Forever...

Через 10 минут ребята уже сидели в спальне у Кенмы. Хозяин квартиры дал Карасуновцу сухую одежду, чтобы тот не простудился. Козуме решил не давить на Хинату и поговорить обо всём на свежую голову — Шоё, ты можешь поспать на моей кровати, а я лягу на диване, — Хината никак не отреагировал. — Шоё? — с этими словами парень вернулся в реальный мир. — Прости, прослушал. — Я говорю, ложись на мою кровать, а я пойду в зал, — Кенма уже развернулся и направился к двери, как он почувствовал лёгкое прикосновение к своей руке. Обернувшись, он увидел очень печальное лицо Хинаты. Сколько боли ты скрываешь? Что же произошло? Почему ты бежал под ливнем в столь поздний час? — Не уходи. Поспи со мной, пожалуйста, — глаза парня блестели от наступивших слёз. Этот душераздирающий взгляд… Кенма хотел обнять Шоё, лишь бы он больше не грустил. Посмотрев несколько секунд в шоколадные глаза друга, он смущённо ответил: — Если тебе этого хочется, то ладно, — всё-таки связующий ни разу не спал ни с кем в одной кровати. У Кенмы всегда было желание съехать от родителей в другую квартиру, несмотря на то, что отношения между ними были хорошими. И после перехода в старшую школу, родители купили ему квартиру. Козуме расстелил кровать и предложил Хинате лечь первым, следом лёг Некомовец. От волнения Кенма не мог долго уснуть. Он крутился, но его никак не затягивало в страну снов. Хината уснул сразу же, как только укрылся одеялом. Перевернувшись в очередной раз на другой бок, он увидел лицо гостя. Тот чуть посапывал; Кенме казалось это милым. Лунный свет, проникавший в комнату, плавно ложился на лицо Шоё. Кенма стал приглядываться к чертам лица друга. Чуть подрагивающие ресницы, прямой небольшой нос, довольно пухлые для парня губы, небольшой подбородок. Но больше всего связующего привлекли губы «приманки». Они были чуть приоткрыты, так и маня поцеловать их. Огненно-рыжие волосы безумно подходили этому маленькому воронёнку. Вдруг прядь волос сползла на глаза Хинаты. Кенма неосознанно поднёс руку к лицу Шоё и заправил прядь волос за ухо. Лишь потом он понял, что сделал, и понял, что на его лице дурацкая улыбка. Козуме одёрнул руку. Причину такого странного поведения он так и не понял, но он точно понял, что ему уже давно пора уснуть.

***

Кенма проснулся от того, что почувствовал, как кто-то спит у него на груди. Он открыл глаза и увидел спящего Шоё. Такой маленький, такой невинный, но стоит ему проснуться, он снова станет таким же печальным, как и вчера. Он знал, что больше не уснёт. Поэтому Козуме старался не шевелиться, чтобы его друг получше выспался. Пролежав так ещё примерно полчаса на Кенме, Шоё зашевелился. Он почувствовал чужое сердцебиение и то, как чужая грудь поднимается и опускается. Почувствовав, что Шоё просыпается, Козуме притворился спящим. Шоё неохотно разлепил глаза. Он увидел чужую комнату, почувствовал чужой запах. Такой тонкий, нежный, и О Боже, такой вкусный. Но постепенно сознание возвращалось к Шоё. Он вспомнил всё, что произошло вчера. То, как бежал под дождём, хотя поскорее свести концы с жизнью, то, как Кенма, внезапно появившийся, остановил друга и приютил его к себе. Приютил… к себе… Глаза Шоё округлись, он понял, что тот, на ком он спал, был Кенма. Он резко встал и посмотрел на связующего. Он спал. Разбросанные по подушке крашенные волосы, чуть приоткрытые губы, поднятая рука к голове — всё это заворожило рыжего. Шоё не понял, что тот мастерски притворяется. И оторвать взгляд от него он так и не смог. Почувствовав через закрытые глаза взгляд Хинаты на себе, Кенма медленно потянулся и открыл глаза. Козуме смотрел на Хинату снизу вверх. И обоим сразу стало очень неловко. Хината, почувствовав, как лёгкий румянец покрывает его лицо, отвёл взгляд. Кенма же в свою очередь поднялся и сел на кровать. Почему ты заставляешь меня волноваться? Шоё, почему? — Шоё, — Хината поднял грустный взгляд на Козуме. — Ты… привет, — нельзя так сразу начинать заводить этот разговор. — Привет. — Будешь завтракать? — Хината сдержанно кивнул. — У меня правда ничего нет, но мы можем заказать что-нибудь. Может роллы? — Да… давай роллы — Хината слегка улыбнулся. — Хорошо, тогда я сейчас всё сделаю — Эм, Кенма? — Да? — Могу ли я принять ванную? — робко спросил Хината. — Да, конечно. Идём за мной. Ребята зашли в ванную комнату. Слева от двери стоял комод, следом, чуть подальше от угла находилась раковина, а над ней висело зеркало и шкафчики с двух сторон. Напротив входа стояла стиральная машинка, а справа от двери ванна. Всё было в белом цвете. Вся мебель, кафельная плитка и потолок. Козуме включил воду и она постепенно стала наполнять ванну. Хината стоял в проходе. Он не проронил ни одного слова. Кенму угнетало это молчание. — Ты можешь заходить, я сейчас принесу полотенец, а пока ты будешь мыться, я закажу нам суши, — выходя из ванной комнаты сказал Козуме. — Хорошо.

