ЯХЗСТС Бонус-3. (Бомгю+Ёнджун)

День календаря наступает незаметно. Субин и Хюнинкай уезжают в новогодний выходной в гости к семье лидера, запланировав навестить также семью Хюнин. Бомгю тоже бы хотел увидеть родителей вживую, но занятые родители Чхве вынуждены были срочно уехать в командировку. Ёнджун уже навестил с утра пораньше родителей, вернувшись в непривычно полупустое общежитие. Тэхён никуда не планировал уезжать, и поэтому Ёнджун предупреждает макнэ о своих планах поиграть в постели, чтобы младший использовал наушники, если хочет тишины. Но Тэхён сидел в наушниках уже до прихода хёна, смотря какую-то познавательную передачу, потому что смеющиеся крики упаковывающего недавно вещи Хюнинкая перебивали голос рассказчика. Закрыв дверь в комнату младших, Ёнджун, зовёт Бомгю из его комнаты и они скрываются за дверью в комнате Ёнджуна. — Давай развлечёмся, девственничек~. Первое, что уже нравится Бомгю - это то, как Ёнджун целуется. Сначала поцелуй кажется пассивным, несмотря на то что был сынициирован старшим, и Бомгю тогда решает сам проделывать с ротиком хёна то, что ему самому приятно. Оказывается, Ёнджун этого и добивался, позже "ожив" и начав целовать младшего, как младшему больше всего и нравится, ведь тот сам ему тайно показал. Первое, что Бомгю не нравится - поцелуй слишком долгий. — Хён, – раздаётся голос по комнате после длительных звуков одних поцелуев и чмоканья губ у двери. — Что? Бомгю пялится на хёна какое-то время, нехотя подмечая про себя, какой старший не только красивый, но и харизматичный. Смесь этих качеств ведь и называют сексуальностью? — Я не совсем девственник, – поправляет Бомгю старшего, борясь за поднятие своей мужской гордости. Сквозь ткань домашней одежды младший чувствует руки Ёнджуна, уверенно гуляющие по его телу, будто проводя предварительную оценку. Хён часто обнимался и в повседневности, свободно распуская руки, но то ли от осознания, что сейчас у них будет секс, то ли потому, что руки Ёнджуна оставляли за собой невидимый горящий след на одежде, но тело Бомгю жгло от прикосновений. — Уже успел за это время с кем-то переспать до меня? – с пошлым намёком уточняет старший. — Нет, – улыбается Бомгю, потому что от таких приятных ощущений хочется улыбаться. – У меня был секс, но не было анального секса. — Ах, вот как! – понимает Ёнджун ситуацию. – Не переживай, я позабочусь, чтобы тебе было хорошо, – обещает старший и льнёт к губам донсэна. И хорошо, что хён снова целует, потому что Бомгю неистово краснеет. Да, он хочет почувствовать себя хорошо, и ведь незачем стыдиться своих желаний. Они всё так же находятся у стенки. Язык хёна ловко дразнит ротик, и Бомгю немного приподнимается на носочках от впечатления. — Могу я спросить, как давно у тебя был секс? – через несколько мгновений после реакции младшего разрывает Ёнджун поцелуй. Бомгю за себя стыдно, потому что он, должно быть, ведёт себя хуже девственника, который никогда и не сталкивался с интимом и не ощущал отпускающего наслаждения после мастурбации, раз хён интересуется. (Или хён просто так интересуется?) Просто тело и фантазия Бомгю знают, что может быть ещё приятнее, и Ёнджун-хён будто открывает ему эти запретные двери. Хотя, Чхве Бомгю теперь окончательно совершеннолетний, а для взрослого человека нет ничего запретного в получении удовольствия. — 1,5 года назад. Бомгю не собирается врать, и он говорит, как есть. В конце концов, должен ли он был заниматься с кем-то сексом, если ему достаточно было самоудовлетворять себя рукой? — Вау, – впечатлён старший. – Тебе не хотелось? Тело младшего так энергично реагирует на любое мелкое подразнивание, и Ёнджуну любопытно, всегда ли Бомгю такой чувствительный или это из-за длительного воздержания от секса. Старший начинает расстёгивать домашнюю рубашку на парне, прижатом им к стене. — Мне захотелось анального секса, – опустив голову, Бомгю наблюдает за всё шире открывающимся видом на свои ключицы, потом грудь, пресс. – А так я сам снимал напряжение. — Ммм, – задумчиво протягивает Ёнджун, продолжая побеждать одну пуговицу за другой. — А у тебя, Ёнджун-хён? – пока хён задумчиво мычит, становится любопытно младшему. – Как часто ты занимаешься сексом? Примерно младший Чхве знает, насколько часто. В первый год после расставания, когда сердце Бомгю всё ещё с благоговением билось рядом с Каном, Бомгю знал, когда было лучше задержаться в компании на часик, чем возвращаться в общежитие. Спасибо лидеру, который решил заботиться о сексуальном представлении несовершеннолетнего младшего и косвенно намекал, напоминал о каких-то важных делах или придумывал их, чтобы задерживать Бомгю с работой. Конечно, позже Субин-хён узнаёт, что Бомгю, оказывается, бисексуал и нормально относится к гомосексуальным отношениям Ёнджуна и Тэхёна, так что чрезмерная опека со временем уходит за ненадобностью, а лидер уделяет больше внимания изоляции Хюнинкая от всего пошлого и извращённого. Хотя, в этом Чхве Субину содействуют все. Со временем уходят и чувства Бомгю, и он перестаёт подстраиваться под расписание с изменённым временем возвращения домой, не задерживаясь в компании без необходимости. Он даже пару раз тихонько возвращается в общежитие, закончив съёмки пораньше, прекрасно зная, что Ёнджун и Тэхён уже точно должны быть в общежитии. И, направляясь в свою спальню, проходя ближе к середине коридора, Бомгю слышит приглушённые стоны своего бывшего в другой комнате в конце коридора, перед тем усмехается своему спокойному сердцебиению, заходит в свою комнату и надевает наушники. — Когда как, Бомгю-я. Последний раз был 2 недели назад. Обычно раз в месяц, – за локоть Ёнджун подтягивает Бомгю на себя, заставляя оторваться от стенки, и скидывает рубашку с плеч и спины, оголяя верхнюю часть привлекательного тела младшего. – Но если моему партнёру хочется чаще, то я не могу отказать. Ёнджун-хён проводит рукой спереди тела донсэна, и Бомгю содрогается от ощущения чужого тепла, впитывая его каждой клеточкой на уделённом вниманием участке тела без одежды. — Красивое тело, – делает Ёнджун комплимент, чтобы расслабить съёжившегося младшего. – Жаль, ты никогда не щеголяешь без верха в общежитии. — Я и так мёрзну, хён! – жалуется Бомгю, и до него доходит потайной смысл. – Ты рассматриваешь тела тех, кто ходит оголённым? — Немножко всегда можно, – характерно выпячивает Ёнджун губки. – Не я их раздеваю или заставляю раздеваться. Рука хёна сравнима с опасной змеёй, очерчивающей талию младшего и проползающей за поясницу, заползая затем за резинку домашних штанов, обхватывая упругие ягодицы и обширно "кусаясь". Бомгю знает, что у него сексуальное тело вдобавок к красивому личику, поэтому, не стесняясь, позволяет хёну стянуть резинку штанов ниже уровня таза - штаны бесшумно падают на пол, оголяя практически всю нижнюю часть тела младшего, за исключением области паха. Смущение всё же немного присутствует, потому что если верхнюю часть тела мэмберы где-то как-то были вынуждены оголять перед друг другом, чтобы быстро сменить один костюм на другой, то с нижней частью это определенно первый раз. По крайней мере, перед Ёнджун-хёном. — Меня ты раздевать не собираешься, да? – ехидно напоминает старший, отталкиваясь от тела Бомгю и самостоятельно стягивая с себя футболку с удлинёнными рукавами, попутно спрашивая. – Ты занимался сексом с парнем или девушкой? Судя по структуре вопроса, должно быть девушки предпочитают, чтобы раздевали их. Но Бомгю не выпало такого опыта, и с Каном они почти полностью сами избавлялись каждый от своей одежды. — С парнем, – вырывается у меня, и я понимаю, что если хён поинтересуется, с кем, то я, наверно, расскажу ему о своих прошлых отношениях с Каном. Однако, откинув футболку в образующуюся кучу одежды, Ёнджун отвлекается и сам снимает с себя штаны, добавляя туда же очередной элемент сверху. Пока хён стоит полубоком к младшему, Бомгю бросает по телу старшего скользящий взгляд и замечает лёгкое оттопыривание на нижнем белье, переведя тут же взгляд повыше. Ёнджун знает, что младший рассматривает его (куда ему ещё смотреть?), поэтому, освободив руки, встаёт в позу, красуясь и демонстрируя своё уже мужское телосложение перед младшим, заработав постылый взгляд. — Ладно-ладно, – понимающе осмеивает своё же поведение старший. – Пойдём на кровать, малыш. — Не называй меня так, Ёнджун-хён... – младший следует за старшим к кровати. — Малышом? Малыш Ббамгю~. Хён садится на кровать и усаживает малыша к себе на колени, подмечая лёгкость веса и этого донсэна. За новое прозвище Бомгю бьёт старшего в плечо. — Хён... – жалобно