Одна причина выжить - месть

Поттер и вправду сидел на постаменте доспехов возле кабинета Снейпа; он встревоженно мазнул взглядом по Белле, когда она с шумом захлопнула за собой дверь. — Что от тебя хотел профессор? — спросил он немного осипшим голосом. Белле очень хотелось ответить что-то резкое, но усталость и отголоски боли приглушили её рвение. — Он интересовался Стеллой, — ответила Белла, оправив рукава вниз. — Ты не знаешь, зачем она с утра ходила к мадам Помфри? — Понятия не имею, — пожал плечами Поттер. — Может, спросишь у неё? — Обязательно спрошу, — поморщилась Белла. — Но, вероятно, ей это не особо понравится. — Идём? — Идём, — вздохнула девушка, и Поттер поднялся с места. Некоторое время они прошли молча; Гарри уверенно топал, словно раздвигая собой тьму и холод подземелий, а Белла семенила следом, стараясь выбросить из головы приятные плохие мысли о его подтянутой спортивной фигуре. Наконец, Поттер прочистил горло и спросил: — Что у тебя с рукой? — Тебе-то что? — Ну… — Поттер пропустил один шаг, и Белла чуть не врезалась в него третий раз за день. — Друзья интересуются состоянием здоровья друг друга, знаешь ли, — в голосе его на секунду скользнуло раздражение, но он тут же задавил его. Белла вздохнула. — Ладно, — сказала она спустя пару секунд раздумий. — Дай мне… нам время привыкнуть. Понимаешь, — она покачала головой. — Аристократы просто так не дружат, обычно, только с какой-то целью. А в чистокровных кругах и вовсе дружба считается моветоном. Сотрудничество — да, использовать ближнего своего для достижения своих целей — дважды да, дружба?.. — Белла усмехнулась. — Смешно. Поттер глубоко вздохнул и засунул руки в карман. — Мне искренне вас жаль, если у вас, чистокровных, нет настоящей дружбы, — сказал Поттер, не оборачиваясь. — Любовь, дружба, привязанность — это всё для гр… кхм… простолюдинов, — Белла хорошенько ущипнула себя за ляжку и поморщилась — употреблять слово «грязнокровка» при человеке, лучшим другом которого является грязнокровка было черевато. Слава Мерлину, Поттер либо не заметил, либо проигнорировал эту маленькую оговорку Беллы. — Попробуем ещё раз. Что у тебя с рукой? — спросил Поттер. — Меня это действительно интересует, не потому, что мне от тебя что-то нужно и не потому, что я хочу это использовать в своих целях. — Если бы я хотела использовать эту информацию против себя, я бы именно так и сказала, — хмыкнула Белла. Поттер фыркнул. — Не уходи от ответа. — Я напилась маггловского вина без закуски и срезала себе с предплечья пожирательскую Метку. Поттер остановился так резко, что Белла вновь на него налетела. Парень медленно повернулся к Белле; на лице его было серьёзное выражение, и её сердце пропустило удар. Неужели… он поверил? Неужели всё прикрытие так просто… — Зови меня Драко Малфой, — с абсолютно каменным лицом сказал Поттер и протянул Белле руку. Девушка машинально её пожала. Поттер едва слышно хрюкнул. — Ты… ты бы видела сейчас своё лицо… — Дурак! — воскликнула Белла, отбрасывая руку отчаянно смеющегося Гарри. Он ржал так громко, что доспехи, стоявшие рядом с ними, едва не рухнули на пол. — Да ну тебя… — пробурчала девушка, отворачиваясь. — Ну ты даёшь! — Гарри пришлось опереться на Беллу, чтобы не