. Потому что сегодня не просто день рождения, а твоё совершеннолетие, как волшебника. А значит ты можешь законно колдовать и не бояться различных штрафов и санкций.       — Кроме колдовства, раскрывающего Статут о Секретности, — важно добавила сестрёнка.       — Верно.       — Надеюсь, лимиты фейерверков на сегодня исчерпаны? — я с улыбкой кивнул на Гермиону.       — Полностью. Только чаепитие. У вас, кажется, недавно был завтрак?       — Миссис Грейнджер, — Дафна подошла вместе с Пэнси поближе. — Учитывая способности Гектора поглощать еду в неограниченных количествах, такая незначительная вещь как завтрак час назад не играет никакой роли.       — В самом деле? — мама даже обрадовалась. — Тогда ужин будет несколько более полноценным. Девушки, не поможете?       — Разумеется, — это уже Пэнси дала о себе знать, а то можно подумать, что она тут мебель.       На самом деле не было необходимости в какой-то помощи, так что через пару минут все уже были за столом, без лишнего пафоса и слов поздравляли меня с семнадцатилетием, которое открывало двери в колдовство без границ, и прочее. Разумеется, не могло обойтись и без разговоров обо всём подряд, если оно касается меня. Например, мой дом и как там дела — эта тема просто не могла быть проигнорирована или забыта ни родителями, ни Гермионой.       — А скажи, — вопрос задал отец, — как у тебя обстоят дела с постройкой дома?       — Дом, хм, — тут сразу и не сформулируешь одним словом. — Скажем так, есть фундамент и каркас, и есть стены первого этажа. Несущие.       Несколько раз мне удавалось найти время после учёбы или практики в Мунго — после первого дежурство Сметвик вновь повёл меня по сложным случаям, так что это были не совсем дежурства в прямом смысле этого слова. Время, чтобы отправиться на свою территорию и создать по блоку-другому для дома, постепенно закончив первый этаж.       — Очень неплохо, — отец даже улыбнулся. — Как думаешь, сможешь закончить до сентября?       — Вряд ли. Последнее время мы слишком погрязли в учёбе, и ничем кроме не занимаемся. Даже отдыха нет нормального.       — Абсолютная правда, — Дафна поддержала меня. — Учёба занимает слишком много времени, а наставники грузят нас без пощады.       — Но ведь и отдыхать нужно, — мама, как это и бывает зачастую, проявляла беспокойство о таких вещах, как правильный и здоровый распорядок дня наряду с питанием. — Так ведь иначе можно совсем заучиться и заработаться.       — Боюсь, — Пэнси витала в своих мыслях, и даже в этот момент спустилась в бренный мир своим сознанием далеко не полностью, — этим двум выгорание не грозит. Для них исследования и учёба сами по себе являются отдыхом. А отдых — работой.       — Вот как?       — Мам, это просто очень интересно и продуктивно, — мне оставалось лишь пожать плечами. — И с этим мы поделать ничего не можем.       — Пусть учатся, — Гермиона не разделяла беспокойство родителей на наш счёт. — Может быть утомятся, и в Хогвартсе за седьмой курс не сделают чего-то ужасающего. Или какого-то очередного эксперимента.       — Это вряд ли, — Пэнси оставалась такой же отстранённой. — Если они перестанут изучать новое, они начнут создавать новое. Страдать от их выходок — наша незавидная участь, с которой придётся смириться.       — Раз уж мы заговорили об учёбе, — мама немного оживилась, — не поделитесь новостями? Как всё складывается?       Тут в дело вступила Пэнси, начав чуть ли не машинально озвучивать учебный график, план, успехи каждого дня у каждого из нас, резюмируя только лишь последнюю неделю, и это всё это перечисление без какого-либо приукрашивания заняло минут пятнадцать, не меньше. Удивились не только родители и Гермиона, но и мы с Дафной.       — Надо же, я и не знал, что у нас всё настолько плотно и продуктивно.       — Полностью с тобой согласна, — Дафна положила руку поверх моей. — Мне тоже казалось всё намного проще, а событий намного меньше.       — А успехи намного хуже и недостаточные, — добавил я.       Пэнси слабо усмехнулась.       — Просто я фиксирую всё, что только можно. Этого требует мой дневник наблюдений для тренировок. Я могу посекундно расписать день каждого из вас.       — Пэнси, дорогуша, — Дафна улыбнулась коварно и как-то даже опасно. — А почему именно нас?       — А на ком мне ещё тренироваться? Остальные могут крайне неправильно понять подобное.       — Мы, вообще-то, тоже.       В итоге разговор в очередной раз ушёл в какую-то тему, спонтанно выросшую из другой. А вскоре и посиделки эти подошли к своему завершению.       Перед тем, как отправить нас обратно в бездну, мама решила напомнить мне одну важную с точки зрения закона вещь.       — Ты ведь не забыл, что тебе нужно получить свидетельство о прохождении курсов аппарации, или как там оно у вас называется?       — Не забыл, — не совсем правдиво ответил я, ведь забыть я не мог, а вот полностью игнорировать это воспоминание — более чем.       — Забери его уже, и спокойно перемещайся без лишней скрытности и прочих проблем. А то как будто какой-то преступник.       — Заберу, не переживай.       — Вот и хорошо.       На этой ноте я с Дафной и Пэнси покинули дом и вышли на задний двор. Пэнси решила, что в тени пребывать будет продуктивнее, хотя по её же словам, пребывание там само по себе уже малопродуктивно.       — Если вы решите сразу решить этот вопрос, — голос Пэнси звучал уже из тени, — то подбросьте меня до Гринготтса. Нашего.       Взяв Дафну за руку, я скользну по грани Смерти в небо, а уже оттуда аппарировал на манер феникса в проулок у Дырявого Котла.       — Похоже, — Дафна без удовольствия переступила какой-то непонятный кусок строительного мусора, или что это ещё такое, не важно, — ты всё-таки решил решать вопросы сразу.       — Именно. Если что-то можно сделать сегодня, нечего откалывать это на завтра.       Пройдя в паб, мы быстро прошли через почти пустой зал до заднего двора с проходом на Косую Аллею. Привычный алгоритм активации, и вот мы вновь оказались на этой улочке, которая одновременно вызывала чувство дома, но теперь ещё более явно ощущалась странность этого места. Не в плане магии и волшебства, а в том, как же теперь она выглядит неправильно на фоне Бездны.       — Полнейший хаос и никакой системы, — Дафна по-новому осматривала кривые дома, лавочки, широкую улицу, мощную камнем, и все её бесконечные кривые изгибы.       — Зато привычный и родной.       — Нашли о чём беспокоиться, — тихий голос Пэнси из тени был слышан нам обоим. — В даже не представляете, насколько неправильно и непропорционально это всё выглядит из тени.       — Не представляем, — Дафна неуловимо улыбалась, разглядывая витрины магазина со всеразличными магическими принадлежностями. — И я уверена, не сильно желаем знакомиться с этим видом.       Когда мы дошли до банка, Пэнси попросил подождать мгновение и исчезла из наших теней, а через эти самые мгновения вышла уже из проулка на соседней улочке, быстро подойдя к нам.       — Не стоит прямо перед всеми появляться из ниоткуда посреди Косой Аллеи, — она поправила несуществующие складки на мантии-накидке. — Дафна, составишь мне компанию, пока Гектор будет продираться через бюрократический ад?       — С удовольствием. Чем реже посещаешь министерство, тем здоровее твоя психика.       — Не так-то уж там всё так и плохо, — Пэнси была явно не согласна с такой постановкой вопроса.       — Уверена?       — Разумеется нет.       Посмотрев девушкам вслед, я направился прочь с Косой Аллеи, и накинув капюшон на голову, перешёл в Лютный, откуда спокойно переместился по грани Смерти в обычную часть Лондона близ Адмиралтейства.       Один переход через дорогу, разумеется, строго пользуясь пешеходным переходом, короткая прогулка до невыносимо и приторно яркой красной телефонной будки, которую могут видеть только и исключительно волшебники, и вот я уже набираю нужный номер телефона, а синтетический голос спрашивает о цели моего визита.       — Департамент Магического Транспорта и Связи, получение лицензии на аппарацию, — сухо ответил я, а через пару мгновений уже получил значок.       Лифт тронулся с мест, а мне оставалось только терпеливо ожидать, когда этот пыточный аппарат, так обманчиво похожий на телефонную будку, доедет-таки до атриума и выпустит меня из своего плена.       Атриум министерства выглядел мрачно, но чертовски оживлённо. В принципе, ещё не разу такого не было, чтобы оказавшись здесь в рабочие дни, особенно в дообеденное время или тем более в обед, здесь было бы мало волшебников. Толпы были неизбежны.       Покинув лифт сразу, как только открылись его двери при соприкосновении кабины с полом атриума, я тут же направился к стойке регистрации, что находилась перед залом с фонтанами. Приходящих и уходящих волшебников было настолько много, что каких-то свободных сотрудников на этом контрольно-пропускном пункте не было, и мне пришлось ждать.       Очередь эта двигалась довольно быстро из-за крайнего упрощения процедуры регистрации посетителей посредством недавно введённых карточек, этаких паспортов.       — Здравствуйте, — кивнул я волшебнику, который явно готов был заснуть за нехитрой работой по регистрации.       — М-хм, — кивнул он.       Как только я приложил карточку к нужному артефакту-сканеру, сработал другой артефакт и внёс мои данные в огромный гроссбух — здесь пока нововведений не наблюдалось. Вот, собственно, и всё, можно проходить по своим делам.       Лавируя в толпах людей, что двигались кто куда или же просто глазели по сторонам, словно туристы, я быстро добрался до лифтов в конце зала и быстро зашёл в одни из них, практически забитый битком. Нажимать на кнопку нужного мне этажа не пришлось — кому-то по пути — и мог просто стоять и наслаждать тесным обществом волшебников всех мастей, которые вот совсем не испытывали ни малейшего желания таким образом толпиться.       Наконец-то решётки лифта закрылись и он тронулся с места, с гулом и тряской двигаясь то горизонтально, то вертикально, периодически останавливаясь на нужных этажах и выпуская из себя волшебников, спешащих покинуть столь прекрасное общество.       Мой этаж был третьим, вместе со мной вышла неизвестная мне волшебница маленького роста, которую я не заметил в лифте ранее. Точнее, он на вышла, а чуть ли не натуральнейшим образом вырвалась оттуда, и важно, быстро стуча каблучками, пошла в одной ей известном направлении. Мне же, если я не напутал в памяти указатели, нужно буквально прямо по коридору, на которой и открывался вид сразу из лифта.       