произносит младший. Ёнджун игнорирует, заставив донсэна обнять его, сцепив руки сзади, и целует пухлые губы Бомгю, продолжительно не выпуская их из плена, пока не чувствует особо заметные ёрзания на себе. — Хён... – снова жалобно повторяет младший. Ах, Ёнджуну нравится, что его поцелуи возбуждают Чхве. — Я люблю прелюдии, Бомгю-я, – поясняет старший и увлажняет языком свои губы, начиная осыпать шею и ключицы младшего поцелуями. – К тому же, они позволяют особо сблизиться с партнёром, если при сексе или в его начале присутствует неловкость. — Ты чувствуешь от меня неловкость? – выдыхает Бомгю, обжигаясь прикосновениями губ. Но так намного приятнее, чем испытывать холод от одиночной постели. — Ничуть, – отрицает старший и поднимает взгляд на уровень больших глаз с длинными ресницами. – Просто это наш первый раз, у тебя первый секс после долгого перерыва. И я хочу сделать тебе по-настоящему приятно, – напоминает Ёнджун, – разогрев твоё тело, чтобы ты не испытывал позже боли. Поэтому не торопи меня! Снова припав к губам, не оставляя Бомгю и шанса влиять на решение, Ёнджун в этот раз концентрируется не только на поцелуе, немного идя на поводу у младшего, и левой рукой поглаживает со стороны бедра накаченные ноги Бомгю. Ёнджун не уверен, где лучше касаться донсэна, чтобы принести ему больше ощущений, но младший вроде заметно млеет от прикосновений к бёдрам, и хён берёт это на заметку. — Где ты особо чувствителен, Бомгю-я? – спрашивает Ёнджун напрямую. Будет неплохо выяснить некоторые эрогенные зоны младшего, если тот их знает, и сразу уделять им больше внимания, чем пытаться выявить их самому методом проб и ласканий. Второй вариант долог, и успех гарантирован не сразу. — На сосках... – смущённо переминается младший, сидя ягодицами на коленях старшего. — А ещё? – облизывается старший от предвкушения. — Не знаю... Но мои соски очень чувствительны, хён, – делает акцент Бомгю именно на этой части тела. — Скажи, если хочешь попробовать что-то определённое: позу или другой свой фетиш, – просит Ёнджун, собираясь поменять их позицию. – Хорошо? — Поласкай мои соски, хён, – делает выбор Бомгю на том, что старший и без очередной просьбы решил сделать, раз малыш так неистово просил. Это как вишенка на торте. Даже две. — Хорошо, – сдержанно обещает Ёнджун. – Слезай. Когда младший на четвереньках ползёт в сторону подушки у изголовья кровати, Ёнджуну открывается жаркий вид на покачивающуюся аппетитную задницу, которую он в итоге всё-таки успешно научил красиво использовать такие дарованные бёдра в танце к припеву Run Away. Бомгю сексуален, но неопытный малыш не умеет своими данными пользоваться. От вожделения снова увлажнив свои губы слюной, Ёнджун хватает ползущего младшего за щиколотку, и тот теряет равновесие при дальнейшей попытке перестановки ноги, распластываясь по заправленному одеялу, и старший набрасывается на него сверху, словно нежный хищник. Бомгю лежит на животе на кровати, придавливаемый сверху весом хёна. Хён не тяжёлый, или просто не кажется таким, потому что всю тяжесть Бомгю сейчас ощущает только в горящем паху и на своих сосках. Будет так стыдно спустить прям так. Ёнджун-хён будет насмехаться и подумает, какой же он всё-таки девственник. Но хён специально будто этого и добивается. Старший оттягивает сосок, перекатывая тёмно-розовую горошину между пальцами, заставляя больше нервных окончаний открыться наружу, и затем щекочет верхушку сосочка кончиком пальца, еле-еле касаясь, теребя из стороны в сторону. А потом заботливо отделяет слой пододеяльника от одеяла внутри и прикрывает тканью грудь младшего, только чтобы впиться ноготком в сосок через тонкую ткань, прижав его к рёбрам и теребя кожу вокруг, создавая дополнительное трение с тканью. Не вызывая никакой боли, никаких неприятных ощущений, заставляя Бомгю только скулить и пытаться выпятить задницу повыше назад, потому что он дрожит всем телом от наслаждения, и от этого член трётся о постель в ритм его дрожжи. — Я рад, что тебе так приятно, Бомгю-я, – с улыбкой от чувствительности младшего нарушает голосовую тишину Ёнджун, разбавляя звуки тяжёлого и частого дыхания донсэна. — П-Приятно... мне х-хорошо, хён... – подтверждает и так очевидное Бомгю, подумав, что некрасиво просто молчать, когда хён вот так сводит его с ума. — Знаю, знаю~. Ёнджун продолжает обнимать младшего со спины под подмышками и пальцами обеих рук уже очень долго играется с его сосками, придавливая к кровати и не давая тазу Бомгю отрываться от постели, которая нещадно продолжает натирать чувствительный орган. — Х-Хён... – плачется младший, особо сильно отталкиваясь от кровати вверх и прося дать ему свободу в движении. – Я с-сейчас кончу... — Ты ведь для этого и здесь, Бомгю-я, – томно шепчет Ёнджун на ушко. Заодно он прикусывает мочку ушка, проверяя, не разделяют ли они с донсэном эту эрогенную зону. К сожалению, младший не реагирует томным выдохом и лишь в очередной раз так же дёргается и мечется под его весом. Ну ничего, хён найдёт и другие чувствительные точки малыша Ббамгю. — Бомгю-я, что мы будем делать? – умиляется старший донсэну, показывающему искреннее довольство получаемым наслаждением. – Я только начал, а ты уже так неспокоен. Сбавив степень давления на тело снизу, Ёнджун поворачивает голову младшего в сторону, небось уже задыхавшегося своими стонами в подушку, и сладко целует в покрасневшие губки. — Тебе всё ещё приятно? – спрашивает Ёнджун и поглаживает соски, показывая, что именно он имеет в виду. — Да... – сладострастно выдыхает Бомгю, снова ощущая сильное давление на свои соски. — Даже после такого долгого ласкания? – в изумлении восклицает Ёнджун. – Ты - нечто, Бомгю~я. Когда чувства Ёнджуна что-то трогает, он начинает целоваться, забывая обо всём на свете. И сейчас старший комкает губы Бомгю, проводит язычком по губам, в очередной раз всё глубже изучая ротик внутри, но все остальные его ласки непроизвольно словно замораживаются. И хорошо, ведь Ёнджун не собирался позволить младшему так рано излиться. — Ёнджун-хён, я ещё не кончил, – жалобно информирует Бомгю, жутко желая возобновления щекочущего чувства на сосках, теперь, наоборот, начав пытаться отчаянно потереться налившемся членом о постельный комплект. — Ты не понимаешь сути наслаждения, – с ухмылкой отрезает старший. – Позволь мне тебя научить: чем дольше сдерживаешься, тем ярче будет оргазм. Поцеловав младшего сзади в шею, Ёнджун начинает вести языком влажную дорожку вниз по спине, постепенно приподнимая свой вес с юного тела. Слюна на кончике языка быстро заканчивается, хотя Бомгю наоборот приятнее чувствовать сухой упругий язычок вдоль своего позвоночника. От этого младший прижимается к кровати и мысленно считает разбегающиеся по спине мурашки. Дойдя до области копчика, траектория движения языка утыкается в резинку трусов, от которых Ёнджун планирует сейчас же младшего избавить. Старший Чхве подтягивает бёдра Бомгю к себе, заставляя того согнуть ноги в коленях и расставить бёдра чуть шире для равновесия. Младший автоматически поднимается на локти, но, уткнувшись оттопыренным задом в тёплое возбуждение хёна, смущённо снова подаётся вперёд. Младший самим задом почувствовал приближающуюся кульминацию их сношения. — Хён... Растянешь меня, ладно? – просит Бомгю, переживая за свой девственный анал, когда Ёнджун стягивает с него трусы, оголяя ягодицы, попу, перинеум и мужское достоинство младшего. — Ого, ты уже хочешь меня внутри себя, – с довольной ехидной улыбкой радуется Ёнджун. Младший такой нетерпеливый - бежит впереди ласк хёна, только и пытается кончить раньше времени, абсолютно не обладая контролем ни над ситуацией, ни над своим возбуждением. Трахание с вроде бы послушным, более младшим Тэхён-и вразрез отличалось по атмосфере, чем с малышом Чхве. Бомгю продолжает стоять в коленно-локтевой позе, когда хён спускается с кровати и достаёт из тумбочки, как догадывается Бомгю, смазку. Младший Чхве напрягает и расслабляет анал, убеждаясь в пустоте канала и мысленно настраивает себя успокоиться и на релаксе пройти через то, на что он сам решился. Слышится звук открывающейся крышки тюбика и выплеск субстанции с характерным причмокиванием. Бомгю уже морально готовится ощутить прикосновение к своей дырочке, успокаивая себя, что больно не будет, ведь он не зря вчера мучался, пытаясь дополнительно растянуть себя в качестве подготовки. В то же время Ёнджун возвращается на кровать, пристраивается позади донсэна, огибая рукой его бёдро сбоку, чтобы дотянуться до желаемой цели, и прикасается пальцами с гелем к стоячей эрекции. Раздаётся полувыход-полустон, и Ёнджуна заводит такая реакция ещё сильнее. Он обхватывает ладонью член младшего, начиная скользить вверх-вниз, плотно сжимая пенис вокруг его охвата. — Хён...