The Darkening of Your Soul

- А потом он имел наглость использовать мою шутку против меня же, - закончил Гарри свой рассказ явно заинтригованному Барти. - Он назвал меня родственной душой и закрыл свое зеркало, он полный придурок. - Да, я вижу, как несчастна твоя жизнь, Гарри. - Барти фыркнул и покачал головой. - Вы фактически бессмертны, можете начать свою жизнь заново, и вы лучшие друзья с Темным Лордом. До такой степени, что у вас есть забавные прозвища друг для друга. Гарри опустил голову, заслуженно наказанный за свое нытье. Жалуется на то, на что не нужно жаловаться. - Извини. Иногда все это немного ошеломляет. К тому же меня целыми днями окружают одиннадцатилетние дети. Мне кажется, что они, возможно, передразнивают меня. - Нет, не извиняйся передо мной, - быстро сказал Барти и бросил на Гарри взгляд, который лучше всего можно было бы описать как напряженно сосредоточенный. - На самом деле... Спасибо. - А? - Гарри моргнул, удивленно глядя на Барти. - За что ты меня благодаришь? - Потому что я сомневаюсь, что наш Господин когда-нибудь поблагодарит тебя за то, что ты вернул его в лучшем виде, но это не значит, что он не благодарен. Как и я, - сказал Барти, а его глаза слишком ярко блестели. Гарри пожал плечами, внезапно почувствовав себя неловко. – Не нужно меня благодарить. - Но я серьезно, - настаивал Барти. - Наш лорд рассказал мне немного о том, что произошло в ваших предыдущих жизнях, как далеко он зашел, когда речь зашла о его планах относительно волшебного мира. Он никогда не хотел причинить столько разрушений. - Барти коротко улыбнулся. - Ну, по крайней мере, он не сумасшедший. - Да, Волдеморт, которого я знал в своей первой жизни, сильно отличался от того Волдеморта, которого мы видим сейчас, - сказал Гарри, вспоминая некоторые вещи, которые делал предыдущий Волдеморт. - Я имею в виду, посмотри, что он сделал с Хогвартсом. Если есть что-то, о чем Волдеморт когда-либо действительно заботился, так это о школе волшебства, и он приказал Кэрроу, бросить проклятие круциатуса почти на каждого ученика. Барти согласно кивнул. - Наш Господин всегда ценил образование. В то, что он намеренно захватил Хогвартс таким образом, трудно поверить. - Глаза Барти снова заблестели. - Я просто рад, что ты перенес его сюда полным планов по улучшению нашего общества, а не его разрушению. - Я тоже, - тихо согласился Гарри. - Я собираюсь спать. Завтра с утра у меня занятия. - Ах, конечно, снова стал студентом и думаешь только о домашнем задании и квиддиче, - сказал Барти с драматическим вздохом. - Спокойной Ночи, Гарри. - Спокойной Ночи, Барти. - Гарри закрыл зеркало и зарылся под одеяло. Это был очень длинный день, и, к счастью, он заснул через несколько минут. *** На следующий день утром у них были история магии и защита, что означало, по крайней мере, один лишний час сна. Гарри очень нуждался в этом. Мысленно он вполне мог оставаться на ногах, ложась далеко за полночь и все еще рано вставая на занятия, но физически ему было всего одиннадцать, и он заметил, что его молодое тело не привыкло так мало спать. Во второй половине дня у них была сдвоенная трансфигурация, и Гарри был удивлен, когда Макгонагалл раздала спички и приказала им превратить их в иглы. Его воспоминания о занятиях на первом курсе в прошлой жизни были в лучшем случае смутными, поэтому Гарри не предполагал, что они будут изучать магию на практике в трансфигурации так скоро. Гарри глубоко вздохнул и задумался, как стоит разыграть эту игру, при этом делая вид, что читает свои записи. Он хотел, чтобы его считали талантливым и полным потенциала, да, но он не хотел выглядеть полноценным вундеркиндом по нескольким причинам. Ведь самое главное, чем старше он станет, тем сложнее ему будет сохранять подобную маску. Конечно, он был умен, но далеко не так гениален, как кто-то вроде Волдеморта. Или даже Гермионы. Кроме того, он не хотел привлекать слишком много внимания к своему интеллекту, чтобы Дамблдор не смог заподозрить, что его внутренний Том Реддл дергает за ниточки. Поэтому он предпочел быть умнее и талантливее своих одноклассников, но никак не гением. По обе стороны от него Тео и Блейз безрезультатно размахивали палочками над спичками. Гарри сделал то же самое несколько раз, фактически не используя никакой магии. Через минуту или две он превратил спичку в иглу, не превращая дерево в металл. - Ха, - торжествующе произнес он со всей гордостью одиннадцатилетнего волшебника, который только что впервые сотворил волшебство. - Это игла. - Деревянная игла, - сказала Макгонагалл, слегка, но с удовольствием изогнув губы, когда подошла к его столу. - Попробуйте сосредоточиться на всей игле, форме и материале, а не только на форме. Тем не менее, это хорошо сделано, мистер Поттер.