На три шага вперед

      День и вправду выдался насыщенным. Сперва они поехали на место преступления, где убили клиента. Дан разбирался с полицией и пытался как-то замять этот вопрос, чтобы про убийство не прознали журналисты и ущерб его охранной компании был нанесён минимальный. После следования хвостиком за мужем весь божий день, Рави уже валился с ног, не привыкший к такому темпу, но не смотря на усталость был рад провести с ним время. Дан был более чем лоялен к нему, объяснял, что и зачем он делает, отвечал на вопросы, если вдруг что-то интересовало парня, который ловил каждое его слово, впитывая всё как губка. Это помогло Рави узнать его ещё лучше. Полезно знать, как мыслит другой человек.       После разбора полётов с охранной группой, допустившей такую оплошность, супруги наконец смогли пообедать в ресторане неподалёку. Дальше у Дана был распланирован весь день, и он снова предложил, хотя мог и приказать, Рави поехать домой. Юноша отказался, не желая сидеть там в одиночестве, после чего сильно удивился реакции мужа на отказ, который просто сказал «ладно» и продолжил есть. Он считал, что порядком надоел ему за весь день, хотя старался не быть навязчивым и зачастую просто наблюдал, поэтому опешил, услышав простое согласие, но был рад.       Ничто не омрачало этот день. Даниэль был вежлив и обходителен, даже когда они оставались наедине. Ранее Дан никогда не был скуп на касания к мужу, он всегда любил трогать его волосы, привычно приобнимать за талию, касаться его лица тыльной стороной ладони. На публике эти касания имели всегда один характер, без подвоха, но, когда взгляд общественности их покидал, они становились совершенно другими. В начале он всё делал нежно, словно заманивал жертву, потом его касания плавно становились жёсткими и властными, затем от каждого его действия веяло угрозой. Каждый раз, когда Дан трепетно касался подбородка, когда клал руки на его талию, у Рави останавливалось сердце и заканчивался воздух от ужаса и страха, что сейчас ему сделают больно. Он приучил мальчишку опасаться его, быть всегда начеку. Рави называл его касания паучьими объятьями. Но сегодня такого не было, даже если юноше так казалось. Их тактильное общение понемногу становилось всё более честным и частым. Даже когда они ехали в машине по очередным делам, Даниэль увлеченно разговаривал по телефону и сам не заметил, как машинально положил руку на его колено, слегка сжав, Рави сначала напрягся, ожидая подвоха, но потом, осознав, что ему ничего не угрожает, смущенно улыбнулся уголками губ и отвернулся к окну.       — Устал? — шёпотом спросил Даниэль, наклоняясь к мужу, что сидел рядом. Сейчас они были на заседании в строительной компании Блауна, где его подчинённые зачитывали ему годовой отчёт. Уже было за семь часов вечера и это было последнее дело на сегодня.       — Немного. Не привык к такому темпу, — Рави поёрзал на стуле и улыбнулся.       — Скоро закончим.       Юноша кивнул и немного вздрогнул, в заднем кармане штанов почувствовав вибрацию телефона. Стараясь не обращать на это внимание Дана, достал устройство, уведомившее его о входящем сообщении. Разблокировав его, он открыл сообщение и моментально побледнел.       «Началось. У тебя 11 часов.»       Этот день всё же был омрачён. Рави пришлось вспомнить — он не закончил свою двойную игру. ***       В доме было тихо. Прислуга давно разошлась по домам, оставив приготовленный для хозяев ужин, Халлвард был занят на заводе, и никто не разбавлял дурацкими шуточками вдруг ставшей напряженной атмосферу между супругами.       Рави был напряжен, но старался этого не показывать. В голове крутилась куча мыслей и сожалений о том, что он сам предложил сопровождать Дана весь день. Если бы можно было отмотать время назад хотя бы на пару часов, сказать мужу, что он устал и хочет поехать домой, он бы нёсся сюда сломя голову, если бы знал, что придёт это чёртово сообщение от Лои.       