Идя по нужному коридору, я не мог не заметить практически полное отсутствие посетителей в этом отделе, и лишь редкие сотрудники в унифицированных однотонных и мрачных мантиях периодически ходили туда-сюда, таская с собой то бумаги, то какие-то коробки длинные. Возможно, это были мётлы — другое просто вот так сразу не приходит в голову совершенно.       Дверь нужного мне кабинета была открыта, так что я заглянул внутрь и постучал приличия ради. Обычный рабочий кабинет, коих огромное множество, но при этом если те, в которых я бывал ранее, были довольно обезличены, то тут всё было несколько иначе. Много шкафов, каких-то неизвестных мне элементов мебели, на которые так и просились быть поставленными фотографии в рамочках или что-то подобное. Собственно, этих самых фотографий, больших и маленьких, было здесь довольно много. Более того, были специальные подставки для различных подобий наград или грамот, а в дальнем углу, на почётном месте, располагалась неизвестная мне модель метлы. И всё это умещалось в не самом большом кабинете, при этом выглядело более чем приемлемо, аккуратно.       — Разрешите? — обратился я к волшебнику, что с большим интересом вникал в какую-то документацию на своём столе.       — Хм, да-да, — волшебник даже не поднял на меня взгляд, продолжая заниматься своими делами. Ну и правильно, а то ходят тут всякие, работать не дают.       Пройдя в кабинет, сел за стол напротив волшебника, пытаясь понять, не видел ли я его где-то, потому что он казался мне знакомым.       Спустя минуту ожидания, он наконец-то решил подать признаки жизни.       — Тц, вот же молодцы, а, — он ударил тыльной стороной ладони по пергаменту в руке и с улыбкой отложил его в стопку к остальным бумагам, лишь после этого подняв на меня взгляд. — Эм… Прошу прощения, увлёкся работой. Чем могу помочь?       — Мне бы забрать документы, подтверждающие мой допуск к аппарации.       — Хм, так-так… — в его взгляде, как мне кажется, мелькало узнавание, но смутное. — Разрешите ваши документы?       Просьба была предсказуемой, так что я уже подготовил карточку и протянул её волшебнику.       — А, благодарю… Хм… О! Мистер Грейнджер! — и обрадовался, непонятно чему.       — Да, сэр.       — Вы даже не представляете, насколько популярны в нашем отделе!       — В самом деле?       — Ну разумеется! Конечно же, не нужно думать невесть что, но мы все здесь большие фанаты полётов на мётлах. И уж поверьте, то, как вы обращаетесь со Слейпниром — эталонный образец мастерского полёта. Какое чувство высоты и направления, какие виражи, какое понимание метлы!       — Не уверен, что речь именно обо мне, сэр, — уместная скромность — наше всё.       — Нет-нет, молодой человек! — он выдвинул ящичек в столе и достал колдографию меня на Слейпнире.       Честное слово, мне захотелось смачно приложить себя ладонью по лицу. Мне вот даже интересно, долго ещё меня будут воспринимать как летуна, а не как целителя? Хотя, обыватели воспринимают по большей части нечто яркое, как тот же Крам — для всех он звезда квиддича, а не какой-то квалифицированный волшебник.       — Видите? — волшебник указала мне на моё же колдофото.       — Вижу, сэр, вижу. Я рад, что моё присутствие доставляет вам такую радость, но мне всё равно необходимы мои документы и разрешение аппарации.       — В самом деле, прошу прощения. Просто это такой волнительный момент.       — Могу автограф оставить, если вам это нужно.       — Я буду решительно счастлив! — и протянул колдографию, предложив перо и чернила.       Разумеется, прежде чем взять перо в руки и воспользоваться предложенными чернилами, я проверил их магией на различные сюрпризы, а то ведь можно при желании сварганить Кровавое Перо, которым ты будешь обязан подписать документ, если на него правильно наложить парочку проклятий и привязать их малефикой. Хм, какие интересные в голову лезут мысли после обучения у Асманда и погружения в мир человеческой хитрости, нашедшей выход в столь изощрённой дисциплине.       Пока я соображал, где лучше расписаться на колдофото, волшебника уже и след простыл — он шумел где-то в смежном помещении, явно копошась в архивах или в чём-то подобном. А спустя краткий миг, когда я закончил последний штрих автографа, волшебник вернулся с несколькими документами в виде грамот и чего-то ещё.       — Вот, всё в лучшем виде, — он разложил свою ношу передо мной, явно чего-то ожидая.       Волей-неволей, но я изобразил лёгкое недопонимание самым понятным и доступным мне способом — немного выгнул бровь в немом вопросе.       — Ах, да, как я же не догадался. Вот, — он подтолкнул мне по столу пару тонких гербовых пергаментов. — Здесь нужно расписаться, используя свою магию. Эти документы будут доказательством, что документ выдан и получен на руки именно владельцем. А к этому…       Третий бланк он положил на отдельную, незамеченную мной ранее панель на столе — ну не выделялась она ни коим образом — рядом положил мою карточку-удостоверение, всё это дело засветилось тускло и неуловимо, а через мгновение волшебник уже вручил мне мою карточку.       — Теперь там стоит отметка о том, что вы прошли курс и допущены к перемещению методом аппарации и её аналогов.       — Аналогов? Сразу допуск и к аналогам, какими-бы они ни были?       — Разумеется, мистер Грейнджер! Таких способов может быть всеразличное множество, и я уж молчу о тех редких волшебниках, которые разрабатывают свои аналоги. Вести учёт каждого — бессмысленно и бесполезно. А так сразу закрываем все вопросы. Вот.       — Хорошо. Спасибо, сэр, за вашу работу. Вот колдография.       — О, вы даже не представляете, мистер Грейнджер, как долго и качественно я теперь смог отвечать на заносчивость парочки своих коллег.       Мне оставалось лишь повторно выгнуть бровь в абсолютном непонимании причин подобного энтузиазма, но волшебник радостно поведал мне, что я всё равно не пойму, и могу не забивать себе голову их внутриотделовыми шалостями да глупостями — не всё же работу работать.       На этой приятной ноте мы попрощались, а я, не желая тратить в министерстве ни капли лишнего времени, поспешил прямо по коридору, обратно к лифтам, хотя мог бы и попросту внаглую скользнуть по грани Смерти.       — Мистер Грейнджер…       Лифты или зоны ожидания лифтов — те ещё места встречи. Так что я не был удивлён появлению мистера Малфоя с каким-то солидным полноватым волшебником, чем-то в своей внешности и мелкой моторике напоминавшего Фаджа, давно пропавшего со всех мыслимых радаров.       — Мистер Малфой, — я с вежливой улыбкой повернулся вбок, приветствуя этих двух волшебников. — Рад видеть вас в добром здравии.       — Взаимно, — так же вежливо улыбнулся он.       Не похоже, что второй волшебник был заинтересован в нашем непосредственном общении, однако некое узнавание только лишь фамилии я уловил в его взгляде, пускай оно и появилось лишь на краткий миг.       Как раз в этот момент подъехал лифт, пустой, и мы зашли в него, а я тут же нажал кнопку Атриума. Волшебники свои этажи не выбрали. Больше никого на этаже не было, так что решётки закрылись быстро, и лифт отправился по маршруту.       — До меня доходили слухи, — начал Малфой, важно поглядывая, с этим своим неизменным достоинством и самомнением, — что проклятья на вашей земле всё никак не поддаются.       Мне не нужно было смотреть прямо на него — я хорошо и краем глаза видел, как он намекал неуловимо на стоящего рядом с ним волшебника. Вариантов было не так уж и много чтобы как-то интерпретировать эти его жесты, так что я посчитал этого человека тем, кто так или иначе заинтересован в этих моих территориях, а точнее — в их исцелённом и максимально пригодном для жизни виде. Нужно будет взять его на заметку. Только как?       Заложив руки за спину так, чтобы они пропали из области видимости волшебников, я начал мысленно конструировать паучка с функцией максимальной скрытности, благо что наработки такие не просто были, а успешно внедрялись в работу, пусть и не полномасштабно.       — Да, сэр, — кивнул я, добавив немного печали. — Боюсь, как бы я не погорячился с покупкой. И деньги потерял, и земля на выброс.       — Не стоит переживать, мистер Грейнджер. Юности свойственны ошибки, мне ли не знать, — вежливая улыбка вновь появилась на лице Малфоя. — Полагаю, вам пока рано заниматься подобными серьёзными вопросами. Позвольте совет.       — Разумеется, мистер Малфой.       — Вам следует как можно больше сосредоточиться на учёбе и улучшении ваших знаний. В конце концов, остался буквально месяц, седьмой курс Хогвартса, а дальше вы — уже сами по себе.       — Вы абсолютно правы. Именно на учёбе я и сосредоточен максимально в данный момент.       — Молодёжь, — буркнул волшебник, знакомый Малфоя, с которым мы так и не были представлены друг другу. — Только и может что всё портить из-за своей самоуверенности.       — С кем имею честь?       — Много чести знать.       Как грубо. Даже мои эго и высокомерие не позволяет мне столь откровенно игнорировать банальную вежливость. Это как минимум неприлично.       Лифт остановился на одном из этажей, и в него зашли ещё пассажиры, так что разговор пришлось прекратить, однако ни что не помешала мне попробовать подсадить паучка на этого неизвестного мне волшебника, и попытка эта увенчалась успехом. Что я смогу узнать с его помощью? Кто знает, но возможно это будет что-то достаточно важное, чтобы окупить риски грубости уже с моей стороны. По крайней мере паучок создан так, что не сможет привести ко мне — я учёл ошибки излишне продвинутых моделей, когда вампирша смогла отследить моё сознание через марионетку.       Лифт остановился в атриуме, мы вышли, попрощались и разошлись по своим делам. Мне же оставался только один официальный маршрут — камины атриума, куда я и направился, предварительно отметившись на контроле, что покинул министерство.       Горсть пороха, зелёное пламя, Дырявый Котёл.       Обеденное время в пабе всегда приводило сюда множество клиентов самого разного пошиба, но почти никто и никогда не злоупотреблял алкоголем в это время в рабочие дни, так что атмосфера здесь была типичная для забегаловок — все от мала до велика разобрали свободные места и наслаждались вкусной едой, ароматы которой били по носу резко и пробуждали аппетит. Однако сейчас не время думать об этом, так что я поспешил пройти на задний двор, к кирпичной стене, и вновь прошёл на Косую Аллею.       