хаа... Если ты вставишь палец сейчас, то я могу этого даже не заметить, – подсказывает Бомгю. — Ох, ты хочешь, чтобы я тебя растягивал? – теряется Ёнджун, сомневаясь, стоит ли сделать так, как просит младший, или следовать своей задумке. — А ты... ты... – очень взволнованно заикается Бомгю. – Ты не б-будешь меня растягивать? Если бы они не были в позе догги-стайл, Ёнджун бы увидел широко раскрытые, объятые страхом глаза донсэна. Однако, старший и без взгляда на них прекрасно улавливает слухом испуганную интонацию. Поэтому резко переворачивает младшего на спину, скидывает с его ног мешающие, висящие на середине голени трусы и заглядывает в глаза этому глупому наивному мальчишке. — Так переживаешь за свой анал, девствен~Гю, – изощряется Ёнджун с придумыванием нового прозвища и проводит поочередно пальчиками по девственному анальному отверстию. Старший испытывает такое наслаждение и умиление, когда видит, как ягодичные мышцы сокращаются, заставляя половинки попы на мгновение сблизиться, и как Бомгю скукоживается от непривычного чувства прикосновения. — Хён, вводи палец медленно, пожалуйста, – чуть ли не щенячьими глазами просит медвежонок, не будучи в восторге от резвости старшего. – Нежнее... — Вот ты мне скажи, - усмехается Ёнджун. – Ты куда-то торопишься? Бомгю хлопает глазами и не понимает. Это кто ещё куда торопится... — Я аккуратно и не торопясь растяну тебя, не переживай, – заметив озадаченность в глазах, обещает и поясняет Ёнджун, – но когда мы к этому подойдём. — То есть пока... — Помнишь, я сказал, что мне важна прелюдия, чтобы лучше изучить партнёра? – перебивает старший и получает утвердительный кивок. – В твоём случае... Практически отсутствие прелюдии - тоже теоретически прелюдия, – смеётся старший. – Иди сюда. И Ёнджун целует Бомгю в губы, коротко лаская его ротик, спускается поцелуями по щеке, шее, ключицам, груди, выцеловывает очертания пресса. Бомгю томно дышит и прикусывает губу в стоне, потому что хён вспоминает о его эрогенных сосках, поднимается обратно и орально ласкает, лижет, всасывает, вылизывает его снова взбухающие розовые бусинки, трепетно реагирующие на получаемое внимание. Бомгю разочарованно простанывает, получив запрет на мастурбацию своего члена, попытка чего была безоговорочна пресечена шлепком по руке. Бомгю тяжело дышит и тогда, когда Ёнджун, вдоволь наигравшись с сосочками, теперь ноющими и зудящими без внимания, дразнит его возбуждение дальше. Хён проводит носом, губами и руками везде, где только можно, но только не по самому чувствительному органу. Бомгю желает, чтобы эта прелюдия сменилась другой прелюдией, где хён будет касаться руками его члена, который сейчас бесконечно дёргается туда-сюда на пике эрекции, и дрочить ему, если уж самому Бомгю не разрешает этого сделать. — Ай! – незаметная попытка прикоснуться к сочащейся головке, пока Ёнджун-хён вроде с закрытыми выцеловывает внутреннюю часть его бедра, заканчивается нещадным шлепком по скользящей руке. — Не трогай себя, – строго приказывает Чхве и замечает следующую отчаянную попытку. – И соски тоже. Иначе свяжу руки, Бомгю-я, и терпеть тебе придётся в итоге намного дольше. — Ну хён! – протестующе простанывает младший и получает лёгкий удар по ягодице за непослушание. – Ёнджун-хён..! — Ты меня понял? Но положительного ответа от упёртого младшего не следует. Тогда Ёнджун выдыхает, избавляясь от раздражённости, накопившейся из-за собственного возбуждения в трусах, и нежно целует Бомгю в лобик, понимая текущее состояние взведённого донсэна. Если бы Бомгю знал, как тяжело оттягивать время и самому Ёнджуну. Но старший хочет выполнить всё на высшем уровне, как надо, потому что младший буквально отдаёт и доверяет ему своё тело. — Я сделаю тебе очень приятно, малыш, вот увидишь. Потерпи. Когда всё начинается словно по второму кругу: хён снова спускается поцелуями ниже, целует соски, ласкает, проводит языком дорожку до пупка, - возбуждение Бомгю наливается ещё сильнее и заставляет мальчика сходить с ума. Но, к счастью, старший заметно быстрее доходит до паховой области: снова целует выбритый лобок, снова гладит по бокам от члена, массирует перинеум - область между мошонкой и анусом. (Бомгю и представить себе не мог, что он настолько чувствительный даже там.) Одним словом, снова сводит малыша с ума своими прелюдными ласками. И когда Бомгю, находясь уже чуть ли не в бреду от микса удовольствия и отсутствия разрядки, сквозь пелену чувств ощущает влажное дыхание на своём члене, а в следующую секунду юркий язычок огибает и лижет пульсирующую головку, бёдра Бомгю подбрасывает. Бомгю больше не дышит, стоня в голос, когда Ёнджун обхватывает головку уже губами. Старший лижет под куполом губ дырочку и уздечку, медленно опускается ртом до основания и замирает, бросая исподлобья взгляд на выгнутую дугой спину, скатывающиеся по коже капельки пота и закатанные от наслаждения к потолку глаза. Ёнджуну нужна словесная похвала, поэтому он, насадившись ртом на член младшего ещё раз, снова дразнит его терпение и прекращает фелляцию, на что малыш сразу встревоженно реагирует, стреляя грустнеющими, полностью в состоянии аффекта глазками. — Приятно, малыш? – шёпотом умудряется промурлыкать Ёнджун. Бомгю лишь бессильно часто кивает головой с лёгкой улыбкой. Несмотря на то, что он чувствовал, как вот-вот должна была выйти сперма, а хён как раз остановил стимуляцию. Старший наклоняется вперёд и признательно целует младшего в губы за ответ. Бомгю смущается, ведь губы и язык хёна только что облизывали его член, делая минет. И то, что младший Чхве наблюдал в порно, Ёнджун-хён сейчас проделывал с ним. — Оказывается, минет так приятен... – выдыхает младший. – Хён...с-спасибо. — Ммм, так у тебя и минета не было, – делает вывод Ёнджун, и Бомгю утвердительно кивает. – Хочешь, этим ртом хён заставит тебя бурно кончить? Бомгю опять смущённо кивает. Устно он не может попросить старшего ещё раз пососать его член, потому что.. ..потому что это же так...грязно? Даже если перед встречей с хёном Бомгю принял душ. Но в этот момент Ёнджун присасывается к головке и сосёт её, словно она на вкус, как в детстве - чупа-чупс. ..хотя похоже, будто хён сам наслаждается процессом. От этого Бомгю смелеет и вытягивает руку вперёд, зарывая пальцы в изрядно вымывшийся синий цвет волос старшего, мягко надавливая на макушку Ёнджуна, прося этим жестом углубить минет. Если бы Бомгю говорил, он бы смог только стыдливо проскулить, но никак не озвучить своё похабное желание. Хён потакает просьбе нуждающегося малыша, и Бомгю кайфует, протяжно стоня от каждой последующей оральной стимуляции Ёнджуна, стараясь удерживать бёдра на кровати, а не в воздухе, чтобы грязно не толкаться хёну в рот, хотя несколько раз его бёдра непроизвольно подбрасываются от спазмов сильного наслаждения по всему телу. — Отпусти, х-хён... Я сейчас кончу! Чувствуя усиливающееся интенсивное давление внутри яичек, Бомгю торопливо выпутывает свои пальцы из растрепавшейся домашней укладки Ёнджуна и надавливает ладонью на лоб, спеша оттолкнуть старшего от своего члена. Накопившаяся сперма дико давит на нервные окончания внутри протоков, и Бомгю чувствует, что она вот-вот выстрельнет наружу, прямо хёну в горло. А Ёнджун не отпускает. Его губы поджимаются вокруг члена Бомгю от улыбки, потому младший настолько мило предупреждает его, пытаясь не запачкать. — Хён, всё! Хватит! – сильнее давит Бомгю на лоб старшего в попытке оттолкнуть. Показывая свою решительность, Ёнджун принудительно убирает давящую на него руку в сторону и интенсифицирует движения головой, теперь не до конца заглатывая член стонущего младшего, но зато стимулируя чувствительный орган в быстром темпе. — Аааах! – задыхается Бомгю от приятных ощущений и чувства безысходности. Хён толкает его к краю, не оставляя выбора. Бомгю кусает губы и сгорает от смущения, не представляя, зачем старший его так мучает и как ему кончить, зная, что его сперма попадёт прямиком в рот Ёнджуна. Бомгю даже пытается извернуться в сторону, но хён плотно удерживает его таз на месте и устанавливает контакт глазами, одним взглядом приказывая не брыкаться. Не то чтобы Бомгю слушается или хочет слушаться, но его разум уже не в состоянии противиться и сдерживаться, и его тело пробивает мелкая частая дрожь. Младший готов поклясться, что он вроде чувствует, как кончает, испытывая настолько