Maybe the dragon needs saving

      С того случая прошло три дня. Нога уже почти зажила, но Питер все равно не рвался на улицу. Воспоминания о трусливом побеге Флэша отдавались тянущей болью в груди, а вот больная нога была скорее предлогом, чтобы избежать встречи с болтливым парнем и его драконом. Так себе вариант, чтобы скрасить одиночество.       Вот только отогнать мысли не составляло труда, в отличие от того, как избавиться от настоящего Тони Старка, который оказался той еще занозой. Он пришел спустя два дня после инцидента. И Питер чувствовал, что тут не обошлось без вмешательства Мэй, иначе как бы он нашел их дом.       В искренность его слов Паркер не верил, как не верил и в то, что он здесь по своей воле. Беспокоился он, как же! Только не о Питере, как нагло врал его тете, а о сохранности своего маленького секрета. И такого лицемерия Питер был вынести не в силах. Но от чистосердечного признания его останавливала одна ужасная мысль. Скажи он хоть слово кому-нибудь, так этот псих сожжет не только его дом, но и весь остров.       Похоже и сегодня Старк не даст ему «заскучать‎»‎. Питер отчаянно пытается сосредоточиться на книге, но уже в который раз безуспешно перечитывает одно и то же предложение и ничего не понимает. И все благодаря Тони, который так увлечен рассказом о флюсовании, что не замечает раздражение хозяина дома. Неужели у подростков нет тем поинтереснее, чем предотвращение окисления поверхностей перед пайкой. После упоминания о борнокислом натре Питер не выдерживает и откидывает книгу, чем привлекает внимание Тони. И он, слава Одину, замолкает. — Вот, видишь? — Питер уверенно поднимается с кровати и пересекает комнату, едва заметно прихрамывая. — В порядке я, ходить могу. И ничего не скажу, если ты будешь держать этих тварей подальше от деревни. Теперь можешь оставить меня в покое? — О, идешь на поправку, — раздраженный взгляд Паркера заставляет Тони замяться. — Но я правда волновался за тебя, Пит. Это все по моей вин… — Да ты что, а я не знал, — огрызается в ответ Питер. — Почему ты издеваешься надо мной? Что я тебе сделал? — Но я не… — Водишься с драконами как с домашними зверушками, это ненормально! — Да остановись ты! Я готов доказать тебе обратное. — Тони не готов так просто сдаваться и указывает рукой в окно. — Пошли со мной и я покажу тебе совершенно другой мир. Ты просто не знаешь драконов. Их настоящих. — И знать не желаю этих убийц! — Подожди! Я имел ввиду, что не все драконы плохие. — Питер на грани истерики, а Тони вовсе не желает ссориться. Но порой жизнь идет не совсем так, как мы этого хотим. — Как и люди не все хорошие. — Ах вот как! — Восклицает Питер, в глазах его плещется ярость. От резкой перемены настроения Старк на всякий случай отступает к двери. — То есть по-твоему мы не должны убивать тех, кто убивает нас? Тех, кто…убил моих родителей!       На мгновение они оба замирают. Отчаяние встречается с осознанием, а вина неприятным комом застревает в горле Тони. Теперь упрямство Паркера обретает новые цвета. — Эй… Прости, я не знал. — Ты точно псих! Несешь всякую чушь, вот тебя все и избегают. Как драконы могут быть хорошими, если они убивают нас! — Мне жаль твоих родителей, но мы тоже убиваем их. Сотнями. - Возражает Тони, стараясь хоть как-то смягчить ситуацию. Но он уже чувствует, что Питер не поверит ему. Не сегодня. — Ненавижу тебя! Ты ненормальный. Самый ненормальный из всех. Скоро я убью дракона и стану настоящим викингом, а ты живи своими выдумками! — Я правда думал, что ты другой, — тихо произносит Тони, прежде чем выйти за дверь. И в его голосе слышно разочарование. Это бесит. Безумно бесит. Питер стискивает зубы от нахлынувших чувств и без сил падает обратно на кровать, зарываясь в подушку.       Горечь собственных слез заставляет окончательно смириться с тем, какой же он все-таки придурок. Накричать и из-за этого же самому разрыдаться. Как это по-детски, Питер.