Bring me to life, Peter.

— Неужели я сделал это? Да? Да! Получилось! Питер неверяще смотрит на подсчёты, на результат исследования на основе проектов Старка и доктора Беннера с участием доктора Чо и до сих пор не может поверить, что у него всё получилось. Вот, перед ним ответ на вопрос, который мучает некоторых Мстителей и отдельных божественных личностей. Да и он сам не просто так искал этот ответ. Теперь всё решено, и можно, наконец, успокоить всех, сказать, что они справились? — Пятница, ты это видишь? У нас получилось? — шепчет Паркер и потирает глаза, боясь, что от недостатка сна просто появляются галлюцинации. — Это ведь по-настоящему? — Я записываю все действия в этой лаборатории, Мистер Паркер, следовательно, и этот проект тоже. Так что вы правы — всё по-настоящему, — отвечает ИИ, из-за чего Питер даже кривится немного. — Оставь свой официальный и холодный тон для Тони, Ница. Мы ведь договорилась с тобой, и я знаю, что ты умеешь намного приятнее разговаривать, — фырчит Паркер, перебрасывая все нужные файлы на флэшку, чтобы не потерять. Сейчас нельзя допускать ошибок, нельзя в последний момент подвести дорогих людей. Только не в этот раз. Не тогда, когда на волоске висит жизнь человека. Точнее, не совсем человека, но суть не в этом. — Прости, Питер. Я в ближайшее время исправлюсь, — с насмешливыми нотками в голосе произносит Пятница и через пару мгновений добавляет: — Тебя ждут в лаборатории доктора Беннера. У него всё готово, чтобы начать. Также доктор Чо уже там. — Так-то лучше, Ниц. Ты лучшая! — кивает Паркер, достаёт из ноутбука флэшку и, подхватив свой бейдж, выбегает из лаборатории, лавируя между работниками. Учёные, стажёры, просто лаборанты — все они уже, кажется, привыкли к нему и его привычке бегать по коридорам, если это нужно. Знают, что просто так он не будет этого делать, ведь опасно, но бывают моменты, когда это необходимо. Вот и сейчас они не шарахаются, а отходят к стенам коридора, пропуская его, хотя Питеру всё равно удаётся на парочку учёных налететь, извиниться и бежать дальше, слыша в след тихое посмеивание. Впереди маячит нужный лифт, но вот незадача: около него он видит какую-то группу из девяти человек, от которой исходит непривычный для этого места шум. Удивительно, что что-то такое допустил Тони, ведь обычно никаких шумных мероприятий здесь не одобрял. Отбросив ненужные мысли, Паркер обегает толпу людей стороной, но снова натыкается на кого-то, не глядя, помогает устоять на ногах и бежит дальше. — Пит! — звучит сзади знакомый до боли голос, на что он всё-таки оборачивается и улыбается, махнув рукой. — Прости, Пеппер, прости. Я случайно! Только Тони не говори, прошу! — извиняется Питер, сжимая в руке флэшку. — У меня получилось! — Получилось? Пятница? — доносится уже еле слышный голос Поттс, на что Паркер не обращает внимание, ведь впереди его ждут несколько лестничных пролётов. Всё же лифт — слишком долго, поэтому лестница, а там и лаборатория…

***

— Миссис Старк, он что-то выронил! — вырывает Пеппер из мыслей чей-то голос, после чего к ней подходит девочка с бейджем в руках. — Подождите… Значит, мне не показалось, и это был Питер Паркер?! — Не говори глупостей, Бет. Он сейчас валяется дома на больничном и пропускает всё веселье, — произносит парень, стоящий неподалёку. Поттс поднимает взгляд с бейджа Питера, забирает его и замечает имена на экскурсионных пропусках школьников: Бетти Брант и Юджин Томпсон. — Это действительно был Питер, — говорит Пеппер, не видя в этом большой тайны. Хотя с больничным… что там Тони снова придумал? Сказал же, что всё уладит. Неужели так и улаживал всё? Но сейчас это совсем не важно. Важнее