фантастический оргазм впервые, но его член парадоксально остаётся сухим (не считая обильной слюны старшего). Бомгю вскрикивает, потому что ему страшно и непонятно, что с его телом происходит, и не потерял ли он рассудок от удовольствия. Старший продолжает удовлетворённо сосать его член, а Бомгю даже не может ничего сказать - горло будто застыло в стоне, пока мышцы тела продолжают произвольно содрогаться. Когда хён нащупывает его сосок, Бомгю прекрасно ощущает лёгкое щекотание, потому что чувствительность никуда не делась. По телу младшего пробегает короткий разряд, на мгновение полностью расслабивший все мышцы, и Бомгю бессознательно выплёскивает из себя семенную жидкость. В последний раз скользя по члену вверх, Ёнджун всё ещё плотно обхватывает его губами, чтобы не дать большому количеству собранной семени вытечь изо рта. С красным лицом от трудоёмкого проделанного минета, старший зачёсывает назад свои растрёпанные донсэном волосы, всё ещё бьющегося в очевидном наслаждении и страдающего от полученного удовольствия. Ёнджун встаёт на четвереньки, соединяя губы со слегка подрагивающим младшим. Бомгю никак не в состоянии переживать о том, что во рту у старшего сейчас его собственная сперма, пока Ёнджун не открывает ротик в поцелуе и часть семени не перетекает на язык младшего, вызывая у него безусловный рефлекс отвращения, что заставляет его резко повернуться в сторону и немного откашляться из-за извращённой выходки старшего. Ёнджун, видимо, остальное содержимое глотает, потому что, целуя во второй раз, сразу сплетает языки в страстной борьбе. Окончательно проигрывает Бомгю тогда, вздрагивая и уступая, когда Ёнджун большим пальцем проводит по подбородку младшего, очищая красивое лицо от белёсых подтёков. Мысленно радуясь своей серии побед подряд, старший вытирает палец о край постельного комплекта и разрывает поцелуй, сохраняя зрительный контакт. — Хён же обещал, что сделает тебе приятно, малыш, – с выполненным обещанием, гордо проговаривает Ёнджун, застывая на лице младшего взглядом, воспроизводя в памяти заработанные им эйфорийные стоны, так тешащие его мужское достоинство. — Перестань меня так называть, хён! – может быть, Бомгю и ужасно стыдно от всего, но это не значит, что он не сможет найти в себе силы пререкаться. – Зачем ты..это сделал? — Что именно? – ехидно улыбается старший. – Довёл тебя до сухого оргазма, что тебя трясло почти 20 секунд? Или... Ёнджун принимает сильный удар в грудную клетку от моментально покрасневшего донсэна, которому явно не понравилось озвучивание смущающей правды. Ох, новая реакция со стороны нового сексуального партнёра забавляет старшего. Тэхён всегда просто искренне благодарит его за оргазм, когда все факторы совпадают и Ёнджуну удаётся сполна удовлетворить младшенького даже во время прелюдии, если на неё имеется время. Но Бомгю реагирует кардинально по-другому, и это по-своему возбуждает. Решение послушать внутреннее желание и попытаться соблазнить Бомгю, предложив тому секс, было определённо хорошей идеей для разнообразия. — Вот такой оргазм можно получить, малыш, если не торопиться с прелюдией, – с улыбкой на губах старший играет с некоторыми прядками, заправляя их по сторонам или под друг друга, открывая себе обзор на шикарный лоб Бомгю, который тот обещал показать только к своим 22-ум годам (МОА стоит подождать). – Так что же я сделал? – ехидно возвращается к вопросу младшего Ёнджун, но получает лишь упрямое молчание и обидой прожигающий взгляд в ответ. – Брось, Бомгю~я, не маленький ведь уже. Говори словами. — Разве сперма приятная на вкус? – в замешательстве спрашивает младший и проводит по своему подбородку рукой, собирая возможные остатки семени, и слегка подносит к носу, принюхиваюсь, но не чувствуя разницы от запаха кожи на пальцах. — Оближи, – то ли предлагает, то ли приказывает Ёнджун с ухмылкой, забавляясь от наблюдаемой картиной. Бомгю недовольно корчит лицо, не соглашаясь на провокацию, и отдаляет руку. — Ты ведь её..попробовал? Какова она на вкус? – любопытничает младший. — Забей в Naver, если интересно. О некоторых вещах лучше узнавать самому. Встав с младшего, Ёнджун откидывается назад и облокачивается на локти, вытягивая колени и приподнимая попу, чтобы стянуть с себя уже "по самое не могу" жмущее нижнее бельё. Бомгю тоже принимает сидящее положение и видит, как член хёна выпрыгивает из-за резинки трусов, замечая и только сейчас вспоминая о должном возбуждении старшего. Пока хён выпутывает ноги из прорезей ткани и скидывает её на пол, Бомгю приближается и обхватывает мужской гениталий рукой, оценивая размерчик молча. Ему всё равно придётся принять его в себя, поэтому он зря не мучает себя переживаниями, влезет ли или не влезет. Вроде, должен вне зависимости от размера. Бомгю проводит сверху-вниз постепенными движениями, поддевая чувствительную кожицу, и вынуждает член потихоньку выпрямиться до конца, достигая высшей стадии эрекции. Приняв сидящее положение, поднявшись с локтей, Ёнджун обхватывает лицо младшего ладонями и признательно целует с языком, пока донсэн нежно и приятно массирует головку. — Сделаешь мне минет..? – шёпотом ненастойчиво просит старший практически в самые губы. Блин, Бомгю надеялся, что хён этого не попросит. Во-первых, конечно, он хочет сделать приятное и Ёнджуну. Но, во-вторых, это смущает и, самое главное, Бомгю не умеет. Разве что придётся повторять то же самое, что делал старший, только вот в памяти у младшего остались одни приятные впечатления без детального описания действий. Как бы там ни было, Бомгю решительно наклоняется над половым органом. — Если, – раздаётся голос старшего, глазами следившего за младшим, робко приглядывающимся к его члену. – Если хочешь, сделаешь в следующий раз. «..в следующий раз», - проносится для Бомгю эхом в голове и он поднимает голову, не выпуская мысли о намёке на следующий раз, хотя даже этот раз ещё не подошёл к концу, и удивлённо смотрит на хёна, убеждаясь в услышанном. Ёнджун с понимаем ухмыляется, правильно прочитав мысли и эмоции донсэна, и чмокает его в макушку. — Ложись на спину, – гипнотизирующе командует старший и встаёт с кровати, чтобы дотянуться до оставленного на тумбочке лубриканта. Наученный вчера опытом боли растягивания в такой позе, Бомгю осознанно самоуверенно меняет решение и встаёт в коленно-локтевую. Повернувшийся Ёнджун удивляется увидеть младшего не в том положении, в котором его фантазия представляла. — На спину, – спокойно повторяет Чхве, опрокидывая Бомгю на бок, и тянет его за предплечье лечь спиной повыше на подушки. — Хён, я хочу так! – капризно сопротивляется младший, защищая свою желаемую позицию, и вывёртывается из хватки. Чего Бомгю тут ещё брыкается, тяня время? Ёнджун и так вынужден сдерживаться. — Эй! – прикрикивает Чхве и осекает донсэна, бесповоротно вдавливая его за плечи к матрасу лицом к себе. – Раз это твой первый раз, мне нужно видеть твои эмоции! Что непонятно? — Но так будет больно! – недовольно колотит Бомгю кулачками по обе стороны от себя. — Бомгю-я, я обо всём позабочусь. Пока младший придумывает, что бы сказать более убедительного, чтобы быть услышанным, Ёнджун применяет смазку, выдавливая немного на кончики указательного и среднего пальцев и берёт худую, но накаченную ногу Бомгю за щиколотку, сгибая её и отводя в сторону, ожидая, что младший последовательно сам повторит то же самое с другой. Но кое-кто начал переживать теперь уже о другом. — Хён, п-подожди! – в лёгкой панике от отрытой для проникновения дырочки убеждение о необходимости смены позы уходит на второй план, и в первую очередь Бомгю напоминает о девственности своего отверстия. – Нежно! Между тем Ёнджун, удерживая согнутую ногу донсэна в стороне, касается заветной дырочки влажными кончиками и начинает размазывать смазку, слегка поглаживая анал снаружи. Он чувствует, как дёрнулась нога и таз Бомгю в момент соприкосновения с щекотливой областью и как напряжён младший, будто совсем не доверяя его уже даже продемонстрированному опыту. — Согни эту ногу тоже и разведи в стороны, – направляет старший. – И боже, расслабься, Бомгю-я. Когда старший снова прикасается возле дырочки, зигзагами целует бёдра от коленей и чуть ли не до самого ануса, Бомгю вроде расслабляется, но стоит Ёнджуну приставить палец ко входу, как старший сразу чувствует сжавшуюся щель. Нет, он может протиснуться, а Бомгю даже и боли не успеет почувствовать, моментально привыкнув к узкой толщине пальца, но надо научить младшего расслаблять мышцы сфинктера. Иначе далеко с получением максимально приятных ощущений они не