Пребывая полностью в своих мыслях, Рави почти на автопилоте следовал за Даниэлем, когда они вернулись домой. Только когда мужчина разрушил гнетущую для него тишину, заметив, что юноша ещё час назад был более разговорчивым, Рави наконец вынырнул из своих чертогов разума.       — Халл вернётся поздно, можно ужинать без него. Ты голоден?       — Что?.. А нет, — смущённо улыбнулся парень. Стоя посреди холла, он стянул с плеч кардиган и закинул его на плечо, — хочу отдохнуть.       — Ладно, — кивнул Дан, пристально рассматривая мужа, — всё в порядке?       — Да, — улыбнулся Рави и, вовремя заметив какой-то деревянный ящик на полу в гостиной, переключил всё внимание на него, — что это?       — О, это подарок для тебя. Забыл, что его доставят сегодня.       — Правда? — засиял юноша и, тут же кинув свой мешающийся в руках кардиган на оттоманку, сел прям на пол рядом с ящиком. — Что это?       — Открой и узнаешь.       Подарки Рави обожал, Даниэль это прекрасно знал и не смог сдержать улыбку, когда увидел с каким энтузиазмом парень снимает с ящика крышку. Под ней содержимое закрывала небольшая копна ароматного сена. Откинув его на пол, взору Рави предстали шесть бутылок вина. Он осторожно взял одну из них и повертел в руках.       — Это вина из разных долин в Грузии, — Даниэль встал за его спиной и засунул руки в карманы брюк, смотря на него сверху, — я подумал, что ты захочешь попробовать их перед тем, как купить там винодельню.       Рави молча рассматривал каждую бутылку и вдруг в голове сложился отличный план, способный решить его проблему, которая уже не терпела отлагательств. А подарок ему и впрямь понравился. Он осторожно положил бутылки обратно в ящик на свои места, а потом, немного поразмыслив, выбрал одну из них, поднялся на ноги и повернулся к мужу.       — Мне нравится, — скромно улыбнулся Рави. Он на секунду опустил голову, а потом собрал в кулак всю свою смелость и сделал навстречу шаг. Аккуратно коснувшись кончиками пальцев его щеки, он приподнялся на носочках и трепетно прижался к тонким губам мужа своими. Даниэль даже немного опешил, но, приобняв за талию, ответил на короткий поцелуй.       Рави отстранился и поднял на него взгляд, полный растерянности с каплей страха, словно сам не ожидал от себя такого. Но в ответ в его глазах — ничего. Как всегда, ничего. Будто каменная глыба перед ним. Хотел бы Рави залезть в его голову и чайной ложечкой расковырять каждую извилину, чтобы узнать, о чем Дан думает.       — Спасибо, — в полтона сказал он, севшим голосом и смущённо опустил голову, отходя на шаг назад, — очень внимательно с твоей стороны.       Подарок и впрямь был хорошим, специально для него. Это был второй подарок от Даниэля, который он сделал сам, а не по заказу самого Рави. Первым подарком был самолёт, но в сравнении с этим ящиком вина, он был просто предлогом задобрить, попыткой откупиться. Сейчас было всё не так.       — Рад, что тебе понравилось, — ответил мужчина и заправил за ухо мальчишки пепельную прядку.       — Я, пожалуй, пойду к себе, — Рави ловко подкинул бутылку в руке, кинув на мужа неоднозначный взгляд, и юркнул по лестнице на второй этаж.       Даниэль ещё некоторое время смотрел в пустоту перед собой, обдумывая то, что сейчас произошло. По своей сути он всегда был черствым и толстокожим, это очень помогало в бизнесе, помогало не отвлекаться на опасные чувства. Любовь, чрезмерное влечение, что угодно, что не вписывалось в его жизненный уклад, Дан считал опасным. Они заставляли мыслить нетрезво. Но Рави требует от него именно этого, заставляет чувствовать, ревновать и желать всё больше и больше. Даже если ему дадут в руки иллюстрированное пособие, Дан будет не способен понять и расшифровать распри, сейчас кипящие в своей голове.       