Когда существует один единственный общеизвестный проход из магического мира в обычный, то рано или поздно кто-то должен столкнуться лбами в этом переходе — так случилось и в этот раз. Незначительное событие, но всё же приятного мало.       Не испытывая особо никаких позитивных чувств, я лавировал в толпе волшебников, заполонивших Косую Аллею в каждом её квадратном метре, я добрался до банка Гринготтс, но внутрь заходить не спешил, встав неподалёку от гоблина-охранника, нёсшего вахту в входа в банк. Стоял и ждал.       Через несколько минут, на ряду с редкими посетителями банка, на Аллею вышли Дафна с Пэнси, тут же заприметив меня.       — Как прошло?       — Без проблем, — тут же ответила Пэнси. — А ты спрашиваешь так, будто знаешь, зачем мы туда ходили.       — Не знаю, но как не спросить? Тем более, если это важно, то расскажете сами.       — Хм, поразительное доверие.       — Как умею, — я отставил в сторону локоть, на который Дафна тут же положила руку, а Пэнси просто пошла рядом с ней, неуловимо оберегая свою сумку чуть больше, чем до этого визита.       — А как у тебя дела в министерстве, дорогой?       — Вполне, дорогая, вполне. Документы все получил, аппарировать могу, ни от кого не скрываясь. Встретил мистера Малфоя.       — Старшего? — уточнила зачем-то Пэнси, тут же став жертвой наших с Дафной пристальных взглядов. — Что?       — Я даже не знаю, что должно произойти, — Дафна задумалась с лёгкой улыбкой, слабо, но уверенно направляя наше движение в сторону кафе Фортескью, — чтобы Гектора называл Драко «мистер».       — Да кто вас знает, — отмахнулась Пэнси. — Вы в любую секунду способны учудить что угодно.       — Не на столько же.       В кафе мы провели не больше пятнадцати минут — большое количество посетителей и бесконечные волны людей снаружи не особо располагали к хорошему времяпрепровождению даже с мороженным и горячим шоколадом. Ещё минут двадцать мы потратили на восполнение запасов некоторых магических продуктов питания и специй — последние стали довольно часто фигурировать в нашей простой кулинарии, так что скромные их запасы улетали словно в трубу какую-то. Ну а после — покинули Косую Аллею через Дырявый Котёл, скрылись магией от лишних взглядов и, зайдя в проулок, сверились со временем.       — Две минуты, — озвучил я свои нехитрые расчёты.       — Я удивляюсь, — Пэнси смотрела мне в глаза изучающим взглядом. — Как ты умудряешься всё делать так, чтобы при этом укладываться вовремя?       — Понятия не имею. Возможно, это подсознательное.       — Это как?       — Замечала такое, что если перед тем, как лечь спать, ты чётко поставишь себе задачу проснуться в определённое время, ты проснёшься?       — Эм… такие мелочи я не отмечала в своё жизни. Нужно будет начать фиксировать такое в дневниках наблюдений.       — Вот и здесь так же. К слову, мистер Малфой был в компании неизвестного мне, и какого-то явно важного в определённых кругах волшебника. Довольно высокомерного даже по моим меркам. И мистер Малфой завёл разговор о землях и проклятиях, намекая на того человека.       — Это странно, — Дафна лишь чуть плотнее сжала мою руку. — Постарайся не ввязываться в неприятности до начала учебного года.       — Почему именно такие ограничения? Я думал, ты попросишь никуда не лезть первым вообще.       — Просто я уверена, что ты уже предпринял что-то.       — Допустим.       — А ещё я уверена, что это даст тебе возможность что-либо учудить. Так вот — у нас нет на это времени. Постарайся не совершать превентивных ударов, будь так любезен.       — Ладно. Но информацию о нём я всё равно буду знать. Я уже над этим поработал.       — Я и не сомневалась.       — Эх… — выдохнула Пэнси, немного взгрустнув. — Это я тут разведчик. А толку…       — Ты не раз и не два приносила очень нужную информацию, дорогуша, — Дафна повернулась к подруге, чтобы пожурить её с улыбкой. — Так что ты на себя наговариваешь. А сейчас вот ещё немного подучишься, Гектор нас подучит своим особым приёмам да видению магии в Хогвартсе… Вот и посмотрим тогда, от кого не будет толка.       — Время.       Взяв Пэнси за руку, я отсчитал оставшиеся секунды и аппарировал методом феникса в зал Бездны, тут же двинувшись в свободную зону для досмотра, который прошёл за минуту — особых изменений в носимых с собой вещах у меня не произошло, так что процедура прошла очень быстро.       На оставшуюся половину дня у нас по расписанию очередной ворох учебных занятий, так что, надеюсь, никто из злоумышленников не будет тревожить нас ни сегодня, на завтра, ни когда либо ещё, а ближе к вечеру я наверняка смогу узнать от паучка, что же это был за волшебник, с кем общается, и какого рода интерес испытывает к моей персоне и моим землям, что даже Малфой пытался намекнуть мне на это всеми силами.       ***       Человек предполагает, а Бог располагает — такая простая жизненная истина с религиозной примесью прекрасно описывает очевидный факт того, что многое в нашей нелёгкой жизни имеет свойство идти не по плану.       Подозрительный и не особо вежливый волшебник, которого я встретил в министерстве вместе с мистером Малфоем немного разрушил мои ожидание тем, что банально ничего не делал подозрительного или интересного на протяжении двух недель.       Да, именно на протяжении двух недель я уделял достаточно внимания этому волшебнику, ведя слежку за его действиями и контактами, используя паучка. Но чего-то значимого именно для меня он делал, что несколько раздражало. Также немного раздражала необходимость постоянно манипулировать паучком, чтобы он всегда оказывался рядом с волшебником, а это проблематично, как ни крути.       Хотя, на самом деле стоит отметить, что волшебник этот очень деятельный и в меру влиятельный, ведь имел влияние на довольно широкой публике — работники министерства разных слоёв, иностранные волшебники и работники уже в их министерствах или иных госструктурах, и конечно же не обошлось без своих людей на так или иначе интересных этому сэру бизнес-предприятиях.       Звали его, к слову, Томас Рэнд, и это имя мне ни о чём не говорило. Учитывая, что влиятельные волшебники зачастую стремятся к определённого рода публичности, а мистер Рэнд был влиятельным, но неизвестным широкой публике — показатель его интереса оставаться в тени, как и подхода.       Мне удалось узнать о некоторых его незаконных делишках, подкупленных чинушах, предателей в иных средах. А ещё он оказался совершенно невосприимчив к женским чарам и совершенно не падок на подобные вещи, оставаясь абсолютно одиноким вдовцом без единого родственника.       И да, я так и не понял, что именно ему нужно от меня, но, судя по всему, лично я его не интересую вообще, в отличие от моей земли, хотя и тут я уверен он не будет драться за неё. Получится заполучить — хорошо. Не получится — ну и ладно.       Однако несмотря на его безразличное отношение, для меня этот вопрос важный, и если удастся точно выяснить, кто и как будет пытаться «прихватизировать» мою землю, то можно будет и по рукам постучать. Только вот сейчас лучше избегать радикального метода решения проблем — всё же возня с Волдемортами закончилась, а подобные чистки можно провернуть только под соусом «дележа», который пытаются провернуть все, кому не лень. Но лучше лишнюю бучу не поднимать.       Вот с такими мыслями я и следил за его деятельностью, попутно приглядывая за своей землёй, тайно от всех, кроме сотрудников Бездны, посещая территорию и занимаясь медленной и верной постройкой дома — блок за блоком. В принципе, у меня хватало времени два раза в неделю появляться на этой стройке, и за каждое посещение я успевал чётко и вдумчиво создать один блок, разместить его и соединить с магической структурой уже построенного каркаса. Всё, на большее время не было вообще, если я собираюсь хоть как-то высыпаться и сохранять своё здоровье наравне со здравомыслием.       К слову, о последнем.       Это самое здравомыслие начинает сбоить что у меня, что у девушек, и всё на фоне столь старательного обучения. После скромных посиделок в честь моего дня рождения в доме родителей они ничуть не сбавили темп, так что порой даже в свои выходные мы отправляемся на полигон по расписанию, выданному нам Асмандом, и занимаемся уже исследованиями особенностей магии.       Дафна и Пэнси со всем тщанием и въедливостью работают над пересчётом свойств магии тени, модель которой исследована процентов на семьдесят, а я работаю над исследованием энергии Жизни, причём пока только над составлением модели через её пропускание по сложнейшей схеме, которую пришлось воссоздать на этом полигоне. Так что с отдыхом у нас большие проблемы, которые мы старательно не замечаем, либо даже в самом деле не видим.       — В Хогвартсе отдохнём, — вот та фраза, которую можно услышать от нас, если намекнуть на необходимость отдыха.       В принципе я могу с этим согласиться — запала и выносливости как ментальной, так и физической нам хватит как раз до начала сентября.       Вот, к слову, именно этим мы и занимаемся в этот момент — девушки устроили мозговой штурм на своей половине полигона, Пэнси иногда проверяет результаты математического описания магии Тени, применяя либо простые, но крайне требовательные к исполнению и точности чары на основе этой энергии, либо же наоборот очень сложные — они ещё никогда не срабатывали идеально, как задумано, но по изменениям и отклонениям можно хотя бы примерно говорить о том, где в модели ошибки в расчётах.       Я же старался найти такое соотношение качества и количества вливаемой в схему энергии жизни, чтобы процесс оставался эффективным, но при этом я не падал без сознания, с кровотечением из носа и прочими травмами.       Именно в этот момент я получил информацию от моей системы охрана земельного участка о попытке силового взлома.       — Занятно… — выдохнул я, открыв глаза.       Светящаяся зелёным схема под ногами, поражающая своей детализацией и сложностью почти тут же начала тухнуть без поддержки вливаемого потока магии. Вытащив палочку из кобуры за одно движение, начал трансфигурировать из воздуха листы пергамента, записывая сырые и необработанные данные. Десяток секунд, и передо мной появилась толстая подшивка, не уступающая размерам приличным фолиантам.       Спрятав её в рюкзак, направился к девушкам, перешедшим на тихий спор о каком-то массиве данных.       — Итак, — привлёк я к себе их внимание. — Спешу вас обрадовать. Нашу участок земли подвергается в данный момент активному силовому взлому.       — Эх… — Дафна выдохнула. — Всё-таки ты хочешь отправиться туда на приключения?       — Вообще-то я не настолько безнадёжен, дорогая.       — Тогда я предлагаю оставить этот вопрос на нашу защиту. Или в том, чтобы усложнить механику её работы не было никакого смысла. Пускай прорвутся на средние её слои и заблудятся в перекрученном пространстве.       — Ну вот, — Пэнси поняла, что вылазки не будет, и даже расстроилась немного. — Опять мне не получится проявить свои приобретённые навыки.       — Только не начинай, — Дафна с улыбкой взглянула на подругу. — А то я уже чувствую разговоры о том, что ты зря тратишь силы на обучение.       — Не начнутся. Просто хочется проявить себя.       — Пэнси, — я улыбнулся. — Ты ведь знаешь, какие у меня есть секретики, и какие возможности. Если бы я пытался показывать их при каждом удобном случае, на меня бы уже устроили охоту.       — Или боялись бы.       — Одно другому не мешает. Но посмотреть всё равно нужно, — эту фразу я уже адресовал Дафне. — Врага нужно знать в лицо. Буду знать исполнителей — смогу раскрутить цепочку до заказчиков.       — Ладно, иди. И ты тоже, Пэнси. Присмотри за этим любителем ввязываться в различные опасные истории.       — Так точно, мэм! — вскочила Пэнси по стойке смирно.       — И не мэмкай мне тут, егоза.       — Ты звучишь, как старая бабка.       — С вами двумя морально состаришься к двадцати.       Возможность покидать Бездну в свои выходные дни мы реализовали в качестве допуска с открытым временем отбытия и прибытия — нужно только делать это в строго отведённые промежутки времени. Так что процесс нашего с Пэнси перемещения решался очень быстро — девушка воспользовалась раздевалкой при полигоне, и уже через пять минут, одетая в чёрные одежды и скрывая лицо, шла вместе со мной до аппарационного зала.       Стандартная проверка, ожидание времени, и вот мы аппарировали по типу феникса близ пригорода, рядом с точкой входа на мой участок земли.       Полдень был мрачным и пасмурным, задували сильные ветра, свойственные середине августа, на небе ни единого голубого просвета неба. Деревья и трава шумели и шатались, поддаваясь стихии, которая пока что лишь намекала на своё присутствие, но не проявляла себя излишне.       — Скрываемся, — коротко сказал я в никуда, и Пэнси тут же скользнула в мою тень.       Достав палочку для гарантированно точного исполнения чар и заклинаний, я совершил пару коротких и неуловимых взмахов, пряча себя от любых известных мне методов обнаружения и от чужих глаз.       — Бр-р-р, — буркнула Пэнси в тени. — Ты даже не представляешь, как некомфортно быть в тени, когда ты настолько скрыт.       — У любой магии есть свои особенности, — тихо отвечал я, двинувшись по роще в сторону предполагаемого нахождения условного противника. — Тем более на уровне ощущений.       Больше мы не проронили ни слова до самого момента контакта с другими волшебниками. Группа из двенадцати представителей магического сообщества беззаботно, но сосредоточенно поддерживали извивающийся луч ветвистой магии от одного из них. Это магическое воздействие было длиной метра в два и упиралось в пустоту, но если приглядеться, то можно заметить практически неуловимые взгляду всполохи магии, словно блики на невидимых плоскостях.       Было ли мне интересно, кто это такие? Да. Судя по одежде, причём официальной, что-то из серии костюмов, брюк и прочего подобного, пусть и несколько разных стилей, это явно не мимо проходившие забулдыги и не какие-то нелепые исполнители, которых может выстроиться очередь в Лютном, стоит только позвенеть галлеонам.       — Что будем делать? — тихий шёпот Пэнси из тени раздался буквально в самое ухо.       — Понаблюдаем немного и послушаем.       Притаившись неподалёку, на всякий случай так, чтобы меня нельзя было бы увидеть даже не будь я скрыт магией, в кустарниках в двух десятков метров от волшебников, я волевым посылом через палочку создал меленькую вибрирующую поверхность, которая усиливала бы звуки со стороны, к которой обращена. Никакого магического эффекта на цели или на область, а воспроизводимый звук находится в пределах моей области маскировки.       Разговоры и в самом деле стали слышны, но они были редкими и абсолютно бытовыми, при этом волшебники умудрялись обходиться без каких-либо имён. По крайней мере на промежутке в десять минут. Понятно было только то, что они из какого-то отдела нашего министерства, а двое из них, что носили серые костюмы, а с лиц которых соскальзывал взгляд, не оставляя ничего в памяти, принадлежат то ли Отделу Тайн, то ли ещё кому.       Казалось бы, можно смело выходить к ним и спрашивать, какого Мерлина им тут нужно и что это они вытворяют, но порой я сталкиваясь с нашим госаппаратом всё чаще думаю о том, что с преступными группировками дело иметь проще и надёжнее.       — Что будем делать? — Пэнси продолжала шептать тенью буквально в ухо.       — Вопрос в том, а нужно ли что-то делать в принципе? Вот ну проберутся они через часть защиты, застрянут.       — И тебя обвинят в смерти группы волшебников.       — Вряд ли они умрут просто от того, что не поедят недельку. Хотя, кто их знает.       — Вот именно. Или ещё что-нибудь придумают. Если кто-то решил действовать через министерство, то невиновным остаться крайне сложно без поддержки других министерских, либо иного способа давления.       — Хочешь сказать, что сугубо технически, можно загребать любого волшебника с улицы и обвинять в чём угодно?       — Я не об этом. Я о заинтересованных волшебниках.       — Да понимаю я, просто мне интересно ещё и твоё видение этого вопроса.       — Предельно пессимистичное.       — Значит нам нужно убедиться, что за мной есть какая-то сила. Есть идеи?       — Из очевидного — уточнить свой статус юридический у Асманда. Какое отношение ты можешь иметь к Бездне из-за личного ученичества у главы и вообще.       — Хм… В этом есть смысл. Как бы наше министерство не артачилось, Бездна является признанной МКМ международной гильдией со всеми вытекающими, втекающими и прочими нюансами.       — И со своими правами и обязанностями, — добавила Пэнси.       — Тогда предлагаю уточнить.       Не поворачиваясь спиной к потенциальному противнику, я начал удаляться вглубь рощи, пока волшебники не пропали из поля зрения, но даже в этот момент я не остановился, я отдалился ещё метров на двести. Вот теперь уже можно подумать о том, как проще всего будет отправить письмо Асманду так, чтобы самому не быть совой и не метать туда-сюда по планете. И конечно же, вот через секунду…       Появляется Хрустик, нахально пикируя на меня, покрытый серой призрачной формой, что быстро истаивает. Я еле успел выставить руку так, чтобы птиц приземлился на предплечье.       — А вот и ты, мой верный пернатый друг, — почесал я клювик Хрустику, который встал по стойке смирно на поём предплечье, а попытка вытянуться сделала его похожим не на сыча, а на сплюшку, пытающуюся стать веткой.       — Откуда он знает?       — Не знаю, и знать не хочу, — ответил я в тень, создавая в руке записку с текстом, которую вручил Хрустику.       — Доставь Асманду. Знаешь какому именно?       На краткий миг мне показалось, что этот наглый птиц начнёт с укоризной качать головой, но нет, он просто схватил письмо и резко взлетел вверх, облачаясь в призрачную форму и тут же исчезая в мгновенном горизонтальном ускорении, словно ракета какая.       Посмотрев ему вслед, отправился обратно к точке для наблюдения за волшебниками, и спрятался в кустах, разумеется, вновь подслушивая.       — Может быть мне сходить по тени на разведку?       — Ты не забыла, что тебя всё ещё находят профессора и наставники? Не стоит думать, что тут волшебники окажутся слабее.       — Пф-ф, ну и ладно.       — Можешь сходить, конечно, только не удивляйся, если они захотят тебя прибить. А когда завяжется бой, как думаешь, какие варианты будут у меня?       — Тихо спасти меня не получится?       — Проще будет всех их убить.       — Неужели у великого Гектора не найдётся способа не убивать?       — Найдётся. Но это попросту создаст сложности при дальнейшем взаимодействии.       — Эх… — тихо вздохнула Пэнси, так и не покинув тень ни разу. — Понимаю, почему Тёмный Лорд выбрал в качестве политики грубую силу. Зачем все эти условности и пляски, нервотрёпка и пустая трата времени, если в итоге всё так или иначе сведётся к вопросу «кто сильнее»?       — Сомнительный путь. Ультранасилие не решение. Хотя может быть неплохим временным инструментом.       — Так я и не спорю. Просто понимаю.       — Занятные мы с тобой разведчики. Сидим тут, разговариваем непонятно о чём в двух десятках метров от целей.       — Какие есть. Нас ведь не слышат?       — Ты даже не представляешь, как я на это надеюсь. Иначе это будет сильный удар по моим навыкам и представлению о том, что такое колдовство в принципе.       В итоге, как бы мы не старались сохранять молчание, но отсутствие реальных и значимых событий, как и вообще хоть какого-нибудь прогресса со стороны взломщиков, чуть ли не провоцировало нас обмолвиться словом-другим.       Спустя примерно полчаса к нам, а точнее лишь ко мне, ведь Пэнси оставалась в тени, подобрался незамеченный никем Хрустик. Подлетел этот коварный птиц так, что даже я с трудом заметил. И вот, казалось бы, птица маленькая, крыльями машет часто, звук должен быть соответствующий, но нет. Вот где шпион, а не мы с Пэнси.       — О, ты смотри какой молодец, — похвалил я сыча, что стоял в траве и всякой поросли у кустарника, отчего видно было лишь его голову. — Справился с заданием?       Сыч лишь протянул лапку с посланием, которое я, проверив магией, тут же взял в руки и раскрыл.       — Хм… Занятно… — привычно удивился я, разглядывая посылку.       Помимо письма, в котором Асманд мне на пальцах объясняет, что я думаю слишком непривычным волшебником образом, и связи с Бездной я не имею юридически, если не обставить хитрым образом пару вопросов. Собственно, на эту хитрость и натолкнул Асманда мой вопрос.       Почему не додумался он раньше до каких-то там хитростей? Мне кажется, что проблема кроется в классической инерции мышления. Я не задавал вопроса, на который ответ в магическом сообществе очевиден, а значит никто и не думает о самой теме этого вопроса в принципе.       