fast forward, two steps back

Пятничным утром Гарри сидел в постели. Ему снова снилась Греция, голубая вода и теплый песок, а, проснувшись, он уже понял, что у него нет другого выбора, как согласиться. Он не был уверен, когда именно это произошло, но, внезапно, идея отказать Драко стала почти нереальной. Семестр закончится через неделю, и ему нужно, во-первых, собрать свои вещи, во-вторых, разобраться с вещами в кабинете. На его рабочем месте царил беспорядок, надо было еще столько всего сделать. Еще, нужно сказать об этом Драко. До первого экзамена оставался час, и студенты, оставшиеся в Хогвартсе, скоро отправятся в Министерство через камин в кабинете МакГоннагал. Хотя, вероятно, лучше было подождать, пока он не узнает, что Малфой освободился, но, честно, Гарри не хотел. Ему нужно было сказать ему об этом сейчас. Он быстро оделся и направился в кабинет директрисы. Гарри поднимался по лестнице через две ступеньки за раз и уже тяжело дышал, когда ворвался в кабинет. Флора стояла в очереди, листая стопку карточек, и он извинился перед МакГонагалл, вытаскивая ее из очереди в дальний конец комнаты. — Можешь передать ему кое-что от меня, пожалуйста? — прошептал он и девушка кивнула, — Скажи ему, что я поеду с ним. Ее глаза расширились, и она улыбнулась, очевидно, полностью понимая смысл сообщения. Она обняла его и быстро прыгнула обратно в очередь, не обращая внимания на любопытные взгляды остальных студентов в комнате. Она слегка помахала ему рукой, перед тем, как ступить в огонь и исчезнуть. После этого оставалось только прожить день: завтрак в Большом зале, последний урок с первокурсниками, которые не очень серьезно относились к выпускным экзаменам, затем третий курс, а затем обед. К середине дня уроки были закончены, и все, что ему оставалось делать — это следить за группой второкурсников на отработке. — Я бы тоже предпочел быть снаружи в этот прекрасный день, — сказал Гарри, когда они с мрачными лицами вошли в класс, — К сожалению, я должен следить за вами, пока вы пишете мне три фута, объясняя, почему обучать огненных слизней атаковать по команде — это крайне неуместное использование ваших магических способностей. Студенты достали пергаменты, перья, чернила и начали писать. В комнате было тихо, если не считать скрипа перьев, и Гарри обнаружил, что задумался над последним экземпляром «Ежедневного пророка». Он подумал, улыбнулся ли Малфой, когда Флора рассказала ему. Ему было интересно, сказала ли она ему перед экзаменом или подождала его после. Гарри услышал, как открылась дверь класса и в кабинет кто-то зашел. Он не поднял взгляд на человека, пока не услышал хихиканья учеников. — Привет, — сказал Драко, улыбаясь ему. Гарри уставился на него, на мгновение уверенный, что он задремал и видит сон. Малфой был одет в абсолютно черную одежду, за исключением темно-зеленой мантии и сапог из драконьей шкуры. Он выглядел совершенно иначе, чем за все время, что Гарри видел его. И это просто выбивало из него все мысли. Ни школьной одежды, ни повседневной подростковой одежды — он выглядел как настоящий волшебник, как более молодая, сексуальная, и гораздо менее злая версия своего отца. — Привет, — сказал наконец Гарри. Он пускал на него слюни прямо сейчас? Наверное, ему стоит вытереть подбородок, чтобы убедиться. — Могу я поговорить с