другое. — Нам придётся подкорректировать наш путь, потому что бейдж нужен даже этому ребёнку. — «Даже»? Миссис Старк, почему вы сказали «даже»? — спрашивает ещё один подросток, чьё имя она не может разобрать на пропуске. — Питер вам не говорил? — удивлённо задаёт вопрос Пеппер, осматривая сначала школьников, потом и учителя. — Тогда ладно. Пойдёмте, нам нужно подняться на пару этажей. Пятница, в какой лаборатории ребёнок? — Он направляется к доктору Беннеру. Если хотите успеть, то вам нужно поспешить, Миссис Старк, — отвечает Искин, на что Пеппер кивает и направляется к лифту, слыша за собой шаги. — И всё-таки, что это значит? Почему Питер здесь, а не дома? Да ещё спокойно бегает по этажу, — спрашивает кто-то сзади, но Поттс, когда разворачивается, не успевает заметить, кто именно. — Думаю, это лучше спросить у него самого, как только мы поднимемся, — произносит Пеппер, думая, что Паркер ответит так, как считает нужным, раз его одноклассникам ничего неизвестно. Когда приходит лифт, они быстро заходят в него, и Поттс нажимает на кнопку нужного этажа, параллельно с этим поверхностно рассказывает о том, что происходит в лабораториях более серьёзного уровня. В таких, как лаборатория доктора Беннера, самого Тони. Также рассказывает о том, чем занимаются большинство учёных и помощники. — Очень повезёт тем, кому удастся занять место стажёра, ведь их не так много, а отбор довольно жёсткий. Однако и работа у них будет не такая простая, ведь нагрузка ничуть не меньше, чем у остальных. У некоторых даже больше, — произносит Пеппер, пока они выходят из лифта и быстро идут в сторону ближайшей лаборатории, стёкла которой затонированы, как и в последние пару недель. — А с какого возраста принимаются стажёры? — спрашивает, кажется, Томпсон, пробираясь в первый ряд идущих. — Хм, — Поттс задумчиво бросает на него взгляд и отвечает: — Возраст не всегда имеет значение в этом вопросе. Главное ум, выдержка. Безусловно, маленьких детей никто не возьмёт, а так студенты чаще всего. — А что насчёт школьников? Выпускников, как мы? — летит несколько вопросов одновременно, из-за чего Пеппер не может сдержать улыбки, однако прикладывает палец к губам и качает головой. — Я отвечу на это позже. Сейчас постойте здесь, а я зайду и отдам Питеру бейдж. Поттс касается ладонью первого сканера, открывает дверь и заходит внутрь, где не сдерживает тихого фырчанья. Стоило догадаться, кто за всем этим стоит, и что не нужно было сюда бежать, чтобы вернуть этот бейджик Паркеру. Да и Пятница могла предупредить, но почему не сделала этого? — Ты с экскурсией? — спрашивает Тони, подходя к Пеппер, которая сквозь защитное стекло смотрит на Питера с Хелен и Брюсом, суетящимися в лаборатории. Через динамики передаются их тихие голоса, но она не вслушивается, кивком отвечая на вопрос Старка. — Замечательно. Пусть заходят, но молча. — Ты уверен, что это хорошая идея? Они даже не знают, что Питер твой… не то стажёр, не то ребёнок, — усмехается Поттс, откладывая планшет на небольшой столик, стоящий около стены, и складывает руки на груди. — Всё они знают, но не верят. Так хоть перестанут дёргать шкета, дав нормально доучиться. Поэтому запускай их сюда, — кивает Тони, забрав у неё бейдж Паркера, и готовится к шуму подростков, однако слышны лишь шаги и еле слышные переговоры. Взглянув на Пеппер, он хмыкает, не сомневаясь в её способностях. Если даже он прислушивается к ней, то что уж говорить о каких-то школьниках? — Так, детишки и учитель, ведём себя тихо. В лаборатории проходит очень важный эксперимент, и на кону там стоит жизнь. Поэтому дышим через раз и молча наблюдаем за работой трёх мастеров. — Там Питер? — еле слышно