За тобой, в бездну

      В свою квартиру Эрен ввалился только около двенадцати часов ночи. Голова кипела, а глаза чуть ли не светились в темноте. Судя по внушительному слою пыли на тумбочке у двери родители так и не появлялись дома. Впрочем, в запой они могли уходить на недели две, так что Эрен не волновался. Напротив. Всё равно сейчас его мысли были заняты другим мудаком. Опрокинув по пути в свою комнату всё ту же несчастную тумбочку, взбешённый и расстроенный подросток продолжил переваривать произошедшее уже вслух, подхватив свалившуюся и покатившуюся по полу шариковую ручку. — Да как он мог так поступить со мной?! Он должен был... ха. Ха-ха-ха. Действительно. Это же Леви. Он никогда и ничего никому не должен. Особенно мне. Пф. Да и что нас вообще связывает, а?! Что?! Подумаешь, переспали пару раз. Подумаешь, я влюбился в этого ублюдка. Подумаешь.. — тут Эрен запнулся. В руке хрустнула ручка. — Влюбился. Мда... не то это слово. Совсем не то. Испорченная письменная принадлежность снова упала на пол, куда после опустился и сам парень. Пальцы судорожно впились в волосы на висках, а ноги оказались в кривой позе лотоса. — А может это была его сестра? Нет.. совсем ведь не похожа. А может подруга? Ну да, зашла к нему в квартиру почти голой. Пф. С кем не бывает. Эрену хотелось плакать, хотя ещё больше хотелось прямо сейчас размозжить кому-нибудь голову. Например Леви. Ну или себе. — Глупо.. ужасно тупо и несправедливо. Если играть, то значит сразу с двумя? Или с тремя.. Дальше думать Эрену уже не хотелось. Внезапное торнадо сумбурной ревности грозилось разнести абсолютно все зачатки здравого смысла в юной и горячей голове. Это надо остановить. Ни на секунду не замешкавшись Йегер вытащил из заднего кармана джинс телефон и набрал нужный номер. — Какие люди.. — противно протянул голос на другом конце трубки. — И тебе привет, рожа лошадиная. — Чего тебе? — Выпить, — в ответ послышалось натуральное ржание. Нет, ну точно конь. — Я тебе бармен что ли, Йегер? — Он самый. — А что с оплатой? — Ну.. буду должен. — Ты мне уже всю жизнь должен, мудила. Чёрт с тобой. Скоро буду.       Стрелка часов на стене только подползла к двум часам ночи, а парни уже были в хлам. Импровизированная закуска в виде завалявшихся чипсов быстро закончилась, а купить что-то кроме спиртного Кирштайну в голову не пришло. Пришлось пить так. — Ну и кто он? — А почему ты решил что это он? — сделав акцент на местоимении Эрен натянуто удивился. Перед глазами немного плыло и он откинул голову обратно на край кровати. — Да потому что это очевидно. Хис мог отказать только гей, а значит ты педик, Йегер. Все говорят, — подытожил свои слова не менее пьяный Жан. В ответ последовало лишь возмущённое бурчание. Эрен уже трижды успел пожалеть о том, что выкуривать из своей головы мысли о Леви он решил в компании Кирштайна, а не например Армина, ну или Райнера на худой конец. Хотя Арлерт бы точно запретил ему алкоголь, а с Брауном Эрену бы пришлось пить в гордом одиночестве. Долбанный спортсмен. Ладно. Жан не самый плохой вариант. Так.. выкуривать мысли о Леви. Парень медленно перевёл взгляд на полупустую банку в своих руках, а затем на топорщащуюся из кармана рубашки Кирштайна пачку сигарет. — Буду выкуривать, — озвучил итог своих мыслей Эрен и пошатываясь поднялся на ноги. Вместо ответа он получил той самой пачкой сигарет по морде. Впрочем, бросок был не особо сильным и Эрену удалось поймать желаемый предмет. Зажигалка нашлась на кухне, и вооружившись ею Йегер наконец-то вышел на балкон. В лицо тут же пахнуло прохладным ночным воздухом, а край сигареты облизнул крохотный огонь зажигалки. Первые струи дыма растворились в темноте. Нервное напряжение и злость постепенно перетекли во что-то сильно напоминающее боль и простую обиду. Губы дрогнули после третьей затяжки и вместе с дымом из горла вырвался всхлип.       Весь оставшийся месяц учебного года Эрен посвятил учёбе и пьянкам. Правда, после особенно весёлой тусовки у Конни Йегеру пришлось с этим завязать. Неудачная попытка переспать с Энни надолго обеспечила его прозвищем «импотент», а потом одноклассники неустанно добавляли к его имени и иные синонимы. Курить за школой приходилось в гордом одиночестве. Возможно, Леви писал Эрену, во что, конечно, парень не очень то верил, но прочесть эти сообщения Йегер в любом случае не мог: потайной телефон сдох, а старый так и не вернули. Впрочем, в какой-то степени это даже сыграло бедовому парню на руку, высвободив дополнительное время на подготовку. Результаты экзаменов не предоставили родителям Эрена поводов для ссор и наказаний. Ему даже дали право распоряжаться днём и ночью выпускного дня самостоятельно и без ограничений. И счастливый парень хотел бы поверить в то, что это искренний жест уважения или гордости за сына, но реальность как всегда била ниже пояса: им просто хотелось устроить очередную попойку в квартире без посторонних и мешающих лиц.       