Школьница

Юнги чувствовал, что ему тепло и приятно. Даже небольшое ощущение тяжести на груди не мешало парню ощущать комфорт. Сначала. Потом стало жарко. Мин, раскинувшись звёздочкой, спал, но вот сознание вернулось к нему, стоило Арин, которая лежала головой на парне, задеть его утренний стояк коленом. "Ёбаный насвай," — выругался про себя Юнги, плавно опуская руку под одеяло и отодвигая достоинство в сторону, а затем и сам начиная выползать из-под девушки. Максимально аккуратно и надеясь, что Ким спит крепко. Когда Юнджи оказалась на полу и посмотрела на спящую одноклассницу, Арин только мило притянула к себе подушку, заменив таким образом Юнги, и причмокнула губами, потираясь носом о ткань и, кажется, вдыхая запах Мина, только что там лежавшего. Парень сглотнул и отвернулся, а затем опустил взгляд на свою проблему, которую видно было даже сквозь свободные спортивки и накинутый сверху край толстовки. Слишком палевно, и стоит так, словно в последний раз. Юнги оправдал себя мысленно долгим отсутствием личной жизни, приплюсованной к типичному утреннему положению члена, так что сосредоточился не на причинах проблемы, а на её решении. Даже дохлые котята тут не помогут. Но дрочить в присутствии Арин — тоже идея так себе. "Душ!" — осенило Юнги, но потом он вспомнил, что женская душевая для самоудовлетворения не подойдёт. Тем более сейчас, когда любая из девушек может войти. Там, конечно, есть дверцы на кабинках, но во избежание провала своей конспирации Мин мылся исключительно поздно ночью, когда уже все спят. А на дворе утро. — Юни... — пробормотала Арин, и парень испуганно дёрнулся, шлёпнувшись на пол перед кроватью, чтобы не спалиться, однако школьница не открыла глаза. Она продолжала тихо сопеть, прижимаясь к мягкой подушке. Это, конечно, дико и неправильно, но... Юнги шумно сглотнул, рефлекторно облизав губы, и ещё раз пристально посмотрел на спящую девушку. Она издала во сне непонятное мычание, после чего рука парня медленно потянулась к выпирающему бугорку на штанах. Ткань спортивок едва ли была серьёзным препятствием, поэтому Мин ощущал движение и давление каждого своего пальца. На секунду Юнги зажмурился и убрал руку от паха, но тут же вернул её на место, когда от очередного "Ммм" от Арин его возбуждённый орган дернулся, немного оттянув тонкую ткань боксеров. Пришлось судорожно выдохнуть и поднять глаза на девушку, продолжая своё постыдное занятие. Но это только для того, чтобы вовремя заметить, если Арин проснётся. Только для этого, да. Мин Юнги кончился, как адекватный человек, и начался, как ебучий извращенец, похоже. Каждый раз тяжело выдыхая или проводя рукой по члену, он думал о том, куда скатился. Серьёзно? Дрочить на школьниц втихушку, да ещё и через штаны, боясь, что спалишься? Парень чувствовал себя снова попавшим в школьные времена, когда мастурбировать можно было только в тайне и только в полной тишине, потому что родители за стенкой. В данном случае была Арин, всего в полуметре на кровати, спящая, и это совсем не облегчало случай. Даже наоборот. — Юни? — удивленно разлепляя глаза, спросила Ким, и как раз в этот момент Юнги кончил. Со своим именем, по сути, отдающимся эхом в голове. Вопросительное, смешанное со стоном "А?" сорвалось с его губ, а ладонь резко соскочила на пол, помогая парню опереться на неё и сесть прямо. Благо, Арин была спросонья слишком дезориентирована, чтобы что-то заметить, а вся нижняя часть туловища Мина была скрыта за краем кровати. — Ты чего на полу сидишь? Простудишься же. "Да я и так уже на голову болен, куда уж хуже," — усмехнулся про себя Юнги, чувствуя, как его же сперма скатывается вниз по обмякшему после оргазма члену. Ну, хоть не зря позорился. Пусть даже и лишь перед самим собой. Он ещё устроит себе часа три самокопаний по этому поводу, но это уже потом. — Жарко что-то стало. — Не хочешь есть? — Нет, спасибо. Ты пойди поешь, если хочешь. Юнги уже представил, как позвонит Чимину и вынесет ему мозг, после того как дверь за Арин закроется. На самом деле, так и происходит. Ким ещё какое-то время после пробуждения поговорила с Юнджи, поблагодарив её за разрешение остаться на ночь и вообще, что странно, за то, что Мин появилась в её жизни. Парень не особо понял, за что ему там столько благодарности прилетело, однако на смущённую улыбку Арин успел залипнуть с раскрытым в шоке ртом. После этого девушка выскочила, бормоча что-то о кафе с Саран и Еджи, а Юнги так и остался в ступоре. Через пару минут набирая номер Пака. — Чимин, у меня проблемы... Арин в это же время стояла совсем не в комнате подруг, зазывая их поесть. Она опиралась о края раковины, пока холодная вода стекала по лицу и каплями разбивалась о кафельную поверхность, собираясь у слива. Ким словно в трансе наблюдала за этим всем и не понимала, от чего же щёки-то так горят. Хотя, край сознания подкидывал варианты. И ни один из них девушку не устраивал, потому что там были слова "нравится" и "Юнджи". По мнению Арин же имя девушки и симпатия в одном предложении сочетаться не могут в принципе. Здравый смысл кричал Ким, что неправильно всё это. Она, на секундочку не лесбиянка. Члены любит, крепкую, плоскую грудь... Хотя, с этим у Юнджи проблем нет особо. Но и сама Юнджи не лесбиянка. Или... Если подумать, каждый раз, когда речь заходила об ориентации, Мин никогда прямо не заявляла о гетеросексуальности. Правда, она описывала свой идеал парня, но также и предлагала Арин поцеловаться, чтобы доказать, что Ким понравится. "Губы так-то у всех одни и те же," — всплыли в голове слова Юнджи. "Ну, всё понятно, она просто в себе уверена. Так, ладно, мне надо расслабиться. Я же спала вместе с девчонками, ничего ж не случилось? Ничего. Юни не отличается от Саран и Еджи. Мы просто дружим," — подумала Арин, успокаиваясь, а сама на мгновение глянула на свою ладонь, тут же сжав её. — Бред это всё...