спрашивает Бетти, разглядывая через стекло светлую лабораторию, посередине которой стоит железный стол, а на нём… — Кто это? — Да, Пит там. Именно он довёл наши проекты до конечного результата, который поможет разбудить «спящую царевну», — с какой-то гордостью отвечает Старк, пальцами изобразив кавычки на последних словах. — На все вопросы ответы будут позже. Пеппер качает головой, посмотрев на Тони, однако не может отрицать, что самой бы не хотелось пропускать такое событие. Всё-таки, последние недели прошли в жутком напряжении и волнении, а каждые неудавшиеся эксперименты наводили тоску. Так или иначе, но Питер помогал немного развеять унылую атмосферу, хотя самому было не лучше. Поэтому, если сейчас всё получится, то пропускать такое нельзя. — Пит, убери свою змею, — раздаётся голос Хелен из динамиков, заставляя удивлённо присмотреться к лаборатории, ища ту самую змею. — Я никого с собой не приносил, Хел, поэтому понятия не имею, о чём ты говоришь, — отмахивается Питер, продолжая наблюдать с Брюсом за химической реакцией в колбе. — Пока всё идёт по плану, поэтому, если так пойдёт до конца, результат будет положительным. — Это радует, шкет, но змеюга лежит на спящей царевне, — говорит уже Старк, включив обратную связь динамика, чтобы в лаборатории слышали его. — Я даже не сомневался, что и ты здесь. Давно наблюдаешь? И с чего это ты не заходишь сюда, Тони? — спрашивает Паркер, с прищуром посмотрев на непрозрачное с их стороны окно и железную дверь, которая плотно закрыта. — Вы и без меня отлично справляетесь со всем, а если я уйду к вам, то Пеппер будет скучно. Я не могу обречь её на такую муку, ребёнок. Смилуйся, — насмешливо тянет Старк, пока школьники удивлённо смотрят то на него, то на Питера, который машет в их сторону рукой и подходит к столу, где лежит неизвестная девушка. — Не паясничай, Тони, и иди сюда лучше. Дай Пеппер отдохнуть от твоего присутствия и общества, — усмехается Беннер, подливая нужные реагенты в колбу, после чего снова ставит её на горелку. — Как грубо, док… — сдерживая смех, начинает Паркер, но его перебивает Старк: — Вот. Хоть кто-то на моей стороне! — Я не договорил, Тони. Как грубо, но верно подмечено, — всё-таки через смех говорит Питер, из-за чего смеяться начинают и остальные. — Паркер, выгоню из Башни, — предупреждает его Старк, однако уголки губ подрагивают в улыбке. — О, я мечтал об этом с того дня, как ты взял меня к себе, — фырчит Питер и подставляет руку змею, который никак не желает реагировать на его действия. — Я не понял. Ты меня игнорируешь? — Есть ещё справедливость в этом мире, — замечает Тони, поглядывая на школьников и учителя, которые просто наблюдают, устав, кажется, удивляться и пытаться понять, что происходит. Он их даже понимает, потому что самому бывает сложно уследить за всеми событиями после битвы с Таносом и реабилитационного года. — Какая справедливость? Этот… Лафейсон меня игнорирует! — недовольно произносит Паркер, махнув рукой, из-за чего чуть не попадает по голове змею. Тот возмущённо дёргает хвостом и всё-таки обвивает запястье Питера, медленно ползя выше. — И давно ты лежал на животе Сильви? Паркер чувствует, как Локи останавливается на середине плеча и поднимает голову, заглядывая ему в глаза своими красными с вертикальным зрачком. Он приподнимает брови, на что Лафейсон недовольно шипит и указывает хвостом на пол, намекая, чтобы его туда опустили. Питер закатывает глаза, но опускает змея на пол и отходит, чтобы не мешать ему, но далёко уйти не получается, потому что в следующее мгновение его притягивают к сильной груди и утыкаются носом в макушку. — Не так давно. Всё пытался понять, как распутать