упасть. — Не смешно, — буркнула Белла, чувствуя, что её щёки наливаются румянцем. — Идём… идём в гостиную… уф-ф-ф… — отсмеявшись, Поттер отпустил её плечо, и Белла вновь ощутила, что холод подземелий жадно слизнул последние крохи тепла от его ладони. Перед входом в их со Стеллой комнату Белла обнаружила близнецов Уизли, которые сидели прямо на ступенях, что-то негромко обсуждая. Когда Белла вышла из-за поворота, они встрепенулись и пружинисто встали, обеспокоенно глянув на неё. Внутри у Беллы всё перевернулось. — Что-то случилось? — она постаралась сохранить спокойный тон, хотя рубашка тут же прилипла к спине от холодного пота. — Кажется, мы обидели Стеллу, — сказал Фред. — Случайно, — добавил Джордж. — Я вам яйца оторву, — максимально нежно сказала Белла. — Что случилось? Парни, смущённо потупившись, поведали произошедшее. — Мы просто хотели помочь, — сказал Джордж виновато. — Мы просто хотели предложить дружбу… — Поймите, — вздохнула Белла, покусывая губу. — Это в вашем мире есть дружба, любовь, привязанность… — кажется, ей придётся написать это на бумажке и прилепить ко лбу, чтобы каждый раз не объяснять по новой. — А в мире аристократии есть сотрудничество, манипуляции, доминирование, обман… Фред поморщился, Джордж нахмурился. — Мы и правда не хотели ничего плохого, поверь, — вздохнул Фред. — Особенно после вчерашнего… — сказал Джордж. — Вы что-то знаете про то, что было вчера? — недоумённо спросила Белла. Джордж покопался в карманах мантии, вытащил какой-то прямоугольный предмет и протянул Белле; девушка с недоумением взяла его в руки и внимательно оглядела. В её руках оказалась опасная бритва с рукоятью из кожи дракона. — Мы долго думали, возвращать её Стелле или нет, — Джордж устало потёр шею. — Наверное, тебе лучше знать. — Да что произошло-то? — Стелла пыталась покончить с собой. — Снова? — выдохнула Белла. — Снова?! — синхронно удивились близнецы. — Послушайте, — Белла встала на цыпочки и притянула обоих братьев к себе, пониже. — Ни единого слуха, ни единого шепотка на эту тему, я вам ясно объясняю? — прошипела она. — Да мы и не… — Да с вами-то всё ясно, — фыркнула Белла. — Вы уже заступились за нас в поезде, заступились за Стеллу перед Ноттом ещё раз за завтраком. Но, — девушка поочерёдно посмотрела им обоим в глаза. — Этого недостаточно, чтобы защитить её. — Но что мы можем сделать? — нахмурился Джордж. — Подумайте хорошенько, — ответила Белла. — Это у вас слава самых главных шутников в Хогвартсе, а не у меня. У нас… — она вздохнула. — У нас есть проблемы, это факт. И нам нужна помощь друзей, чтобы их преодолеть. — Стелла нам не доверяет, — сказал Фред. — Вспомните, что я вам говорила пять минут назад, — поджала губы Белла. — Мы не привыкли к такому открытому проявлению чувств, потому что для аристократок это под запретом. Плюс всё то, что случилось… — девушка вздохнула. — Не знаю, как бы я поступила на месте Стеллы, — Белла подумала о том, что совершенно точно бы устроила какую-нибудь глупость вроде намотанных на стилет кишок Нотта-младшего. — Но, поверьте мне — ей сейчас очень тяжело. Будьте с ней помягче. Пожалуйста, — добавила она тихо. — Понятно, — хмуро проговорил Фред. — Мы… — он тяжело глянул на брата. — Мы постараемся.

