Потерять память

Эту ночь я провёл с любимым человеком и я счастлив, но к сожалению, я пришёл к Чимину только для того, чтобы уйти. Сопливая история? Нет, слишком хреново для такого. Я эгоист, думающий только о себе. Прийти к Паку было равносильно тому, чтобы дать надежду. Но сейчас меня захватило желание. Если я не узнаю то, что хочу то моя оставшаяся жизнь будет слишком мучительной. Эгоист. Я знаю, что слаб, знаю, что Кимам и Чимину будет плохо после этого, но моя новая жизнь это ошибка. Я не могу избавиться от старого, а значит оно утащит меня на самое дно. На моём чистом листе, с которого я должен был начинать, отпечатались старые чернила. Дверь. Передо мной дверь, и если я выйду через неё , пути обратно уже не будет. Но меня уже ждёт Хосок, так что времени особо у меня нет. Я спускаюсь по лестнице слишком быстро, только для того чтобы не обернуться. Выхожу на улицу и останавливаю такси. Поблизости есть аэропорт, так что жёлтых машин, которые развозят людей здесь более чем достаточно. У меня осталось не так много денег, но этого хватит на поездку в один конец. И моё место назначение это адрес прописки Хосока. Возможно у меня нет шанса, но есть надежда. И я надеюсь, что этот адрес верный. Темнота уже так привычна. — Если бы она сказала, что её бьёт отец, то всё бы обернулось иначе, — у меня всё тот же сиплый голос и горячее от слёз лицо. — Ей было всё равно на себя, но она должна была позаботится о нас, о своих детях, ну или хотя бы о маленькой Мирэ. Я сижу на полу, обнимаю свои ноги руками. В этот момент я выгляжу и правду жалким. Во всяком случае ко мне подлетает тело и в бешенном ритме начинает шептать мне. — Юнги, тише, ты справишься, слышишь меня, — это голос Хосока, я сразу узнал. — Мы справимся, вместе, я с тобой. Он прижимает меня к своей груди и сейчас не может быть даже намёка на то, что он отпустит моё тело. Так тепло. — С вами всё хорошо? — этот голос отличается от голоса Чона. Это таксист. — Да, всё нормально, — только через время отвечаю я. Водитель превышает скорость, думаю он хочет поскорее отвезти меня. Кто бы вообще захотел долго везти странных людей? Мы приезжаем через пятнадцать минут. В этом районе много пустоши. Мы подъехали к маленькому домику. Было видно, что он стоит здесь достаточно давно, но не смотря на это , здание выглядит аккуратным. Я заплатил за то что меня отвезли в это место и вышел из машины. Преодолев незначительное расстояние до двери меня снова окутала темнота. — Открывай, — говорит Хосок стоящий справа от меня. — Это место только наше, здесь будем жить только мы вдвоём, — говорит тот и целует меня в плечо. На лице появляется лёгкая улыбка и… Дверь не открывается. Прошлое и реальность слишком часто путаются. Придётся через окно. Я беру несколько камней и постепенно разбиваю в дребезги преграду, которая состоит лишь из стекла. Закончив, аккуратно начинаю перелезать через оконную раму. — Бля… — я задел запястье о стекло. Кровь начинает капать на деревянный пол. Красной жидкости становятся всё больше. Это так завораживает. — Эй, Юнги смотри на меня, не закрывай глаза, — запинаясь говорит Хосок. — Не теряй сознание, не оставляй меня одного, у меня есть только ты, пожалуйста, Юнги. Я плохо вижу и слышу , меня накрыла пелена. Опускаю голову и вижу...кровь? Почему её так много, это я сам с собой сделал? Господи… — Я так люблю тебя, ты не можешь так меня бросить, врач уже едет, Юнги. Он плачет? Его голос дрожит. Зачем, зачем я это сделал, каковы причины? Я и тогда был слаб. Мне нужно избавиться от мыслей, продолжать идти и осматривать старый домик, который наполнен слишком многими чувствами и воспоминаниями. С правой стороны небольшая кухня, которая ничем не разделена со спальней. Я подхожу к маленькому столику, на нём стоит графин, рядом с которым стакан. Под ним небольшая стопка фотографий. Тот парень, которого окликнул тогда врач как Чонгука. У меня хорошая память, как бы иронично это не звучало. — Это мой младший брат, в детстве нас разделили, отправили в разные приёмные семьи, запретили видиться прикрывая это тем, что Гук ещё маленький и может забыть весь тот ужас, который пережил, а я помешаю этому, — Хосок говорит медленно, он даёт испытать собеседнику всё то, что чувствует и сам, всего лишь через речь. — Я попросил отправлять фотографии, каждый год, чтобы помнить, он ужасно похож на мать, — по его лицу течёт слеза. В моей голове перемешивается слишком много моментов, куда бы не посмотреть абсолютно везде я вижу себя и Хосока. Нежный секс и тихие ссоры, грубые насмешки и глубокие слова, счастливые и грустные моменты. Постепенно я тону в них, стирая границы реальности. Когда я перелезал через окно я взял с собой кусок стекла. Если я хочу утонуть полностью и быстро, то мне придётся это сделать. Моё тело падает на кровать, мою руку накрывает другая более тёплая, рядом со мной тот, кто пробрался даже сквозь смерть в мою новую жизнь. Я не виню его, во всяком случае с самого начала я хотел узнать ответы на свои же вопросы и я их получил. К тому же я встретил много прекрасных людей, таких как Джина и Намджуна. Я был для них незнакомцем, но они помогали мне всегда и при любой ситуации, они и правда хорошие люди. Чимин, я привязался к нему, за такое малое время. Возможно это звучит слишком странно и нелепо, но я полюбил его. И именно поэтому он не пойдёт со мной. Сейчас рядом моя мать, сестра и Хосок. Я не один, а значит страха нет. Не думаю, что моя история могла бы закончиться иначе. Я доволен такому раскладу событий. Это безрассудно, но в какой-то степени мы все безумны, так что не думаю, что кто-то смеет винить меня. Думайте, что я не прав, но не вините. Утро. За окном идёт дождь. Чимин открывает глаза и чувствует пустоту рядом с собой. Юнги ушёл. — Блять, хоть бы он не наделал глупостей, — Пак говорит это вслух , обращаясь сам к себе. Встаёт с кровати и идёт на кухню за телефоном и стаканом воды. Но так же на столе замечает листок бумаги и ручку. "Я не смог."