то, во что вас впутал, — тихо говорит Локи, обнимая его сильнее. — Ты не виноват. Ну, по большей части. И ты очень вовремя оказался здесь, потому что мы с магией никак не справимся, а за мамой бежать в Хельхейм… не вариант, — кивает Паркер, оглядывая бледную Лафейдоттир. И не может сдержать фырчанье, когда комнату снова наполняет голос Старка: — Не верю, что говорю это, но я согласен с тобой, Пит. У нас тут свои колдуны есть, поэтому не стоит дёргать твою мать. Вы как-нибудь своими силами справитесь. — Никто не сомневался, что ты это скажешь, Тони, — смеётся Беннер, поглядывая то на колбу, то на всех остальных, а после кивает Хелен, когда она приносит последние нужные реагенты. — Да ты бы сам позеленел, Брюс, если бы решился поговорить с его матерью и прошёл такой допрос. И ради чего? Ради того, чтобы этот ребёнок остался жить у меня, пока здесь. А что я получаю в ответ? — возмущённо произносит Старк, щурясь на Пеппер, которая подходит к нему и кладёт ладони на плечо и шею, поглаживая и тихо смеясь, после чего отключает динамик с их стороны. — Любовь, Тони. И бесплатную рабочую силу, когда Пеп не ворчит и не обещает сдать нас на растерзание кому-нибудь, — улыбается Питер, откидывая голову на плечо Лафейсона. — И вас совсем не волнует то, что он старше даже меня, пусть и выглядит подростком по вашим меркам? Сумасшедшие, — усмехается Локи, взглянув на стекло, за которым сидят Старк и Пеппер, и целует Паркера в уголок губ, когда тот поворачивается к нему. — Как ты их терпишь, Паучишка? — Также, как ты Сильви и выговоры старшей сестры, — пожимает плечами Питер, посмеиваясь. Кажется, все чувствуют сейчас какое-то окрылённое облегчение от того, что почти всё получилось, а на данном этапе и вовсе результаты положительные. Раньше и до этого момента не доходило, то взрываясь, то застывая. Поэтому предвкушение победы и хорошего будущего заставляет улыбаться и смеяться. — Мистер Старк… — раздаётся еле слышно, когда Бетти отмирает и всё-таки осмеливается задать вопрос. — А кто мама Питера? — Разве родители Мистера Паркера не умерли? Так ведь было написано в его личном деле. И там не сказано, что он проживает с вами, — вмешивается уже учитель, всё ещё неверяще наблюдая за тем, как Питер отходит от Локи и подходит, кажется, к доктору Чо, обсуждая, с чего лучше начать эксперимент. И это звучит дико, когда простой ученик обсуждает то, от чего зависит жизнь человека. А человека ли? — Пеп, — зовёт Тони, понимая, что сейчас раскрывается намного больше, чем он планировал. Но когда-нибудь это открылось бы, так что лучше в данный момент, чем потом. Так ведь? — Это твоя идея, дорогой, так что тебе и отвечать, — дёрнув уголком губ, говорит Пеппер. — Время пока есть, потому что у них начинается подготовка к последнему этапу. Старк проводит ладонями по лицу, после чего одной рукой приобнимает Поттс за талию и посматривает в лабораторию, где Паркер начинает суетиться, кажется, забывая о них. Да, так намного лучше, чем ошибиться на последнем этапе, когда до решения проблемы остаётся совсем чуть-чуть. Лафейсон ему не мешает, наоборот, подсказывает, если Питер начинает слишком нервничать. Хелен с Брюсом заканчивают первый этап, выключая горелку и осторожно переставляя колбу на подставку, чтобы дать ей остыть до нужной температуры. Остаётся всего один шаг. Всего один. — Тони, — вырывает его из мыслей Пеппер, взглянув понимающе, но с укором. — А, да. Что там за вопросы были? Что-то о родителях Паркера? И его проживание с нами, да? — спрашивает Старк, переведя взгляд на учителя и его бейдж с именем. — Так вот, Мистер Харрингтон, Питер уже… год, кажется, живёт в Башне, и все документы по этому