Перед таким, как Рави, устоит лишь идиот или слепой. Наверное, Дан и есть этот самый идиот, раз так долго игнорировал такое прекрасное, королевское создание. Он с самого начала мог избрать другую тактику отношения к нему, но строить иллюзии не любил, боялся, что, если доверит себя другому человеку, всё, чего он достиг, рухнет прахом. Но отрицать, что Рави теперь занимал все его мысли он больше не мог. Чтобы справиться с проблемой, её сначала надо признать. ***       Проговорив минут пятнадцать по телефону с Лои, Рави ходил по комнате взад-вперёд, нервно поглядывая на бутылку вина. Паника, мигом охватившая всё его тело, не давала сосредоточиться и решиться на отчаянный шаг. Другого выхода, кроме как подмешать снотворное в вино он не видел. Его трясло, потому что это было опасно. Снотворное с алкоголем не самое лучшее сочетание. Черт, если бы он только поехал домой после совещания всё было бы иначе, но теперь поздно об этом сожалеть, времени нет.       Рави схватил бутылку, достал штопор из ящика стола и направился в ванную. Судорожно открыв шкаф, возле раковины он выудил аптечку. Вытряхнув содержимое небольшого контейнера в раковину, парень стал судорожно искать хоть что-то подходящее. Под руки попался пузырёк капель для лучшего сна и баночка с транквилизаторами, рецепт на которые он выпросил у своего психотерапевта. Посещал мозгоправа он ещё в школе, когда погиб его папа, и спустя долгое время обратился к нему второй раз уже после свадьбы с Даниэлем.       Выбор небольшой. Либо совсем лёгкое снотворное на травах, которое не факт, что повалит в сон здорового стокилограммового мужчину, и транквилизаторы, которые могут его убить, если Рави ошибётся с дозой.       — Твою мать, — себе под нос прошипел парень, опираясь локтями на раковину и роняя голову на руки, — что делать?.. Ладно, соберись, — выпрямившись, он поправил свои волосы и внимательно посмотрел на своё отражение, выдыхая через рот и восстанавливая дыхание.       Он ещё раз посмотрел на пузырёк с таблетками и взял его в руки. Открыв крышку, он вытряхнул на ладонь маленькую голубую таблетку. Слишком мало, нельзя наверняка знать, сколько выпьет Дан, если он сделает только глоток вина, этого будет недостаточно. Вытряхнув в ладонь ещё три таблетки и, положив их перед собой на столешницу, он решительно отставил пузырёк.       Штопором открыв бутылку, он с горла сделал пару глотков для храбрости. В дверь постучали. Рави подавился и закашлялся, выплевывая вино в раковину.       — Чёрт! — рукавом стерев бардовые капли с подбородка, он дрожащими руками стал искать что-то тяжёлое, чтобы раздавить таблетки. Стук в дверь повторился снова, эхом отзываясь прям в его ушах вместе с сердцебиением.       — Я сейчас! — выкрикнул он, хватая бутылку и ободком её дна стал давить на таблетки, превращая их в порошок. Как теперь насыпать его в бутылку? Не найдя под руками ничего, что могло бы помочь, он смахнул порошок себе в ладонь и щепотку за щепоткой стал засыпать в узкое горлышко бутылки. На бегу из ванной в комнату он, отряхнув руки от порошка о штаны и ногой захлопнув дверь, чтобы Дан не видел устроенный им разгром, заткнул горлышко большим пальцем и встряхнул бутылку, чтобы порошок растворился в вине. Поставив её на столик рядом с двумя заранее подготовленными бокалами и судорожно обтерев бутылку от просыпавшегося мимо порошка, Рави рванул к двери и в шаге от неё резко остановился, по щелчку принимая максимально спокойное состояние.       Стук из двух настойчивых ударов повторился, и юноша нажал на сенсорную панель на двери, снимая блокировку с замка. Под дверной ручкой раздался щелчок, и Рави распахнул дверь.       — Прости, я был в туалете, — растерянно произнёс юноша.       