вами, профессор? — взгляд Малфоя вспыхнул, и Гарри почувствовал покалывание в паху, — Наедине? Гарри посмотрел на студентов, которые переглядывались между собой и он сдался, махнув им рукой. — Вы все можете идти. Ваша отработка отменяется, при условии, что вы оставите огненных слизней их естественным хищникам в будущем. Студенты собрали свои вещи и бросились прочь, либо чтобы сбежать, пока Гарри не передумал, либо чтобы рассказать всем последние сплетни. Гарри не мог понять, что именно интересует их больше сейчас. Как только дверь за последним студентом закрылась, он повернулся и чуть ли не побежал вверх по лестнице в свой кабинет. Малфой последовал за ним и закрыл за ними дверь на несколько заклинаний. — Ты уже все сдал? — Да, на сегодня, — Малфой снял мантию, осторожно накинул ее на стул и подошел к нему, — Фактически, несколько часов назад. Я получил твое сообщение. — Хорошо. — Я всегда хотел трахнуть тебя на этом столе, — прошептал Малфой, прежде чем прижаться губами к Гарри. Гарри на мгновение почувствовал, что он плывет — от поцелуя у него даже закружилась голова. Одна рука Драко запуталась в волосах на его затылке, а другая раздвинула ему бедра, чтобы Драко мог встать между ними. Гарри застонал и потянулся, чтобы расстегнуть брюки Малфоя. Однако, это была не простая застежка-молния, и через минуту он взял свою палочку со стола и произнес быстрое заклинание, заставив кнопки отлететь. — Ты мог бы попросить, а не портить мои новые брюки, — Малфой засмеялся и прервал поцелуй. — Я куплю тебе еще одни, — сказал Гарри, стягивая эти дурацкие штаны с его бедер, — Хоть сто таких. Иди сюда, — и он притянул Малфоя к себе.

***

— Это было потрясающе, — сказал Гарри, улыбаясь. Он встал, решив поджечь студенческую работу, на которой они только что переспали, и обнял Драко, — Хочешь это повторить? — Абсолютно, — Малфой нежно поцеловал его, и Гарри захныкал от нежных движений его языка. Через мгновение он прервал поцелуй и крепко прижал Гарри к себе, — У меня скоро вечеринка, на которую я пойду. В основном семикурсники, будем справлять конец адской недели. Я бы пригласил тебя, но я почти уверен, что ты не придешь. — Ты прав, у меня нет никакого желания быть единственным учителем на студенческой вечеринке, — сказал Гарри со смехом, — И мне все равно нужно закончить подготовку с выпуском остальных курсов. — Когда ты здесь закончишь? — Наверное, тоже в воскресенье. — Хорошо, потому что на утро понедельника я уже заказал нам портключ в Грецию. Гарри усмехнулся и снова поцеловал его. — Я не могу дождаться. — А пока, — Малфой остановился, чтобы подтянуть брюки, а затем порылся в кармане. Он всучил ему небольшой ключ, — Я в «Дырявом котле». Комната двадцать три. И я жду тебя завтра вечером, около девяти. Хорошо? — Я приду, — Гарри положил ключ в карман и затянул его еще в один поцелуй. Малфой вздохнул, и его глаза все еще были закрыты на мгновение после того, как Гарри снова отстранился. — Ты был прав, знаешь. — На счет чего? — Ты сказал, тогда, в больнице, что если я вернусь в Хогвартс, я смогу делать все, что угодно, что у меня будет любая жизнь, которую я смогу себе представить. — Я сказал это? — Что-то вроде того. Дело в том, что это происходит. Я чувствую, что моя жизнь наконец-то начинается. — Странным образом, я тоже, — Гарри улыбнулся.