зайдут. С каждым касанием к своей дырочке Бомгю больше и больше удивлён, насколько чужие руки ощущаются явственнее и намного приятнее своих, и он ничего не может с собой поделать, съёживаясь от этого щекочущего удовольствия. — Бомгю-я, не бойся и не напрягайся. — Хорошо... Старший снова берёт тюбик со смазкой и добавляет прямо на дырочку дополнительное количество геля, уже лишнего, но если это успокоит младшего, почему бы и нет. —Я аккуратно, – повторяет Ёнджун, развернув указательный палец подушечкой вверх, и слегка надавливает на узенький вход, но таз младшего тут же подпрыгивает в сторону. – Бомгю-яяя! В памяти Бомгю всплывает свой первый раз с бывшим, когда ему доводилось растягивать Тэхёна, точно так же сначала пальцем прикасаясь к нему. Он не мог видеть лица Кана, но Тэхён явно вообще не дёргался от его прикосновений, как тело Бомгю сейчас реагирует на прикосновения Ёнджуна. И даже вчера в ванной Бомгю боролся с щекочущим чувством, когда проникал в себя пальцем. — Хён, прости, – оправдывается смущённо Бомгю. – Мне правда щекотно, когда ты меня там касаешься. Терпение старшего на исходе, его возбуждение даёт о себе знать, но Ёнджун улыбается от степени чувствительности младшего, и ему приходит идея отвлечь щекочущие ощущения. Снова расслабив поцелуями нижнюю часть Бомгю, хён облокачивается на расставленные по бокам от принимающего тела руки и внезапно припадает к губам, со всей серьёзностью и концентрацией целуя младшего. Тем временем, незаметно Ёнджун держит палец у входа наготове. Поэтому, когда Бомгю, потеряв терпение, остервенело отвечает на непрекращающийся затянувшийся поцелуй, старший интенсивнее надавливает и проникает в дырочку отвлёкшегося младшего, медленно скользя глубже во внутрь. Бомгю затаивает дыхание и мычит в поцелуй, но быстро успокаивается, не испытывая болезненных ощущений. Зря что ли его тело содрогалось в оргазме. Да его тело хочет к себе внимания сильнее, чем в этом убеждён хозяин тела. — Не больно? – хочет удостовериться Ёнджун устно. К удивлению и своим опасениям страха, Бомгю не больно, как это было вчера в ванной, так что он отрицательно качает головой. — Не больно, – подтверждает младший, но спешно добавляет следующее. – Только пока не добавляй пальцев. — Хорошо, – усмехается хён от того, насколько младший переживает получить боль, которую по идее и не испытывал, если это его первый раз. Увеличив расстояние между их лицами, Ёнджун пытается пошевелить пальцем внутри узких стенок, давя сначала в одну сторону, потом в другую. Тело младшего отзывается и согласно реагирует на лёгкие растягивающие движения. И от этого Ёнджун ставит под сомнение девственность дырочки младшего, хотя по эмоциям самого Бомгю иначе и нельзя было сказать. — Бомгю-я, – устанавливает старший зрительный контакт, хитро прищуриваясь. – Ты случаем не соврал, что твой последний секс был 1,5 года назад? — Нет, – честно отвечает младший, не понимая причины возникновения вопроса. — Одно из двух: или ты игрался с собой, или твой задний проход настолько послушен, – делится догадками Ёнджун, шутя. – Послушен, отличие от тебя. Бомгю не реагирует ни на догадки, ни на дурацкую шутку, но его глазки расширяются, и этого Ёнджуну достаточно, чтобы убедиться в правильности догадки. — Когда играл с собой, Бомгю-я? – с младшим Ёнджун открыл в себе увлечение получать кайф от краснеющего лица донсэна. – Вчера? Боялся, что Ёнджун-хён как следует тебя не подготовит? — Вчера, – сдаваясь, даёт Бомгю ответ на первый вопрос, когда на него уже сыпется шквал других вопросов. — Обижаешь, – обобщает Ёнджун своё самочувствие и интенсивнее гладит пальчиком стенки внутри дырочки. Первые непривычные ощущения прошли, и теперь Бомгю, чувствуя в себе чужеродный объект, больше не стремится непроизвольно выдавить палец хёна, расслабившись и начав принимать палец в себя. Заметно быстрее, чем он вчера более-менее привыкнул к своему пальцу во время предподготовки. От внимания Ёнджуна не уходят расслабившиеся наконец-то мышцы и релаксное состояние младшего. — Я добавлю второй? – согласует действия старший. — Подожди, хён... – снова вроде как отступает Бомгю назад, и Ёнджун терпеливо ждёт следующее переживание младшего. – А ты можешь надавить на простату? Ну, такое переживание старший вынужден желанно исполнить с пошлой улыбкой. Вытащив указательный палец и проскользнув внутрь снова теперь более длинным средним пальцем, воспроизведя замену в считанные секунды, Ёнджун вводит его до самого основания фаланги. Он сгибает палец и тщательно щупает верхнюю стенку в поисках той самой чувствительной точки, маленького комочка нервов. И когда находит, сразу понимает по реакции младшего. — Там...ещё раз, – зажмуривается Бомгю и вытягивается в позвоночнике, насаживаясь на палец старшего. — Тут? – с блестящими от желания доставить любопытному партнёру удовольствие, поглаживает Ёнджун участок нервных окончаний. — Немного... – прислушивается младший к ощущениям, в какую же сторону хочется повернуть палец хёна. — Вот так? Бомгю испускает стон наслаждения и поджимает пальцы на ногах. — Да, да! – удовлетворённо восклицает донсэн. – Ёщё раз...ахх! Как-то Бомгю дрочил, смотря порно, и заметил, как в симпатичную девушку с видео её партнёр начал входить сзади в попу. Тогда младший Чхве решил поискать в интернете, приятен ли секс в задницу, запомнил наконец-то термин «анальный секс» и не мог не заметить, что в каждой открытой статье, несмотря на поиск про девушек, упоминалось про получаемое удовольствие при анальном сексе для мужчин. Бомгю лишь согласно кивал на эти заявления, вспоминая, как ему было безумно приятно двигаться внутри попки Кана. Пока не наткнулся на информацию про то, как настоящее наслаждение, которое девушкам, к сожалению, ввиду отличных физиологических особенностей не испытать, может получить партнёр мужского пола при проникновении в его анал. Память Бомгю сразу ставит на фон мыслей пластинку с высокими нотами постанывающего Кана, и от мыслей, от противоречий о наслаждении, с самого первого секса мучающих его, Бомгю закусывает губу. — Значит, ты знаешь про простату, Бомгю-я, – немного расстроенно звучит старший. – Хотя, у тебя ведь был партнёр-парень. — Знаю... Я поэтому и хотел попробовать анальный секс, – делится Бомгю. — Стало завидно своему партнёру, который бился под тобой в наслаждении? – ухмыляется Ёнджун, понимая, как чувствует себя актив в процессе пенетрации. – Мне тоже завидно Бомгю-я, что я вынужден терпеливо выслушивать твои стоны и готовить тебя к растяжке. — Можешь добавить палец, хён, – извиняясь и краснея, понимает намёк младший и принимает в себя вторую фалангу, скукожившись, когда оба пальца вошли до основания. — Вот теперь я чувствую девственную узкоту внутри тебя, Бомгю-я, – пошло произносит Ёнджун и чмокает младшего в открытое бедро. – Потерпи. Не то, чтобы было больно. Сильную боль Бомгю испытывал, когда вчера провально пытался растянуть себя сам. Он не смог дойти дальше середины при проникновении второй фаланги, а хён как-то умело незаметно протолкнул уже оба пальца, и Бомгю радуется, что ему повезло с партнёром. Ёнджун так нежно с ним обращается, и большего Бомгю и не надо. Вот только хочется, чтобы и старший тоже получил поскорее удовольствие. — Хён, можешь надавить на простату? Мне кажется, я так легко отвлекусь от неприятного ощущения и быстрее... — Тебе не больно? – заботливо уточняет Ёнджун и, получив уверенный отрицательный ответ, игриво надавливает на простату теперь двумя пальцами, словно уже запомнив, где она у младшего, и довольствуется выскуленным стоном. – Бомгю-я, только я не могу тебя и растягивать, и тешить тебя трением о простату одновременно. Потерпи, ладно? Бомгю согласно твёрдо кивает головой. Конечно, хочется ощущать пальцы старшего только на простате и максимально сильно, но возбуждению хёна не передадутся его волны наслаждения по воздуху. Откинув голову назад на помятые подушки, Бомгю чувствует, как пальцы внутри него расходятся шире. И ровно в тот момент, когда хочется попросить остановить расширение, Ёнджун сам собирает пальцы вместе и растягивает их в другом направлении. Немного неприятно, непривычно, но удивительно странно. Прикасаясь к своим соскам и массируя их, Бомгю пытается отвлечься, и ловит себя на мысли, как соски радовались бы сильнее стимуляции не своих же рук, а рукам хёна. — Малыш, ты готов для третьего пальца, – утвердительно сообщает Ёнджун. И Бомгю доверяет старшему, согласно кивая на дальнейшее растягивание. Но пока хён смазывает третий палец в лубриканте, Бомгю берёт свой увядший член