Gravity of love

      Тим знал, что выглядел отчаянно. То, как он хватался за чужие плечи, как сжимал в руках футболку и как протяжно, на одной ноте выдыхал, когда появлялся шанс вдохнуть — все это выдавало его с головой. Но ему было все равно. Настолько все равно, что член, упирающийся в ширинку, был единственной последней мыслью в голове.              Хотя нет, он нагло врал.              На самом деле, все, о чем он думал — это о пи’Вине, который так же отчаянно вцепился в него. Как целовал, болезненно кусая и тут же зализывая, широко мажа языком по губам, по щеке, по скуле. Как расстегнул его рубашку, пуговица за пуговицей, уверенно двигаясь к тому, чтобы скинуть мешающую ткань. Как притирался своим горячим, твердым членом об его бедро, совсем не стесняясь собственных стонов от этих движений.              Тим знал, еще там, в кафе, что этим все и закончится. Что они окажутся вместе в постели, потому что сопротивляться и бороться против собственных желаний больше не было сил. И если бы он ушел домой один, максимум, чем бы все закончилось — обычной дрочкой. Но не сейчас, не тогда, когда пи’Вин буквально был в его руках. Когда выдыхал ему на ухо, когда хватал зубами за мочку и едва слышно довольно смеялся.              Не тогда, когда он решил пойти по пути своих желаний и прикинуться упившимся в стельку.              Манау была права, хоть сейчас можно было в этом признаться. Его с такой силой тянуло к пи’Вину, как никогда и ни к кому. И именно это пугало, именно это заставляло останавливаться и тормозить пи’Вина, прося о глупом и не нужном дополнительном времени.              Но не сейчас. Сейчас с него стаскивали рубашку, торопливо дергая за рукава. Сейчас пи’Вин прижимался к его коже с поцелуями все ниже и ниже, оставляя болезненные укусы, как будто мечтая пометить его всего. И помечая.              Тим не смог сдержать очередного вскрика и зарылся обеими руками в его волосы, портя уже потрепанный хвостик. Хвостик, который этой ночью был не нужен. Уверенно, как будто он проделывал такое уже тысячу раз, Тим потянул резинку и откинул ее куда-то в сторону. Пи’Вин судорожно вздохнул и схватил его за задницу, пряча лицо в изгибе шеи.              Тот момент, когда рубашка с него все же слетела, Тим успешно пропустил. Вместо этого все, что он чувствовал — это чужие губы, покрывающие его тело поцелуями. И руки, которые поднимались к его лопаткам, опускались к бокам и возвращались к заднице, с силой ее сжимая.              — Тим, — прошептал пи’Вин, и он закатил глаза, отворачиваясь в сторону. Вот не надо было говорить с ним таким сексуальным голосом — это было незаконно!              — Дурак, — рассмеялся пи’Вин, хватаясь за его ремень и пытаясь его расстегнуть.              Зачем Тим его вообще надел? Нужно было прийти на встречу в трениках и обычной футболке — это все снималось намного быстрее и проще! Чертовы пуговицы, чертова неподдающаяся молния и чертовы узкие джинсы.              Тим заскулил и попытался оттолкнуть чужие пальцы, чтобы расстегнуть все самому. Пи’Вин то и дело соскальзывал с молнии, задевая вместо этого и без того ноющий член. Член, который уже стоило бы взять нормально вместо того, чтобы вот так дразнить легкими прикосновениями.              — На полу? На кухне? Или на диване? — Пи’Вин оставил в покое его джинсы, позволяя раздеться самому, и вместо этого принялся горячо шептать, сопровождая все быстрыми и легкими поцелуями в плечо.              — Что? — Тим открыл глаза, все еще борясь с молнией и резко закрыл рот. Пи’Вин поднял голову и посмотрел на его губы с такой жаждой, что стало впервые за вечер неловко.              — Где ты хочешь, чтобы я тебя взял? — повторил пи’Вин, хватаясь при этом за свою футболку и снимая ее через голову. — На полу? В ванной? У зеркала?              — В спальне, — фыркнул Тим и наконец-то расстегнул молнию, чуть приспуская джинсы вниз, насколько смог.              — Хочешь забраться в мою постель? — Пи’Вин отбросил футболку куда-то туда же, куда улетела чуть ранее его резинка для волос.              — Я хочу забраться на тебя, — выдохнул Тим, медленно прикасаясь к его голой груди и проводя кончиками пальцем по коже. Мурашки, которые появились вслед за этим, только приятно порадовали. Как и попавшая в поле зрения татуировка. Тим уже хотел прикоснуться к ней и не только рукой, чтобы увидеть, какая будет реакция, но замер, услышав вопрос.              — И не пожалеешь?              