Doctors

Медбратья повезли Джинёна в палату. Тот все еще был в отключке. Переложив его в кровать, они забрали каталку и вышли. В палату вошел Чонгук, а за ним влетел Чимин. Смотря на своего сына, на котором была гипсовая лангета и кислородная маска с торчащей изо рта эндотрахеальной трубкой, его сердце сжималось. Подойдя ближе к сыну, кардиохирург заметил, что на нем был ещё и корсет. После этого он больше не мог сдерживать слезы. Даже годы работы в кардиохирургии не помогли взять себя в руки. Чонгук, стоящий позади, видел как тяжело Чимину, поэтому он, не говоря ни слова, подошёл к нему и обнял, прижав к своей груди. Тот не стал упираться и только сильнее уткнулся в грудь хирурга. Оба абсолютно забыли про свои перепалки. Сейчас существовали только они двое и Джинён, который до сих пор лежал без сознания. — Чонгук... ты спас его... — Я сделал всё, что было в моих силах, Чимин. Теперь всё будет зависеть лишь от Джинёна. Ведь реабилитационный период после таких переломов очень тяжёлый. — Джи сильный. Он справится. Особенно если ты ему будешь помогать. — Конечно. Я ему в этом помогу. Но только тебе надо помнить, что примерно через 7 месяцев после травмы надо будет делать еще одну операцию по удалению пластины из руки. — Я об этом уж точно не забуду. Знаешь, Чонгук, Тэхён был прав, нам пора начать нормальное общение. Мне раньше казалось, что ты ничего не понимающий оболтус, но когда я увидел тебя в деле, то понял, что вру сам себе. Ты замечательный врач и человек. — Хирург мягко улыбнулся в ответ на эти слова. — Ну, Чимин, ты не первый и не последний, кто так говорит. Не суди книгу по обложке. Наше знакомство просто произошло не в самых лучших обстоятельствах. Когда я узнал, что мы будем колегами, то изначально очень хотел с тобой познакомиться, а ты начал выпускать свои колючки. Ну да ладно, я только за то, чтобы начать нормальное общение. — Мне, наверное, стоит за это извиниться? — Нет. Это я должен извиняться. Тогда я очень грубо тебе ответил, хотя сам и был виноват. — Ладно, давай забудем об этом и начнём знакомство с чистого листа. — Давай... — Неожиданно на койке послышалось шевеление. Оба врача обернулись и заметили, что Джинен двигает головой в разные стороны. Из-за находящейся в трахее трубки, мальчику было тяжело дышать и из глаз полились слезы. Чонгук мгновенно подскочил к кровати. — Тише-тише, солнышко... Потерпи немного. — Хирург аккуратно извлёк из глотки мальчика эндотрахеальную трубку и выключил аппарат искусственной вентиляции легких. Джинён сделал несколько глубоких вдохов и начал истерить. К нему подбежал и Чимин. — Тише, кроха, папа здесь. Видишь, все ведь хорошо. — Слезы пошли и из уголков глаз Пака. Мальчик начал успокаиваться. Он посмотрел на своего отца, который уткнулся ему в плечо и провёл по его волосам. — Папуля, почему ты плачешь? Ты ведь сам сказал, что всё хорошо, —всхлипывая проговорил малыш. — Всё хорошо, солнышко. Папа просто переволновался за тебя. Тебе сейчас сильно больно? — Нет, не сильно. Я просто очень испугался, когда не смог дышать... — Чонгук решил дать несколько минут Чимину и Джинёну, поэтому вышел из палаты. Когда он вернулся, увидел, как Пак сидел на коленках возле койки, всё так же уткнувшись в плечо сына. — Чимин... Джинёну надо отдохнуть. Пойдём. — Хорошо, сейчас. Спи, малыш. Тебе нужно набраться сил, завтра будет сложный день. Оба врача вышли из палаты и пошли в ординаторскую. Там никого не было, поэтому они могли спокойно поговорить. — Чонгук, меня не будет несколько