Бездна . Ремейк

— Сделаем вид, что я поверил в сказки Венского леса о том, что ваш товарищ случайно укололся, копаясь в неположенном месте, — вздохнул Назар, когда его взгляд пересекся с самодовольным, демаскирующим всю легенду, рыльцем Ржавого, — как и то, что офицеру спецслужб в сопровождении двух подготовленных убийц больше нечем в Зоне заняться, кроме как искать ему антидот.  — И правильно, — Дегтярев покровительственно хлопнул собеседника по плечу. — Люблю я вас, яйцеголовых, вы такие сообразительные.  — От нас-то тебе что нужно? Поможем, чем сможем, — твердо заверил рассветовец. — Ну вряд ли в силах нашего клана что-то многое… — Я никогда ничего не делаю просто так. Если я пришёл именно к тебе, — сбушник сделал выраженный акцент на последнем слове, — значит, мне нужен именно ты. Твои умельцы могут смастерить что-то вроде взломателя, я не знаток техники, поэтому не знаю, как правильнее объяснить, для входа в лабораторию образца Х? Если нужны какие-то детали, артефакты, ещё что-то, то ты скажи. Мне надо — не тебе, так что найду. — Фух… Эво как… Ну, я так и думал, — что именно он думал, Назар так и не сказал. Однако, судя по тому, как он смерил взглядом Голема, всем стало очевидно, что мысли его шли в правильном целиком и полностью направлении. — Признаться, мы делали такие штуки ранее, — собравшись с мыслями, продолжил рассветовец. — Как-никак за разгадки всех тайн Зоны боремся… — робкое укание от Даши стало тем единственным сигналом, который она осмелилась подать Дегтяреву, прося аудиенции наедине с этим загадочным и интересным человеком. Ответное «угу» стало знаком согласия. Чекист еле сдержал улыбку, пытавшуюся полезть по мимическим мышцам лица. Как же ему нравилось сочетание силы и ума с дисциплиной и исполнительностью в этой девчонке… Назар тем временем не сбавлял темп:  — Однако насколько они исполнили свое предназначение, судить мы не берёмся. Ведь ни одна из посланных нами групп наемников на базу не вернулась… — Двум смертям не бывать, а одной не миновать, — развёл плечами гебист. — Говори Кулибин, что делать надо. — Я напишу на бумажке. Без обид, — добродушно улыбнулся учёный. — Не вопрос, — ответил взаимностью Александр. — И это ещё не всё. У тебя остались старые сонары для замеров в аномалиях? Не те, которые амеры склепали, использовав данные нашего профессора Германа и свои технические возможности, а то целиком отечественное убожество, от волн которого у соседних монстров ушки вяли и они шли стучаться в двери, с возмущением требуя отключить богомерзкую гепалку по мозгам, или хотя бы не врубать её по ночам. — Ну найдется парочка, — протянул Назар, почесывая свой затылок и не скрывая удивления.

***

 — А ты самое главное не забыл? — воззрился каннибал на своего, по сути, благодетеля, когда они, а также Бродяга с Пулей, остались наедине. Белова, как и хотела, отправилась любить черепную коробку лидера «Рассвета». — Что именно? — с откровенно наплевательским видом кинул в ответ Дегтярёв, даже не поднимая на собеседника глаза. С преувеличенной заинтересованностью продолжая изучать выданный ему список. — Например, мой антидот, не? — состряпал ироничную мину Голем. — Или, думаешь, я тебе за так местонахождение лаборатории скажу? — Ты где-то увидел здесь фармзавод? — по-прежнему невозмутимо продолжал подполковник. — Или тебе заклятием надо спасительные пилюльки наколдовать? Уж извини, мы живём не во вселенной Гарри Поттера. — Чёрт возьми… — как бы соглашаясь, выдохнул Ржавый, рухнув на землю и уставившись немигающим глазами в потолок. — Да, я ублюдок. Мразь. Дерьмо. Тем не менее мне тоже хочется жить. В твоих интересах не забывать об этом, — в голосе мужчины, как бы он не старался, прозвучала скорее мольба, чем угроза. — А в твоих интересах мне доверять. Ибо больше некому, — парировал сбушник. Он понимал, что никуда Голем от него не денется. И глупостей от него ждать не стоит. Парень вполне доказал свое здравомыслие, как бы странно это определение по отношению к нему не звучало. Хотел ли сбушник кинуть несчастного, когда Игра завершится? Целенаправленно — нет. Вот только куда партия заведет этих самых своих игроков и каких ходов будет от них требовать, они тоже не знали. Дорога жизни всё покажет сама. — А сонары тебе зачем? — режим отрицания заставил людоеда перевести разговор в менее болезненное для его психики русло. — Как раз тоже хотел спросить, — подал голос Бродяга. — Одному Пуле от меня ничего не надо, — рассмеялся Дегтярёв. На лице долговца при упоминании его персоны не дрогнул ни один мускул. — Всё просто. Можем ли мы лезть в местность, где толпы вражеских бойцов силами четырёх с третью человек? Можем, — неожиданно согласился сам с собой сбушник, — если хотим совершить групповой суицид. Но если всё же не хотим, то нам нужна серьёзная поддержка. Всё, что у меня есть, я уже использовал. Борода, Воронин, Назар… Богов из машины больше не будет. А двигаться вперёд надо. — Раз для борьбы с твоими врагами закончились люди, то ты решил задействовать против них монстров, — Голем глубокомысленно констатировал разгаданный ребус. — Ты используешь всё и всех для достижения поставленной цели. Даже враждебную природу. И кто из нас после этого большее чудовище? — Ты! — на сей раз уже взорвался гоготом чекист, почему-то сегодня у него было весьма игривое настроение. — Кто первый в вольер попался, того шокером и шпыняют. — Ясно…