Два балла Слизерину. - Спасибо, профессор, - сказал Гарри с широкой улыбкой. Блэз и Тео в изумлении уставились на его деревянную иглу, а ученики в другом конце комнаты заглядывали на стол Гарри, пытаясь понять, что ему удалось сделать всего за несколько попыток. Гермиона даже встала со своего места и вытянула шею. Гарри продолжал постепенно преображать свою деревянную иглу, давая Блэйзу и Тео указания, как делать то, что он делал. К концу урока Гарри получил серебряную иглу и заработал дополнительные колоссальные пять баллов. Блейз и Тео, а также Дафна и Трейси, которые сидели позади них и тоже следовали советам Гарри, к концу урока сумели немного продвинуться, слегка изменив форму или цвет. Макгонагалл казалась очень довольной ими, в то время как Гермиона нахмурилась, когда Макгонагалл дала им всем по баллу. Гарри на мгновение задумался, как Гермиона справится с тем, что на этот раз она не самая умная в классе. Она всегда гордилась тем, что была лучшей ученицей, получала самые высокие оценки, особенно в этом возрасте. Когда она стала немного старше и повзрослела, то немного снизила свою конкурентоспособность, но сейчас Гарри знал, что Гермионе будет очень тяжело, особенно когда Гарри будет затмевать ее на каждом предмете. Небольшая часть Гарри, та часть, которая с нежностью вспоминала хорошие моменты их дружбы, сочувствовала ей. Но потом он вспомнил, что она не смотрела на него, когда помогала приговаривать его к смерти, и внезапно ему стало плевать на ее оскорбленные чувства. Его чувства были задеты ею гораздо сильнее. После уроков он извинился и пошел в ванную, а закончив там, заперся в пустом классе без портретов и позвал Кричера. - Маленький хозяин звал Кричера. - Привет, Кричер, как поживаешь? - Спросил Гарри с нежной улыбкой. Он скучал по старому эльфу. - Ты получил мое письмо? - Да, Кричер прочел письмо маленького хозяина, и Кричер принес маленькому хозяину угощение. - Домовой эльф протянул Гарри стопку валлийских пирожных, завернутых в вафельное полотенце. - Спасибо. Я обязательно угощусь ими. - Гарри сунул сладости в сумку и вопросительно посмотрел на Кричера. - Не мог бы ты сходить в Косой переулок и заказать мне метлу «Нимбус-2000» ? Пусть пришлют ее в Хогвартс. - Кричер закажет метлу для маленького хозяина, - Кричер взял кошелек с деньгами, который протянул ему Гарри, и исчез. И с удовлетворенным вздохом Гарри вычеркнул еще один пункт из своего мысленного списка дел. Однако в его списке дел был один пункт, который требовал тщательного рассмотрения, и все же это был тот пункт, к которому Гарри стремился больше всего. Нанять адвоката для Сириуса. Гарри знал, что это требует тщательного планирования, потому что одиннадцатилетнему ученику, выросшему в семье маглов, не имело смысла нанимать адвоката для предателя своих родителей в первую же неделю учебы. Он ненадолго задумался о том, чтобы нанять адвоката анонимно, но быстро решил, что такие вещи никогда не остаются в тайне надолго, независимо от того, насколько благими намерениями были все причастные к этой тайне. Лучше найти способ, чтобы Гарри Поттер искренне захотел нанять своему крестному юридическую помощь, возможно, как только он официально обнаружит, что Сириус никогда не был судим. Недостатком этого было то, что на это потребуется время, по крайней мере несколько недель, если не месяцев. С другой стороны, Сириус уже много лет находился в Азкабане. Освободится он несколькими месяцами позже или раньше, это ничего не изменят. Плюс был в том, что у Гарри был прекрасный способ обнаружить отсутствие суда