На три шага вперед

      — Видишь? Я вернулся, — громко сказал Рави, выходя на террасу.       Погода изо дня в день становилась всё лучше. Метеослужбы быстро подготовились к приходу весны, и перепадов температуры больше не было. Стояла ясная погода, пожухлые от холода листья на деревьях снова купались в солнечном свете, наливаясь насыщенным цветом. В такую весеннюю погоду, когда даже в жарком Орлеане ощущается смена времени года, Рави ощущал себя как никогда живым. Хотелось приключений, хотелось творить. А вот Дан был человеком уравновешенным, его настроение никогда не зависело от погоды, магнитных бурь и схождений звёзд. Его мало что радовало и заставляло порхать на крыльях.       Совершенно скучный человек. Но это только на первый взгляд. Внешне хладнокровный, как каменная глыба, но внутри него всегда бушевал ураган. И только совсем недавно он наконец дал ему имя — Рави. Этой буре эмоций, хранимой в покое и умиротворении до заключения злосчастного брака, как никому другому подходило это имя. Такая же гордая и непокорная, как и его муж, являвшийся причиной её пробуждения. Даниэлю поистине было тяжело совладать с новым укладом жизни. Всю жизнь привыкший надеяться только на себя, привыкший принимать решения самостоятельно он не мог уложить в своей голове, что рядом с ним теперь есть равный ему по силе, и что теперь нужно действовать сообща. Упустив из вида то, что под красивой оберткой скрывается не пустоголовый избалованный мальчишка, а благородный юноша с острым умом и стальной решимостью, Дану понадобилось время, чтобы принять это как данность и примириться с тем фактом, что его брак начинает принимать не только формальное очертание.       — Даже не опоздал, — подтвердил мужчина, сидя за кованным столом возле бассейна. Картина по-настоящему была уютной: Даниэль в домашней одежде, свободный от строгих костюмов, сервированный для обеда стол, солнце, бликующее в синеве бассейна. Рави был дома. Впервые с тех пор, как Дан привёз его в своё логово, как показал подготовленную для него комнату, впервые с того момента, как Рави бился в истерике, разрезая на куски свой свадебный наряд на полу ванной комнаты. Внутри вдруг стало по-домашнему тепло.       — Обед на свежем воздухе. Прекрасно, — расплылся в довольной улыбке Рави, усаживаясь за стол напротив мужа. — Халл не составит нам компанию?       — Он уже уехал на завод, сегодня только мы вдвоём, — Дан подхватил бутылку вина и наполнил бокал для Рави.       — Совет дал нам время, чтобы мы показали эффективный результат не только на бумаге. Нужно нанять больше специалистов, раз нам дали временную лицензию.       Даниэль поморщился и замотал головой:       — Прошу, давай не о работе, я хочу отдохнуть от всего этого.       — Как скажешь, — удивился юноша, но промолчал. Обычно его муж был голоден до работы и новых свершений, жертвуя даже сном, и Рави с роду не видел у него желания отдохнуть.       Тут на терассе послышался топот ног прислуги, и молодая девушка в серой форме домработницы поставила перед ними две огромные тарелки, пожелав приятного аппетита.       Юноша склонился над тарелкой, рассматривая восхитительно пахнущий стейк лосося, и вдруг подозрительно сощурился. Он взял вилку, нож, отрезал небольшой кусочек и недоверчиво положил его в рот. А Дан еле сдержал улыбку, так и не притронувшись к еде, наблюдая сие действо.       — Этот лосось умер зря. Надо сменить шеф-повара, — категорично высказался Рави, проглатывая кусок, после чего тяжело вздохнул, но продолжил есть, — мы живём в портовом городе, а он умудряется испортить любую рыбу, которой касается.       Даниэль всё же не сдержал улыбку и приступил к еде. Это недовольство выглядело очень мило. Сам он посчитал рыбу совершенно обычной, потому как не был привередлив к еде.       — Можешь нанять, кого захочешь.       — Кстати, на счёт винодельни, — вспомнил юноша, — я подумал, что это не плохое вложение.       — Выбери регион и скажи Кевину. Он найдёт тебе варианты, — Даниэль был не против, ведь сам это предложил. Тем более, большое количество бизнес-проектов в различных сферах обезопасит его состояние. До приобретения Rogue Industries, у него уже было несколько торговых центров, своя охранная компания, автосалоны, несколько небольших строительных компаний и заводов производителей электроники. ArkonGlobal простиралась как паутина по городу и штату, цепляя к себе всё больше фирм. Ещё одно приобретение будет не лишним.       — Люблю грузинские вина. Можно выбрать что-то в тех регионах.       — Всё, что захочешь, — усмехнулся Даниэль.       — Хочу новую машину, — вдруг выдал Рави, лукаво смотря на мужа.       — Ты и двух месяцев не проездил на предыдущей, хотя очень её хотел. Не наглей.       Рави весело поднял руки, будто сдаётся:       — Ладно! — досадно воскликнул он. — Просто уточнил. Думал, теперь ты мне всё будешь разрешать.       — Не надейся, — усмехнулся Даниэль. Он мог бы купить ему хоть целый автопарк, но это было скорее в воспитательных целях. Будь он чуть более мягкотелым, за одну только улыбку он бы делал для Рави всё, о чём бы он не попросил. — Ты же только что из ресторана, а накинулся на невкусную рыбу как после голодовки, — Дан внимательно смерил юношу взглядом, смотря, как он жадно ест.       — Вероника вечно сидит на диетах. Сказала, что я ей больше не племянник, если я закажу что-то кроме овощного салата, — попытка подловить на вранье никак Рави не смутила, и он даже ухом не повёл, когда бессовестно соврал, — кстати, скоро она открывает новый отель на Гавайях. Мы могли бы слетать туда и отдохнуть.       — Мы? — обратил внимание Даниэль, откладывая вилку с ножом и подхватывая бокал.       Рави оторвал свой взгляд от тарелки и тяжело вздохнул, расстроенный тем, что его муж не упускает возможности прицепиться к словам.       — Да, мы. Мы ведь можем хоть иногда изображать обычную семейную пару?       — По-моему, это уже не про нас. Обычными нам никогда не стать, — Даниэль не хотел его обидеть, дело в том, что он не особо верил в его искренность, — ты же ненавидишь меня.       — Можешь считать меня старомодным, но брак для меня не пустой звук. Пусть у нас он и был фальшивкой, но он не обязан таким оставаться, — тихо сказал Рави, снова опуская глаза в свою тарелку, — в отличие от тебя, я стараюсь хоть что-то исправить.       Младший отложил приборы, вытер салфеткой рот и поднялся из-за стола.       — Пойду приму душ.       — Рави, — сказал Даниэль, останавливая мужа, аккуратно перехватив его за запястье. Поднявшись из-за стола, он встал напротив него. Тяжёлые ладони легли на изящные плечи, а мужчина тяжело вздохнул, закинув голову вверх, подбирая слова.       — Сейчас ты снова скажешь, что у нас не такие отношения, что это не для нас? — в сердцах сказал юноша. — Тебе всегда было проще откупиться от меня, чем поговорить.       — Ты прав, мы не обязаны больше враждовать. И я ужасно с тобой поступаю и часто игнорирую, — Дан заглянул в глаза Рави, коснулся его щеки тыльной стороной ладони и увидел растерянность в серых глазах, — но ты мой муж. Что бы ни было между нами, я буду заботиться о тебе и защищать. Ты — моя ответственность и моя семья.       Щеки Рави вдруг вспыхнули румянцем. Он понимал, что сказать это было не так уж просто для Блауна, и он был рад услышать хотя бы часть того, о чём он думает. Это ведь хорошее начало.       — Ты не такой уж и бесчувственный, каким хочешь казаться.       — Я привык быть один.       — Но теперь это не так, — пожал плечами Рави, — мы ведь можем попытаться наладить всё между нами.       Даниэль как-то грустно усмехнулся, смотря в эти чистые глаза, а потом поцеловал юношу в лоб, положив руку сзади на шею, и сел обратно за стол.       — Попытаемся, — согласился он, еле выдавив из себя, понимая, что Рави ждёт от него ответа. Юноша удовлетворительно кивнул и направился в дом, оставляя его наедине со своими мыслями.       Дан ещё минуту смотрел мужу в след, прокручивая в голове их разговор. Искать подвох было его профессиональной привычкой. Проблемы с доверием. Даниэль был реалистом и ему было трудно поверить в то, что этот мальчишка, которого он лишил всего, лишил свободы, стал проявлять к нему нежные чувства. Он считал, что это невозможно, но вопреки всему почему-то очень хотел, чтобы это оказалось правдой. Отрицать, что они подходят друг другу, Дан не мог. Рави был удивительным. Между ними было то, что сложно описать словами. Связь, рождённая в ненависти, со временем стала крепчать, принимая почти осязаемую форму. Такому как Даниэль, слепо довериться другому человеку — означало пойти на риск. Но может, спустя столько лет одиночества, пришло время дать волю чувствам.