Жизнь больна тобой

01.07 18:00 Выпускной. Шелковистые прядки тихо устроились на твоих бледных щеках. Так тихо и смирно играло твое лицо, хотя костюм искрился мириадами льдинок. Наверное, когда-то они покоились в твоих глазах. Возможно, даже вчера. Однако сегодня те наполнены огоньками светлого будущего, которого, у тебя, мой дорогой, не будет. Чёрствые корки — судьба твоя, малыш. Я лишь чуточку смогу облегчить путь мальчишки, чтобы спектакль его жертвенный был не напрасен. Приятно смотреть на тебя такого… Такого… Живого. Ведь смерть твоя мне видна, грустная и унизительная. Кричащая жестокостью. Я боюсь её. 21:00 Банальщина, вопиющая пошлость! Спасибо, в аду уже насмотрелся на подобные вечеринки. Стога людей, скрученные воедино, поддаются общему движению, кружась в бессовестных танцах. Позорище. Впрочем, так было. И так будет. Около стола с шоколадным фонтаном стоит мой маленький зверёныш, непозволительно долго решающий: взять ему кусочек клубники или банана. Так поразительно нелепо выглядело его лицо. Эти бровки; губы, мнущиеся в нерешительности и сухости внутренней пустыни. Да, он так даже на экзаменах напряжён не был. 22:00 Постепенно толпа прыгает в бездну. Взоры, неразличимые от простых, кукольных, пустых глаз. Огоньки в этих шариках — оставшиеся искорки от подожжённых стопок «горящего айсберга», неумело собранные нашим выдающимся, в кавычках, одноклассником. 23:00 Стою под крыльцом этого осточертелого заведения, пропахнувшего насквозь пьяными подростками. Рядом Тэхён. Его очи заволокли мысли о пустоте. Безлика была и его фигура. Неспешно потягивая свою любимую сигаретку. Он стоял и улыбался чему-то. И я почему-то тоже. 02.07 00:00 Тэхён вернулся из преисподней. Не было другого способа описать то мракобесие, что творилось под нами. Там остались только тела и переблёванные, извините меня, толчки. Снаружи было комфортно. Молчаливо и одновременно понятливо. Тэхён был помят то ли алкоголем, то ли чьими-то руками. Я же просто наблюдал. Мне всё равно. —Чонгук, — в самом деле? Я? —Да, что случилось? — слишком заботливо вышло, похоже, меня тоже развезло. —Так красиво. Я бы! —Умер прямо в данную секунду? — конечно, а что же ещё. —Но… — а у самого в глазах непорочное счастье. Как ты глуп! Конечно, ты бы умер. Как не захотеть пропасть в разгар своей жизни? С сигаретой в твоих фарфоровых руках. Кружась под внезапно родившимся дождём. Молодым и почти здоровым. Ведь именно так я попал в Ад. Поэтому и топчусь на этом прозябшем крыльце. Довольствуясь своим одиночеством, периодически сменяемым твоим безмолвным присутствием. И ношей, возложенной в наказание.