над крестным отцом через его растущую дружбу со Сьюзен Боунс. Однако он не хотел сразу бросать все это ей на колени, чтобы она не подумала, что он подружился с ней только из-за ее связей. Это, конечно, частично было правдой, но он также искренне любил ее как личность, поэтому он не чувствовал себя слишком плохо из-за своего расчетливого выбора друзей в этой жизни. Все люди, с которыми он сейчас общался, были людьми, с которыми ему действительно нравилось проводить время. На меньшее он не согласился бы. Итак, в течение следующего месяца Гарри проявит интерес к изучению своих родителей, выяснит личность человека, который предал их Волдеморту, и попросит Сьюзен спросить ее тетю о протоколах судебных заседаний, чтобы он мог сам увидеть, почему Сириус Блэк предал своих лучших друзей. Удовлетворенный тем, что у него есть хоть какой-то план относительно Сириуса, Гарри вышел из класса и присоединился к своим друзьям. Гарри был очень счастлив в пятницу утром. Появление пакета похожего на метлу вызвало небольшой переполох, и не только за Слизеринским столом. Драко поперхнулся некачественным чаем и закашлялся, а Паркинсон начала громко жаловаться на то, что некоторые люди злоупотребляют своей славой. Второкурсники и третьекурсники требовали объяснений, почему первокурсник получает метлу. Студенты за столами других факультетов встали, чтобы посмотреть, что происходит с этими обычно собранными слизеринцами. И Гарри даже не потрудился развернуть свою метлу, а освободил огромного Филина от его ноши и пошел с завернутой метлой прямо к Флинту. - Капитан, если бы вы могли сохранить это для меня, я был бы вам очень признателен, - серьезно сказал Гарри, передавая пакет. - Первая тренировка в понедельник в шесть утра, не опаздывай - сказал Флинт, принимая метлу и пряча ее под стол. Гарри кивнул ему и неторопливо вернулся на свое место, как будто ничего необычного только что не произошло. Блэйз и Тео, которые уже знали, какую метлу заказал Гарри, подыгрывали ему и не упоминали о пакете, пока обсуждали предстоящий урок зельеварения. Конечно, в конце концов его настигла Гермиона Грейнджер, пока они стояли за дверью класса зелий, ожидая когда откроется дверь. - Первокурсникам не разрешается пользоваться метлой, - сказала Гермиона, уперев руки в бока и встав перед ним. - Какая захватывающая информация. Большое спасибо, что поделились ей, - сказал Гарри с приятной улыбкой. Гермиона нахмурилась и поджала губы. - Они не позволят тебе оставить метлу, ты же знаешь. - Какая метла? - Удивился Гарри, озадаченно склонив голову. - У меня нет метлы. - Метла, которую ты получил сегодня утром! Все это видели! - Гермиона раздраженно фыркнула. - Очевидно, все, кроме тебя, видели, что на самом деле произошло, - скучающе протянул Блэйз. - Гарри получил метлу, но не оставил ее себе, - тут же добавил Тео. - В настоящее время это метла Маркуса Флинта. - Это жульничество, - обиженно выдохнула Гермиона. - Вообще-то это была идея профессора Снейпа, - терпеливо объяснил Гарри. Он не гордился этим, но ему нравилось немного раздражать Гермиону. Ее было так легко вывести из себя. - И он дал четкие инструкции, что если у кого-то есть проблемы с этим, они должны обсудить их с ним. Конечно, именно в этот момент дверь в класс открылась и появился Снейп во всей своей насмешливой красе. Гермиона резко обернулась. - Профессор, У Гарри Поттера есть метла, но это против правил для первокурсников. - Десять баллов с Гриффиндора за то что ябеднечаете, мисс Грейнджер. - Снейп проигнорировал ошеломлееное выражение лица Гермионы и указал на дверь. - Внутрь, все вы. Гарри пришлось опустить голову, чтобы не расхохотаться. Отношение Снейпа к чужим факультетам намного больше забавляет, когда ты являешься слизеринцем. Кроме того, возможно, это послужит хорошим уроком для Гермионы, чтобы она не совала свой нос в чужие дела. Она всегда считала себя главной девочкой, ответственной за контроль над другими студентами, даже будучи первокурсницей. Гарри скользнул в кресло рядом с Невиллом, а Блейз и Тео сели за стол позади них. - Не обращай внимания, Нев, а то ты выглядишь немного нервным, - прошептал Гарри. Невилл был