дней. Послезавтра мне надо ехать в медицинский центр в Кванджу. Джинен остаётся полностью под твоим присмотром. Потому что Сокджин едет со мной, а у Тэхена вся следующая неделя забита плановыми операциями. — Не волнуйся за это. Я присмотрю за Джинёном. — Спасибо, Чонгук. Тебе бы отдохнуть, а то весь бледный, как вампир. Отдыхай, пока есть свободная минута. А у меня сейчас обход. Увидимся. — Ага. — Кардиохирург вышел из ординаторской, а Чон, сняв обувь, лег на диван и погрузился в сон. Усталость взяла верх. Утро Чонгука началось в 5 часов, потому что поступил звонок от одной из дежурных медсестёр, в котором она сообщила о том, что одному из пациентов стало хуже. Это был мальчик подросток, которому провели операцию по удалению аппендикса. У него поднялась высокая температура и появилась тошнота. Подбежав к нему, хирург начал поверхностный осмотр. У пациента разошлись швы. Мальчика экстренно перевезли в операционную, где провели повторное наложение швов. После процедуры, Чонгук вернулся в ординаторскую, где снова погрузился в сон. Чимин, который зашел, чтобы взять планировку на сегодня, увидел скрутившегося в позу эмбриона хирурга. В груди появилось какое-то странное чувство тепла. Он достал плед и аккуратно накрыл им Чона. Какая-то неведомая сила заставила дотронуться его до чёрных, словно смоль, волос Гука и нежно их погладить. Оторваться его заставила вибрация телефона. Выйдя за дверь, он принял звонок. Его вызвали в неотложку. Чонгук проснулся через пару часов. Плед он аккуратно сложил и положил на место. Немного размявшись и приведя себя в порядок, хирург вышел из ординаторской и направился в палату Джинёна. По дороге он встретил Тэхена, который предупредил его о том, что Чимин сейчас на внеплановой операции. Видимо, Джинён проснулся довольно давно. Но не по своему желанию, ведь когда врач вошёл внутрь, мальчишка плача вошкался, пытаясь найти положение, в котором боль во всем теле хоть немного бы утихла. Хирург быстро набрал номер медсестры и попросил, чтобы она принесла обезболивающее. — Тише, кроха, потерпи ещё чуть-чуть, сейчас всё пройдёт. — Выкидывая использованный шприц, проговорил врач. Вскоре всхлипы утихли. — Как ты? Сейчас ничего не болит? — У-у... — Хорошо. Значит пришло время подниматься. Первые несколько минут будет кружиться голова и может немного подташнивать. Но ты сильно не пугайся, это нормально. Оно быстро пройдёт. — Угу. — Давай сначала попробуем сесть. Сильно кружится? — Да, и т-тошнит. — Значит пока облокотись на подушку и посиди немного. Рёбра не болят? — Совсем чуть-чуть. — Малыш, первые пару недель у тебя будет постоянно болеть и тело, и рука. Но потом начнёт немного попускать. Главное это всё вытерпеть. Так давай теперь садиться без опоры. — Чонгук поддерживал спину Джинена рукой, чтобы тот резко не упал. — Аккуратно. Как сейчас? — Уже не тошнит, но голова немного болит. — Отлично. Теперь давай становиться на ноги. — Врач помог малышу обуться. — Потихоньку вставай. Не волнуйся, я тебя держу. — Джи встал на ноги. Сначала его немного штормило в стороны, и пару раз он чуть не упал. Но сильные руки Чонгука помогли это предотвратить. Вскоре он мог стоять и ходить без помощи. — Умница, кроха. Сейчас нам надо пойти в рентген-кабинет и сделать снимки твоих костей. Не бойся, это не больно. Там всего лишь сфотографируют твою ручку и всё. — Хорошо. А где папа? — Твой папа сейчас на операции. Я не знаю, когда он закончит, но он сегодня обязательно придет к тебе. А сейчас идём. Давай мне ручку.