поводу хранятся у директора. Почему вам об этом неизвестно — я не имею понятия. Что же касается родителей… Тони машет рукой в сторону лаборатории, где Паркер спорит с Локи о последовательности действий, потому что смешивать науку и магию — та ещё задача, причём не из простых. Одна ошибка может дорого стоить, а платить такую цену никто из них не готов. — Я старше, значит… — Ничего это не значит, маленькое недоразумение. Ты старше, но опытнее я, — закатывает глаза Лафейсон, после чего смотрит на Брюса и Хелен. — Может, хоть вы как-то объясните ему? — Я разбираюсь только в научной части, поэтому прости, но в вашем споре не участвую, — качает головой доктор Чо, подмигнув Питеру, и смеётся, слыша фырчанье Локи. — Думаю, вам стоит просто довериться чутью, — пожимает плечами Беннер, проверяя раствор в колбе, и, убедившись, что он остыл, набирает в два шприца. — В конце концов, у нас только один шанс. — Мама убьёт нас, если Сильви первая попадёт в Хельхейм, — криво улыбается Паркер, подходя к бессознательной Лафейдоттир. Хотя сложно назвать это состояние так. Лучше подойдёт кома, но и это не то. Как вообще назвать состояние, в которое может впасть Богиня коварства из-за заряда неизвестного инопланетного оружия и случайной магии Локи? — Тебе не страшно. Ты ходишь в Хельхейм, как к себе домой. Хотя это так и есть, — снова закатывает глаза Лафейсон, только Паркер замечает поджатые губы и виноватый взгляд, направленный на Сильви. Этот взгляд, кажется, замечают почти все, кто хоть чуть-чуть знает Локи. Старк с Пеппер — не исключение, но они не комментируют это. Знают, что не их дело, что Лафейсон не примет хоть слово об этом. Точнее, не примет от них. От Паркера — возможно, хотя и тут не всё понятно. — Думаю, вы понимаете, что Питер не человек? Его мать — старшая сестра Тора и Локи, Богиня. И я бы сказал вам, по собственному опыту сужу, она сильнее и куда опаснее своих братьев вместе взятых, особенно, если дело касается ребёнка, — усмехается Тони, глядя только на школьников, которые постепенно понимают, с кем учатся в одном классе. На побледневшего учителя и смотреть боязно. Вдруг в обморок упадёт? — Питер никогда в жизни не скажет никому, что какие-то одноклассники его донимают, не давая учиться, но это не значит, что другие не знают об этом. Он всё стерпит, вы знаете, ведь столько уже лет вместе учитесь, но, опять же, не все обладают таким терпением. Например, я. Старк просто ставит перед фактом этих подростков, что всё знает, и снова смотрит в лабораторию, где уже всё готово для последнего шага. Локи стоит в изголовье стола, приподнимая голову Сильви, Паркер закрепляет её ноги паутиной, а руками крепко держит запястья, на всякий случай, если начнутся судороги. Они не знают, как всё будет проходить, поэтому нужно быть готовым ко всему. Даже к самой обыкновенной рвоте, как замечает Тони, потому что таз находится под столом. — Мы начинаем, Тони. Если что, вся ответственность на тебе, — говорит Брюс, вызывая у всех нервные улыбки, а после подходит к Лафейдоттир, устанавливает сначала катетер, затем вводит раствор из первого шприца. Когда тот убирает пустой шприц, Хелен отодвигает Беннера подальше, отходя вместе с ним на всякий случай. Локи с Питером лучше справятся с последствиями, если таковые появятся. Однако их нет. Или это только пока? Потому что Паркер кивает Лафейсону, чтобы тот воздействовал магией, и вот теперь появляется лёгкая дрожь в теле Сильви, пока сквозь одежду проявляется зеленоватое свечение. Ещё не судороги, но никто не может гарантировать, что всё не выльется в них. — Локи, помягче немного, — просит Питер и кивает Брюсу, чтобы вводил и второй шприц