***

ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ

Гарри зевнул и направил палочку вверх, чтобы отрегулировать наклон зонтика. На пляже сегодня было странно тихо. Только далекий смех детей прерывал ритмичный плеск волн по бледному песку. Перед ним простиралась бирюзовая вода, поразительно прозрачная и синяя по сравнению с Черным озером в Хогвартсе. Это место полностью отличалось от Хогвартса почти во всех отношениях и ему это очень понравилось. Он взглянул на часы: было почти два часа дня. Гарри был уверен, что Драко уже проснулся. Он не спал до рассвета и писал, утверждая, что нашел вдохновение в сексе, который у них был сразу после полуночи. Гарри собрал свои вещи и пошел по пляжу к маленькому домику, который они снимали. Он остановился у двери, чтобы смыть песок со своих ног под низким краном, уже думая об обеде. Он не осознавал, насколько был голоден, пока не встал с шезлонга. — Почему бы тебе просто не использовать магию? Она с этим справляется лучше. Он поднял глаза и увидел, что Драко наблюдает за ним из-за закрытой двери. — Мне нравится это ощущение, — он выключил воду и открыл дверь, заметив теперь, что Драко полностью обнажен, — Хочешь снова уединиться? — Боже, да. Гарри заключил его в объятия и скользнул одной рукой по его спине. — Я готов снова быть снизу. — А если наоборот? — Драко поцеловал его, и Гарри почувствовал нарастающее возбуждение. — Можно сначала поесть? Я голоден. — Я как раз собирался приготовить себе сэндвич. Думаю, у нас все еще осталась та потрясающая индейка с местного рынка. Стол был завален газетами и журналами, в том числе выпуском «Witch Weekly» с изображением улыбающихся Гарри и Драко на обложке. Заголовок гласил: «Гарри Поттер и Драко Малфой: эксклюзивные фотографии из их романтического приморского убежища!». Гарри покачал головой и бросил журнал в сторону, освобождая место для еды за столом. — Не могу дождаться, чтобы прочитать раздел с интервью в следующем выпуске, — сказал Драко, ставя тарелки и бокалы на стол, — Должно получиться интересно. — Я до сих пор не могу поверить, что они заплатили нам столько за эксклюзив. Достаточно ли мы интересны, чтобы заслужить тысячу галеонов? — Конечно да, особенно после того, как Пророк написал на первой полосе статью о том, как мы вместе сбежали в Грецию. Это явно вызвало бурю негодования в Англии. Гарри был рад, что пропустил это, хотя все вырезки из газет, которые посылал ему Невилл (с его собственными комментариями), были довольно забавными. — Я мог бы заработать намного больше, если бы ты позволил мне вести с ними переговоры, — Драко вздохнул. — По крайней мере, фотограф был хорош. — О, у нас еще есть банка оливок, — сказал Драко, роясь в холодильнике. Он отправил на стол несколько контейнеров с едой, пока Гарри открывал бутылку местного вина, и они устроились за столом, устроив импровизированный пикник. Гарри поразился, насколько прекрасна даже эта простая еда. Особенно, когда он сидел напротив своего великолепного, обнаженного и необычно загорелого парня. — Сегодня утром я получил от Флоры сову, что она добралась до дома. Она жалеет, что уехала отсюда и уже хочет обратно. — Я уверен, как и половина мужчин на этом пляже, — Гарри фыркнул, а Драко закатил глаза, — Я слышал, как некоторые из них говорили о возведении ее статуи прямо там, на краю бухты. — На самом деле, я думал, что мы могли бы повесить памятную доску ей над дверью гостевой спальни, — сказал Драко, не теряя ни секунды, — Чтобы почтить ее многочисленные завоевания. — Их было семь? Восемь? Я сбился со счета. — На самом деле девять. За одну неделю. Гарри рассмеялся. После того, как однокурсники Драко приезжали к ним погостить на выходные, он полюбил Флору и с ней было правда приятно общаться. Конечно, было тяжело отойти от их прошлых учитель-ученик отношений, но они с этим справились. В первое утро ему пришлось оторвать челюсть от пола, когда она вышла из комнаты для гостей в крошечном бикини — он никогда не мог представить, что под этой мантией Когтеврана у нее было тело модели для нижнего белья. В