Что сделал Асманд? Он пораскинул мозгами и, высказав идею своему заму, который умён именно в юридических тонкостях из-за рода своей деятельности — не знаю какой, не указано — широко раскрыл глаза и уже вместе с Асмандом составил полное и рабочее, а главное и магически подтверждённое обоснование того, что права члена гильдии я имею, а обязанности — нет. Причём не рядового члена, а вполне так высокого звена, можно сопоставить даже с офицерским званием, пусть и младшим.       Разумеется, Асманд упомянул, что этот же статус имеет и Дафна — знать бы ещё какой именно, потому что название он не указал, не иначе как впопыхах. Ну и то, что второй раз такое ни с кем не прокатит, потому что его зам побросал все дела и побежал закрывать эту юридическую брешь, пока нынешняя молодёжь, хитрая до ужаса, не додумалась до этого сама. До чего? Да кто бы знал. Надеюсь, он расскажет мне при встрече, и кажется мне, что встреча эта состоится сразу, как я вернусь.       — Что там такое? — Пэнси устала ждать какой-то реакции или пояснений с моей стороны.       — Кажется, я и Дафна являемся младшими офицерами Бездны.       — Это мне мало о чём говорит.       — Без обязательств перед Бездной.       — О-о-о, — тихо протянула она. — До сих пор ничего не значит. Я не знаю ни прав, ни привилегий, ни обязанностей, ничего. Не могу во всей полноте порадоваться.       — Я тоже. Асманд сказал главное для меня на данный момент. Я, как гражданин Магической Англии, обладаю всеми гражданскими правами, свободами и ответственностью соответственно. Но при этом я и полноправный, отнюдь не рядовой член Бездны, признанной в МКМ, и даже наше министерство не может при всём желании поставить гильдию вне закона без прецедента.       — Понимаю, это логично.       — А значит гильдия имеет право оказать меры поддержки и защиты своего офицера младшего ранга, законно присутствующего на территории страны, гражданином которой он является. Это право так же закреплено МКМ.       — Хм… Мастер обязуется оказывать посильную помощь и поддержку ученику, защищать его здоровье и честь как свою при необходимости. Получается, если ты пойдёшь войной на министерство…       — То получу люлей от всех, — улыбнулся я. — Откровенно незаконную деятельность не прикрывают, но могут помочь. Не умереть. Там много юридических и банально силовых методов ведения дел. Не знаю… Ты читала наши законы? Там всё так можно извернуть, что аж удивительно будет.       В итоге я прекратили любые попытки как-то интерпретировать, понять и смоделировать возможные ситуации со стороны министерства, Бездны или каких-либо других сторон и фигур. Я банально не силён в таких играх и не имею как опыта, так и знаний. Главный посыл был ясен — откровенного беспредела и беззакония можно не бояться, главное не пытаться устраивать беспредел уже самому. Или как минимум не попадаться — золотое правило всех слизеринцев.       — А что в этом крохотном мешочке?       — Знаешь… — я задумчиво покрутил этот в самом деле крохотный мешочек с завязками. — Что-то такое чувство у меня, будто там лежат мои неприятности.       — Разве это не здорово? — Пэнси явно забавлялась сложившейся ситуацией. — Открывай, давай оценим.       Открыв горловину мелкого мешочка, в который с виду не поместится ничего, я перевернул его к верху дном. Тут же на землю выпала маска как у эмбер, только не чёрная, а тёмно-серая, и что-то типа визитки — чёрная, с белым символом гильдии.       — Именное, как ты думаешь? — в голосе Пэнси звучало нескрываемое любопытство.       — Откуда бы? Хотя, кто знает, кто знает.       Проверка предметов магией перед тем, как коснуться, уже давно стала сродни рефлексу, так что я сам не заметил, как сделал это, пока тянулся к ним рукой.       Маска была не самым хорошим или крутым артефактом, но вот материалы заслуживали особой похвалы — это ощущалось буквально с первого касания. Собственно, как и не самое продуманное зачарование — в этом плане я могу обставить эти поделки на голову. Но и не удивительно, ведь такие вещи должны быть всё же индивидуальными, а то, что делается на поток, попросту не способно быть чем-то хоть сколько-нибудь хорошим, тем более с тем отношением к конвейерному производству, которое царит в магическом сообществе.       Маску я убрал в рюкзак, а карточку вложил в карман к своим документам. Может быть, стоит сделать какое-нибудь изделие для хранения подобных вещей? Там глядишь ещё и обычной кредиткой обзавестись. Так, для разнообразия.       — И ты не будешь ничего делать?       — Хм, — на краткий миг мне и правда хотелось «надеть» маску лёгкой надменности, смешав её с элементами эльфийской плавности и естественного высокомерия — оно само собой бы вышло — но я не без труда задавил в себе эти порывы. — Нет. Не стоит. Нужно держать себя в руках. Как я уже говорил, время безрассудства прошло.       Вопреки моим ожиданиям, Пэнси молчала долгие десять секунд, в течении которых я имел сомнительную честь испытывать на себе ощущение пристального изучающего взгляда из ниоткуда.       — Дафна будет рада, что ты решил больше не делать… — голос её звучал довольным, но что странно, она пыталась это довольство скрыть. — Необдуманных поступков.       — Ты даже не представляешь, как хочется пойти и показать им, что не стоит ломиться на частную собственность.       — Уж поверь мне, представляю, потому что тоже горю желанием проявить себя. Но мы здесь не для этого.       Мы продолжили наблюдение, но так ничего и не выяснили. В итоге я просто создал хорошего и продуманного паучка с маскировкой, активировал его и направил к это группе. Выбирать целью тех, кто представляет из себя скрытных волшебников в сером, да со скрытыми лицами — посредственная затея, может не выгореть. Так что выбор пал на того, кто сейчас активно колдует и по сути является инициатором и держателем магического контура или массива заклинаний, что до сих пор безуспешно пытается в виде ветвистого луча разломать мою защиту.       Качнув головой от мысли о том, что в последнее время часто использую паучков, не особо сокращая их количество, чем постепенно нагружаю мозги чуть больше желаемого, я выдохнул:       — Можно идти.       — Давай ещё понаблюдаем.       — Но тут нечего наблюдать.       — Это для тебя. А с помощью твоих чар я уловила пару интересных разговоров между этим волшебниками.       — Интересны тебе?       — Нет, моему дедушке и его друзьям.       — Ты знаешь о деловых операциях своего деда? — даже меня можно удивить.       — Далеко не всё. Только то, что ему может пригодиться.       — Ладно. Но не слишком долго. Дафна будет попусту волноваться, да и исследования стоят. Они поважнее будут.       — Важнее угрозы, о которой ты не знаешь?       — Рано или поздно станет ясно, что и кому нужно. А пытаться разбираться с ними, — я слабо кивнул в сторону волшебников, — всё равно что ломать молоток.       — Действительно. Нужно ломать руку, что его держит.       — В идеале, — с трудом я сдержался от усмешки одним краешком губ, — ломать голову, что рукой управляет.       Примерно час мы сидели в засаде, не двинувшись ни на сантиметр. Что произошло за это время? Как и следовало догадаться, ровным счётом ничего. Волшебники утомились и жаловались на это друг другу, ротация держателя магического взламывающего луча-заклинания шла постоянно, каждые три-четыре минуты, после которых каждый ведущий разминал руку и просто отдыхал — плохая у них подготовка физическая, плохая. Зато не устают магически, вроде бы.       Пэнси, пускай и находившаяся в тени, старательно фиксировала всё сказанное в этой группе волшебников, ни разу не жалуясь на скуку или что-то ещё. В общем, довольно бессмысленная вылазка, на которой я порой ловил себя на мысли, что немного поспешил с желанием оказаться здесь на случай непредвиденных проблем — потенциальное вторжение разбилось о первый же слой защиты, который вообще-то является самым лёгким для преодоления, и в котором есть целая кучая предусмотренных брешей.       Да, бреши эти ведут в строго заданном мною направлении, но они есть, и они явные, я ведь проверял — мне не потребовалось и пары минут на взлом, во время которого я старательно старался действовать так, словно не знаю, куда надо бить и как ломать. Бедный стул, как же ему тогда досталось.       — Хм? — я резко повернулся в сторону простенького и слабого пространственного искажения.       Точно так же поступили и трое волшебников из группы взломщиков — больше никто не среагировал на лёгкое изменение магии.       В паре десятков метров от группы волшебников, из воронки групповой аппарации вышли две группы по три волшебника в чёрном и в белых масках. Немая сцена, долгие мгновения, в ходе которых что одна, что другая стороны рассматривали друг друга предельно внимательно.       Звуковая каша из одновременно раздавшихся команд и криков резко ударила по ушам, все выхватили палочки и начали двигаться, смещаться кто куда, одновременно поливая друг друга лучами заклинаний.       Огонь, взрывы, летающие камни, стрекот электричество и каша звуков, гулкие удары, всё смешалось, маги, деревья.       — Офигеть… — тихо выдохнула Пэнси, даже появившись из тени, чтобы наблюдать всё своими глазами в обычной реальности.       — Сам в шоке…       Битва была скоротечной, и в ходе которой даже никто не умер, но целых точно не было. Всё поверженные либо уходили аппарацией, либо портключами — это из наших министерских. А вот масочники никуда не уходили, сражались до выполнения поставленной задачи либо до потери боеспособности, так что пусть и были в меньшинстве, но, по сути, победили. С одним оставшимся на ногах. Он всех масочников собрал, и они улетели портключом.       Тишина. Только ветер гонял то, что мог гонять по разрушенной магией территории, по кавернам и оврагам свежевскопанным, по поваленным деревьям да вырванным клокам земли. И ни одного трупа — лишь редкие пятна или даже лужицы крови.       Выходить из укрытия и осматривать место мы не стали, лишь переглянулись. Фоновая магия говорила о хорошей такой встряске местности, которую, к слову, моя защита территории выдержала играючи.       — Уходим, — я развернулся, а Пэнси тут же, словно по команде, скользнула в мою тень.       Миг, и я скользнул по грани Смерти в одну из точек Лондона, потом в Кроули, в Бристоль, и лишь оттуда по методу феникса скользнул в Париж, на вершину одного из домов. Выждав короткий промежуток времени для открытия входящего доступа на аппарационной площадке в Бездне, я переместился уже туда, и быстро отметившись и пройдя должный осмотр вместе с Пэнси, что вышла из тени сразу по прибытии, я направился на полигон к Дафне.       