Глава 6
21 января 2022 г., 22:44
Окрестности Юпитера. Башня возле Янова.
— Спасибо за Дашку. Я не забуду, — Зулус признательно хлопнул Дегтярёва по плечу.
— Я знаю — кивнул чекист. Он понимал что, отныне «долговец» останется в его паутине до конца своих дней.
— Какие теперь планы, командир? — вклинился Бродяга, что методично смазывал в оружейном масле свою снайперскую винтовку.
— Ну, а что положено делать оперативнику во время проведения розыскных мероприятий? — пожал плечами чекист. — Правильно, — сам же ответил на свой вопрос, — опрашивать свидетелей и трясти агентурные источники. Мой самый главный источник информации — это его величество Сыч, обосновавшийся на Скадовске. К нему и наведаемся. Заодно проведу ревизию в колхозе «Счастье трудящихся», — последняя шутка отбросила на лица присутствующих тень лёгкой иронии. Хотя не такой уж издевательской она была. Доля Дегтярева за поддержку бизнеса Бороды была всего пятнадцать процентов. Мужчина работал на стратегическую перспективу, понимая, что дойной корове для хорошего молока нужно также хорошо питаться. И те пятнадцать процентов в денежном эквиваленте значительно превзойдут тридцать или сорок, что будут отбираться, не давая ничего взамен. А бдение Дегтярёва давало многое… Полную защиту от всяких посягательств двуногой фауны. И от бандитских набегов, и от военных рейдов. Использовался исключительно вольнонаемный труд. Идеи горячих голов отплатить бандюкам той же монетой, загнав их в концлагерь наподобие того, что в две тысячи одиннадцатом функционировал в районе Свалки, были тотчас же отброшены Александром, как те, что снизят производительность. На свой карман человек будет работать на совесть, на чужой, к тому же в рабстве, неизбежно последуют саботажи добычи артефактов и попытки восстаний, таким образом нужно будет ещё и тратить значительное количество ресурсов на удержания узников в узде. А карманы простых добытчиков-сталкеров как раз таки были вполне заполнены. Во всяком случае, лучшего предложения в Зоне не мог предложить никто. Показательные отправки некоторых субъектов под Выброс убедили всех в нецелесообразности сажать ближнего своего на перо в попытке присвоить его потом заработанный хабар.
Был введен железный принцип «от каждого по способности — каждому по труду». Благодаря подобному стилю управления под сенью чекиста процветало общество более упорядоченное и благополучное, чем то что было в большинстве регионов СНГ на Большой земле. Борода однажды пошутил, что сбушник начал протаптывать очередную тропу к коммунизму, на что Дегтярев ответил что это уже лишнее. Ведь при коммунизме подобным ему места уже не будет…
— Выдвигаемся сейчас, пока не стемнело, Вано только прихватим, пока совсем не замучил бедную девочку рецептами хачапури.
— Отож. Нечего девчонке белковую диету углеводами паскудить! — басовито ни то прорычал, ни то нестандартно рассмеялся Зулус.
— Вано только что написал в КПК, как Лоцману на хвост упал и всеми силами удерживает до нашего подхода, — флегматично вставил Бродяга.
