(не) про отношения

На самом деле, это было неизбежным. Ну то есть, где-то в мире, каждые пару минут рождается новая жизнь и это неизбежно. Где-то тикает бомба, что обязательно взорвется. Где-то сходит лавина. А где-то бушует шторм… Стихийные бедствия, как и роковые встречи явление неизбежное. Где-то, когда-то (всего какие-то пару лет назад) Дазай привел ее в мафию и это тоже было неизбежно. Где-то, когда на улочках Йокогамы Чуя встретила Даби и это знакомство тоже, наверное, можно было назвать неизбежным. Ха. Да, точно… Роковая встреча? Зовите так. Если будет угодно. Ну то есть, Чуя максимально осознанно держала Даби подальше от мафии, ровно так же как Даби максимально осознанно не лез в эти дела и перебивался отстраненными темными махинациями где-то на задворках крупного преступного мира. Накахара максимально осознанно, не хотела, чтобы два ее мира — кусочек прошлого и пласт настоящего пересекались… Но мир странная штука и некоторые вещи просто неизбежны. — И как поживает твой горячий парень? — Дазай выдергивает чеку из гранаты и с самым не принужденным видом кидает ту в сторону группы альтернативно одаренных клоунов. — Закрой уши, будет громко! А потом с легкостью какой-нибудь горной лани, подскакивает с места и несется к выходу со склада. (Кстати… Клоунов в прямом смысле этого слова. Кто вообще в их веке использует маски клоунов для того чтобы скрыть лицо?) Если честно, в тот момент ее заботят больше горе-браканьеро-клоуны нежели формулировка и подача вопроса, плюс надо как-то спасаться от взрывной волны, так что где-то на бегу, между матюками, проклятьями и выкриками про изощеренные способы убийства бинтованного ублюдка, она говорит: — Он не мой парень! Взрывная волна их все-таки достигает и сшибает с ног, но дело не в этом. Дело сейчас вообще не в задании. — О, ну ты не отрицаешь, что он горячий, — весело произносит, валяющийся на мокром асфальте Осаму. — Хорошо. Другая формулировка. Как поживает твой горящий человек? * Она не хочет знать, как Дазай узнает вообще о существовании Даби. Это не важно, это уже случилось. Господи, она звучит, как фаталист… Или холист? — Может познакомишь нас? — а ему весело. Вон улыбается, почти нормально и даже не жутко, но бесячи. Так, что тянет дать ему в рожу. Ну то есть, у Даби шарики за ролики заехали давно и основательно и он явно не видит нихрена плохого в потенциальном знакомстве с психом немного другого разлива. Но все равно, это явно кончится чем-то плохим. Можете назвать это шестым чувством. — Ваша потенциальная встреча, начнется, как клоунада, продолжится раскопкой психологических травм и завершиться тем, что ты сожжешь ему лицо, а он пырнет тебя ножом… в лучшем из вариантов. Даби допивает кофе из пластикового стаканчика и негромко смеется. * Она говорит про бинты, тягу к саморазрушению и тому, что Осаму Дазай может и выглядит человеком, но им не является. В Дазае то ли что-то умерло, то ли стремиться к этой самой смерти, держится на соплях, на последнем из дыханий и… Чуя много чего о нем говорит. О пятнадцати выстрелах в труп. О том, что он играет в идиота в самые неожиданные моменты и о том, что за секунду превращается из клоуна в монстра, если хочет этого. Чуя много чего о нем говорит… — Я думал, что ты выше, — одинокая крикливая чайка все вьется над сонным портом и никак не успокоится, с моря тянет сыростью и тошнотворным запахам свежей рыбы. Пирокинет передергивает плечами и делает еще пару глотков мерзкого горького американо из автомата. — Я думал, что ты старше, — безразличие в глазах и вид мальчишки, что развалиться на части если его не будут держать бинты. Даби ловит себя на мысли, что когда-то видел подобную картину в отражении зеркала. Мысль падает куда-то в Лету стоит бинтованному вновь заговорить. Чуя многое рассказывает о Дазае. Но общение с ним оказывается куда интригующее любого из рассказов Накахары. * Так вот. Роковая встреча. Чуя дергает себя за отросшие пряди волос. Она была уверена, что эти двое… не поладят. Что с вероятностью в девяносто девять процентов все кончится плохо. Будет вонять прожженной плотью и будет много крови. Она верила в то, что все будет хреново, ровно так же как в то, что эта встреча будет неизбежна. — Пастушка. — Чиби! Нельзя ж быть такими громкими в пять сорок утра? У Осаму глаза горят каким-то неизвестным огнем. В них нет привычной пустоты и незаинтересованности этим миром. Он обычно так выглядит, когда… когда придумывает очередной способ суицида. Даби выглядит… как обычно. Почти как обычно, не считая намека на полуулыбку. Что черт возьми происходит? — Мы тут обсуждали процесс сожжения. Твой чудесный горящий человек, сказал, что в принципе… самосожжение не самый болезненный вариант смерти. — Я сказал, что, если температура пламени достаточно высока, это происходит быстро и почти безболезненно, — Даби прихлебывает дрянной кофе в пластиковом стаканчике и жмурится под первыми лучами солнца. — Ну разве не чудесно? — у Осаму вид ребенка получившего лучший подарок на день рожденья. — Как думаешь, стоит попробовать? Накахара чувствует, что упускает нечто капитально важное во всем этом цирке. Но по крайней мере они не переубивали друг друга. * Чуя многое говорила о Дазае. Но довольно деликатно забыла упомянуть о еле живой человечности в нем и о тьме, что готова посоперничать со тьмой, что клубиться у уже многие годы живет внутри самого Даби. Может на этом они и сходятся. Может поэтому, на пополам с чувством раздражения Даби ощущает к бинтованному типу некие теплые, почти, родственные чувства. — Выглядишь так, словно сейчас развалишься. — Хотел сказать тоже самое тебе. А улыбка у него пустая. И это тоже до мурашек кажется Даби знакомым. * Капучино из автомата оказывается ничем не лучше американо, но деньги жалко, так что приходится пить эту странную жижу из пены, сухого молока и самого дрянного кофе на свете. Мозг все еще буксует (но рядом с Осаму это в принципе нормально. Рядом с ним логично не понимать что за дерьмо происходит, но вот рядом с Даби такое чувство возникает впервые). — Может домой? — Чуе лекция о китайской рыбалке альбатросами, в принципе, сейчас не нужна (шесть двадцать утра не созданы для подобных вещей вообще). Ей хочется поспать. В свой единственный выходной за месяц. А еще ей по-идиотски хочется быть уверенной, что два эти два умника тоже будут в порядке. Желательно где-то у нее на глазах, так… на всякий случай. — К тебе или ко мне? — шутка не шутка, выбор без выбора. Осаму по хитрому смотрит на напарницу из-под спадающей челки. Он моментально забывает про дурацкую рыбалку и обращает все свое внимание к Накахаре. — Предупреждаю, у меня не прибрано. Даби хрипло смеется, приобнимает Чую за плечи и легонько подталкивает налево. Ага, ну правильно, можно срезать через набережную и дойти до ее дома. Ощущение того, что она все еще упускает в болтовне этих двоих нечто важное никак не покидает ее. * Прикол в том… что Чуя говорит и рассказывает о Дазае все, кроме очевидного. Прикол в том, что Чуя неосознанно цепляется за этого безумца той же крепкой хваткой, какой однажды вцепилась в самого Даби… Самое забавное, что это взаимно.

Просто никто этого так и не озвучивает...