бледен, и его руки слегка дрожали. - Говорят, Снейп бывает очень противным, - признался Невилл и глубоко сглотнул. - Не-а, - сказал Гарри, небрежно махнув рукой. - Он оставит тебя в покое, если ты будешь усердно работать и готовиться к его занятиям. Кроме того, вдвоем мы сможем приготовить приличное зелье. - Я действительно читал эту книгу летом, - неуверенно сказал Невилл, пытаясь набраться сил от того факта, что он готовился к уроку. - Видишь? С тобой все будет в порядке. - Гарри дружески подтолкнул Невилла локтем. Снейп взял журнал регистрации, и в отличие от первой жизни Гарри, Снейп не остановился на имени Гарри и не прокомментировал его. Вероятно, потому, что он уже встречался с Гарри и выказывал ему достаточно презрения, чтобы удовлетворить тот уровень личной неприязни, которого он пытался достичь. - Вы здесь, чтобы изучать тонкую науку и искусство приготовления зелий - сказал Снейп, начиная то, что Гарри был уверен, было хорошо отработанной речью. Теплая волна ностальгии захлестнула Гарри, когда он услышал мягкий голос Снейпа, рассказывающего им о кипящих котлах и заколдовывании разума. - Поттер! - Сказал Снейп, и Гарри с трудом удержался от улыбки при воспоминании о своем первом уроке зельеварения и о том, как он был совершенно невежествен. - Что я получу, если добавлю измельченный корень асфоделя в настой полыни? Гарри нахмурился и сделал вид, что пытается вспомнить правильный ответ. - Я полагаю, сэр, что это позволит вам создать глоток живой смерти. Снейп на мгновение прищурился, глядя на Гарри, как будто заподозрил какую-то нечестную игру. - Правильно. Два балла Слизерину. - Уизли, где бы ты стал искать, если бы я попросил тебя найти мне безоар? - Что это такое? - Спросил Рон, глядя на Гермиону, с которой он делил парту из-за того, что все остальные разбились на пары и они были последними, кто нашел себе партнера по зельям. Что ж, Булстроуд сидела одна, но Гарри был уверен, что Рон скорее сожжет все плакаты "Чадли Кэннонс", чем добровольно станет работать со слизеринцем. - Я думаю, вы не удосужились открыть свою книгу до прихода сюда, мистер Уизли? - Протянул Снейп с усмешкой. - Два балла с Гриффиндора. О, Гарри понимал, к чему все идет... и да, Снейп хотел внести некоторые легкие коррективы в посадку факультетов. - Лонгботтом, в чём разница между «клобуком монаха» и «волчьей отравой»? Невилл стал таким бледным, каким Гарри никогда его не видел, и громко сглотнул. - Это одно и тоже растение, - прошептал он, и губы его сильно задрожали. - Хм ... - Снейп уставился на Невилла так, словно тот был упрямым пятном на его любимом котле. Гарри быстро прикусил губу, чтобы не рассмеяться. - Ну, а почему вы все это не записывайте?” Студенты полезли за пергаментом и перьями, а Гарри широко улыбнулся Невиллу и поднял вверх большой палец. Через несколько парт громко жаловалась Гермиона.- Он дал Поттеру больше очков, чем Невиллу. - Два балла с Гриффиндора за претензии к профессору - сказал Снейп, внезапно удовлетворенно изогнув губы. Гарри был уверен, что у Снейпа была какая-то личная квота баллов, потерянных для Гриффиндора. Гермиона ахнула и уставилась на свой стол, сверкая глазами. Гарри не будет ее жалеть. Он не хотел. Она, на хрен, ни разу не посмотрела на него, когда помогала его казни. В конце концов, она не знала, что у Гарри будет второй шанс. Она знала, что благодаря ее действиям жизнь Гарри придет к окончательному концу. Сделав глубокий вдох, Гарри сосредоточился на инструкциях Снейпа по снадобью от фурункулов, которые они будут варить. - Это звучит не так уж плохо, - сказал Гарри Невиллу, который уже выглядел немного менее бледным, чем раньше. Похоже, правильно поставленный вопрос Снейпа укрепил его уверенность, по крайней мере, в некоторой степени. Невилл рубил рогатых слизней, а Гарри взвешивал сушеную крапиву, и вскоре в их котле уже варилось зелье. Гарри внимательно следил за Невиллом, вспоминая, что он допустил ошибку, которая растопила его котел в прошлой жизни Гарри, но по какой-то причине Невилл уделил больше внимания на этот раз, и через полчаса или около того их зелье было закончено. Гарри откинулся на спинку стула и оглядел