Смертные и грешные

“Она - наемный убийца,” - сообщает Ева, предусмотрительно понизив голос. Они сидят за отдельным столиком в кафе недалеко от школы, но Ева пришла сюда не для того, чтобы пообедать вместе с Нико. Джемма изучает её, сидящую по ту сторону стола, покрытого ламинатом. Протягивает руку и на ощупь берёт несколько картофельных чипсов из корзинки, ни на секунду не отрывая взгляд от лица Евы. “Ты слышишь, что я тебе говорю?” - давит на неё Ева. Ей не следовало бы говорить всё это Джемме, но Ева сделает всё что можно и что нельзя, чтобы вырвать удушающие корни Вилланель, которые врастают всё глубже и глубже в её семейную жизнь. В жизнь Нико. “Она зарабатывает на жизнь, убивая людей. Поверь, тебе нечего делать с такой, как она.” “Она сказала, что знакома с тобой по работе,” - говорит Джемма. Она выглядит немного настороженно, но не более того, как она выглядела в учительской, когда туда заявилась Ева и потребовала немедленной беседы. Совместного ланча. Конфиденциальной встречи. Назовите это как угодно. “Моя работа заключается в расследовании дел таких людей как она. Я не могу рассказать тебе больше, чем я уже сказала, это секретная информация.” “Вау!” Очарованно и с хрипотцой в голосе, и это не та реакция, на которую рассчитывала Ева. Это то, что почувствовала бы она сама, если бы кто-то сообщил ей, что такой-то или такая-то являются шпионами. Но Джемма не Ева. Она устроена по-другому. Джемма обыденна настолько, насколько это вообще возможно быть обыденной. “Нет, это не вау! Это опасно!” “Но ты, кажется, находишь это интересным?” - роняет Джемма. “Я - да, но я прошла подготовку, чтобы иметь дело с такими проблемами. Ты должна сообщить мне немедленно, если она попытается вступить в контакт с тобой. Я сомневаюсь, что она пойдёт на это, но на всякий…” - Ева замолкает. Потому что Джемма закатывает глаза с нахальством, которое Ева абсолютно не ожидала от неё. “Мы встречаемся завтра вечером,” - сообщает Джемма. “Мы собираемся нарядиться и провести вечер в баре, где подают коктейли с игривыми названиями. Если она попробует меня задушить или что-нибудь вроде этого - я сообщу тебе об этом.” “Ты,” - повторяет Ева, стараясь сохранять профессиональный тон, - “идёшь на свидание. С Вилланель.” “Да. Завтра вечером. Я.” “Где?” “В баре одного отеля.” “Какого отеля?” Джемма скрещивает руки на груди. Верх её сисек от этого начинает выпирать из V-образного выреза её довольно обтягивающего платья. “Хочешь узнать, что я думаю?” - спрашивает она Еву. (Которой, если быть честной, абсолютно неинтересно что там Джемма думает.) “Мне кажется, что ты заботишься вовсе не обо мне. Ты просто ревнуешь. Ревнуешь, потому что она выбрала меня.” Ева хмурится. Ну что же, если Джемма хочет играть в эту игру таким образом, она тоже не будет особо сдерживать себя. “Ты не можешь даже приблизительно понять, что из себя представляет Вилланель. Занимайся лучше проверкой сочинений о Джейн Остин.” “Может быть тебе прекратить раздавать советы, как другим устраивать их личную жизнь, и заняться, наконец, своим браком?” - огрызается Джемма. Ева почти впечатлена жалящим эффектом этой реплики на неё. “Бедный Нико так любит тебя, но ты-то хоть раз показала ему, что ты любишь его? Хоть раз проглотила свою гордость, чтобы сделать хоть что-то для него, а не для себя?” “Если бы ты была замужем, ты бы, возможно, поняла…” Джемма берёт свою сумочку из коричневой замши, застёгивает её и поднимается на ноги. “Мне пора. Надо проверить сочинения о Джейн Остин, чтобы у меня был целый свободный вечер завтра. Увидимся, Ева.” И вот так, Джемма поворачивается и уходит, и Еве остаётся только смотреть ей вслед. Смотреть на её походку, на покачивание щедрых бёдер, на то, как она поворачивается с улыбкой к барристе за стойкой и благодарит его, хотя их заказ еще не прибыл. И кто бы мог подумать, что в сердцевине этой мягкости таится жесткое ядро, об которое только что Ева обломала свои зубы. Камень внутри персика. Ева сидит одна за столиком какое-то время, потягивая свой черный кофе, когда их заказ наконец приносят. Сидит наедине со счетом, порцией соевого латте для Джеммы и чётким осознанием того, что ей не удастся выкинуть из головы Джемму долбаную Пирсон, когда Ева будет лежать в постели вечером, тщетно пытаясь уснуть.