раствора. «Сейчас или никогда», — думает Паркер, когда Беннер передаёт пустой шприц Хелен и вынимает катетер. Он успевает в последний момент отойти от стола, как лабораторию на миг ослепляет зелёной вспышкой, после чего всё возвращается в прежнее состояние, если не считать всё ещё подрагивающих рук и ног Сильви. Питер не сдерживает облегчённого смеха, когда раздаётся судорожный вдох Лафейдоттир, и опускает голову на её живот. Паркер слышит, как опускается на стул доктор Чо, как Локи садится на пол рядом со столом, как Брюс облокачивается на стену, и понимает, что да. Они справились с этой задачкой, которая потрепала всем нервы. Больше такого не нужно, точно не в ближайшую сотню лет. — Если ты решил… что я хорошая подушка, то глубоко ошибаешься, Паучишка, — хрипло произносит Сильви, закашлявшись, из-за чего Питер резко выпрямляется и помогает ей присесть. — Какого… мои ноги в твоей паутине? — С возвращением, колючка, — усмехается уже Лафейсон, поднимаясь с пола, и оглядывает её. — Паутина должна была сдержать твои ноги, если у тебя начнутся судороги. И она помогла, кстати. Паркер видит, как Лафейдоттир обдумывает слова Локи и всё сильнее мрачнеет. Тело действует само по себе, и вот он уже стоит перед Лафейсоном, закрывая его собой. И очень вовремя это делает, так как в последний момент успевает перехватить кулак Сильви перед солнечным сплетением. Нет, ну как такое получается, а? Она только пришла в себя, а удар по-прежнему крепкий. Что-то и вовсе не меняется: толком не осмыслив ситуацию, уже пытается убить Локи. — Силь, маму позову, — без всяких шуток говорит Питер, удерживая её кулак в своей руке, и медленно опускает их ладони, постепенно переплетая пальцы. — Давай без насилия, ладно? Он от тебя не отходил, пока мы не придумали, как разобраться с твоим состоянием. — Ты маленький манипулятор, Пит, — качает головой Лафейдоттир, однако взглядом прожигает только Лафейсона. — Просто… какого чёрта, Локи? — Я понятия не имел, что так получится. Мы бились против этих непонятных типов, и ты выскочила из ниоткуда в тот момент, когда моя магия уже сорвалась с пальцев, а тот морщинистый пустил заряд, — вздыхает Лафейсон, присаживаясь на край стола, но поглядывает на неё с опаской. — Старк успел тебя поймать до того, как ты ещё головой приложишься, но всё происходило слишком быстро. Только здесь поняли, что всё куда серьёзнее. — Я тебя точно побью, — бормочет Сильви и дёргает ногами, чтобы уже встать нормально, однако те до сих пор в паутине. — Паркер… — Брюс, кинь, пожалуйста, растворитель, — неловко смеётся Питер и ловит небольшой бутылёк, после чего освобождает ноги Лафейдоттир. — Хоть одно резкое движение между вами, и обоих подвешу к потолку. Да, мне плевать, что вы Боги коварства. И снова мне плевать, что опыта в бою у вас больше. Особенно у Сильви. И снова да, мне не страшно засыпать, зная, что вы будете мстить. Прогуляюсь в Хельхейм, обниму Фенрира, заодно потом схожу в Асгард. Там Тору и Фригге скучно без нас. Кажется, они пару раз даже жалели, что мама решила всё мирно с Одином, изгнав его из Асгарда. — Столько планов, но где в них мы, шкет? Я уже начинаю подозревать, что ты забываешь о нас, — раздаётся насмешливое из динамика, из-за чего Паркер закатывает глаза и машет рукой в приглашающем жесте. — Я уж думала, что ты загулял где-то, Старк, — фырчит Лафейдоттир, вставая на ноги, однако долгое время бессознательного лежания плохо сказываются, и Локи подхватывает её за пояс, давая опереться на себя. — Будем считать, так я заглаживаю свою вину, — хмыкает Лафейсон, помогая Сильви выпрямиться, и направляется с ней к двери, слыша бормотания на тему: «где бескорыстные