класс. Позади него Блэйз и Тео также закончили приготовление приемлемого зелья. Рон и Гермиона ссорились до такой степени, что это переросло в настоящую драку. Что бы ни делал Рон, Гермиона должна была сказать что-то плохое. - Прекрасно, тогда делай его сама - И с этими словами Рон бросил что-то в их котел, который начал шипеть и плеваться одновременно. - Глупый мальчишка - прорычал Снейп, взмахом волшебной палочки уничтожая содержимое котла. - Посмотри, что ты наделал. Пять баллов с Гриффиндора и никаких отметок для тебя сегодня. Лицо Рона побагровело, а Гермиона разрыдалась и закрыла лицо руками. Гарри не был уверен, что именно его так взволновало. Голос Снейпа, или угол его шеи, или мерцающее освещение их подземного класса... Но в один момент Гарри увидел бледную кожу Снейпа, а в следующий он увидел зияющую рану, из которой хлестала красная кровь, стекая по горлу Снейпа. Глядя на рану, которой там не было, Гарри понимал , что ее на самом деле нет, всего того не случилось в этой жизни, он знал это, но не мог вдохнуть. Силясь втянуть воздух, словно задыхаясь, Гарри опустил голову и отчаянно попытался успокоиться. Он знал, что это его разум играет с ним шутки, но это знание не остановило его тело от паники при виде умирающего человека, который не умирал здесь и сейчас. Но Гарри видел, как Снейп погиб, видел, как огромная змея перегрызла ему горло, видел деревянный пол кричащей хижины, выкрашенный кровью Снейпа в красный цвет, и видел, как жизнь покинула глаза Снейпа, когда он смотрел на этого человека. - Гарри? С тобой все в порядке? Профессор, мне кажется, Гарри чувствует себя нехорошо. Так много крови, так много ушло жизней в тот день, а Рон и Гермиона стояли прямо за ним в туннеле, прикрывая его спину, всегда прикрывая его спину, пока они его не предали. Пока они не остались в стороне, позволяя миру убить его. - Поттер. - Холодный порыв ветра ударил Гарри прямо в лицо и вырвал его из-под какого-то наваждения, достаточно сильного, чтобы он удивленно посмотрел на Снейпа. Снейп вытащил палочку и дул ветром ему в лицо. - Извините, - пробормотал Гарри, сделав несколько глубоких вдохов, горло больше не сжималось. - По-моему, я не привык к таким испарениям. - Вот что происходит, когда вы намеренно портите свое собственное зелье, мистер Уизли. Вы неизбежно причиняете вред другим. Еще пять баллов с Гриффиндора. - Снейп бросил последний взгляд на Гарри и оставил его в покое. Гарри взглянул на Невилла и одарил его самой искренней улыбкой, на какую был способен в тот момент. - Спасибо. Я уже чувствую себя лучше. - Ладно, просто подожди минутку. - Невилл потянулся за пузырьком. - Я разолью наше зелье по бутылочкам, не волнуйся. Гарри старался спокойно дышать в течение минуты или двух, смущенный, пристыженный и внезапно чертовски уставший. Какого черта это случилось? Почему именно сейчас? Почему вообще? Вскоре после этого занятия закончились, за что Гарри был безмерно благодарен. - Я пойду прогуляюсь, подышу свежим воздухом, - сказал Гарри Блэйзу и Тео, как только они вышли из класса. - Ты пропустишь обед, - сказал Тео, озабоченно нахмурившись. - Я знаю, где кухня, со мной все будет в порядке. Блэйз кивнул. - Мы будем в библиотеке после обеда. Найди нас там. Гарри повернул направо, в то время как его друзья повернули налево, чтобы пойти поесть в Большой зал. Но Гарри не был голоден, и ему нужно было проветрить голову. Выяснить, что произошло. Может быть, найти способ сделать так, чтобы это больше не повторилось. Он был счастлив, что ему дали второй шанс. Он действительно хорошо проводил время, придумывая способы сделать все лучше на этот раз. Так почему же он вдруг взбесился, и больше всего из-за Снейпа? Гарри не любил этого человека даже в лучшие дни, и хотя он определенно не желал ему смерти, он был не единственным человеком, которого Гарри когда-либо видел умирающим. Черт возьми, он видел, как Квиррелл превратился в пепел, когда ему было всего одиннадцать. Он был рад прожить свою жизнь заново. Он был одинок. Он знал, что это так. Он был так чертовски одинок. Гарри остановился и на мгновение закрыл глаза. С тех пор как он вернулся, он отчаянно старался