— Вот молодец, чтобы мы без него делали, — Деготь триумфально сжал кулак в жесте «рот фронт»
***
Холодно… Как холодно… Холодно как… Голем уже забыл, каково это — жить без данной мысли в голове. Ни спиртное, ни еда закинутая в желудок «с пылу с жару» не могли спасти от озноба, что забирался под кожу, пробирал до костей, и сквозь них. Больно-то как… Сталкер подкинул ещё пару сломанных веток в костерок, что так и норовил задуть промозглый ночной ветер. Голем и не думал с его помощью согреться, как и не пытался расширить себе обзор, ведь в темное время суток он был способен дать фору любому ПНВ. Чего не скажешь про ублюдков из «Монолита». Этим тварям нужен был маяк. Мужчину чуть не вырвало, когда в памяти всплыли образы непроницаемой рожи Иглы. Эта мразь, эта садистка сломала сталкеру всю его жизнь. Не оставила ничего, кроме вечной боли и нескончаемого ужаса. Лучше бы она тогда убила его. Шум катера позволил вырваться сознанию сталкера из бездны безумия, хоть и, очевидно, не навсегда. Встреча была назначена на самой окраине Затона, за разрушенным мостом Преображенского. Отсутствие ценных артефактов, равно как и удаленность до действительно твердой почвы привели к тому, что большинство ходоков решительно игнорировали данное пространство. Никто не мог помешать серьезным людям заниматься темными делами. — Здоров дружище. Как самочувствие? Ничего не болит, не чешется? — катер причалил к островку, и один из монолитовцев снял с себя шлем. Буран… Голем съежился от подобной «заботы». Лучше когда к тебе относятся с полным безразличием, как к дешевой мебели, чем когда проявляют столь нездоровый интерес. Поведение этого боевика напомнило сталкеру себя в школьные годы, когда ему на практической по биологии нужно было выполнить странное задание — штрыхать иголками дождевого червяка и записывать реакцию оного. Забавно, если спустя много лет именно за этот поступок пришлось так жестоко заплатить… — Давай ближе к делу… — прохрипел сталкер, усилием воли распрямляясь из столь уютной позы эмбриона во весь рост. — Зажатый ты человек, — назидательно погрозил пальцем Буран. — Раскрывайся давай, а то энергия через чакры проходить не будет! — за спиной монолитовца прошла волна гаденьких смешков. Голему оставалось радоваться, что лица остальных боевиков скрывали шлемы. — Ну да чёрт с тобой, — в одночасье в голосе боевика не осталось ни следа от былой игривости, — на сей раз за антидот придётся заплатить. Кровью. К счастью для тебя, чужой, — добавил монолитовец увидев, что загиб мысли сработал, и собеседник задрожал как осенний лист на ветру. — Что нужно делать?.. — рано или поздно это должно было наступить. Для этого ему и сохранили «жизнь». Пути назад не существует. — Вот закрытая частота, — Буран протянул бумажку с надписью, — через неё будешь связываться с хорошо тебе знакомой суровой дамой и получать от нее инструкции. Если спалишься… — боевик выдержал многозначительную паузу. — Ну, ты знаешь что тебя ждёт, лучше меня.***
Добрались до «Скадовска», уже когда солнце клонилось к закату. Лоцман не завязывал путникам глаза, но при этом Дегтярев, сколько ни ходил этими путями, по-прежнему не мог запомнить маршрут. Холмы, деревья… Всё было, как в тумане. Может, действительно эти места имеют высокий уровень пси-излучения? А Лоцман просто втихаря принимал «Психоделинчик»? В любом случае Дегтяреву было не жалко денег для проводника. Как-никак, человек жертвует ради них своим здоровьем. Даже если при этом им движет лишь собственная алчность. — Вот мы и на месте, — провозгласил Лоцман. — Буду нужен, ты знаешь где меня искать. — Благодарствую, — сбушник отсыпал проводнику положенные ему «серебренники». — Вот она какая, резиденция твоей аномальной республики, — на долю секунды лицо Бродяги озарила необъяснимая, солидаристская, как её называл чекист, улыбка. Примерно так Александру скалился Воронин, отмечая его достижения. Это не было жестом ни дружбы, ни даже уважения. Данное выражение лица демонстрировало сугубо эгоистический характер, показывало радость человека от того, что наконец-то