Мужчина стоял перед ним уже без пиджака и галстука в наполовину расстегнутой белоснежной рубашке и опирался плечом на дверной косяк, на первый взгляд терпеливо дожидаясь, что ему откроют. Раньше он никогда не стучал, бессовестно врываясь в его комнату, Дан мог бы и сам открыть замок, имея доступ к любой комнате в доме, но он решил сделать всё по правилам.       — Ничего, — пожал плечами он и, оттолкнувшись плечом от стены, вошёл в комнату, оттесняя Рави от двери и закрывая её за своей спиной.       Юноша потёр шею и направился к столику, чтобы ещё раз проверить бутылку. Заметив, что следы порошка остались на ободке донышка, он незаметно стёр их краем рукава.       — Ты приготовил два бокала? — раздался голос прямо за спиной Рави, и тот сразу вздрогнул, прикусывая нижнюю губу.       — Я… знал, что ты зайдёшь, — сглотнул он и, стараясь сделать это непринуждённо, отошёл подальше, чтобы наполнить бокалы и убедиться, что порошок успел раствориться.       Даниэль сел на диван, закинув руку на спинку. Он взглядом прожигал спину мальчишки, возившегося с бутылкой.       — Подойди, — вкрадчиво сказал мужчина и увидел, как сжались плечи юноши. Рави разлил вино по огромным бокалам, в которые поместилась почти вся бутылка вина. Послушно подошёл к мужу и стал перед ним, протягивая ему один.       Рави пригубил вино, изображая глоток.       — Вино потрясающее.       Из-за страха пить его, юноша лишь смочил язык и не смог сполна распробовать его вкус, но его отличное качество отметил только после того, как послевкусие с фруктовыми нотками стало обволакивать его язык. Не мешал даже странный привкус от таблеток, который его муж, не будучи знатоком, и не заметит.       Даниэль сделал несколько глотков и глубоко вздохнул через нос. Кардамон, в этой комнате всё пахло им. Запах духов Рави пронизывал комнату. Вкус какого-то там вина, в котором он не разбирается, не мог затмить собой этот запах.       — Сегодня мы кое-что не закончили, — вибрирующий тембр мужчины заставлял поджилки дрожать. Дан протянул хрому свою руку, принимая в хват жёстких пальцев изящную подрагивающую от волнения кисть, и не спеша потянул мальчишку на себя, заставляя оседлать его бедра. Тогда утром в офисе всё было слишком сумбурно, сейчас он не хотел спешить. Хотел как можно дольше растянуть удовольствие.       Этот взгляд Рави, такой загнанный, но в тоже время любопытный. Сейчас Дан на своей территории, не в отеле, не в офисе, где есть лишние глаза и уши, и не под властью эмоций, как тогда в квартире парня. Здесь они совершенно одни, и Рави никто не защитит, если Дан вспыхнет гневом. Но мужчина расслаблен и сосредоточен только на нём. На прекрасных волосах, лебединой шее, стройных длинных ногах, на потрясающей хромной коже. Даниэль с нажимом провел ладонью от колена вверх, плавно переходя на талию к хрупким рёбрам, а юноша замер со своим бокалом в руке, наблюдая за его лицом. Ни единый мускул не дрогнул, только глаза будто потемнели, стоило мужчине прикоснуться к его коже под кофтой.       — Я не сделаю тебе больно, — сказал Даниэль, чувствуя, насколько Рави напряжён. Казалось, вот-вот и он задрожит, — выпей.       Мужчина подтолкнул бокал к нему. Юноша послушно сделал глоток.       — Выпей всё, — Блаун остановил его руку, не дав поставить бокал на столик позади. Рави сглотнул. — Мне повторить?       Повторять Дан не любил, поэтому лучше подчиниться. Немного помедлив, юноша сглотнул вставший ком в горле и выпил, как было приказано, — до дна. Старший тоже сделал несколько глотков, не отрывая взгляда от мужа.       Рави вытер уголки губ пальцами от остатков вина и, отставив бокал на столик, положил руки на грудь мужчины, наклоняясь за поцелуем. Сердце колотилось где-то в ушах и руки тряслись от волнения, главное, чтобы Дан ничего не заподозрил.       