***

Стелла лежала, уставившись на сводчатый потолок, слабо освещённый закатным солнцем. Лежать на кровати ей уже надоело, так что она перебралась на пол, подложив под голову подушку и завернулась в плед, чтобы прохлада каменных полов проникала в её тело медленнее. Запястья ныли, раны на спине тоже тягуче напоминали о себе каждый раз, когда девушка меняла положение тела. Слёзы давно закончились, и теперь под веками зудело каждый раз, когда Стелла закрывала глаза. Банка с таблетками стояла на письменном столе; в закатных лучах она отливала зловещей краснотой. Густые тени переливались, бурлили под столом и зеркалом; если бы Стелла не понимала, что Хогвартс — самое безопасное место в Британии, она бы начала переживать о том, не проник ли в замок злой дух. Впрочем, она прекрасно понимала: этот злой дух — они сами с Беллой. Болезнь, что должна начать разрушать Хогвартс изнутри. Где-то в глубине сознания царапнула крамольная мысль — просто пойти и сознаться во всём Дамблдору, но Стелла прекрасно понимала, что Белла этого ей никогда не простит, да и к тому же пострадают ни в чём неповинные… а, хотя… эти дети ведь были Пожирателями, верно? Конечно, это сейчас они дети, но… ведь они снова вырастут в Пожирателей… Мысли о поместье, из которого её фактически выгнали, больно резанула по нервам, и девушка вновь почувствовала, что растворяется во тьме, липкой, тягучей, словно тонет в ванной, наполненной ледяной водой… Стелла с огромным трудом выбросила из головы дурные мысли и глубоко вздохнула. Ей нужно было вновь почувствовать себя здесь, а не там. Свежие шрамы зачесались и заныли под тугим бинтом. Жутко захотелось вновь сжать в руках шершавую рукоять бритвы и… В горле моментально пересохло; Стелла только сейчас поняла, что бритва осталась там, общей комнате, или её кто-то забрал… девушка резко подорвалась с места, отчего голова её закружилась, в ушах зашумело, а комната поплыла перед глазами. Стелла всунула ноги в тапочки, едва не споткнувшись о подушку, негнущимися пальцами застегнула толстовку, прищемив распущенные волосы, судорожно высвободила их, резко развернулась в сторону выхода, чувствуя, что в глазах темнеет, а стены комнаты начинают давить… — Ты кое-что потеряла, — Белла протягивала ей бритву; губы сестры были сжаты в тонкую полоску, словно на её бледном лице рот ей прорезали этой самой бритвой. Стелла осторожно взяла её в ладонь, но пальцы отказывались сжиматься, и бритва сухо стукнулась о ковёр. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? Стелла открыла рот, но выдавила из себя лишь всхлип. — Возможно, мне стоит каждое утро спрашивать у братьев Уизли о твоём состоянии? — голосом Беллы можно было замораживать воду. — Белли… — И в кого ты у меня такая глупенькая?.. — Белла вздохнула и убрала спадающие пряди за уши. — Я… случайно… — Случайно? — прорезавшееся тепло вновь ушло из голоса сестры; слёзы вновь выступили на глаза Стеллы, размывая напряжённо застывший силуэт напротив. — Такое нельзя сделать случайно. — Это… тени… — Тени? — Белла вновь сжала губы в тонкую полоску. — Ты… ты не понимаешь… — ноги подкосились, и Стелла осела на колени. Пальцы нашарили бритву и судорожно вцепились в неё, как в спасательный круг. — Они… они звали меня… угрожали… голоса… Лю… Люциуса… и… — Стелла… — плотно зажмурившаяся девушка почувствовала, что Белла тоже опустилась на колени; голос её треснул. — Всё хорошо… пока что… пока что всё хорошо, они не достанут тебя, не достанут нас… — тёплые пальцы сестры скольнули по её плечам, а после плотно прижали к худенькому телу. — Ты в безопасности… — Мне… мне нужно… — Стелла едва могла совладать с голосом. — Мне нужно чувствовать себя… тут… понимаешь? — Нет. — И это хорошо! — воскликнула Стелла, чувствуя, как где-то в груди нарастает ужас; она широко распахнула глаза, поймав недоумённый взгляд сестры. — Это отлично, это просто прекрасно, что ты не понимаешь меня! И не надо! — Стелла… — Понимаешь, мне нужно чувствовать, что я ещё тут, что я ещё здесь, что я не там… — выпалила Стелла. Белла хотела что-то сказать, но она мягко коснулась её губ пальцами. — Ты не представляешь, как это больно — там… Как это ужасно… я… я словно тону, словно проваливаюсь в пустоту, а там тени… они… мучают меня… понимаешь? — Стелла плотно сжала бритву, чувствуя, как всё ещё острые чешуйки впиваются в ладонь. — Но, когда я тут… когда… — она сглотнула. — Понимаешь, когда я выпускаю эту боль из себя, они уходят… они боятся этой боли куда сильнее, чем я, понимаешь?.. Понимаешь?.. — Понимаю, — хрипло сказала Белла; но Стелла видела в её глазах, что она не понимает и искренне радовалась этому. — Расскажешь?.. Это предложение оглушило Стеллу; она глянула на сестру, словно увидела её впервые. — Тебе… нужно выпустить эту боль, — сказала Белла спустя пару секунд; в её глазах стояли слёзы, но голос был тёплым и спокойным. — Ты же сама говоришь, что эта боль — она в тебе, да? — Стелла нашла в себе силы кивнуть. — Выпусти её. — Ты не поймёшь… — Я должна понять, — сказала Белла глухо. — Иначе она сведёт тебя с ума. Иначе… иначе она сведёт и меня с ума. Стелла плотно зажмурилась, но слёзы всё равно стекали по щекам. Мысли скакнули в тот ужасный день, шрамы и ссадины заболели… Тьма сомкнулась над ней. — Да… — выдавила Стелла. — Да, я расскажу.