поступки, а где Локи». Забавно это слышать от того, кто когда-то тоже носил это имя. — Хелен, мы в медблок, да? — спрашивает Питер, когда они почти выходят из лаборатории. Доктор Чо поднимает голову от экрана ноутбука, на котором всё ещё открыт этот проект, и кивает: — Я подойду через пару минут, Пит, так что идите вперёд. И Тони захватите. — Это не мы Тони захватим с собой, а он нас, — улыбается Паркер и выходит сначала через одну дверь, потом через вторую, и резко тормозит. — Чего застыл, Паучишка, как перед Лафейсоном в обличии йотуна? — насмешливо задаёт вопрос Лафейдоттир, но замолкает, понимая его заминку. — И как всегда нужно меня приплести, колючка, — цокает языком Локи, осматривая скопление людей, большинство из которых подростки, и мотает головой. — Ещё решили завести детей? Вам одного не хватает, да? — Как мило, что ты себя в пример приводишь, — с самым серьёзным лицом произносит Питер, ловя весёлый взгляд Сильви и обещающий все муки ада от Лафейсона. — Что же… Здравствуйте, Мистер Харрингтон. Я не знал, что вы сегодня будете здесь. Паркер видит эти шокированные лица одноклассников, какой-то обречённый взгляд учителя, и всё понимает. Они были там, в лаборатории. Может, недолго, но были, чтобы услышать то, что не предназначалось для их ушей. Нет, когда-нибудь все узнали бы, что Питера Паркера, обычного человека, не существует. Есть он — не самый подходящий, но наследник Хелы, Богини смерти, да Человек-паук, дружелюбный сосед. Если бы не Один, вынудивший Хелу оставить своего ребёнка в Мидгарде, где время течёт иначе, всё было бы по-другому. Его мама провела взаперти долгие сотни лет, а он вырос среди людей, «награждённый» заклинанием от матери, благодаря чему не очень отличался от человека. И всё шло хорошо, пока не произошло знакомство с Локи и Тором, укус паука и встреча с Хелой. Замечательная семья просто. — Это идея Пеп, — вырвав его из мыслей, произносит Тони и поднимает руки в жесте «сдаюсь» под недоверчивым взглядом. — Прости, Пит, но я не мог этого не сделать. — Вы хотя бы с Пеппер не пытаетесь друг друга убить, и то радость, — вздыхает Питер, опустив голову и боднув плечо Старка, который подходит к нему и приобнимает за плечи. — Мистер Харрингтон, я хоть смогу нормально доучиться в свете того, что вы все теперь знаете? — Я… — учитель мнётся пару мгновений, мимолётно смотрит на Лафейдоттир, которая до сих пор опирается на спокойного Локи, и уверенно кивает: — Не вижу причин для ваших сомнений, Мистер Паркер. Все годы учёбы у нас вы были одним из лучших учеников, хоть и с максимальным количеством пропусков, так что не понимаю, почему это должно измениться. — Что значит «с максимальным количеством пропусков»? — вскидывает брови Пеппер и хмурится, когда Питер пытается скрыться за Старком. — Милый, ты ведь знаешь, что не спрячешься. — Геройствовал много, — фырчит Лафейсон, без зазрений совести сдавая Паркера. — Так всё-таки Человек-паук? — стонет кто-то из группы учеников, а Питер с удивлением понимает, что это Флэш. — И стажировка правдивая? — Ну… да? Я вроде стажируюсь-живу-надоедаю Мистеру Старку, поэтому да? — неловко кивает Паркер, после чего хмурится. — А вы мой бейдж не видели? Я его, кажется, выронил. — Об этом уже мы с тобой поговорим, — цокает Тони, протягивая ему его пропуск. — Твои одноклассники его нашли, а Пеппер принесла. — А можно вопрос? — спрашивает Бетти, подняв руку, словно в школе. Получив кивки, она произносит: — Ты ведь учишься с нами, Питер, и мы одногодки, но почему Мистер Лафейсон упоминал, что младше тебя? Паркер понимал, что в ближайшее время услышит подобный вопрос, только не придумал, как на него ответить. Всё слишком