в руку и надрачивает себе. — Эй, не трогай себя! – восклицает Ёнджун, увидев манипуляции рук младшего. Обижаясь на очередной запрет, но понимая, что сам старший себя там не трогает, Бомгю убирает руку. — Я это не по своей прихоти, Бомгю-я, – поясняет хён. – Если возбудить твой член сейчас, то твой сфинктер начнёт непроизвольно сокращаться и вызовет болевые ощущения при дальнейшем проникновении. — А... Хорошо, – примирительно соглашается младший с Ёнджуном, услышав что-то там про боль, и вверяет опытному старшему своё тело. Ёнджун дразнит, проходясь сначала по простате, а потом опять начинает растягивать когда-то узкую дырочку. Три пальца ощущаются, и чувствуются внутри, что одновременно вроде как и возбуждает, но и всё ещё ощущается. Спустя пару минут Бомгю окончательно привыкает, а Ёнджун ощущает особую послушность стенок и считает, что малыш теперь готов принять его, поэтому прежде чем вынуть пальцы, награждает младшего поцелуем и напоследок лёгким трением в области простаты. Этого хватает, чтобы заставить младшего в наслаждении промычать в поцелуй. Ёнджун отрывается и удаляется на непривычно большое расстояние, чтобы достать и надеть контрацептив, а младшему хочется поскорее вернуть ушедший источник жара и тепла. — Хён, войди в меня, – жалобно просит младший, когда Ёнджун размеренно распределяет смазку поверх презерватива. – Мне холодно. Этот донсэн всегда быстро замерзал, из-за чего в общежитии часто происходила борьба за контроль над единой температурой в комнатах. Ничего, Ёнджун согреет его. — Люблю, когда меня умоляют, малыш Ббамгю, – хён целует младшего в лобик, несколько раз потираясь членом о промежность между двумя булочками. – Скоро станет жарко. Бомгю и не сомневается. — Согрей меня, – стоит на своём Бомгю и взглядом посылает своё разрешение старшему на вторжение в своё девственное для проникновения члена в анальное отверстие. Приставив свой мужской половой орган к аналу младшего, Ёнджун вводит член постепенно, выжидая время от времени, когда расслабится сфинктер. Бомгю стойко не морщится и поддерживает зрительный контакт с местом проникновения, иногда встречаясь взглядом с внимательно-наблюдающим хёном. Когда остаётся уже меньше половины, Ёнджун одним плавным толчком погружается до конца, заставив Бомгю выдохнуть стон и запрокинуть голову. Чёрт, он чувствует; чувствует, как горячий член хёна пульсирует в нём, а волны тепла и мурашек разлетаются из-под копчика. В таком же положении Ёнджун дотягивается до подушки и подкладывает её под торс Бомгю, отпуская вес младшего из рук, перестав удерживать его таз на весу, и подстраивается удобнее возле дырочки. — Хён, п-подожди, – лепечет Бомгю, ощущая давление и немного томительное растяжение на стенках. — Я знаю, Бомгю-я, я пока не двигаюсь, – низким от возбуждения голосом успокаивает старший и наклоняется над младшим, проходясь по его лицу и телу взглядом, безуспешно пытаясь отвлечь себя. – Но чёрт, не сжимай меня так... девственник. Бомгю сам ощущает, насколько он узкий (или же...?), но ничего не может сделать с реакцией своего тела. Хён же знает свои размеры, и надо было растягивать пошире под себя. — Это ты... – бормочет Бомгю. Но какой там хён, Ёнджун уже не узнает, потому что он страстно впивается в губы младшего и мокро продолжает целовать, сжимая и расслабляя свои ягодицы, хоть так создавая для себя незаметное для младшего трение. — Хён, хён, двигайся... – Бомгю ещё не до конца привык, но кажется, дальнейшее ожидание мучает их обоих. — Бомгю-я, не торопись, – томно напоминает старший и целует подбородок, шею, оставляет невесомые поцелуи на бугорках сосков, хотя все эти ласки не идут в сравнение с разрастающимся пожаром внутри анального канала. – При сексе, а тем более первом, быстро не значит хорошо. Я всё ещё хочу сделать тебе приятнее. Мне нравится, когда мои партнёры стонут подо мной от наслаждения больше всего. От очередного, теперь нежного, но глубокого и ласкающего нёбо поцелуя, Бомгю расслабляется. Расслабляется от таких нежных слов, нежного и сексуального Ёнджун-хёна. — Хён, д-двигайся, – запинается младший от своего нарастающего желания, и старший делает второй медленный толчок. — Вот так, малыш, дыши, – следует очередной поцелуй с переплетением языков, пока Ёнджун снова толкается в уже не девственную дырочку. – Дыши, пока можешь. Звучит пугающе и вызывает табун пробегающих по телу возбуждённых мурашек. Бомгю перестаёт считать, как хён немного выходит из него, как потом толкается обратно - у него остаётся только ощущение члена Ёнджуна в себе. И бесконечное трение о каждое нервное окончание внутри превращается в единую волну удовольствия, выражаемую через непрерывное постанывание от наслаждения, перемешивающегося с частыми глотаниями воздуха. — Ёнджун-хён... – стонет младший, обхватывая старшего за спину, впиваясь ногтями, когда частота проникновений в определённый отрезок времени увеличивается, счёт которого всё равно оба теряют. Стенки младшего так плотно сжимаются вокруг Ёнджуна, сам младший так плотно прижимает Ёнджуна к себе, так сильно готов царапать от наслаждения Ёнджуну спину и так довольно громко стонет для такого проникновения. Как бы всё это Ёнджуну не нравилось и не заводило его, но нельзя оставлять следы. Поэтому старший вынужден разъединить руки младшего за своей спиной и прижать запястья к постели, расставив по обе стороны от головы на уровне шеи. Ёнджун пока не вбивается в тело младшего, как умеет и любит с самого начала, лишь в ритмичном темпе проникая в узкую дырочку. Но Бомгю хочется оттрахать. — Ты невозможно узкий, – рычит старший с особо громким выдыханием. — Хён, тебе тоже приятно? – удостоверяется младший, что хён вместе с ним теперь получает удовольствие. — Да, малыш. Чертовски приятно быть в тебе, – Ёнджун благодарно целует младшего за заботливый вопрос. – Спасибо, что поинтересовался. А тебе приятно? – ехидно ухмыляется Ёнджун и чуть сильнее надавливает проезжающейся головкой на переднюю стенку. — Аааах! – Бомгю дёргается всем телом, в момент поджимает локти и колени к себе. — Вот так, Бомгю-я, – удовлетворённый реакцией Ёнджун расплывается в улыбке. – Стони для меня, – и начинает постоянно проезжаться по простате младшего, проверяя ощущения партнёра. – Не больно ведь? Бомгю усиленно глотает слюну и спешно отрицательно мотает головой. Каждый толчок по простате ощущается как нечто потустороннее, вынуждая его тело испытывать это внеземное наслаждение. Ёнджун-хён не даёт ему продохнуть, мучает его простату с каждым толчком, забирая воздух из лёгких, а остатки кислорода теряются где-то между губами старшего. Бомгю уже понял, что по поцелуям хён считывает его самочувствие. Если старшего всё устраивает, то потом Бомгю вынужден стонать громче и чаще, а старший снова поцелует его, после ускорит движения бёдрами ещё сильнее, следуя неозвученному желанию младшего. С Ёнджуном не надо общаться во время секса - он читает твои желания по твоим поцелуям и удовлетворённым стонам наслаждения. Но Бомгю, оказывается, любит поболтать даже сейчас. — Ааах! – Бомгю разрывает очередной поцелуй, и Ёнджун думает, что младший хочет что-то сказать, может, позу поменять. – Аах.. Ааах... – но ничего дельного старший не слышит. — Хочешь поменять позу? – заботливо озвучивает Чхве догадку вместо задыхающегося стонущего младшего, но Бомгю отрицательно качает головой. Ему слишком сейчас хорошо, чтобы зачем-то менять позу. – Что тогда хотел сказать? — Просто...ах...