Близился самый разгар июня и температура на улице в полдень порой превышала тридцать градусов, отчего руководством школы было принято решение перенести церемонию на вторую половину дня. После вручения дипломов и речей преподавателей толпа выпускников повалила во двор где заботливые родители уже накрыты столы. Разумеется, чета Йегеров не принимала в этом участия. Ограничившись одним пластиковым стаканчиком воды Эрен ушёл от банкета в тень деревьев и уселся на ступеньках огромного школьного крыльца, подальше от шумной толпы. По его светлым каменным ступеням лениво ползли лучи солнца, а на незамысловатых колоннах качались, ведомые ветром, праздничные шары, нелепо закреплённые кем-то из класса. Эрену нестерпимо хотелось закурить, но он так и не успел подняться на ноги до того, как они подкосились от до боли знакомого и желанного голоса. — Хочешь выпить? — Только не с тобой. Эрену тяжело давалось сохранение спокойствия, но он ведь обещал себе наказать Леви его же методом. — Не веди себя как капризный ребёнок. Леви стоял прямо перед Эреном запустив руки в карманы потёртых джинс. Лицо его по прежнему выражало одну только скуку. Всё-таки Йегер не выдержал. — Как ребёнок? — Есть такое. — Тогда нафига ты припёрся к этому самому ребёнку на выпускной? Неужели извиниться? Ах, нет. Конечно нет. Тебе всё равно. И плевать, что я изводился без тебя эти чёртовы полтора месяца. Плевать, что ты обещал мне помочь с подготовкой. Плевать на всех кроме себя... Леви молчал. Стоял и смотрел прямо в бушующие зеленью глаза, смотрел на искры эмоций на раскрасневшемся лице парня и чувствовал только некое подобия наслаждения от подобной картины. Аккерману всю жизнь не хватало эмоций, он почти не понимал их, но всегда тянулся к подобному. Со временем, он даже научился нарочно выбивать из окружающих нужные ему слова или действия. Забавы ради. В глубине души ему нравились истерики матери в далёкой юности и даже ненависть одноклассников. Его забавляли горящие глаза парней, которые то и дело пытались избить его после школы. Безуспешно, правда. Леви всегда был сильней. Его смешили слёзы девчонки, которая однажды призналась ему в нежных чувствах. Он до сих пор помнил её нелепые рыжие хвостики и огромные заплаканные глаза. «Она даже чем-то была похожа на Эрена.» - вдруг подумалось Аккерману. В институте забавляла Ханджи. Её энергии всегда хватало на двоих. Раньше хватало. А потом появился Эрен. Неуравновешенный подросток со своими тараканами в голове. Ревнивый, вспыльчивый и наглый. Это было прекрасно. Леви смотрел на его активные жестикуляции как под гипнозом и, кажется, именно поэтому не успел среагировать на удар прямо по челюсти. Эрен выдохнул. Запыхавшийся и злой он встал в метре от Аккермана и следил взглядом за тем, как то вытирает выступившую кровь тыльной стороной ладони. Может быть зеленоглазый парень вызывал в мужчине не только то, о чём уже было сказано выше. Может быть Леви осознанно или неосознанно загонял какую-то часть себя в мысленную клетку. Потому что в следующую минуту после удара он молча протянул Эрену белый пакет из магазина, который до этого момента висел у Аккермана на кисти правой руки. В нём Йегер с удивлением обнаружил свой потерянный тёмно-синий зонт и постиранную куртку. — Ты хоть слушал меня? — П.. - не успел договорить мужчина, так как Эрен уже душил в своих объятиях. Остывает он так же быстро, как и закипает. Уже через десять минут оба устроились на скамейке в ближайшем парке и Эрен впихнул в ухо Леви один из наушников. Последний не сопротивлялся. А потом окончательно обнаглевший парень пристроил лохматую голову на чужом плече. — And if you go, I wanna go with you. And if you die, I wanna die with you.. И если ты уйдёшь, я хочу идти с тобой. И если ты умрёшь, я хочу умереть с тобой. Тихо вторил одной из любимых песен Эрен, прикрыв глаза, а Леви отметил про себя, что ему определённо нравится смысл этих строк. Особенно из уст зеленоглазого дурня.