***

Утро началось для Беллы с кружечки бодрящего сожаления о том, что они со Стеллой вчера не легли спать пораньше. Впрочем, у них была действительно уважительная причина — во всяком случае, в её системе ценностей семья стояла выше уроков. Стелла, кажется, почувствовала себя лучше: Белла перед выходом на пары всё-таки заставила её принять таблетку от мадам Помфри, и настроение сестры вроде отлепилось от ватерлинии. Белла вновь оглушительно зевнула; близнецы напротив хихикнули и проговорили «четыре». — Что — четыре? — пробурчала Белла. — Считаем, сколько раз ты успеешь зевнуть, прежде чем вывихнешь себе челюсть, — хмыкнул Фред. Белла хотела сказать им что-то резкое, но пятый зевок не дал ей это осуществить. — Говорят, ночью можно спать, — поморщилась Гермиона. — Говорят, что бессоница — признак гениальности, — вздохнула Белла, а после сделала ещё один глубокий глоток из чашки с кофе. — Кто такое говорит? — хмыкнула Гермиона. — Я, — отмахнулась Белла. Грейнджер сделала кислую мину и отвернулась. Ну, в самом деле, не объяснять же ей, Поттеру, Уизли и прочим, что они со Стеллой не спали всю ночь потому, что Белла выслушивала то, что произошло в поместье сквозь сдавленные всхлипы? Они проговорили всю ночь, вспомнили детство, юность, Белла рассказала о своих пожирательских годах, Стелла припомнила пару забавных историй с балов и званых вечеров, что давал Люциус… И Белла с радостью заметила, что её сестра перестала напоминать взведённую пружину; её плечи расслабились, на губах играла хоть и вымученная, но всё же искренняя улыбка. Со стола Слизерина на них бросали нехорошие взгляды, но, как вновь убедилась Белла, всем остальным было кристаллически плевать. И её это устраивало. Белла повернулась к скучающе ковыряющемуся в тарелке Поттеру. Задание Повелителя само себя не выполнит. — Гарри, поможешь мне с трансфигурацией? — М-м-м… ладно? — задумчиво протянул Поттер, отвлекаясь от созерцания тарелки. Казалось, что он сейчас не здесь. — Что случилось? — спросила Белла. — Кое-кто сплетничает насчёт… — Поттер вздохнул. — Ты слышала, что произошло перед началом летних каникул, в финале Турнира? — Инцендент с гибелью второго чемпиона, да, я читала в газетах, — кивнула Белла, с трудом подавив зевок. — Шесть, — сказал кто-то из близнецов Уизли. — Оказывается, некоторые, — вздохнув, Гарри обвёл взглядом зал, останавливаясь взглядом на некоторых личностях, лица которых Белла тут же постаралась запомнить. — Не верят мне. И Дамблдору. — И это… нормально? — осорожно сказала Белла. — Ну не в Хогвартсе же! — вспылил Поттер; он стукнул кулаком по столу с такой силой, что Беллина чашка с кофе опрокинулась. — Гарри… — начала Гермиона было, но Поттер лишь хмуро зыркнул на неё. — Тоже хочешь сказать мне, что я не прав? — Это так мило — отпугивать от себя последних сторонников… — хмыкнула Белла и вновь зевнула. — Семь. — Что… что ты имеешь в виду? — спросил Гарри тоном пониже. — Смотри, Поттер, — Белла закрыла глаза и с наслаждением потянулась. — Тебя все считают психом. — Не все, — буркнул он. — Ладно, не все, — вздохнула Белла. — И всё же, как ты сам говоришь, такие есть. — Есть. — И ты лишь укрепляешь их мнение, когда ведёшь себя так, — Белла обвела взглядом гриффиндорцев, часть из которых внимательно прислушивалась к их диалогу. — Психуешь, стучишь по столу, срываешься на друзей… — Гарри, — мягко сказала Гермиона и осторожно