***

— Не слишком туго затянул? — Назар аккуратно снял повязку с глаз девушки. Никто, кроме избранных, не должен был знать дорогу на базу. — Бывало и хуже — отшутилась Белова.  — Чай или кофе не желаешь? — Напоите меня лучше информацией, — сразу перешла в нахрап Белова, нетерпеливо включая на КПК режим аудиозаписи. — Хотел поумничать на тему, как молодежь спешит нонче жить, но вовремя вспомнил, что в твоём случае замечание неуместно, — с какой-то тягучей тоской в голосе заметил учёный, указывая жестом присаживаться на стул. — Спрашивай, я слушаю.  — Что вы знаете об Осознании?  — Высоко берёшь. Впрочем, не была бы ты в команде Дегтярева, — прокричать что-то в духе "куда ты дура лезешь?!» Назар так и не решился. — Какая конкретно составляющая этой организации тебя интересует? — вместо крика души спокойно выдал он. — Если научно-техническая, то, как ты могла догадаться, мы и сами не вполне знаем. Кроме того, что напоролись на безумцев, на фоне которых участники какого-нибудь «Манхэттенского проекта» — это группка уличных хулиганов. Эти-то, очевидно, решили поиграться с ни много ни мало ноосферой, самой тканью мироздания… Иначе как объяснить, что за пару лет домашние свиньи мутировали в паукообразных плотей, а сосны с дубами умудрились скреститься, создав что-то третье, я не знаю. Даша терпеливо, как учили, выждала все словоизлияния, не перебивая. И только после этого развила свою мысль. — А что насчёт рамки идеолого-политической? Если таковая вообще у них есть, то за семь лет, хочешь не хочешь, а должны были наследить перед теми, кто внимательно смотрел. — Глазки Беловой заискрились, явно выдавая, на кого она намекает.  — Ты права, — согласился Назар, — тут-то всё несколько проще. В этом направлении копались наемники, спецслужбы, акулы пера вроде тебя. — При упоминании коллег улыбка Даши увяла. Ежели её задание выдаётся не ей первой, значит, остальные так и не смогли донести сведения до Большой земли. — Оставалось только идти по следу, обследуя выкопанные ими ямки. Из того, что мы знаем, проект «Осознание», стартовавший в 2006 году, — это перезапуск аналогичной программы, развёрнутой в этих местах в последние годы существования СССР, как раз после апрельской катастрофы. Проект был целиком и полностью милитаристической направленности. Даже сами научники были при погонах и носили не белые халаты, а мундиры цвета хаки. Было несколько отделов. Отдел управления сознанием, отдел по трансформации испытуемых в суперсолдат, отдел по производству образцов вооружения, от которых даже современные военные гиганты могли бы жидко обгадиться… Работали по всем фронтам с целью преодолеть конвенциональное отставания от Запада путями, не требующими использования ОМП. — Откуда брали испытуемых? Из идейных строителей коммунизма? — Даша озорно выгнула бровь. Вот она сенсация!!! — Хех, — так же позволил себе улыбнуться рассказчик, — таких к тому времени уже почти не осталось. Были, конечно, и такие, но в основном использовали куда более легкодоступный материал. Заключённых. Одного моего хорошего товарища, отбывавшего за «распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй», тоже под гребёнку замели . За три дня до развала Союза… Что его в итоге и спасло. От него-то я всё и узнал. И в Зону пришёл, почуяв, что дерьмо спустя полтора десятилетия всплыло. Не прогадал...Очевидно нашли альтернативные источники финансирования. — Какие именно? На самом деле многие в мире сейчас гудят о «красном следе» Осознания. Как вследствие географического положения группировки, так и благодаря тому, у кого находят её «дары». Но всё же традиционно считается, что интересы нашего восточного соседа в Зоне представляет «Долг» со времён воцарения там Вячеслава Воронина. — Вот тут ты сильно заблуждаешься, — резко поправил Назар. — Звучит как в дешёвом кино, но единственные интересы, которые здесь представляет этот отморозок — это интересы адекватных людей. Тебя никогда не смущало, что западных наемников СБУ и КГБ РБ вынуждены выпроваживать аж бегом, ровно как и, так же высунув язык, защищать западных яйцеголовых, в то время как названный тобой «восточный сосед» не мычит, не телится по поводу кавардака, что находится под самым его носом. Даже братской Беларуси никак не помогает, мотивируя, что это их внутренние проблемы. Хотя эти самые проблемы у ближайшего союзника весьма немалые. У Украины их ещё больше, но она и больше как страна, к тому же не находится в международной изоляции. Так вот полковника ФСБ Вячеслава Воронина, назначенного натуральным образом протирать штаны в качестве военного советника начальника войскового контингента ПГРЭЗ, смущало очень сильно. А когда на БВ изъяли ящики аномальных гранат у организации, которая считается террористической для всех, кроме его страны, всё смущение пропало. И пришло понимание, что нужно срочно уходить на вольные хлеба и начинать спасать, — Назар помедлил, подбирая слова, — ну, в первую очередь себя. — Вы в курсе, что наговорили мне на Нобелевскую премию по журналистике? — сглотнула Белова. — Пока что я нарисовал тебе на лбу мишень. А во что ты сможешь её конвертировать, зависит только от тебя.