***

Как только крашенный принёс полотенец и дверь за ним закрылась, Хината начал раздеваться. Чуть подкаченное худое тело, тонкие руки, небольшой рост. И как такой маленький коротышка делал сверхвысокие прыжки, и как он до сих пор не сломал руки, принимая такие тяжёлые передачи других игроков. Шоё медленно залез в ванну. Такая кристально чистая, тёплая вода согревала его. Шоё медленно вынул руку из воды, наблюдая за тем, как капельки воды стекали по его руке и медленно капали с его пальцев обратно. Рыжий подогнул ноги и упёрся щеками в колени. Он всё вспоминал произошедшее. Солёная вода заполняла его глаза и медленно скользила по гладким щекам. Мысли беспорядочно гуляли в голове. А может бросить всё и утопиться прямо здесь, в этой ванне? Или бороться с судьбой? Встать с колен и идти дальше с высоко поднятой головой. Оба варианта привлекали, но пока что Шоё не принял ни один из них. Он решил оставить этот вопрос на потом. Помывшись, он вышел из ванны, окутал нижнюю часть полотенцем и уставился на своё отражение. Вода медленно капала с кончиков волос в раковину. Шоё всматривался в свои опухшие после слёз глаза. Он не хотел, чтобы Кенма его видел таким. Приведя все мысли в порядок, Шоё резко развернулся и… поскользнулся на кафельной плитке, на которую сам же и накапал. Падая, он схватился за столик и, наклонив его, оттуда полетело всё, что там стояло. Дезодоранты, духи, влажные салфетки, ватные палочки, лосьоны, шампуни, гели для душа и, конечно, стеклянная ваза, куда же без неё. Сначала было всё как в замедленной съёмке. Но как только вещи с грохотом упали на пол, этот эффект испарился. Ваза упала и вдребезги разлетелась по полу. На него сверху упало несколько каких-то баночек. Шоё повезло, что сверху его не придавил комод. Почему это случилось именно в такой момент? В момент, когда он собрался с мыслями. Его будто ещё раз переломили. И снова, снова он плачет. Плачет, потому что его родных больше нет, и некому его поддержать.

***

Кенма сидел и ждал заказ, как вдруг услышал грохот, доносящийся из ванной комнаты. Шоё. Вдруг он что-то с собой сделал? Козуме спрыгнул со стула и понёсся в ванную. Он дёрнул за ручку, явно не ожидая, что дверь откроется. Значит Шоё забыл закрыться. На полу сидел Хината. Он держался за голову, прижав ноги к себе. Рыжий тихо плакал, но по его плотно сжатой челюсти и с силой закрытыми глазами было видно, что он всеми силами пытается не взорваться и не закричать во весь голос. Слёзы непрерывно, как из крана, лились из его глаз, стекали по подбородку и капали на пол. Кенма резко упал рядом с Шоё на колени, поставив руки на пол. Маленькие осколки впивались ему в колени. А большой осколок достаточно глубоко порезал руку. Кровь стекала из раны, но Кенма не подал виду, что ему больно, ведь сейчас куда важнее его друг. Крашенный крепко сжал в объятиях Хинату; он гладил его одной рукой по спине; другую завёл в только что вымытые рыжие волосы и слегка почёсывал. Шоё вцепился в спину Козуме, а голову опустил ему на плечо. Тело Хинаты было горячим, он всхлипывал. Сердце старшего ускорило темп, ладони вспотели, ему стало жарко. Он почувствовал через прикосновения всю ту боль, что испытывал младший. — Шоё, всё хорошо. Я рядом, — с этими словами Хината дал волю своим слезам. Тем временем Козуме встал и поднял на руки плачущего друга. Он был таким лёгким, словно маленький воронёнок. Он понёс его в свою комнату. Тот с силой прижался к крашенному. Придя в комнату Козуме положил Хинату на кровать и уже начал выпускать его из объятий, но тот так хватку и не ослабил. И Кенма чуть не свалился сверху на Хинату, но вовремя успел поставить руки на кровать. Между ними всего каких-то 20 сантиметров. Секундное молчание, они смотрят друг другу в глаза. И оба покрываются румянцем из-за неловкого положения. Шоё отводит взгляд в сторону, а Козуме так и не смог оторваться. — Кенма, у тебя кровь, — встревоженно выдаёт рыжик. — Чёрт! — Козуме поднимает руку и смотрит, как из раны вытекает красная жидкость. Затем снова смотрит сверху вниз на Хинату, и тут до его сознания начинает доходить, что Шоё наполовину голый, в одном полотенце, закрывающем его достоинство. От этого он краснеет ещё сильнее. — Кенма, нужно срочно обработать! — Хината порывается вперёд и останавливается буквально в несколько сантиметрах от губ Козуме. Тот смущённо отводит взгляд. — Да, точно. Обработать, — и они оба встают. — Неси аптечку, я обработаю. — Хорошо, — смущённый Козуме уходит за аптечкой.