Вместо этого Тим дотронулся до затвердевшего соска и наклонился вперед, обхватывая его губами и нежно посасывая. Лаская языком и зажмуриваясь от удовольствия. Он даже не помнил, когда в последний раз хотел кого-то так сильно.              — Мне это считать ответом? — чуть осипшим голосом спросил пи’Вин и потянул резинку его плавок вниз. Тим, не прерываясь, помог ему стащить их до середины бедра, а затем попытался расстегнуть джинсы на пи’Вине.              — В спальню, — приказали ему сверху и взяли в руку член, сразу же сжимая и начиная надрачивать. На этот раз мурашки побежали по Тиму. — Если не хочешь прямо здесь.              В коридоре возле стенки не хотелось. Тим с влажным причмокиванием отпустил покрасневший сосок и посмотрел прямо в глаза пи’Вина.              — Я не пожалею.              Ему было необходимо это сказать. Потому что это была единственная правда, в которой он мог ему признаться. Он не пожалеет ни за что на свете, ведь это то, чего он так долго хотел.              — И не будешь с утра говорить, что все случилось по пьяни? — отпустил его член пи’Вин, на что Тим не сдержал разочарованного вздоха. Чужая рука ощущалась там слишком правильно.              — Нет, — он наклонился, чтобы быстро стянуть с себя джинсы и плавки, которые застряли на его бедрах, а когда разогнулся, встретился взглядом с хитрым пи’Вином, облизывающим губы.              — Уверен?              Совсем нет. Тим не знал, о чем будет думать с утра и не нагонят ли его страхи снова, но пока что он был уверен в своем ответе.              — Да.              — Хороший мальчик, — притянул его за шею пи’Вин, сталкивая лбами и заглядывая в глаза. — Потому что я знаю, что ты не пьян.              Тим несколько раз моргнул и приоткрыл рот, чтобы спросить, но пи’Вин не дал ему возможности, накрывая его губы своими и слегка их кусая. Как большая собака, которая наконец добралась до самой вкусной косточки.              — Пи’Вин, — попытался оттолкнуть его Тим, потому что чужая рука вернулась ему на член и еще немного — и ни до какой спальни они не дойдут.              — Хорошо-хорошо, — прошептал пи’Вин, отрываясь от покрасневших губ и хватая его за руку. — Если мой парень хочет, чтобы я поторопился и как следует его оттрахал, кто я такой, чтобы быть против?              Тим взял свой член свободной ладонью, чтобы было удобней идти, но услышав такое, чуть не запнулся. Какого черта? Он не говорил, что они теперь будут вместе!              — Или ты хочешь возразить? — затащил его таки в спальню пи’Вин и нагло облизнулся.              Тим сглотнул и демонстративно посмотрел на его расстегнутые, но еще не снятые джинсы. Внушительный бугор, который они скрывали, сильно склонял чашу весов в пользу отношений. Как и огромная кровать за ним, на которой он точно себе ничего не отобьет в процессе.              — Может, я вначале хочу оценить товар?              — Пощупать лично? — усмехнулся пи’Вин и принялся стаскивать с себя джинсы вместе с плавками. Тим только закивал головой, как китайский болванчик, да сильнее сжал основание члена, потому что вид открывался тот еще.              — И, может, не только потрогать хочешь? — соблазнительно спросил пи’Вин, совсем не соблазнительно стаскивая джинсы и кидая их на пол. Но Тиму уже было не до красоты и игр, он просто подошел к нему, останавливаясь в паре сантиметров. Волоски на руках от такой близости встали дыбом, потому что хотелось прикоснуться, хотелось прижаться всем телом и, как бы это глупо ни звучало, соединиться в одно целое.              — Еще проверить, как ты чувствуешься внутри, — тихо-тихо признался Тим, смело смотря ему прямо в глаза и буквально предлагая себя. Зрачки у пи’Вина мгновенно затопили всю радужку, а дыхание стало тяжелее.              — Ты специально, да? — он тут же притянул его за талию к себе и взял оба члена в руку, прижимая их друг к другу.              — Может быть? — то ли выдохнул, то ли простонал Тим, закрывая глаза и упираясь лбом в чужое плечо. Черт, почему обычное прикосновение чувствовалось так сильно?              — Значит, ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?              Да, Тим хотел именно этого. Так сильно, что пальцы на ногах поджимались, а с члена уже начала капать смазка. Одна мысль о том, что пи’Вин будет сверху него, что будет растягивать его своими пальцами — убивала все терпение и стыд на корню.              — Иди сюда, — все еще скорее поглаживая, чем реально надрачивая, прошептал пи’Вин и потащил на громадную кровать. Тим беспрекословно послушался, мягко оттолкнул чужую руку и сам забрался на постель, подползая к изголовью на четвереньках.              И да, он знал, какой из-за этого вид откроется перед пи’Вином, но кто сказал, что он должен страдать в одиночестве?              — Ты все же специально? — восторженно прошептал пи’Вин, опуская ладонь на его оттопыренную задницу и слегка сжимая. Намного мягче и нежнее, чем до этого в коридоре.              Тим перевернулся на спину, откидываясь на подушки и широко разведя ноги в стороны.              Ладно, он действительно пытался его соблазнить и это было безумно неловко! Но то, как изменился взгляд у пи’Вина, как у него начал блестеть пот на висках и как он крепко теперь сжимал собственный член — все это того стоило.              — Если я скажу, что да?              Пи’Вин медленно забрался на него сверху и, упираясь одной рукой возле головы, наклонился к самым губам.              — Тогда твой парень скажет, что ты добился своего.              Тим не стал дожидаться продолжения и первым потянулся с поцелуем, мягко прижимаясь губами. А потом обнял за шею, притягивая к себе и забираясь языком в чужой рот. Горячий пи’Вин чувствовался в объятиях как самая правильная вещь в мире. Его мышцы перекатывались под руками, жар тела передавался самому Тиму, а легкая испарина показывала, что хорошо здесь было не только ему одному. Если бы пи’Вин еще не дергался, пытаясь дотянуться одной рукой до края кровати, то было бы вообще идеально!              — Вин, — угрожающе прошипел Тим, когда тот разорвал поцелуй и вовсе отвернулся от него, сосредотачиваясь над чем-то под кроватью.              — Потерпи минутку, ты же не хочешь, чтобы все быстро закончилось?              Тим не думал, что все быстро закончится, хотя бы потому, что они были в кровати, а их члены изнывали без внимания. Но он не стал про это напоминать.              — Та-дам, — вытащил-таки бутылку смазки и ленту презервативов пи’Вин, бросая и то, и другое, рядом с ними. — На чем мы остановились?              Тим скосил глаза на незамысловатый улов и медленно выдохнул. Все, теперь точно не было дороги назад.              — Тим?              — Надеюсь, ты не собираешься использовать их все? У меня давно никого не было, я несколько раундов не выдержу              — Очень давно? — Пи’Вин прижался носом к его уху, чуть рвано выдыхая теплый воздух.              — Очень, — подтвердил Тим, начиная поглаживать его напряженные руки и опускаясь все ниже. — Так давно, что тебе придется попотеть, чтобы растянуть меня.              — Давно об этом мечтал, — усмехнулся пи’Вин и чуть отодвинулся, чтобы сесть между его разведенных ног. Тим посмотрел на него сквозь ресницы, чувствуя, что та обжигающая страсть, которая накрыла их в коридоре, сменилась на что-то более медленное и тягучее. Что-то, что заставляло сердце замирать в предвкушении.              — О чем ты мечтал? — с улыбкой спросил Тим, одной рукой начиная поглаживать член, а другую положив на чужое бедро. Пи’Вин же выдавил смазку и теперь размазывал ее по пальцам, пытаясь согреть. Пару капель упало на постель, но никто не обратил на это внимания.              — Хочешь знать?              — М-м-м, — кивнул с легкой улыбкой Тим, наблюдая, как блестящая от смазки рука потянулась ниже. Уже через мгновение он почувствовал легкое, теплое прикосновение к своему входу. Пи’Вин медленно кружил пальцами, размазывая, чуть надавливая и разминая. Подготавливая для себя.              — В кабинете, каждое утро, когда ты приходишь с расписанием. Всегда хотелось тебя подозвать ближе, усадить на колени и как следует оттрахать. Причем так, чтобы ты потом весь оставшийся день ходил на подгибающихся ногах, и тебя не отпускало ощущение, что мой член все ещё внутри.              Тим зажмурился до темных пятен перед глазами, и именно тогда пи’Вин медленно вставил первый палец. Без особых усилий и напряжения он продвинул его на две фаланги и на пробу пошевелил.              — Все хорошо?              — М-м-м, — кивнул Тим и, почувствовав над губой испарину, быстро ее слизнул.              — Когда ты пришел в костюме, я подумал о том же. Что на твоих коленях наверняка удобно, а галстук создан специально для того, чтобы тянуть тебя к своим губам.              — Ты думал о том, как меня поцеловать? — осторожно добавил второй палец пи’Вин, наблюдая за его реакцией.              Тим несколько раз моргнул и неловко улыбнулся, показывая, что все в порядке. Чувство растяжения было не самым приятным ощущением, но не тем, с чем нельзя было свыкнуться. Сам он намного более грубо себя растягивал, когда решался на это.              — Я не только поцеловать хотел.              — А что еще? — голос у пи’Вина с каждым словом становился все тише и ниже. Ему наверняка не просто давался и разговор, и выдержка, чтобы так осторожно и внимательно его подготавливать. Кто кого еще отвлекал, называется.              — Хотел тебе отсосать. Особенно когда ты приехал на следующий день на байке и в кожаной куртке. Весь такой бэд-бой, перед тобой хотелось опуститься на колени.              — Мог зайти ко мне в кабинет и просто попросить, — усмехнулся пи’Вин, добавляя свободной рукой чуть больше смазки, выдавливая ее прямо уже покрасневший сфинктер.              — Эй, — вяло возмутился Тим, чувствуя небольшой холодок, но третий палец, протиснувшийся вперед, остановил его от дальнейших разговоров. Вот теперь было достаточно неприятно, чтобы сморщиться и закрыть глаза. И чтобы остановиться.              Пи’Вин оттолкнул его бездействующую руку с члена и принялся медленно надрачивать, размазывая смазку, шевеля при этом пальцами внутри. Он собирался за раз использовать всю банку?              Тим смутился от собственных мыслей и прикрыл глаза освободившейся рукой, чувствуя внутри себя каждое движение, каждое нажатие и поглаживание. И это при том, что рука на члене двигалась в том же темпе. Снова захотелось целоваться, до звездочек перед глазами и спертого дыхания.              — Посмотри на меня, — попросил его пи’Вин, отпуская член и с влажным звуком вытаскивая пальцы.              Тим тут же ощутил пустоту вместо легкого распирания и, не сдержавшись, застонал. Хотелось кое-чего побольше и посильнее.              — Тим, — снова позвал его пи’Вин и, судя по звукам, разорвал упаковку презервативов.              Он опустил руку, которой прикрывал себе лицо, как раз вовремя, чтобы увидеть, как пи’Вин раскатывал по члену резинку. При этом он не отрывал от него взгляда, смотря так, что у Тима в очередной раз сперло дыхание.              Как он мог так долго от этого отказываться?              — Иди ко мне, — попросил Тим, раскрывая руки в приглашающем жесте и чуть приподнимая бедра. Пи’Вин благодарно погладил его бедро, чуть наклонился вперед и одним движением вошел. А затем завалился сверху и замер.              Тим в очередной раз закусил губу и сильнее его обнял, стараясь расслабиться. Получалось так себе. Стенки распирало изнутри, все давило и хотелось избавиться от дискомфорта, даже несмотря на отвлекающие поцелуи пи’Вина куда попало, которые совсем не работали.              Пока он не укусил его в плечо, существенно сжимая кожу зубами.              — Черт! — дернулся Тим и ударил его по лопаткам. Что, конечно же, было зря, так как член вошел в него глубже. — Ты что творишь?              — Помечаю, — довольно протянул тот и сделал пробный толчок, глупо улыбаясь. Тим охнул, сильнее схватился за его плечи и двинул бедрами на встречу. Даже если ему еще было некомфортно, это не означало, что он не мог немного потерпеть. И благодарный, влюбленный взгляд пи’Вина был ему наградой. А еще легкие, почти невесомые поцелуи в губы, челюсть и даже щеку, которые радикально отличались от грубых укусов до этого.              — Раздвинь ноги шире, — попросил пи’Вин, глядя ему прямо в глаза, и Тим послушно потянул их в стороны и схватил под коленями, чтобы удержать на месте. Мышцы тут же напряженно загудели, член дернулся, а пи’Вин сделал очередное движение, начиная постепенно увеличивать темп.              — Да, — закатил глаза Тим, содрогаясь от каждого толчка и чувствуя, как подушка под головой начала куда-то уезжать. Пи’Вин же не отвлекался, тяжело выдыхая ему на щеку и стараясь не задавить всем своим весом, хотя то, как его пресс прижимался к мокрому от смазки члену Тима, было приятно. Настолько, что Тим тихонько застонал и сильнее вцепился в собственные ноги, которые из-за пота начали выскальзывать.              — Я скоро, — признался пи’Вин и, опираясь одной рукой, потянул вторую к его зажатому между их телами члену. Но стоило только коснуться, как Тим кончил, закатывая глаза и отпуская ноги. Его грудь тяжело вздымалась, лицо покраснело и над губой блестел пот, который пи’Вин слизнул, мурча от удовольствия.              — Черт, — смутился Тим и почувствовал, как дернулся на нем пи’Вин, кончая и уже существенно придавливая сверху телом.              — От второго раза не отвертишься, — рассмеялся пи’Вин, — мне было мало.              И Тим даже не нашел, что на это ответить. Он тоже не распробовал и теперь хотел продолжения. Но не раньше, чем из него выйдут и дадут отдышаться!