к когорте достойных прибыло, и отныне он не одинок в этом мире, есть с кем интересно провести время. Откуда мозг Анатолия знал, как генерировать подобную гримасу, оставалось загадкой. Да и она увяла быстрее, чем сам Бродяга успел что-то понять. Дёготь решил пока не делать акцент на своём наблюдении, не стоило шокировать бывшего фанатика, иначе его подсознание могло закрыться ещё больше. — Спасибо, только хотел сам похвастаться, уберёг от греха — выдал вслух чекист. Брошенный и сильно проржавевший сухогруз «Скадовск» имел серьезно поврежденную носовую часть: отсутствовали большие куски обшивки, палубы, сам нос повёрнут в сторону относительно остального судна. Однако оставшаяся часть посудины герметична и успешно использовалась людьми как база и прочное убежище. За прошедшие месяцы в этом ничего не изменилось. Не дожидаясь предупреждения дозорного на палубе, путники убрали оружие за спину и проследовали внутрь помещения. «Скадовск» действительно превзошел «Сто рентген». Бар на первом этаже был битком набит вольными ходоками. Каждый столик оккупировало три-четыре души. Некоторым сталкерам пришлось моститься прямо на полу, расстелив матрас или пропихнув под задницу несколько шин. Тем не менее Дегтярёв с гордостью отметил, что ни один столик не пустовал. На каждом можно было узреть мясные и рыбные консервы, отнюдь не один вид хлеба, овощи, ибо без них также некуда, и конечно же то, чем всё это можно будет запить после «рабочего дня». Водка, пиво, голубая мечта многих сталкеров — квас… Настроение присутствующим поднимала и музыка, разносящаяся по помещению через приемник. «Владимирский централ, ветер северный»… Да, некоторые уголовники также перешли на сторону Бороды, поняв, что у их пахана Султана дело швах. Большинство из них со временем были уничтожены, продемонстрировав полную неблагонадежность, но некоторые дожили вплоть до сего дня. А может, чекист всё усложняет и среди присутствующих просто много любителей Михаила Круга. — Тю, а я-то уже надеялся на оркестр и ковровую дорожку! — Зулус разочарованно протиснулся промеж очередных сталкеров. — Обойдусь, — острый взгляд чекиста стремился выцепить в «толпе» бессменного лидера здешней общины. За барной стойкой Бороды не было… Найти крепко сложенного лысого мужчину удалось по запаху. Не его. Того мяса, что он готовил на мангале, спрятавшись во тьме перехода между этажами. Жрать хотели многие, и делать это вкусно. — Ты?! — Борода так и застыл как вкопанный, не мигая. — Хлопни своими глазами, а то радужки высохнут, — Дегтярёв приветственно бухнул товарища по плечу. — Ты почему… — все ещё мялся мужчина. — Мясо сгорииит, — чекист вытянул скорчившиюся гримасу в сторону мангала. -Ух, ей-ей! — благо противоаварийное оповещение сработало вовремя, и сталкеры не остались помирать с голоду. — А совсем недавно нас готовили затянуть пояса, — Вано потёр руки, предвкушая очередное кушанье. — Кавказская твоя душонка, — Денис снисходительно закатил глаза. Будучи весьма крупным и воинственным приматом, он, конечно, сам нуждался в весьма обильном приеме пищи, но не жить же теперь от одного праздника до другого! — Ну здорова! — басовито протянул Борода придя в себя. Товарищи наконец-то заточили друг друга в крепкие объятия. Невооруженным глазом было видно, что у Александра они крепче, несмотря на куда более скромное телосложение. Мышечные волокна регулярно тренирующегося офицера были развиты гораздо сильнее, чем у в основном занимающегося подсчётом барышей старика. — Ты почему без приглашения? Аль не доверяешь мне? Ревизию провести удумал? — естественно, старик не подозревал чекиста на серьезных щах. Он прекрасно понимал, что заподозрь Дегтярев его в чём-то злонамеренном действовал бы совершенно по-другому. Про то, что Александр нынче был весьма стеснен в опциях взаимодействия с окружающими, торгаш, естественно, не знал. — Я тут по работе, так сказать — вдаваться в подробности Деготь не собирался. Неизвестно, как Борода отреагирует на то что его «крыша» протекла. — Но ревизию, если ты так желаешь, проведу, чуть позже…