запутано, чтобы рассказать об этом впопыхах, потому что он сам долго привыкал к своему возрасту, находясь в Асгарде долгие годы, хотя на Земле прошло не так много времени. Разное летоисчисление, чёрт бы его побрал. Так что есть лишь один ответ, который Питер может сейчас дать. — Мне семнадцать по земному, но мне больше полутора тысячи лет, — пожимает плечами Паркер, пихая Старка в бок за неуместные комментарии на грани слышимости. — Как много вам известно? — Они знают, кто твоя мать, и… — Тони! — Эти школьники пришли с Пеппер, так что не я виноват! — Надеюсь, у вас хотя бы готовы документы о неразглашении? — спрашивает Питер, глядя на Старка прищуренным взглядом, пока чуть в стороне смеётся Поттс. — Не смеши, Пит. Ты говоришь со Старком, и ожидаешь от него документы? — закатывает глаза Локи, ухмыляясь с оскорблённого вида Тони. Слишком оскорблённого, чтобы быть правдой. — Мистер Харрингтон, спасибо за понимание, — улыбается учителю Паркер, машет рукой одноклассникам и отходит от Старка со словами: — Я знаю, зачем ты это сделал, Тони, но с последствиями тоже тебе разбираться. И… спасибо. Буду ждать тебя в мастерской, — после чего берёт Лафейсона за руку и уходит в сторону лифта, понимая, что Хелен снова потерялась во времени, раз до сих пор не вышла из лаборатории Брюса. — Нет, ну ты видела, Пеппер? — вздыхает Старк, однако школьники могут поклясться, что на его губах мелькает мягкая улыбка, не вяжущаяся с образом, выстроенным в их головах. — Так-с. Ладно, детишки. Вас ждут Мстители, закорючки на бумажках и полчаса «вопрос-ответ». Темы Питера не касаемся, потому что он ответит на всё сам. Жалеет ли Тони, что пошёл на такой риск? Нет. Если Паркеру дадут нормально доучиться, не обвиняя во лжи и не дёргая по той же причине, то это будет победой. Хотя, кажется, уже победа, потому что все видели, что может Питер, и кто стоит за его спиной. Поэтому однозначный ответ: он не жалеет ни о чём.

***

— Сильви восстанавливается сегодня в медблоке, чтобы Хелен могла точно сказать, что больше ей ничего не угрожает, а завтра она уже сможет вернуться к нам, — говорит Паркер, падая на диван между Локи и Старком. — Сумасшедший день окончен. — Почти окончен. Осталось посмотреть пару фильмов, — фырчит Тони, не обращая внимание, когда ему на колени опускаются ноги Питера, который привычно разваливается на них. — Твой больничный заканчивается завтра, Пит. — У меня был больничный? — удивлённо спрашивает Питер, на что уже Лафейсон не может сдержать смех, утыкаясь носом ему в макушку. — Да что? Я не знал об этом! — А что насчёт пропусков в школе? — спрашивает Пеппер, заходя в гостиную с миской попкорна, и хмыкает, когда раздаётся страдальческий стон. — Это сумасшедший год! Не день даже. Хотя нет, день. Он даже переплюнул тот, когда из ниоткуда появилась Сильви, сообщая о каких-то Вселенных и Вариантах, — бормочет Паркер. — Вы хоть представляете, что начнётся на занятиях по декатлону? Это ведь они сегодня были. О, нет, вы не представляете. Будет уйма расспросов. Уйма! — У тебя всегда есть возможность прекратить их. Ты ведь умный, кроха, — улыбается Локи, шепча последние слова ему в ухо. — В крайнем случае, сбегай, свалив всё на Старка. Он это устроил, ему и отвечать. Питер смеётся, запрокидывая голову назад и получая в лоб поцелуй от Лафейсона. Где-то на фоне возмущается Тони, также смеётся Пеппер, но Паркер не обращает на это внимание. Кажется, именно сейчас Питер понимает, что счастлив, ведь у него есть всё. Семья, пусть и такая странная, собранная не только по разным мирам, но и Вселенным. Любимый, хоть и вредный Бог. Люди, что заботятся о нём, пусть и в своей манере. Ему этого достаточно.