Мне так хорошо, хён. Ёнджун улыбается и благодарно целует младшего, сминая его пухлые и опухшие губки, но Бомгю вскоре снова из поцелуя вырывается, пытаясь что-то сказать. — А, прости, – догадывается Ёнджун, отпускает запястья младшего из плена и приподнимает верхнюю часть тела, из-за чего угол проникновения ещё больше открыт для давления на верхнюю стенку. – Ты, наверно, не успеваешь дышать, когда тебя так интенсивно трахают. В обиход пошли грязные словечки, но это не делает Ёнджуна плохим хёном, потому что младший произносит их намного чаще него, запоминая их в основном на английском из разных песен, но мат есть мат. — Аааах! – теперь более свободно глотает Бомгю воздух. — Хочешь отдышаться? Могу приостановиться. — Нет, н-не останавливайся! – Бомгю неодобрительно трясёт головой, когда чувствует замедление движения в себе. – Хён! – жалобно. — Ты точно ничего не хочешь мне сказать? – интересуется старший, ловя вопросительный взгляд снизу. – Или тебе просто мои поцелуи не нравятся? — Ты классно целуешься, но их слишком много, – пользуется случаем Бомгю и честно отвечает касательно бесконечных целований старшего под понимающий кивок. – А сказать я хочу просто, что мне очень хорошо, хён. — Я знаю это, – делится наблюдениями Ёнджун. – По твоим стонам и по тому, как твой язык замирает в середине поцелуя, когда я задеваю твою простату~. — Всё равно... Не могу отпустить мысль, что хочу тебе об этом сказать, когда мне так хорошо, – смущается Бомгю. — Лучше просто наслаждайся, а не болтай, невпопад вставляя слова между своими сладкими стонами. Перед тем, как снова войти в младшего, Ёнджун замечает увядший член донсэна. Значит, до сих пор Бомгю действительно так наслаждался только трением о свою простату. То ли Бомгю настолько чувствительный, то ли Ёнджун умело его ублажает. — Чувствуешь, что можешь кончить, не прикасаясь к себе? – любопытствует Ёнджун, беря и слегка поглаживая фаллос младшего, толкаясь своим органом обратно в анальное отверстие. Младший паникует от внимания к своему члену во время проникновения. — Хён! – испуганно восклицает Бомгю, но с удовольствием простанывает, когда старший скользит вовнутрь. – Разве не должно быть больно при проникновении, если у тебя стоит? — При сексе должно быть не больно, а приятно, – играет Ёнджун со смыслами слова. – Бомгю-я, это индивидуально. Но сейчас, когда ты настолько растянут и хочешь меня в себе, – с осознанием добавляет старший ехидно, – твои сокращения сфиктера наоборот принесут дополнительно усиленное удовольствие. — Сфинктера? – неуверенно переспрашивает младший. — Сжиматься вокруг меня сильнее будешь, малыш, – упрощает объяснение Ёнджун. – Если не хочешь слишком рано кончить, то не трогай свой член. Но если чувствуешь, что сможешь потом кончить, не прикасаясь к себе, то я с радостью буду тереться о твою простату, пока тебя не начнёт трясти. Бомгю откидывается назад и стонет от возобновившихся толчков. — Хён, я не до конца понял...но просто сделай мне хорошо, – принимая старшего в себя, комкает простынь Бомгю, пытаясь удержаться на месте от учащающихся фрикций. — Хорошо, Бомгю-я, – обещает старший с ухмылкой и хватает младшего чуть ниже талии. – Но дай знать, если будет больно. Держась за тело, в котором двигается его член, Ёнджун увереннее и точнее начинает двигать бёдрами, всаживая младшему по самые яйца с характерным звуком удара и в более быстром темпе. Бомгю рефлекторно чуть не отталкивается ступнями от постели и вытягивает за себя руку, упираясь в спинку кровати, чтобы не съезжать вверх от интенсивности рывков старшего. Толчки настолько быстрые и непрерывные, что младшему кажется, будто от такого трения в его анале действительно может разгореться пожар. И Ёнджун-хён ведь даже ни разу не промазал мимо его простаты. — Фак..фак..фак...бляяять! – скулит Бомгю, но скулит от наслаждения и ничуть не от боли, даже не замечая, что матерится перед старшим. Под старшим. — Ты, должно быть, сейчас чувствуешь, будто кончаешь без остановки, – довольно облизывается Ёнджун, не планируя снижать скорость последующие минуты. Хён продолжает вдалбливаться в младшего, периодически испуская гортанный стон, потому что малыш такой узкий, такой горячий внутри и так отчаянно подмахивает бёдрами в ответ. Опустив одну руку с талии на член Бомгю, старший уверенно надрачивает, вызывая дополнительные спазмы мышц у младшего. Ёнджуну хорошо, ново, необычно с новым партнёром, и это подводит его к пику. Поэтому вбившись до конца и выйдя наполовину, протиснув руку с члена между телами, Ёнджун сжимает себя у основания, перекрывая путь сперме дальше яичек. Бомгю медленно разжмуривает глаза от остановки и чувствует трясущуюся ладонь на своей талии, видит, как старший напряжён всем телом. Этот момент страсти заставляет Бомгю положить ладонь поверх ладони хёна, будто разделяя его ощущения. Младшему приятно от мысли, что Ёнджуну тоже хорошо, что им обоим хорошо. — Подожди немного, а то я сейчас кончу раньше времени, – проговаривает Ёнджун, почувствовав прикосновение младшего. — Зачем сдерживаешься? – в недоумении спрашивает Бомгю. — Откладываю оргазм. Сегодня хочу развлечься по полной, – наклоняется хён ниже и шепчет, – и чтобы малыш Ббамгю тоже вдоволь повеселился. Через пару секунд они уже снова страстно целуются, переплетаются языками, сплетают между собой пальцы касающихся друг друга рук. Им кажется, будто они глубже чувствуют друг друга, лучше понимают и определённо стали ещё ближе на ментальном уровне. — Хён, только хватит называть меня малышом. Если я молчу, не значит, что я согласен. — Но ты такой чувствительный, словно твои эрогенные G-точки у тебя по всему телу, – Ёнджун думает, какой же псевдоним придумать с этой буквой, а в голове на латинице всплывает имя Бомгю, – BG~. [звучит как „be G“ = биджи] — Ты серьёзно, хён? – смеясь, улыбается Бомгю и проделывает то же самое с именем Ёнджуна, – YG~. [звучит как „why G“ = уайджи] — Давай УайДжей, вместо УайДжи, – смеётся Ёнджун и предлагает избежать таким образом созвучность с названием другого агенства. — Йоу, УайДжей~. — БиДжи~. Оба парня смеются и продолжают улыбаться в поцелуй, смущая друг друга. Но смеяться во время секса - это практически наивысшая степень удовлетворения партнёром, и это ценно для обоих. — Поменяем позу? – предлагает старший и тихонько вытаскивает свой половой орган из Бомгю. – Я устал. Подвигаешься вместо меня? — Конечно, – соглашается младший, уже зная, какой будет поза. Немного поправив помятые подушки после Бомгю, Ёнджун сам полностью ложится на кровать, выпрямляя ноги, а младший перекидывает ногу через таз старшего, стоя на коленях. Поддерживая член хёна за основание, Бомгю немного продвигается коленями вперёд и направляет твёрдый орган в себя, вздрагивая от непривычного угла проникновения. Старшему нравится открывающийся над ним вид на сексуального младшего, робеющего перед началом движения по члену, и Ёнджун обхватывает ягодицы руками, сминая упругие мышцы. — Двигайся в темпе, каком захочешь, – избавляет Чхве младшего от раздумий. На пробу приподнявшись и насадившись обратно, Бомгю находит своё текущее положение неудобным для быстрых движений и с выдохом опускается на члене ещё несколько раз, перед тем как встать перед дилеммой, на что ещё ему можно опереться, кроме как на руки, разведённые на постели по обе стороны от хёна. Внезапно Ёнджун находит его соски, и на какое-то время Бомгю забывается, что ему хочется и нужно двигаться. — Откинься назад, – подсказывает старший и сгибает свои ноги в коленях, притянув их немного к спине младшего. – А руками обопрись на мои ноги. В такой позе двигаться куда проще, поэтому Бомгю насаживается снова и снова, начиная терять накопленный кислород. — Не обязательно прям так сильно привставать, Бомгю-я, – замечает Ёнджун старания младшего, выпустить член почти до самой головки и только потом насаживаться. – На таком уровне достаточно, – руками Ёнджун управляет ягодицами и закрепляет таз Бомгю немного в воздухе, наглядно показывая достаточный уровень отстранения. — Так приятно? – интересуется младший и опускается до основания с давлением, задевая своими мягкими задними ягодицами чувствительную мошонку с яичками. — А так приятно? – риторически передразнивает с улыбкой Ёнджун и вытягивает руки, дотягиваясь до сосков младшего, теребя и оттягивая, вызывая стон наслаждения. – Вот и мне, Бомгю-я. Хотя, Ёнджун и весь из себя актив, ему нравится видеть своих пассивов в роли всадников, передавая им в такой позе ложный контроль над процессом. А Бомгю, кроме того, очень внимательный к наслаждению партнёра, и что-то Ёнджуну подсказывает, что это качество излишне присуще принимающему младшему, потому что тот сам был активом. Уже приноровившись, Бомгю подпрыгивает на члене старшего и стонет с приоткрытым ротиком. Хочется, чтобы эти сладкие постанывания утонули в поцелуе, и Ёнджун не ленится приподняться на ладони и поцеловать младшего, рукой задерживая за ягодицу его таз на низком уровне, с полностью погруженным членом вовнутрь. Пока Бомгю берёт перерыв, Ёнджун начинает круговые движения бёдрами, надавливая на стенки у основания и просто щекоча паховые области трением. Когда младший приподнимается на ступни и, держась за спинку кровати, продолжает насаживаться на член, старший с ухмылкой понимает, что малыш вошёл в раж. Оставшись на локтях, он лижет соски младшего, заставляя того выбирать между непрекращающимся трением в анале или же дополнительной стимуляцией на взбухших бусинках, но с необходимостью нацеленной остановки, чтобы губы и язык хёна успевали подразнить нервные окончания на сосочках. — Хён... Я не могу...