Nightmares again?

Почти не спал последние дни. Нужно готовиться к сессии. Впрочем, даже не о чём не жалею. Хотя, не примите за жалобу, но очень хочется спать в последнее время. Правильно мне говорили, что нужно было готовиться поэтапно. А я, как обычно, всё в самый последний момент. Стрелки часов подходили к трём. За окном уже была глубокая ночь. Все огни в домах давно погасли. Лишь уличные фонари продолжали освещать главную дорогу под стрекотание сверчков в траве. В голову Тецуро постепенно начинают прокрадываться цепкие сети сна. Хватать весь теоретический материал сразу для него было очень сложно. Просто нет другой возможности. Времени, фактически, не хватает ни на что. От дикой зубрёжки отвлекает гудящий где-то в бумагах и конспектах телефон. Довольно противный звук, учитывая то, что Куроо давно хочет спать в полной тишине и покое. — Кого там занесло? — бурчит он, откладывая тетрадь в сторону. Тецуро поднимается с кровати и шагает до стола. Раздвигая стопки бумаг, он находит телефон. На экране светится «Котёнок» и фотография спящего Кенмы. Сначала, Куроо улыбается — его котёнок не забыл про него. Но в уставший рассудок вламывается мысль того, что сейчас три часа ночи и в последнее время Кенму начали мучать кошмары. Он не рассказывал — какие именно. Просто всегда говорил, что они очень страшные и несут один и тот же смысл. Куроо пытался узнать хоть что-нибудь, но решил, что это была не самая лучшая идея — Кенма начинал увиливать от ответа и переводил тему. В общем — ему было некомфортно, что означает провал Куроо, как заботливого друга. Хотя, понимание того, что Кенма для него давно не просто друг никак не оставит его в покое. Это непонятное чувство. Кенма всегда был маленьким и таким хорошеньким. Возможно, именно поэтому Куроо и записал его, как «Котёнок». Хотя, когда Тецуро ещё учился в Некома, Яку не раз задавал вопрос вроде «Чего ты за ним так носишься?». Куроо не мог дать ответ. Это глупо. — Привет, — голос Козуме звучит как-то подавлено. Это не осталось без внимания Тецуро — Почему не спишь? Он был несколько шокирован подобному вопросу, так как, буквально вчера, будучи в качестве повара в доме Козуме рассказывал об учёбе, но — Кенма сейчас может быть напуганным. Нужно быть как можно аккуратнее — ответ дал уверенно: — Я к сессии готовлюсь. Тишина в трубке его очень напрягла. Куроо усаживается на кресле и несколько раз крутится в нём, пытаясь как-то развеять нагнетающие мысли. Возможно, Кенма просто боится что-либо сказать? У них случалось пару раз, когда Кенма боялся сказать о своих проблемах. — Опять кошмары? — выговорил Тецуро. Попробовать вывести его на диалог? — Да, — его голос звучит до нельзя испуганным и потерянным — Куроо, пожалуйста, — он запинается — Я прошу тебя, приди ко мне. — Да, конечно! — Тецуро подрывается с кресла и топает к шкафу — Подожди ещё немного, ладно?! — Спасибо, — Кенма вешает трубку. Он был таким открытым. По всей видимости, ему действительно плохо, он действительно напуган, словно маленький зверёк. Куроо швыряет телефон на кровать, а сам, самым быстрым способом из всех возможных начинает одеваться. Кенме нужна его поддержка — в принципе, это единственное что его сейчас тревожит. Уже плевать на учёбу, хотя, он и раньше не особо парился на этот счёт в силу того, что запоминает информацию на слух. Кенма всегда был для него важнее. Абсолютно в любой ситуации, словно полоумный, Тецуро первым делом проверял Кенму. За это он и винил себя. Он просто не давал, как ему самому казалось, Схватив телефон, он одёргивает толстовку и бежит вниз. В прихожей его ожидают ключи, лежащие на полке и пару секунд завязывания шнурков. Справившись с этим важным заданием, он становится перед зеркалом и, кое-как поправляет причёску. Сунув телефон в карман толстовки, он судорожно закрывает дверь на ключ с другой стороны и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, бежит вдоль дороги.