коснулась напряжённой руки парня. — Белла права. Нам не стоит ссориться сейчас. Дамблдор всегда говорил, что нужно быть сплочёнее перед лицом тьмы, потому что она проникает в самую суть и разрушает нашу дружбу. Поттер помолчал; Белла отметила несколько скептически настроенных учеников из других факультетов, чтобы потом рассказать о них Стелле. Наконец, поджав губы, Поттер сказал: — Да. Вы правы. Он быстро встал и, закинув сумку на плечо, быстрым шагом вышел из Большого Зала. — Что я такого сказала? — в звенящей тишине пробормотала Гермиона. — Такой ребёнок… Ничему не учится, — вздохнула Стелла, и, к удовольствию Беллы, напряжённые ученики выдохнули, по столам прокатился рой смешков, как ободряющих, так и осуждающих поведение Поттера. Белла вновь зевнула. — Восемь, — хмыкнул Фред. — Идёшь на рекорд. — Да ну вас, — отмахнулась Белла и тоже встала из-за стола. — Пойду, проверю, как он там.

***

Стелла проследила, как Белла неспешным шагом покидает зал. Несколько учеников-старшекурсников поглядывали на Стеллу, словно ожидая, чего она ещё скажет. Девушка улыбнулась: в мире интриг и заговоров она чувствовала себя как рыба в воде, а выпитая таблетка успокоительного уже начала действовать, расслабив её почти до неприличия. — И это — здешний национальный герой? — Стелла склонила голову набок и небрежным движением перекинула косу со спины на плечо. — Он ещё в поезде показался мне совсем ребёнком, и теперь я ещё больше убеждаюсь, что он какой-то странный. — Что… что ты сказала? — упавшим голосом проговорил кто-то из одногруппников Стеллы — их имена ей ещё предстояло выучить. — Да я просто рассуждаю, — девушка посмотрела на него и улыбнулась. — Я понимаю, что этот ваш «Ежедневный пророк» в основном пишет чушь, и всё же — может, в этот раз они правы? По столу прокатился шёпоток. Стелла поймала на себе полный ненависти взгляд Грейнджер, недоумённый — от младшего Уизли, испуганный — от Джинни. И — Стелла изо всех сил постаралась удержать на лице маску благожелательного спокойствия — полный печали и непонимания взгляд от Джорджа. Фред просто разминал себе переносицу, нервно постукивая пальцами по столу. Семя раздора было посеяно. Когда Стелла вышла из Большого Зала, направляясь на урок, за её спиной раздались приглушённые шаги. Тёплая рука легла ей на плечо, и девушка с трудом подавила непроизвольную дрожь. — Что это было? — спросил Джордж. Стелла обернулась, сбрасывая руку, и глянула на близнецов, которые с суровым видом смотрели на неё. — Что именно? — Стелле нужно было ещё пара секунд на обдумывание линии поведения, поэтому она состроила максимально невинное личико и глянула Джорджу в глаза, отчего тот чуть смутился и отвёл взгляд. — Ты понимаешь, о чём мы, — на Фреда эта уловка не подействовала. — Ты что, против Гарри? — Нет, с чего вы взяли? — Стелла чуть улыбнулась; она вступала на очень опасный лёд, потому что братья Уизли ей больше бы пригодились в союзниках, чем во врагах. — Тогда зачем ты это сказала? — Фред нахмурился. — Я лишь подумала о том, что Поттеру следовало бы повзрослеть, только и всего, — Стелла прикрыла глаза и сцепила чуть трясущиеся руки. — Разве это не так? Он ведёт себя, как ребёнок, закатывает истерики на виду у всех, ссорится с друзьями, — она подумала, что использовать слова Беллы в свою пользу было бы лучшим решением, потому что Белла была права, и Поттер сам признал её правоту. — Как