Прижавшись к губам мужа, он прильнул к нему плотнее, сжимая мощный торс бёдрами. Горячие, словно расплавленная сталь, ладони снова скользнули под его кофту, поглаживая живот и спину, изучая каждый позвонок. Даниэль углубил поцелуй, настойчиво скользнув языком сквозь приоткрытые пухлые губы. Опустил руки ниже на его ягодицы и слегка сжал, сильнее прижимая мальчишку к себе, заставляя его тереться о свой пах. Рави отстранился, чувствуя, что сам уже порядком возбужден и как твёрдый член мужа, упирается в его собственный.       — Можно мне в душ? — резко остановился он, разрывая поцелуй. — Пожалуйста.       Даниэль зло сверкнул глазами, отчего Рави съёжился, и потянулся к своему бокалу, сделав несколько глотков. За сегодняшний день ему уже надоело ждать, но он мог потерпеть ещё десять минут.       — Иди, — нехотя произнёс он и помог подняться, схватив за талию и поставив юношу на ноги. Рави видел, как он с силой сжал кулак, пытаясь скрыть злость, но ничего не сказал, молча поспешил в ванную.       Заперев за собой дверь, он включил кран в душе и на всякий случай в раковине. Дрожащими руками открыв крышку унитаза, он сунул два пальца в рот. Надавив на корень языка, его желудок скрутило, отторгая всё, что он успел выпить. Выблевав отравленное вино, Рави на негнущихся ногах метнулся к раковине, склонился и стал пить прямо из-под крана. Ему нельзя спать. Только не сейчас. Если он облажается, всё пойдёт насмарку.       Напившись воды, он снова повторил процесс, промывая желудок. Посчитав, что одного раза достаточно, он в попыхах стащил с себя одежду. Дан не должен слишком долго ждать. Ступив под горячий душ, он надеялся, что смоет с себя всю тревогу, но эта надежда растаяла под шум воды. Часть транквилизаторов всё равно успеет усвоиться в его крови, но теперь важно не заснуть. И главное, Дан должен выпить достаточно вина, чтобы отключиться, но не должен выпить слишком много, иначе может умереть. Напряжение и волнение электричеством разносились по его телу.       Для подтверждения своей легенды, вылив на руки немного геля для душа и спешно обмылся. Выключил воду. Выбрался из душевой. Смахнув с тела капли махровым полотенцем, он накинул на себя длинный халат из тончайшего шелка и на всякий случай прополоскал рот несколько раз.       Приведя себя в порядок, Рави вздохнул и юркнул за дверь. Закрыв её, он прижался к ней спиной, смотря на мужа. Тот стоял у окна уже без рубашки, с пустым бокалом в руках. Абсолютно спокоен. Юноша глянул на бутылку, она была пуста. Возможно, он выпил слишком много.       Дан перевёл на него взгляд, обходя диван и ставя бокал на столик.       — Подойди.       Рави оттолкнулся плечами от двери и сделал несколько шагов на встречу. Сердце пропустило несколько ударов, когда Дан обошёл его по кругу и встал за его спиной, подходя вплотную. Растягивал этот момент, делал всё неторопливо, словно змея, медленно обвившая шею своей жертвы. Это пугало Рави до чёртиков, волновало и тревожило так, что колени начинали дрожать, а ему и без того сейчас хватало стресса. Если бы Даниэль сейчас был нетерпелив и полон животной страсти, как утром в офисе, ему было бы проще расслабиться. Нет, конечно, Рави хотел провести с ним ночь, очень хотел почувствовать его внутри, хотел всех тех властных и жёстких касаний, не похожих ни на чьи другие, но сейчас все его мысли занимала тревога и, в купе с этими пугающими действиями мужа, наполняла его кровь адреналином. И он расползался по телу густым маслом, заставляя вздрагивать даже от простого вздоха у него над ухом.       — Ты дрожишь, — хриплый голос мужа заводил в разы сильнее, чем что-либо.       — Я просто… — пролепетал Рави.       — Боишься меня, — закончил за него Дан и медленно опустил руки на его талию, отлично чувствуя каждый изгиб сквозь тонкую струящуюся по точеному телу ткань. Этот халат прекрасно сидел на нём, но сейчас казался лишним.       — Я обещал, что не сделаю тебе больно, — повторил мужчина, касаясь щекой влажных волос, капли с которых стекали по шее вниз и исчезали, впитываясь в белоснежную ткань.       — Я знаю, — прошептал Рави и повернулся к нему, обхватывая ладошками лицо мужа и впиваясь в его губы.       Не разрывая поцелуй, Дан потянул за пояс халата, развязывая тугой наспех завязанный узел. Лёгкая ткань, больше ничем не удерживаемая на теле, сама медленно соскользнула с хрупких плеч, обнажая гладкую кожу, и повисла на локтях Рави. Блаун запустил руки под его халат на его спину, медленно спускаясь ладонями вниз к ягодицам. Он разорвал поцелуй и припал губами к шее хрома. Обхватив широкую спину руками, Рави запрокинул голову, прикрывая глаза и чувствуя слабые укусы на шее, следы от которых тут же покрывались влажными поцелуями. Сжав упругие ягодицы и насладившись тихим сладким стоном, старший обхватил тонкую талию, крепче прижимая к себе, вторую руку просовывая между тел и накрывая его член ладонью. Эльфийское тело пронзило мелкой дрожью. Даниэль медленно водил по члену вверх-вниз, наслаждаясь шумным придыханием в свою шею, но потом убрал руку, и услышал жалобный стон, требующий продолжения.       Плотоядно ухмыльнувшись, Блаун отстранился, схватил мальчишку за горло, слегка надавливая на челюсть, заставил приоткрыть рот. Рави не сопротивлялся, обхватывая губами его пальцы и не разрывая зрительного контакта. Скользнул языком по подушечкам и фалангам пальцев, обильно смачивая их слюной. Дан сходил с ума от этого зрелища, хром ещё никогда не был таким покорным с ним, таким послушным. Кровь отхлынула от мозга. Хотел бы он сорваться, нагнуть его прямо сейчас, больно врываясь в хрупкое тело, но он обещал и терпел это чудовищное напряжение в своих штанах, ради него.       Достав влажные пальцы изо рта, он скользнул ими вниз между ягодицами, второй рукой снова накрывая его член. Рави обхватил руками его шею, утыкаясь лбом в лоб мужа и прикусывая губу, чувствуя слабое давление на тугое кольцо мышц ануса.       — Расслабься, — прошептал ему в губы мужчина и, не дав перевести дыхание, ввёл в него один палец, а следом сразу второй. Младший, приподнялся на носочках, болезненно простонав себе под нос. Его сразу же дополнил стон наслаждения, и Рави подался навстречу руке, ритмично заскользившей по его члену. Даниэль в такт двигал пальцами в нём, подготавливая и растягивая мышцы, вынуждая всё больше стонать и тянуться к его губам, умоляя поцеловать.       Рави еле стоял на ногах и хватался за широкие плечи, как за спасательный круг. Хотелось большего. Он опустил руки вниз, расстёгивая ремень на штанах мужчины. Даниэль прорычал ему на ухо, когда наконец ощутил через ткань боксеров касание к своему члену, который был готов взорваться от крови, прилившей к нему. Схватился за руки мужчины, заставил вывести из себя пальцы и стал медленно опускаться на колени, попутно целуя впадинку между ключицами, спускаясь всё ниже и касаясь губами каждого шрама, попадающегося на пути. Даниэль опустил ладонь в мягкие волосы, готовый взвыть от нетерпения, и шумно выдохнул, наслаждаясь зрелищем. А оно и правда было восхитительным.       Рави спустил боксеры вниз, высвобождая его член. Обхватив своей маленькой ладошкой ствол, он размазал по всей длине сочащуюся смазку и кончиком языка лизнул головку, вырывая из груди Дана скупой тихий стон. Обхватил головку губами, слегка посасывая, обвёл её языком по кругу и тихо проскулил, от хватки в своих волосах, которая вдруг стала крепчать. Вибрация от стона на члене всё терпение убила, и Дан, тяжело простонав, не сдержался. Толкнулся навстречу, грубо заставляя Рави взять на всю длину, прям до основания. Сопротивления он не почувствовал, только ещё один стон. Никакого рвотного рефлекса, мальчишка не закашлялся, спокойно дышал через нос, а потом, шире раскрыв рот, высунул удивительно длинный язык, коснулся кончиком яичек, вызывая животный рык, пропитанный изумлением от невероятных ощущений и злостью. Это мгновенно вывело из себя, когда он представил, как кто-то другой засовывал свой член в этот рот так же глубоко. Кто-то ведь научил его этому. Рави оказался намного опытнее, чем выглядел. А Дан эгоистично хотел бы быть первым. В голове зашумело, то ли от ярости на тех, кто был до него, то ли от чего-то другого.       