Скучающая с виду девушка, сидевшая за письменным столом, на самом деле не скучала ни разу, увлёкшись моделированием рунического контура из светящихся символов прямо в воздухе над листом пергамента.       — Дорогая, — с улыбкой я шёл к ней. — Ты не представляешь, что мы увидели.       Пэнси, шедшая рядом, улыбалась точно так же как и я.       — Глядя на вас, — Дафна развеяла контур, — боюсь даже представить.       Разумеется, мы всё рассказали. И ещё предстоит рассказать об этом Асманду для принятия какого-либо решения или моделирования дальнейших действий. Интересная ерунда происходит. И опасная.       ***       Удивительно, насколько сильно разнится порой мнение волшебников об одной и той же ситуации.       После рассказа Дафне об увиденном и узнанном — о последнем говорила Пэнси, и то лишь пару фраз, она ведь вела записи о чёт-то важном для неё — мы отписались Асманду, и он почти тут же явился на полигон, даже пиджак не надел, оставаясь в рубашке да жилетке.       — Рассказывайте. Кратко и по сути, — вполне серьёзно посмотрел он на нас с Пэнси, что происходило не очень часто.       Мы и рассказали. Опять. На этот раз уложились в пару минут.       — И вы решили, что просто уйти — хорошая идея?       — Не пойман — не вор. Не так ли? — пожал я плечами.       Асманд с лёгким удивлением смотрел на меня, даже глазами глупо хлопал, а потом его осенило.       — И как я мог забыть. Ты же собственник земли, на границе которой произошло такое боестолкновение.       — Очевидно.       — Ты неизбежно получишь приглашение или даже личный визит следователей или иных людей из министерства.       — Полагаю, проблема не в этом, не так ли?       — А как ты её получишь, находясь здесь?       — Так же, как и в любом другом месте? Хотя, если мы достаточно далеко, совы могут и не полететь.       — Именно. Ещё и определённые защитные меры в гильдии и в городе.       — Вот оно что.       — И грозит это поводом для пунктика об уклонении от всяких официальных запросов. Тебе нужны лишние поводы со стороны закона?       — Как же… муторно. Почему именно сейчас и именно мне досталась такая сомнительная участь испытать на себе интерес жадных до чужого имущества?       Асманд наконец слабо улыбнулся в своей привычной и слегка легкомысленной манере.       — Так своевременно землю купил, ничего более. Ну а эти волшебники из неведомой организации… Ими занимается наша гильдия в том числе.       — Так может стоит дать мне официальное задание для расследования?       — Хм… — Асманд реально задумался. — Нужно прикинуть, какая из этого может быть выгода.       — Меня больше интересует, как мне поможет членство в Бездне.       Асманд начал с умным видом выхаживать от меня до стола, за которым сидела Дафна, и только спустя пару кругов заговорил.       — Членство в гильдии обеспечивает тебе поддержку гильдии на территории стран, входящих в МКМ, если ты не ведёшь преступную деятельность по законодательству этих стран. Там очень много нюансов, учитывающих кривые и косые законы, в том числе и английские, но по-простому это звучит именно так.       Хмыкнув, я кивнул, и просто ждал продолжения, как и девушки, сидевшие за столом рядом.       — Миссия… Если выдать тебе миссию, порученную гильдии от МКМ… — на этом моменте я слегка удивился словам Асманда, — …то твой юридический статус сильно возрастает. Тогда ты будешь неплохо защищён и с этой правовой стороны. Только есть нюанс.       Он остановился, подняв на меня взгляд.       — Если ты будешь создавать проблемы, то в первую очередь ты будешь их создавать нам, а не себе.       — Но если миссия потребует моих активных действий?       — Не потребует. Мы просто не будем тебя привлекать. Или же только в роли целителя, не более. Это в первую очередь будет делать для твоего иммунитета.       — Министерские любят плевать на законы, — напомнила Пэнси, даже руку подняв на манер примерной ученицы. — А уж на международное право и подавно. Неспроста же с нами многие не хотят сотрудничать сколько-нибудь масштабно. Мне дедушка говорил.       — Джейкоб был прав. Но именно эта правовая сторона даст возможность от лица магического сообщества и МКМ действовать уже нам, — тут Асманд хищно улыбнулся, напомнив мне что он всё-таки дедушка Дафны, хоть и выглядит на сорок максимум, а подобная ухмылка у них, похоже, наследственное. — А ты даже не представляешь, как давно я ищу повод сделать хоть что-нибудь… громкое. На своей дражайшей родине.       Как бы я ни старался, но сдержать понимающую улыбку не смог.       — Кажется вы думаете не о моей безопасности.       — Как ты мог такое подумать? Только о ней.       — В самом деле?       — Конечно, — он со всё той же ухмылкой похлопал меня по плечу. — Конечно.       — Вот я и дожил до того, что меня используют в своих целях.       Таким образом было решено оперативно возвращаться в Англию, отменив все возможные занятия, при этом Асманд умудрился даже не возвращаясь в свой кабинет или каким-то иным образом не взаимодействую ни с кем, выписать мне всю необходимую документацию по миссии, утвердить меня в штат членов Бездны, допущенных до выполнения этой мисси — нас было аж четыре человека, к слову — поставив на должность целителя.       В итоге со всеми бумагами, которыми снабжал меня Асманд каждую секунду, я разбирался уже на ходу. Честно говоря, я так и не осознал всех юридических хитросплетений моего текущего положения, но одно могу сказать точно — хуже оно не стало, но добавилось обязательство реагировать на запросы от команды в любое время дня и ночи.       Ах, да, теперь, учитывая обязательство Англии, как члена МКМ, помогать в расследовании, инициированном МКМ и со всеми разрешениями, я могу быть привлечён к расследованию и со стороны английского ДМП или отделения Аврората, если вопрос касается этой организации.       — Ничего не понимаю, — в итоге резюмировал я, стоя вместе с Асмандом в аппарационном зале гильдии и ожидая окна на отбытие.       — Я тоже. В этом всём вообще может разобраться только специально обученный волшебник. Мне иногда кажется, — он с усмешкой взглянул в сторону большого табло, на котором с помощью светящихся чар иллюзии отображался график и время для различных зон площадки, — что за профессиональное обучение всей этой мути нужно давать те же звания и привилегии, что и в магическом искусстве.       — Вы абсолютно правы, — к нам подошла высокая женщина в предельно строгой одежде, брючном костюме и лёгкой деловой мантии-накидке.       Первое, что бросалось в глаза — блондинистые волосы в пучке на затылке и очки в прямоугольной оправе, что было нетипичным решением среди волшебников, особенно причёска.       — А, мисс Блэйквуд, какими судьбами?       — Неужели вы подумали, мистер Гринграсс, — она с важным видом поправила пальцем очки на переносице, — что ваши манипуляции с разрешениями не привлекут внимания?       — Похоже, от вас нам не отделаться.       — Как показала практика, вы при первой же возможности устроить бардак и разруху где-либо, отправляетесь и обставляете всё так, что вы ни в чём не виноваты и просто защищались. Без юридического сопровождения от конфедерации вас отпускать куда-то решительно недопустимо, мистер Гринграсс.       Асманд натуральным образом, с видом, совсем не подобающим главе международной гильдии Тёмных Магов, закатил глаза и даже сложил руки на груди в этаком защитном жесте.       — Следуйте за нами…       С этими словами на табло зала загорелась табличка, разрешающая нашей секции аппарацию или иные перемещения, и Асманд кивнул мне, чтобы я шёл первым. Всё-таки профессионалам не обязательно держаться за руки — можно зацепиться за след аппарации и пройти по нему.       Миг, и вот я уже стою на границе своей земли, посреди разрушенного недавней битвой пространства. Доли секунды, и рядом из серого дыма появляется Асманда, а спустя ещё миг, словно из воздуха материализовалась дамочка, сделав будто просто шаг вперёд. Похоже, у каждого сильного и продвинутого волшебника есть свои метода перемещения в пространстве.       — Итак, — дамочка тут же принялась осматривать территорию и, что немаловажно, достала палочку.       Взмах, и территория вокруг погрузилась в подобие прозрачного тумана из мелких искорок магии. Всего пара мгновений, и появившиеся из ниоткуда прыткопишущее перо уже с огромной скоростью строчило записи по столь же непонятно откуда взявшимся страницам блокнота, от которого веяло чем-то наподобие гербовых магических знаков и печатей.       — Картина произошедшего ясна и зафиксирована, — нейтрально говорила она, продолжая осматривать место. — Всё, что происходило здесь на протяжении последних двенадцати часов, входящие и исходящие магические потоки, волны и флуктуации.       — Эм…       — Да, мистер… Грейнджер, — она словно бы вспоминала мою фамилию, но на протяжении всего лишь неуловимо краткого мгновения. — Ваши перемещения тоже, что является доказательством непричастности вас и вашей магии к произошедшему инциденту.       — Вот как…       — Она из тебя всю душу вынет, перекрутит, докажет что нужно, и засунет обратно, предварительно выжав, как лимон, — Асманд говорил тихо и даже словно по секрету, но услышать его можно было и за версту при желании.       — Попрошу без подобных восхвалений моих профессиональных навыков, мистер Гринграсс, — неизменно важно и чопорно, между делом заметила дамочка.       — А вы точно знаете, что нужно делать и почему? — не мог я не уточнить этот момент.       — Думаете вы первый, кто оказывается в подобных ситуациях? Тем более в Англии? — дамочка даже не стала как-то выражать вопрос или что-то иное мимикой. — Не стоит сомневаться в моей компетентности.       Мне же оставалось только посмотреть на Асманда, молча прося подтвердить или опровергнуть хоть каким-нибудь образом, потому что дамочка уже зафиксировала точку входа на мою землю и с явным исследовательским, но вежливым интересом осматривала защиту через невидимые, но ощутимые магические манипуляции.       — Вот насколько ты любишь заниматься исследованиями магии, настолько же наша дражайшая мисс Блэйквуд любит разносить в пух и прах хоть сколько-нибудь дырявые законы и выкручивать их так, что это вызывает гнев всего мира.       — Хм… Вызывать гнев всего мира — не самое лучшее решение, — пожал я плечами и взглянул на мисс Блэйквуд. — Возможно, вам есть необходимость взглянуть на территорию в лакуне?       — Рада, что вы заметили это, мистер Грейнджер, — она вновь поправила пальцем очки, которые и вправду норовили немного сдвинуться в случайное время и при случайном действии.       Связавшись с защитой, раскрыл переход в прямом смысле — в пространстве перед нами просто появилось безрамочное окно, в котором виднелся каркас недостроенного пока что дома, полигон, руины старого особняка-замка, и, разумеется, палатка.       Без тени сомнений дамочка шагнула через это пространственное окно, и на этот раз уже я с Асмандом шли за ней.       — Мисс? — тихо шепнул я Асманду, задавая очевидный вопрос.       — Она замужем за работой, — так же тихо пояснил он.       — А вас это немного расстраивает.       — Не твоего ума дела, ученик.       Несмотря на наши разговоры, дамочка продолжила колдовство, погружая территорию в туман и делая записи. На этот этап ушло уже не пара секунд, а полноценная минута — территория отнюдь не маленькая, и быстро тут не справиться при всём желании.       — Хм… — тихо выдохнула дамочка, пока перо делало записи уже странице так на пятнадцатой, — мне всё ясно. А теперь я жду информации от вас. Так как никаких на данный момент обвинений не выдвинуто, я хочу знать, какие магические и прочие манипуляции вы производили, мистер Грейнджер.       — Разве вы их не зафиксировали?       — А все ли из них производили именно вы и ваши спутники?       — Разумеется, нет, — улыбнулся я, и за минуту перечислил по памяти всё, что делал.       — Мне всё ясно. Как я понимаю по состоянию территории и руин, вы эту землю купили для очистки от проклятий для дальнейшего использования.       — Именно.       — Метод очистки? Какие-то конкретные, сертифицированная заклинания или методики?       — Просто взял под контроль всю тёмную составляющую магии вокруг, локализовал и уничтожил.       — Хм, ясно, — перо дамочки продолжало делать записи. — Методику можно классифицировать, хотя её почти никто не применяет из-за сложности.       — Ты про методику Вольфрама Гриммера? — уточнил Асманд.       — Именно, — кивнула дамочка. — Его методики взаимодействия с чарами и заклинаниями не запрещены, но крайне сложны. Подходят для подобной работы.       — Мне они неизвестны, — поспешил я напомнить. — Как и это имя.       — Расскажи в двух словах, — она кивнула на меня, глядя на Асманда.       Разумеется, ничто не может проходить гладко. Защита настроена таким образом, что если я нахожусь в её пределах, внутри защиты, то она пропускает адресованных мне сов, так что одна такая как раз и прилетела, попросту скинув мне письмо и удалившись по своим делам. Никакого почтения, что в принципе свойственно совам, приписанным к учреждениям, а не к конкретному волшебнику.       — Удиви нас, — Асманд смотрел на это послание в моих руках с ожиданием, так что я поспешил раскрыть конверт с министерской печатью.       — Кажется, — я озвучивал по мере прочтения, — мне предписывается принять группу Аврората и каких-то чинуш, которые прибудут… в течение получаса. Для проведения какого-то расследования и тому подобного. Никакой конкретики.       — Стандартная история, — отмахнулся Асманд. — Из таких писем ни Мордреда не узнаешь, я такие пачками получал в своё время. Как и все, до кого хотело так или иначе докопаться министерство.       — Действия?       — Принимаем, конечно же. Жаль только, — Асманд с интересом взглянул на мой дам, — принять-то их негде. Приступим к обучению.       — Эм… Ладно.       Экспресс курс в методики Вольфрама Гриммера прошёл крайне быстро, и я усвоил нового из них чуть больше, чем ничего, если не считать тот факт, что идея, лежащая в моём способе уничтожения проклятий, посетила первым не меня, и даже не нас двоих. Просто окончательно сформулировал и сделал возможным её теоретическое использование именно этот волшебник, повторяли единицы из-за крайне высоких требований к силе и контролю, а потому она считается решительно бесполезной, хоть и рабочей.       Суть абсолютно та же — используется магия, как энергия, и при помощи пары не самых сложных формул и образов внедряется в другую магическую структуру. Тем самым волшебник перехватывает контроль над структурой и может её извлечь. Степень эффективности и сопутствующего урона зависит от силы и навыков волшебника, а учитывая, что для хоть какой-то вменяемой эффективности эти навыки и сила должны быть крайне велики по сравнению со средними показателями, то метод отправлен в библиотеку и забыт обывателями просто как явление.       — И вы, наставник, тоже не можете его использовать? — общались мы, устроившись рядом с палаткой на трансфигурированных креслах.       — Нехватка контроля, — без всякой обиды пожал плечами Асманд. — И я не знаю, как этот контроль улучшить. Мои навыки и без того считаются крайне высокими.       — Неужели всё настолько плохо?       — У меня или вообще? — он усмехнулся. — Да ты и сам знаешь ответ. Сложные методики не уходят в массы. Более того, они почти никогда не уходят и в мастерские круги. Так, между собой что-то обсудят волшебники одной категории, и всё. Сейчас ещё становится довольно популярным писать стать в журналы. Научные. Но пока это особо никому не нужно.       — Понимаю.       — Ты лучше ответь, методику освоил?       — В ней нет ничего сложного. Знай только магию вливать в диких объёмах, да контролируй процесс.       — Верно. Если потребуется, сможешь повторить?       — Легко.       — Это хорошо, — Асманд почему-то осматривал меня с каким-то сомнением во взгляде. — А где твой рюкзак? И палочка?       — О, в самом деле, — улыбнулся я. — В любой ситуации, если мне светит задержание, я прячу рюкзак и палочку. В одном слишком много сомнительного и ценного, а палочка — больно нестандартная.       Да, я и сам не заметил, как буквально первым делом избавился от этих двух вещей, воспользовавшись услугами себя-феникса. И похоже, ни Асманд, ни мисс Блэйквуд не заметили этого также.       Пока мы занимались разговорами, обсуждением и обучением, мисс Блйэквуд составляла просто огромнейшее количество различных записей и документов, словно готовилась к войне на юридическом поле против всего мира вообще.       Ну а через пяток минут защита оповестила меня о появлении группы волшебников на её границе. Разумеется, я тут же их впустил, правда, в отличие от нашего перемещения сюда, они вышли на самом дальнем конце моего участка — их даже видно отсюда не было. Но я тут не виноват — так уж устроено, что без правильных личных ключей доступа можно пройти только так.       — Пришли, — констатировал я факт.       — Где?       — В двух километрах к западу.       — Хм… Они рассердятся.       — А я тут причём? Комплексных чар для приветствия гостей здесь нет. Как нет и дома, и всего остального, на что подобное может быть завязано.       — Справедливо.       Визитёры добрались до нас минут за тридцать, и группа эта из семи волшебников не выглядела довольной, да и погода вокруг была не самой лучшей для прогулки — пасмурно, ветер сильный, да ещё и дождик словно бы не знал, будет лить или нет.       Пятёрка авроров выглядела безразличной ко всему, им к трудностям не привыкать. Занятно то, что личности-то в целом все знакомые, так или иначе виденные мной в Хогвартсе во время недавней осады замка силами Тёмного Лорда. Чинуши были в классических костюмах и мантиях, придерживали свои котелки, чтобы их не сдуло к Мордреду ветром. Вот волшебники они, или погулять вышли? Есть чары и заклинания для удержания таких аксессуаров на голове.       — Гектор Эрих Грейнджер, — заговорил один из чинуш, подходя ко мне и с удивлением, а заодно и с ещё большим недовольством отмечая, что вокруг нас ветра-то нет. — У нас ордер на ваше задержание… ознакомьтесь…       И понеслось, как говорится. Ещё в начале его заготовленной речи у меня во взгляде легко можно было прочитать одну фразу: «Где-то это я уже видел». Анализируя поведение что чинушь, что авроров, я мог заметить у одних скуку, у других принятие обыденности своей рабочей деятельности. Чинуши так и вовсе просто пришли вручить документы, зачитать речь и прочее, при этом находиться здесь особо не желали, интереса не имели, а учитывая то, что помимо документов на моё имя, на руках у них были и другие, то здесь они не ради меня, а по работе. Хотя я вполне допускаю их профессионализм на поприще актёрской деятельности, и я попросту не вижу их личных намерений и мотивов.       — Исполнители, — тихо выдохнул я, чтобы слышал только Асманд и мисс Блэйквуд, когда всё, что должно быть сказано, было сказано.       — В чём именно подозревается мой клиент? — сухо спросила дамочка, поправив очки на переносице.       — Клиент? — чинуши удивились, аврорам всё так же плевать, они тут конвоиры, не более.       — Да, мистер… — она протянула ему какую-то ксиву, иначе и не скажешь.       — Гибсон, мэм, — он быстро и безразлично ознакомился с документами и вернул их. — Полагаю, документы, подтверждающие полномочия мистера Гектора Грейнджера так же имеются?       — Разумеется.       — В таком случае, — чинуша поправил котелок на голове, — мы можем взять вас с собой, чтобы вам не пришлось лишний раз бегать по министерству. Иначе могут возникнуть… трудности.       — Что вы имеете в виду?       — К сожалению, я не имею права разглашать внутриминистерские дела, — отбрехался чинуша. — В любом случае, мы обязаны известить и провести задержание. Силовое, если будет необходимость.       — Силовое… — Асманд усмехнулся.       Мисс Блэйквуд тут же стрельнула взглядом в его сторону.       — Мистер Гринграсс, — и голос строгий, и взгляд, прям МакГонагалл, только молодая и в отличие от профессора, сдержанная в интонациях максимально. — Держите себя в руках.       — А вы, позвольте? — чинуша обратился уже к Асманду.       — Асманд Гринграсс, магистр и глава Бездны. И наставник этого молодого человека, — хлопать меня по плечу было совсем не обязательно. — Полагаю, вопрос о применении силы больше не стоит?       На лицах авроров постарше появилось выражение безысходности и явного нежелания присутствовать здесь в данным момент, однако и малодушных мыслей о побеге не возникало.       — Тогда вам в том числе лучше отправиться с нами. Насколько мне известно, по некоторым делам сейчас планируют проводить слушания крайне быстро. И так же быстро выносить решения. И нет, я не знаю причин, мне не рассказывают.       — Но слухи ходят, — впервые заговорил второй чинуша. — Эм… Я тоже не могу говорить, прошу понять.       