он может кого-то за собой повести, если даже ближайшие друзья от него отвернутся? Стелла максимально спокойно глянула Джорджу в глаза и улыбнулась: — Ты считаешь, что я не права, Джордж? — персональное обращение всегда даёт больше эффекта, чем если бы она обратилась к ним обоим. Парень смутился и вновь опустил взгляд. — Ты права, — сказал он глухо. — Джордж! — воскликнул Фред. — Гарри сейчас не в том положении, чтобы вести себя так, — Джордж повернулся к брату и глянул на него. Фред нахмурился. — Я понимаю, что с ним произошло, я понимаю, как ему тяжело, но… — он вздохнул и повернулся к Стелле. — Дай ему шанс, пожалуйста. Фред прикрыл глаза и опустил плечи. — Пожалуй, да, — сказал он; Стелла внутренне возликовала, но постаралась сохранить на лице спокойствие. — Понятия не имею, что он будет делать со всеми этими слухами, но мы в любом случае будем на его стороне. Ему нужна помощь. Ты права, Стелла. — И я о том же, — ноги девушки чуть не подкосились от облегчения. — Идём на уроки? — Идём, — кивнул Джордж; в его глазах вновь появились искорки веселья. Мимо прошли Нотт и Забини, и Стелла против воли сделала шаг назад, за спину мгновенно напрягшихся близнецов. Со стороны слизеринцев раздались неприятные смешки, и девушка тут же пожелала провалиться сквозь землю от стыда за свою реакцию на них и за своё поведение. Ведь она же — взрослая ведьма, а не гормонально неуровновешенный подросток! Но это тело… оно всё равно боялось. Рука заныла, и Стелла пожалела, что не может прямо сейчас убежать в комнату и, сжав шершавую рукоять бритвы… от одной только этой мысли стало чуть легче. Девушка выдохнула, поправила мантию и улыбнулась, пряча смятение — аристократки должны всегда улыбаться. — Уроды, — пробормотал Джордж.

***

Поттер сидел на том же постаменте, что и вчера — возле кабинета зельеварения. До урока оставалось ещё много времени, и остальные ребята заканчивали завтрак. Белла глубоко вздохнула, собираясь с силами, и вынырнула из-за угла на освещенный факелом пятачок. Гарри поднял взгляд и чуть нахмурился. — Вальтер… — голос его прозвучал чуть холодновато — в тон холоду подземелий. — Ещё скажи, что я не права, Поттер, — вернула ему холодный тон Белла, чувствуя, что вступает на опасный лёд: это Стелла, плоть от плоти аристократии была сильна в интригах, а ей чаще всего приходилось решать проблемы силой или угрозами. Гарри вздохнул и опустил голову. — Ты права, — сказал он негромко. — Но что я могу сделать? — Для начала — не вести себя, как малолетний дебил, — Белла опустилась перед ним на корточки; верхняя пуговица рубашки расстегнулась, но девушка решила поправить её позже. — Мы — твои друзья, Поттер, — она лихо записала себя в друзья к Гарри, и тот, кажется, проглотил это — он молча кивнул, не поднимая взгляда. — Начни с того, что перестань бросаться хотя бы на самых верных своих друзей. — Но что я могу сделать? — Поттер поднял голову и посмотрел Белле в глаза. — Остальные-то мне не верят. — Послушай, — его зелёные глаза в свете факелов отливали чернотой. — Для начала, тебе нужно укрепить своё положение среди тех, кто тебе верит, а уже потом пытаться переубедить остальных. — Ты мне веришь? — спросил Гарри. — Конечно, я же говорила, — ответила Белла, не задумываясь; сложно было не верить в то, что Тёмный Лорд возродился, когда самолично видела его, и не один раз. Поттер улыбнулся. Белле захотелось дать ему в