Сильнее сжав кулак, мужчина рывком потянул мальчишку за волосы наверх, заставляя выпустить изо рта член и встать на ноги.       Рави болезненно поморщился, испуганно глядя на мужа:       — Я что-то не так сделал? — пролепетал он, встречаясь с этим взглядом — оружием таким же эффективным, как и нацеленный в висок револьвер.       Даниэль зло выпустил воздух сквозь зубы, утешая гнев и зная, что Рави ни в чем не виноват.       — Всё в порядке, не бойся, — Блаун смягчился и развернул его к себе спиной, стягивая с рук бесполезно болтающийся халат. Толкнув растерянного хрома вперёд к дивану, он поставил его коленями на сидение и надавил на плечи, грудью впечатывая его в спинку. Рави прогнулся в пояснице и почувствовал поцелуй между лопаток, затем руки на своей талии, спускающиеся всё ниже, нетерпеливо сминающие бока до красноты.       Даниэль и взгляда оторвать не мог от прекрасного тела. Раздвинув ягодицы, членом провёл между ними, слегка надавливая головкой на пульсирующую дырочку. Рави вздрогнул и инстинктивно подался вперёд, но жёсткие пальцы, обвившие горло, притянули назад. Старшего немного повело в сторону, но он быстро откинул дурманящее наваждение, думая, что ему показалось, и прижался грудью к спине хрома, осторожно проталкивая головку внутрь. Рави сильнее сжался, болезненно простонав, и вцепился в спинку дивана.       — Тише, детка, расслабься, — стараясь успокоить, Дан поцелуями его скулу усыпал и, почувствовав, как Рави выдохнул, резко вошёл на всю длину, крепко удерживая за подрагивающие бедра. На алебастровой коже завтра наверняка расцветут синяки, а в памяти Рави навечно останется воспоминание, что его муж и нежным быть умеет, пусть даже если не мало сил к этому прикладывает.       Он тихо проскулил, закусывая губы, и почувствовал, как хватка с шеи исчезает. Дан схватил его за руки и свёл локти за спиной, оставляя парня почти навесу. Вышел из него наполовину и толкнулся снова, выбивая воздух из лёгких юноши. Так узко и горячо, что голова снова начала кружиться. Он обещал не делать больно, двигался аккуратно, давая привыкнуть к распирающим ощущениям внутри, и постепенно наращивал темп. С каждым болезненным стоном податливого тела силы сдерживаться терял всё быстрее. С очередным толчком и попаданием по простате характер болезненных стонов изменился, и Рави выгнулся, подаваясь на встречу. Боль от проникновения отошла на второй план, позволила без ужимок звонкими стонами показать, что хочется и больше, и глубже.       На выключение всех своих предохранителей Даниэль будто получил разрешения. Движения стали резче и злее. Цепкой хваткой он вцепился в тонкую талию, натягивая покрывшееся испариной тело мужа на свой член под своё же животное рычание. Толчок за толчком, и голову пьянили эти сладкие стоны в купе с хлесткими шлепками по идеальной коже. Дана будоражила ответственность за его хрупкое тело и его удовольствие. Хотелось навсегда подчинить себе, раствориться в нем.       Рави сходил с ума, срывая голос, и больше не мог терпеть. Изнывая от ярких ощущений, восхищался властью старшего над собой. Тяжёлая рука иногда поднималась с его бёдер вверх к голове, несильно сжималась в кулак, удерживая пару секунд клок волос, а затем мягко, пропуская волосы сквозь пальцы, опускалась на шею. С шеи ниже, через выступающие позвонки, через ребра и поясницу к ягодицам, сжимая их до красноты. Он чувствовал каждый дюйм кожи, где ее касалась ладонь Даниэля. Она горела, впитывала его, оставляя на поверхности въедливые отпечатки, кричащие о том, кому его тело принадлежит.       