Взглянув на мисс Блэйквуд, я получил кивок и согласился быть пройти вместе с сотрудниками аврората, куда бы там меня ни вели.       Собственно, на этом и закончился наш короткий визит на мою территорию, после которого мы оказались в министерстве. И если Асманд пошёл куда-то, то мы с мисс Блэйквуд оказались в ДМП. Хотя бы не в камере, а то это было бы уже совсем дежавю.       Сидели мы в отдельном кабинете, в котором работник ДМП старательно и быстро заполнял различные формы на меня. Больше об этом кабинете, как бы я ни приглядывался, сказать было нечего — один стол, стулья да диван, куст на окне, пусть это окно и фальшивое, картотека да платяной шкаф — вот и всё, что здесь есть.       — Эх… — выдохнул сотрудник, посмотрел на меня, на мисс Блэйквуд, что активно переписывалась с кем-то аж в трёх блокнотах с Протеевыми чарами или их аналогом. — Эх… Ваше полное имя.       — Гектор Эрих Грейнджер.       — Месяц, день и год рождения.       Насколько же всё стандартно. Зато появился повод упомянуть, что в наличии статус подмастерья зельеварения и целительства, что делает меня официально целителем, что нахожусь на обучении у двух мастеров и магистра, что магглорождённый, и на каждом из таких нюансов сотрудник ДМП печально вздыхал непонятно по какой причине, при этом просто заполняя бумаги.       — Отсутствие палочки… — сотрудник откинулся на спинку кресла, — это проблематично. Хотя сейчас всё равно не используют Приори Инкантатем, только если сразу на месте преступления.       — Отсутствие или наличие палочки не является ни косвенным ни прямым доказательством вины моего клиента, что бы ему не вменяли.       — Это так. Также как и не является доказательством невиновности. Это же не Хогвартс, чтобы опираться лишь на палочку.       Молчание. Просто ждём слушание, которое состоится уже буквально через пятнадцать минут.       — Не подскажете, — обратился я к сотруднику ДМП, — что тут вообще происходит?       Он покачался в кресле, посмотрел на меня пару мгновений.       — При всём уважении, мистер Грейнджер, и несмотря на ваши заслуги, я ничего не могу разглашать. Это внутренние дела, либо слухи без доказательств.       — Возможно, глава департамента может подсказать?       — Это как раз его поручение — оказать активную помощь по всем появляющимся делам. Минимизируем нагрузку на министерство.       Понятно, ничто не ново под луной. Тут я просто среди тех, кто попадает под раздачу из-за наличия земли, статуса крови, отсутствия официального покровительства достаточно сильного, чтобы инициаторы ограблений через обычных сотрудников министерства подумали прежде, чем вносить меня в список. А возможно что они просто поручили кому-нибудь составить список по критериям, ну и понеслась дальше цепочка делегирования задач.       Как бы я не верил в свою уникальность и великолепие, когда волшебники начинают рассматриваться не как отдельные личности, а как цифры на бумаге, то вся эта уникальность исчезает.       Пришло время, чтобы проводить меня на слушание, и…       Это слушание оказалось самым пустым и бесполезным временем, которое я когда-либо на что-либо тратил в своей жизни. Даже просто нахождение в кровати и плевание в потолок можно считать более продуктивным, хотя есть нюансы.       Проходило всё настолько никак, что я даже не запоминал. Причина такого моего пренебрежения была проста. Визенгамот работал в малом составе, что означает наличие лишь девяти волшебников, помимо секретаря, юристов, привлекаемых, истцов, овтетчиков и прочих непричастных непосредственно к Визенгамоту.       Ведущий заседание, которым на ближайшие два часа оказался Джон Доу, с превеликой скукой, с трудом читаемой во взгляде, вёл дела одно за другим, вынося решение сугубо объективно, порой даже обоснованно сомневаясь в справедливости или истинности тех или иных абстрактных, косвенных доказательств, если они вообще нужны были.       Конкретно в моём случае он прочитал зачитал обвинение, состоявшее аж из нескольких пунктов — вооружённое противостояние группе представителей министерства, атака сотрудников министерства, ограничение доступа к земле официальной комиссии министерства по регулированию земельных вопросов и проклятий, сговор в преступных целях с признанной МКМ террористической организацией, названной всеми просто Организация, и ещё парочка.       Тут берёт слово мисс Блэйквуд, парируя обвинения о причастности и прочее. Прокурор приводит свидетелей — адвокат допрашивает и предоставляет магически заверенные документы об анализе проезошедшего и артефакт с данными, снятыми непосредственно с места происшествия, по которым видно, что участия я ни в чём не принимал.       Прокурор сомневается — адвокат демонстрирует сертификацию документов и артефакта МКМ. Англичане бухтят, но тут ничего не поделать.       Прокурор выдвигает обвинение в сговоре — адвокат предоставляет документы о моём участии в группе расследования дела об Организации, притом группа эта создана по поручению и под контролем МКМ.       И так во всём, вплоть до обвинения в использовании Тёмной Магии для очищения территории от проклятий, при том, что я не имею квалификации для использования. Да, как я уже не раз отмечал, юридически Тёмная Магия не запрещена, и для её применения нужна квалификация. А вот без неё или же в целях, не предусмотренных квалификацией — уже другое дело.       Обвинения в применении Тёмной Магии так же отбриваются на лету — адвокат апеллирует к моему статусу ученика магистра Гринграсса, что автоматически даёт мне компетенции для применения тёмной магии в широком спектре возможного использования, а мною использована так и вовсе обычная магия, просто сложная — тут пришлось продемонстрировать свои навыки работы с техникой Вольфрама Гриммера, и это при том, что использовал я выданную мне палочку, без хозяина и не особо подходящую.       Длился этот бред почти час. На последних, отчаянных попытках прокурора вменить мне хоть что-нибудь уже Джон Доу посмотрел на него так, что тот чуть не умер на месте, честное слово. А я отметил, что этот прокурор стремился добиться обвинительного приговора для меня отнюдь не только из-за того, что это его работа. Он откровенно желал этого, и скрывал довольно неумело на мой взгляд. Или не скрывал, а просто был довольно спокойным и сдержанным?       В любом случае, по какой-то причине ему было крайне важно добиться этого обвинения, и это меня заинтересовало. Несмотря на то, что все возможные обвинения были сняты, а мой новый статус скоро со скоростью лесного пожара разлетится по всем заинтересованным и не очень, прокурора я проверю. Хорошо так проверю. Тщательно. Возможно, с пристрастием. Надеюсь, он не сильно удивится возможному визиту кого-нибудь странного, в костюме Чумного Доктора.       Покидали зал суда мы легко и непринуждённо, и даже Асманд, присутствовавший в качестве зрителя, как и пара репортёров, был спокоен, но недоволен.       — Что случилось? — я хотел узнать о причинах подобного недовольства, когда мы втроём шли по коридорам министерства, изредка встречаясь с кем-нибудь из посетителей или сотрудников.       — Ничего.       — Хм?       — Мистер Грейнджер, — уверенно шедшая на шаг впереди мисс Блэйквуд чуть повернула голову к нам, обращая на себя внимание. — Могу заверить вас, что ваш наставник огорчён отсутствием повода для создания глобальных проблем разрушительного характера.       — Хм? — удивился я чуть больше, а мисс Блэйквуд поравнялась с нами.       — Понимаете, — она явно не собиралась задумываться о том, что и как будет говорить сейчас. — Ваш наставник, несмотря на возраст, опыт, должность и авторитет, обладает довольно скверным характером. На любой чих в свою сторону он отвечает Бомбардой, а на фантомную угрозу — Адским Пламенем.       — А нечего на меня и близких руку поднимать… — недовольно проворчал он, отвернувшись в сторону холла на этаже, по которому мы шли.       — И его должность, похоже, как и ответственность — единственное, что его останавливает от необоснованных действий.       — Потому он всегда и с большим тщанием этот повод ищет?       — Именно, мистер Грейнджер. И сейчас он этот повод не нашёл. Более того, теперь публично будет известно, что вы являетесь членом Бездны, притом при исполнении по соглашению Англии с МКМ и по поручению МКМ непосредственно.       — А, понял, — улыбнулся я. — Поводов не предвидится. Учитывая, что наставник не любит Англию, он очень расстроен отсутствию возможности проявить себя на родине.       — Именно, — уголок губ мисс Блэйквуд дрогнул. — И это сильно облегчает мне работу.       Наша прогулка по министерству вскоре подошла к концу, и мы покинули его, выйдя в Лондон близ Адмиралтейства, а оттуда уже переместились обратно в бездну.       Адвокат отправилась по своим делам, предварительно напомнив Асманду, что счёт для перевода денег он знает. Ну а мы пошли на полигон, чтобы порадовать Дафну и Пэнси, если та не решила вдруг отдохнуть от обучения в свой выходной.       — И ради такой мелочи я теперь в Бездне, ещё и миссию какую-то выполняю.       — Не переживай, — отмахнулся Асманд, и мы зашли в лифт. — Это чисто формально. Не хочешь — не участвуй. На нас постоянно какая-то часть мира зубы точит, мы привыкли выручать друг друга.       — Мхм… Перешлите мне материалы по этой организации.       — Хм?       — Они ведь и на меня охотятся. И на таких как я. На Дафну, и на Пэнси. Вопрос требует решения. Возможно, — с лёгкой улыбкой я посмотрел на Асманда, — моего особо пристального внимания.       — О… Вот это по-нашему, — он радостно хлопнул меня по плечу, приобнимая. — Вот такой жених и должен быть у моей внучки. Разнесём мудаков до атомов!       Разнесём, разнесём. Надо только их найти теперь. И желательно раньше, чем начнётся учёба. А ведь информация о моей причастности к Бездне и вправду разойдётся довольно быстро, тем более на заседании присутствовали и репортёры. Это, конечно, не материал не то что не для первой, но даже не для отдельной страницы в принципе, но кто знает. А это значит, что если в Хогвартсе и есть кто-то, сотрудничающий с Организацией, то нос он высовывать не будет, это точно. А это усложнит их поиск.       Возможно, решать проблему до Хогвартса не нужно? А возможно что и не получится. Где я, и где некая Организация явно мирового уровня, которая не стесняется устраивать теракты, провоцируя целые страны, а не просто группы волшебников.       В любом случае, время покажет. Надеюсь, последствия произошедшей нелепой ситуации сыграют мне на руку.