глаз, или как-то иначе стереть эту дурацкую улыбочку с его таких притягательных тёплых губ… Поттер перевёл взгляд туда, где у Беллы была растёгнутая пуговка. — Эм-м-м… да, спасибо, — он сглотнул и вновь поднял взгляд. — Я… мы… прорвёмся. — Да… — Белла почувствовала, что её щёки отчаянно наливаются румянцем. Она встала и одёрнула чуть сбившуюся юбку, а после трясущимися пальчиками застегнула пуговицу блузки. В голове снова толпились приятные плохие мысли, и Белла усилием воли очистила разум, припомнив приёмы окклюменции. И почему это глупое изнеженное тело так реагировало на Поттера? Причём — исключительно на него: никто из одногруппников пока не вызывал у Беллы такое же стойкое желание напрыгнуть на него сверху и заняться непотребствами. Возможно — пока, но Белла и думать боялась о том, что с ней может случиться, если подростковый гормональный шторм возьмёт своё. Поттер встал и отряхнул мантию; его щёки тоже были слегка румяными от смущения. — Ну… — проговорил он. — Тебе нужна будет помощь с трансфигурацией? — Да, у меня с ней проблемы, — соврала Белла; ей приходилось использовать трансфигурацию в бою, и она была уверена, что проиграет разве что Дамблдору или Макгонагалл. — Ладно, — кивнул Поттер. — Я постараюсь тебе помочь. — А я — тебе, — улыбнулась Белла, сделав шажок к Гарри; она облизнула губы и вновь посмотрела ему в глаза. Поттер сглотнул и ослабил ворот рубашки. Белла усмехнулась — дразнить Гарри ей понравилось. — Тебе ведь тоже нужна… помощь? — Помощь? — Помощь, — Белла подумала, что влюбить в себя Поттера — не такая уж и плохая идея. Или… это она так потакает желаниям своего тела?.. Она приблизилась к нему ещё, и Поттер не отступил, а, напротив, его руки на секунду дрогнули вперёд, но он тут же скромно убрал их за спину. Белла подумала, что явно не стоит торопить события, но вот явственно намекнуть Поттеру… — Никто и не сомневался, что ты вся в сестру, — услышала Белла голос за своей спиной и тут же отпрыгнула от Гарри. — Такая же шлюха. Обернувшись, она увидела Нотта и Забини. — Неудивительно, что тебя тянет на психопатов, вроде Поттера, — продолжил Нотт. — Повтори, — прорычал Гарри. Белла услышала, что коридор со стороны Большого Зала полнится голосами — а это означало, что остальные ученики идут на пару к Снейпу. — Повторяю, для шлюх и психов, — сказал Нотт. — Неудивительно, что шлюх и психов тянет друг к другу. Гарри стиснул кулаки и шагнул в сторону Нотта. Белла поняла, что, если она прямо сейчас не вмешается, то может случиться что-то непоправимое. Сама не веря в то, что делает это, она встала перед Поттером. — Не надо… — шепнула Белла. — Это всего лишь слова… — Но… — Он тебя провоцирует, чтобы ты устроил драку перед кабинетом Снейпа, так ещё и перед остальными учениками… — Белла положила ему руки на плечи. — Что не такой смелый, Поттер? — подал голос Забини. Гарри дёрнулся. — Помнишь, о чём мы говорили? Что ты не должен вести себя… как псих, — Белла улыбнулась. — Мы отомстим ему потом… попозже… — где-то на секунду из неё пробилась Беллатриса, и Поттер вздрогнул, поймав её безумный взгляд. — Думаешь, я могу оставить безнаказанным такое поведение? Просто… не сейчас, — Белла вновь натянула маску беззащитной школьницы и невинно улыбнулась. Гарри вздохнул и отступил, но его руки всё ещё тряслись от напряжения. Дверь класса открылась, и оттуда выглянул Снейп. — Заходите, скоро начнётся урок.