Он потянулся к своему члену, чувствуя, как Дан ускоряет темп. Мужчина подхватил его под грудь и притянул к себе, обхватывая шею рукой, чтобы видеть его лицо, дрожащие лисьи ресницы, когда он кончит. Юноша вздрогнул, и закинул голову ему на плечо, открытыми влажными губами хватая воздух, обжигающий лёгкие. Старший накрыл его ладонь на члене своей, не переставая двигаться. Рави мелко задрожал, сжимая Дана внутри себя, и от пары движений по стволу кончил с немым стоном на губах. Старший глухо прорычал, на последних толчках со всей силы вбиваясь в почти без сил обмякшее тело в своих руках. Перед глазами всё плыло. До боли сдавливая тонкие ребра в объятиях, Даниэль кончил, изливаясь глубоко внутри.       Голова кружилась словно у школьника после первого секса. Мужчина давно не испытывал такого оргазма. Или дело совсем не в этом? Он вышел из младшего, который сразу же рухнул на диван, вытирая руку от спермы о первое, что попалось на глаза, о подол своего халата. Плевать, купит новый.       Даниэль, пошатываясь, машинально натянул на себя спущенные брюки и встряхнул головой, пытаясь сбросить с неё пьянящее головокружение. Но оно только удвоилось, силясь выбить почву из-под ног.       А Рави, переводя дыхание, внимательно следил за ним исподтишка, пытаясь скрыть дрожь в пальцах, которая совсем не от яркого оргазма по всему телу расползалась. Прошло достаточно времени, чтобы таблетки подействовали.       — Ты в порядке? — тихо спросил он, заботливо бросаясь к нему.       — Да… или… — Дан неуверенно потёр виски, уже прилично пошатываясь. Транквилизаторы, полностью растворившиеся в его крови вместе с алкоголем, с каждой секундой все больше дезориентировали его, а накопившаяся усталость полностью добила отравленное тело. В глазах темнело.       — Ты просто устал, — тихо сказал голосом, который слышался словно сквозь толщу воды, — нужно прилечь.       Рави подхватил его под руку и повёл к своей кровати.       — Это просто упадок сил, — нашёптывал он ему на ухо, пытаясь убедить, что всё в порядке, — ты поспишь и всё пройдёт.       Юноша еле успел дотащить огромную тушу Даниэля до кровати, как он рухнул на неё, переворачиваясь на спину. С губ срывались какие-то слова, но Рави уже не мог их разобрать. Стянул с него ботинки и закинул ноги на кровать, укрывая одеялом.       — Прости, — прошептал парень себе под нос, видя, как закрываются глаза мужа. Дрожащими руками он запустил пальцы в свои волосы и устало опустился на кровать рядом с ним, рассматривая его умиротворённое бессознательное лицо.       Приложив пальцы к его шее на сонную артерию, он прощупал пульс, мысленно как молитву вторя «только не умри». Но с ним вроде всё в порядке, дышит и сердце бьётся. Рави смахнул со щёк не пойми откуда взявшиеся слёзы и решительно выпрямил спину, приказывая себе не отвлекаться.       Сожалел ли он? Да. Но не потому, что обманывает, а потому что отравил. Всё могло быть иначе и этого не пришлось бы делать, если бы он поехал домой раньше. Но теперь ничего не попишешь. Пути назад нет.       Зайдя в гардеробную комнату, надел первые попавшиеся штаны с футболкой и на выходе из комнаты напоследок бросил взгляд на спящего мужа.       Выглянув в коридор, он убедился, что никого нет. Халлвард мог уже вернуться, но он не должен его увидеть. Юркнув к двери напротив, Рави приложил палец к сенсору на ручке, и замок щёлкнул, благодаря работе Лои, разрешая ему доступ в эту комнату.       Стоило ему ступить за порог спальни, как свет внутри автоматически загорелся, и Рави сразу же помчался в ванную. Отодвинув шкаф, он приложил руку к панели и зашёл внутрь, погружаясь в поиски нужной папки.       Второй шаг сделан.