тот же день она пошла на пляж, а Гарри всю последующую неделю узнал о своей бывшей ученице куда больше, чем ожидал. Драко, очевидно, заранее знал, что она не ищет ни с кем серьезных отношений, и не удосужился предупредить Гарри об этом. К счастью, стены между двумя спальнями наверху были толстыми, но даже с ними они слышали, когда у нее была компания. — Я до сих пор не могу поверить, что ты так много рассказал ей о нашей сексуальной жизни, — сказал Гарри, морщась при воспоминании об одном пьяном разговоре, который они трое провели несколько ночей назад. — Разве ты не удивился, почему я так быстро научился делать минет? Она дала мне довольно много полезных советов, которые, как я припоминаю, тебе понравились. — В настоящий момент трудно представить, что вы двое ютились в библиотеке, обсуждая лучшие методы, как бы отсосать профессору. — Честно говоря, мы никогда не говорили об этом в библиотеке. Слишком много ушей. Я когда-нибудь говорил тебе, что она благодарила меня за то, что я сказал ей, как тебе нравится эта штука с пальцем в заднице? Гарри уставился на него. — Мне жаль, что я теперь знаю об этом. — Однажды ночью она попробовала... — Никаких имен, черт возьми! — ...И он, очевидно, бегал за ней, как щенок, целую неделю. Да ладно, Гарри, она и так все знает. Какое это имеет значение теперь? Гарри закрыл лицо руками. — Как бы то ни было, я, конечно, уже люблю ее до смерти, но я рад, что она уехала. Я действительно хотел вернуться к своей книге, а времени на это никогда не хватало, пока она была здесь. — Кстати о книге, — он быстро добрался до ноутбука в соседней комнате, который Драко приобрел незадолго до путешествия. Если бы только он мог найти сигнал связи здесь — Гермиона уговаривала его завести учетную запись в чем-то, под названием Фейсбук. — Да, скажи мне, что ты думаешь, — сказал Драко, ухмыляясь. — Вообще-то, это неплохо. Твой рассказ очень интересный, — он открыл ноутбук и дождался, пока документ появится на экране, затем прокрутил до определенного места в тексте, — Но я должен сказать, что меня не совсем устраивает та часть, где ты утверждаешь, что у нас была тайная интрижка, когда мы вместе учились в Хогвартсе. — В половине книг о тебе говорится, что я перешел на другую сторону в конце, что, как мы оба знаем, не соответствует действительности. — Но я их не писал, и эта история принадлежит твоему другу Грегу, а не мне. Казалось, не стоило опровергать ее, когда ты был мертв и все такое. — Я хочу сказать, что это было то, что люди хотели услышать. С таким же успехом это могло бы быть правдой. Черт, я бы хотел, чтобы это было правдой. И мне жаль, что мне так ни разу и не довелось хотя бы поцеловать тебя на шестом курсе. Почему бы нам теперь не притвориться, что я это сделал? — Потому что ты этого не делал! — Если люди убедятся в том, что мы уже были парой до моей смерти, они простят тебя за то, что ты трахнул меня, пока я был студентом. Это будет похоже на звездный роман. Людям нравится это дерьмо. Кстати, когда ты вернешься в Хогвартс? — Я не собираюсь возвращаться, — сказал Гарри и усмехнулся, — Я еще не сказал МакГонагалл. Я подумал, что лучше подождать, пока я не перейду в творческий отпуск. Кроме того, вдруг ты решишь податься в преподавательскую карьеру, и отставка мне не потребуется. Драко уставился на него, и Гарри рассмеялся. — Скажи что-нибудь. — Акцио эль, — Драко протянул руку, и бутылка в нескольких футах от него на столешнице подлетела. — Мне нравится, когда ты творишь беспалочковую магию, но я не это имел в виду. — Хочешь остаться здесь еще на несколько месяцев? — спросил Драко, — Я мог бы писать книги, а ты сидеть на моем члене часами, — он ухмыльнулся. — А пока мы не занимаемся сексом? Может, мы могли бы переехать сюда навсегда? Будем завтракать прямо на пляже, и друзья будут приезжать, словно на каникулы. — Мы даже не говорим по-гречески. — Это небольшая проблема, — Гарри наклонился, чтобы поцеловать его, — Я понятия не имею, чем хочу заниматься, но, честно говоря, пока я с тобой, мне все равно. — Я люблю тебя, — сказал Драко.