не думать об этом. Он не хотел признаваться в этом даже самому себе. Особенно самому себе. С тех пор как он узнал, что он волшебник, с тех пор как он пошел в Хогвартс в своей первой жизни, у Гарри были люди, на которых он мог положиться. Люди, которые заботились о нем, защищали его, поддерживали его. Даже любили его. Люди, которые были рядом с ним. Что бы ни случилось, Гарри знал, что есть люди, которые примут его, предложат ему место, где он мог бы остановиться, где выслушают его проблемы, поддержат его. Рон, Гермиона, Джинни, мистер и миссис Уизли, Хагрид, Дамблдор, Макгонагалл, Фред и Джордж, Сириус, Ремус, Тонкс, Муди и многие другие. А потом началась война, и многие из них погибли, а остальные отошли в сторону, чтобы увидеть его мертвым. Гарри вспомнил, как отчаянно хотел, чтобы кто-нибудь пришел за ним, попытался помочь ему, когда эти два Аврора тащили его к завесе. Но никто не пришел. Никто его не спас. Гарри был один, как и до того, как узнал, что он волшебник. По-настоящему одинок, ему не к кому обратиться, некому быть рядом. Кроме его врага. Гарри фыркнул, поднимаясь по лестнице. Стоит ли удивляться, что он настоял на том, чтобы Волдеморт вернулся вместе с ним? Что он цеплялся за всех этих маленьких Томов. Что он разыскал Волдеморта при первой же возможности и, по сути, соединил свою судьбу вместе с его без особых раздумий? Гарри был один, но и Волдеморт тоже. Если бы они держались вместе, то были бы менее одиноки и могли бы прикрывать друг другу спины. Гарри улыбнулся при мысли о том, что в какой-то момент в будущем он предпочел бы компанию Волдеморта почти любому другому человеку. Да, у него появились новые друзья, и он с удовольствием проводил с ними время, но никто из них его не знал. Не знал, через что ему пришлось пройти. И если бы это зависело от Гарри, они бы никогда не узнали. Но Волдеморт знал. Волдеморт знал Гарри лучше, чем кто-либо другой, и наоборот. Да, Гарри должен был признаться, по крайней мере самому себе, что в этот момент Волдеморт был его лучшим другом. Барти был вторым, потому что, хотя Барти и знал кое-что, он едва ли знал все, что произошло. Не собираясь идти туда, Гарри очутился в коридоре седьмого этажа. Он расхаживал перед глухой стеной и думал о комнате, которую никогда больше не увидит. Открылась дверь, и Гарри шагнул в нее, стараясь не смотреть на языки пламени, несущиеся на него в виде драконов и василисков. Он между навалов предметов, ни к чему не прикасаясь, а просто рассматривая все подряд. Он определенно планировал вернуться сюда и посмотреть все, желательно с помощью Кричера. Рассортировать вещи, которые он хотел бы сохранить, такие как книги и интересные артефакты, и собрать вещи, которые он мог бы продать, такие как золото, палочки или антиквариат. Он планировал полностью очистить эту комнату к концу своего пребывания в Хогвартсе и надеялся, что это добавит немного золота в его хранилище. В течение многих лет все это барахло просто лежало здесь, собирая пыль, пока не сгорело дотла. Кто знает, какие редкие книги или другие предметы были утеряны? Прямо сейчас он пришёл сюда за одним предметом. Он нашел его возле отсыревшего, покрытого волдырями буфета, и мраморного бюста. Диадема Рейвенкло была такой же красивой, какой он ее помнил. Еще красивее без всякой мерзкой магии, которая ее портит. Он подумал, не оставить ли его себе, не сказать ли, что нашел его, но это привело бы к вопросам, на которые он не хотел отвечать. Кроме того, он не был тем, кто изначально восстановил этот бесценный исторический артефакт. Это сделал кто-то другой. И он должен получить его. Гарри опустился на пол и осторожно положил диадему Рейвенкло рядом с собой. Хедвига была бы не прочь отнести ее законному владельцу. Он достал из сумки перо, чернила и лист пергамента и написал тщательно продуманное письмо. «Мой дорогой Том, Я увидел эту изысканную вещь и подумал о тебе. Нет никого другого, кого я хотел бы видеть в чем то так же сильно, как тебя в диадеме. Говорят, что она дает мудрость, так что, надев её, ты можешь, наконец, найти часть того интеллекта, которого так явно не хватает. Искренне твоя, Вечная родственная душа.»