не чувствую простаты, – жалуется запыхавшийся Бомгю на отсутствие самого пикантного наслаждения, которым был обделён в такой позе, метясь между своими решениями, и надеется, что хён согласится сменить позу. — Опусти руки сюда, – Ёнджун похлопывает по постели по бокам от своей головы, рядом со спинкой кровати. – Хотя быстро устанешь, но так должно быть приятнее. По идее, поза ничем не отличалась, разве что Бомгю теперь ближе наклонялся над старшим, соглашаясь, что эта разница в угле наклона действительно имеет значение, начав снова выпускать и запускать эрекцию хёна в себя. Вот только было очень сложно и физически выматывающе. Устав больше то ли от собственных стонов наслаждения, то ли от самостоятельных стимулирующих движений, младший останавливается и переводит дыхание, в ту же секунду желая снова насаживаться на член старшего, используя его трение, чтобы потешить свою зудящую простату. После ещё одного захода, когда Бомгю наклоняется ниже и нежно целует хёна, Ёнджун замечает и цепляется за мысль, что это, должно быть, это первый раз, когда Бомгю первым целует его. Ах, видимо, малыш совсем выбился из сил, но так хочет продолжительного удовольствия. Ёнджун не подаёт виду, заинтересованно наблюдая, как Бомгю отчаянно начинает снова подпрыгивать на его члене, но сил донсэна не хватает даже на три стимуляции. Его руки заметно трясутся, наглядно видно, как мышцы бедёр непроизвольно сокращаются. — Хён... Я больше..не могу держаться..! – жалобно выстанывает младший и бессильно валится хёну на грудь. В этот момент Бомгю кажется особенно маленьким, беззащитным, возбуждённым и нуждающимся в дальнейшей стимуляции, которую сам не в состоянии осуществить. Старший не может сказать, почему донсэн внезапно так возбуждающе на него действует. — Бомгю, подними бёдра... – неожиданно для самого себя строго приказывает Ёнджун, но младший будто его не слышит, обиженно реагируя, что хён не идёт ему навстречу. – Подними бёдра, Бомгю-я. Хватаясь за таз младшего, Ёнджун начинает вбиваться в возбуждённое тело и в момент ускоряет толчки, доводя фрикции до безумного темпа. Только от такого угла и слишком большой скорости проникновения в его всё-таки девственную дырочку Бомгю становится неприятно, а внутри начинает саднить. Хён снова толкает его к краю, и кажется, в этот раз сталкивает его оттуда. — Б-больно! Аааах! – мучительно восклицает младший, а потом сразу стонет, ведь после боли накатывает волна наслаждения. — Подними тогда бёдра, – настаивает на своём Ёнджун, всё-таки снижая степень неприсущей ему обычно резкости, не забывая, как младший заботился о его удовольствии. Когда Бомгю послушно это еле-еле выполняет, то от прежнего наклона фрикции Ёнджуна снова вдавливают простату во внутреннюю стенку, и младший вскрикивает от пронзающего острого удовольствия. Толчок один за другим, и Бомгю почти теряет сознание, а его бёдра вместе с телом снова лишаются сил, удерживавших их на весу. — Хён, нежнее... – прежде чем старший продолжит в него вбиваться, скулит Бомгю, готовясь уже снова получить смесь боли и пронзающего удовольствия, лёжа на старшем. Но Ёнджун сжаливается и меняет позу: укладывает малыша на живот, как в самом начале, а сам садится сверху и нежно берёт Бомгю лёжа, дерёт его анальные стенки и мучает соски, что младший точно несколько последующих дней будет вынужден ходить в свободной толстовке, чтобы одежда не натирала чувствительные бусинки. Бомгю достигает пика именно в таком положении и хочет сообщить старшему, что вот-вот готов кончить, но Ёнджун окончательно меняет позу, поворачивая младшего лицом к себе на спину и после длительного поцелуя и медленных размеренных толчков первым даёт об этом знать. — Бомгю-я, я уже на подходе, – томно выдыхает старший, ощущая уплотнение в солнечном сплетении. – Ты как? — Я тоже... Почти... – всхлипывает младший. – Вместе? Напоследок Ёнджун в ускоренном ритме трахает Бомгю, стимулируя рукой младшему член и доводит до эйфории сначала его, а затем спустя несколько секунд сам извергает из себя семя, на протяжении всего оргазма до самого конца постепенно замедляя толчки пульсирующего члена внутри младшего. И чувственно целует своего нового партнёра, не выходя из него, чуть не оставив на эмоциях на нём засос. — Это было потрясающе, Ёнджун-хён, – внезапно выговаривается младший, но не краснеет, а смеётся вместо этого. — Да, так оно и было, Бомгю-я, – заражается смехом старший и улыбается. – Мне тоже было супер. Какое-то время после того, как хён избавляется от презерватива и вытирает салфетками с донсэна выплеснутую сперму, несколько минут они ещё целуются, пока Ёнджун не начинает ощущать отстранённые поцелуи в ответ, и понимает, что младший засыпает, поэтому мягко заканчивает поцелуй, ставя на сегодня точку. — Теперь ты официально гомосексуалист, Бомгю-я,– с улыбкой старший протягивает быстро-мёрзнущему донсэну нижнее бельё с остальной его домашней одеждой. — Но я - би! – не особо буйно протестует младший. — Может, биромантик? С дамами же ты не спал, – справедливо замечает Ёнджун. Натянув боксёры, Бомгю не может заставить себя надеть остальную одежду. — Хён, можно я проведу ночь с тобой? – спрашивает разрешения младший. Субин и Хюнинкай сегодня не ночуют дома, поэтому переживать не из-за кого, а кроме этой, у Ёнджуна нет других причин отказывать милому и чуть ли не любимому донсэну. — Сегодня можно. Бомгю сразу смело чувствует себя словно на своей кровати, прижимается ближе к тёплому, обнимающему сзади хёну и сам обнимает одеяло спереди, которым Ёнджун укрыл их обоих. — Спокойной ночи, УайДжей. Ёнджун усмехается, думая, что придётся придумать другую историю о возникновении этих псевдонимов для друг друга. — БиДжи, тебе тоже. Кажется, наконец-то спустя 1,5 года Бомгю начинает понимать, почему Кан с ним расстался именно после ночи, когда они впервые провели ночь вместе и переспали. Он, Чхве Бомгю, по стандартам Кана был просто отвратительно ужасен в постели. Настолько, что конечно же Кан «не смог бы продолжать таких отношений с ним». И немудрено, что Кан спит, трахается, и занимается сексом постоянно с Ёнджуном. С Ёнджуном, который не только знал, как, но и уверенно сводил с ума партнёров своими действиями и движениями. Теперь, испытав секс с хёном на своём опыте, Бомгю лучше понимает решение Кана. Чхве тоже больше не хочет убиваться из-за их разрушившихся отношений. Ведь, говорят, что виноваты оба. И раз Кан не чувствует себя таковым, то и Бомгю не должен. И раз Кан по полной получает удовольствие от жизни и секса, то и Бомгю лучше до конца избавиться от ограничивающих его чувств. — Ёнджун~хён, – уже практически проваливаясь в сон, сонно зовёт Бомгю старшего, лишившись греющего источника тепла. — Да, Бомгю~я? – любвеобильно окликается старший, выключая свет торшера, и возвращается к кровати. — Мне.. было так хорошо.. заниматься с тобой сексом... Можно.. будет повторить..? – веки Бомгю наливаются от усталости свинцом, и остальное Бомгю бормочет уже в полудрёме. – Я.. хочу стать таким же.. сексуальным, как и хён..! Чтобы.. мой бывший.. нуждался в... сексе со мно..й. Ёнджун садится на кровать и заботливо убирает прядки волос с красивого, как нарисованного лица младшего, желая уснувшему малышу спокойной ночи и по-хёновски нежно целуя в лобик. Уложившись на кровать, снова обнимая младшего сзади, Ёнджун улыбается своим мыслям, появляющимся перед попыткой заснуть: Тэхён-и расстался со своим парнем, потому что ему, вопреки ожиданиям, так понравилась проведённая с тем парнем ночь. Младший недооценил свои чувства к тому парню, и не был морально готов испытать платонический оргазм от искренней любви. Но он не хотел быть эмоционально привязанным к нему, потому что не чувствовал близости. 16-летнему Тэхёну хотелось свободы, и Ёнджун вполне понимает младшего. И надеется, что макнэ всё же держит контакт с тем парнем, потому что хоть судьбу и можно изменить и стать счастливым, но что, если, следуя судьбе, мы становимся самыми счастливыми? А у Бомгю, наоборот, его оставил бывший. И насколько Ёнджун понял, всё дело было в сексе? Возможно, у того парня слишком высокие сексуальные потребности, или завышенные стандарты для хорошего секса, или тому нужен был настоящий актив, а не универсал, как Бомгю. Не похоже, что младший хочет этой историей открыто поделиться, а давить Ёнджун не станет. Если Бомгю сам начнёт эту тему, то хён с удовольствием и улыбкой выслушает, насколько же Чхве был раньше плох в постели. Интересно, кто эти трейни, которые являются бывшими младших? - призадумывается Ёнджун. – Можно будет попробовать свести донсэнов, когда выдастся шанс. +х+