Doctors

Следующие несколько дней Джинён провёл в медицинском центре. У Чонгука было много работы, поэтому они пока никуда не ездили. В основном мальчишка проводил время с Юнги и иногда выходил прогуляться по территории Асана. Несмотря на большое количество дел, хирург не забывал навещать Пака. Когда он приходил, то они разговаривали на разные темы. Джинён рассказывал свои впечатления после просмотренных в интернете мультфильмов или высказывался по поводу проигрыша в игре. Чонгук очень нравился малышу. С ним можно было разговаривать обо всём. На любую тему или детский лепет он всегда находил что сказать и рассказать. Он всегда помогал ему одеться на прогулку во дворе больницы и рассказывал про свои врачебные дела. Чон относился к Джи, как к собственному ребёнку. Хоть они и не являлись кровными родственниками, но Чонгук чувствовал в нём что-то родное на ментальном уровне, так же, как и мальчик. В свободное от операций время, к Джинёну заходил и Тэхён и они обычно сидели в кафетерии, где младший пил банановое молоко, а старший заливал в себя кофе. Прошло чуть больше недели после отъезда Чимина. Малыш уже очень скучал за папой. Хоть ему и нравились друзья старшего, но его очень не хватало. Лежа на своей койке и смотря мультик, где показывали семейный ужин родителей с детьми, он не сдержался и начал плакать. Медсестра, которая мельком за ним приглядывала по просьбе Чонгука, услышала совсем тихие всхлипы мальчика и у неё у самой невольно сжалось сердце. Она знала, что Чон уже должен был выйти из операционной и набрала его номер. Через несколько минут дверь палаты открылась и вошёл хирург. Он подошёл до кровати Джинёна и аккуратно посадил его себе на колени, начиная гладить по спине. Вскоре всхлипы начали утихать. —Джи, малыш, что случилось? У тебя опять что-то болит? —спросил врач, получая в ответ отрицательный кивок. —За папой скучаю... —Шмыгая носом и немного заикаясь ответил младший. —Не надо плакать, солнышко, папа скоро приедет. —Улыбнулся старший. Неожиданно раздался звук пришедшего на телефон Гука сообщения. Тот сразу его прочитал, после чего убрал обратно в карман халата. —Идём со мной. Я тебе кое-что покажу. —Чонгук помог обуться младшему и, взяв его за руку, вывел из палаты. Джи продолжал тихо всхлипывать, но, не задавая лишних вопросов, послушно шёл рядом с врачом. Они спустились на первый этаж. Тут Джинён громко всхлипнул и побежал к своему папе. Чимин не мог поднять его на руки, боясь причинить боль, поэтому присел на корточки и обнял сына. Чонгук, как и многие находящиеся в холле, ярко улыбались, наблюдая за ними. Чимин недавно прилетел и, оставив свои вещи дома, сразу поехал к малышу. Ему на один день удалось отпросить сына у Чонгука, чтобы провести с ним время не в больнице, а дома, где они в последнее время бывали очень редко. Ему как раз дали один выходной, чтобы отдохнуть после перелёта, после чего он должен был снова вернуться к своей обычной работе. Малыш сильнее прижимался к папе, продолжая хлюпать носом. —Ну, малыш, переставай плакать. Я уже здесь...Всё, вытирай глазки... —Чимин рукавом своего свитшота начал стирать мокрые дорожки слёз с лица сына. —Папуля, я так за тобой скучал... —Я тоже скучал за тобой, моё солнышко. Ты не представляешь насколько сильно я скучал... Через некоторое время к обнимающимся Джинёну и Чимину подошёл Чонгук. Те уже ничего не говорили, а лишь молча прижимались друг к другу. —Джинён-а, малыш, сегодня ты поедешь с папой домой. —Сказал Чон. —Да, кроха. Послезавтра мы сюда вернёмся, а завтра будем делать всё, что захотим. —Ура! —Сейчас беги собери всё нужное, потом я помогу тебе одеться. А пока будешь собираться, мы с дядей Чонгуком поговорим. —Хорошо! —Джи быстро побежал в свою палату, а Чимин с Чонгуком пошли за ним, но в кабинет хирурга. —Чонгук, ты не представляешь, как я тебе благодарен за то, что присматривал за Джинёном... —Это было совсем не трудно, Чимин. —Улыбнулся в ответ младший. —Джи очень спокойный и интересный мальчик. За ним было приятно присматривать. В какой-то момент я почувствовал себя настоящим отцом... Это было прекрасное чувство. —Чонгук, знаешь, когда Тэхён отправил мне фотографию, где вы в одинаковой одежде, я тоже подумал о том, что из тебя получился бы хороший отец для Джи... —Чимин, мы с тобой взрослые люди. Я думаю, что сейчас нет смысла молчать... Ты мне нравишься, доктор Пак. Ты мне нравишься, как пара... —Теперь и мне нет смысла молчать... Ты мне тоже нравишься, доктор Чон. —Ты мне начал нравиться ещё тогда, когда только начал выпускать свои колючки. Именно в тот момент, я понял, что влип. —Сокращая расстояние между лицами, проговорил Чонгук. —Ну же, не тяни... —Чимин подался вперёд и их губы слились в поцелуе. Он не был пошлым, и они не сжирали друг друга заживо. Этот поцелуй был тягучим, и они вкладывали в него всю свою любовь. Когда воздух начал заканчиваться, врачи отстранились друг от друга. Лицо Чимина вспыхнуло красным цветом и он, не зная куда деться, не придумал ничего лучше, чем просто уткнуться в грудь хирурга, пряча свои алющие щёки и распухшие губы. Чон, тихо посмеиваясь, сильнее прижал его к себе. —Папа! —неожиданно послышался голос вбегающего в кабинет Джинёна. —Оу... —Чон и Пак быстро отстранились друг от друга, опустив головы. —Ой, вы это, продолжайте обниматься, а я подожду вас в коридоре... —Нет, малыш, иди лучше к нам. —Сказал Чимин и они вместе с Чонгуком открыли руки, чтобы обнять малыша. —Папочка, а почему ты такой красный? —спросил самый младший у своего отца. Тот сильно засмущался, а Чон тихо рассмеялся. Вдоволь наобнимавшись, они отстранились друг от друга. —Кроха, ты забрал нужные вещи? —спросил Пак у сына. —Да, папа. —Хорошо. Сейчас дядя Чонгук сделает тебе укол, чтобы ручка не болела, и мы поедем домой. —Ну ладно... —Идём, малыш. —Хирург взял мальчика за руку и повёл в процедурную, а Чимин остался у него в кабинете. —Ну что ты, солнце? Рад, что папа приехал? —Очень сильно рад! Я за ним соскучился... —Знаешь, мне кажется, что ты за полторы недели, проведённые в больнице, видел папу чаще, чем за последние пару месяцев. —Наверное, так и есть. Я даже немного рад, что всё так случилось. —Хорошего в том, что у тебя настолько серьёзные травмы, очень мало. Ты ведь мог и раньше с папой проводить время здесь, без переломов. —Мог, но папа очень боится, что увиденные здесь страшилки ни к чему хорошему не приведут. —Ну здесь он прав. Ладно, солнце, не будем больше об этом. Заходи. —Малыш послушно зашёл и сел на кушетку. —Сейчас уже не так страшно, как раньше? —Немного страшновато, но уже не настолько. —Это хорошо. —Разговаривая с ребёнком, Чонгук распаковывал шприц и набирал в него жидкость из ампулы. —Так-с, не бойся и потерпи немного. —Врач протёр место укола спиртом и аккуратно вколол обезболивающее. —Вот и всё. До обеда у тебя точно не будет ничего болеть, а потом твой папа знает, что нужно делать. —Угу. Спасибо, дядя Чонгук. —Идём, кроха, а то нас уже заждались. Они вернулись обратно в кабинет Чонгука. Чимин ждал их там и с кем-то разговаривал по телефону. Увидев вошедших, он попрощался со своим собеседником и убрал смартфон в карман джинс. —Мы всё. Теперь можете ехать домой. —Сказал хирург, обращаясь к Паку старшему. —Спасибо, Гуки. —Повернувшись к нему, ответил Чимин. —Ну что, малыш, поехали? —Да! —Пак взял рюкзачок сына. После этого он повернулся к Чону и обнял его, целуя в щеку. Не будут же они целоваться по-настоящему перед маленьким ребёнком. Джинён подбежал к хирургу и тоже его обнял. —Послезавтра увидимся! Пока, Чонгуки! —Пока, Мини! Пока, малыш. Попрощавшись, они вышли из кабинета, а затем из медицинского центра и, сев в спорткар Чимина, уехали домой. Весь следующий день Чимин и Джинён провели вместе. Утром они завтракали и смотрели утренние мультфильмы по телевизору, смеясь на особо смешных моментах. Чуть позже они поехали в торговый центр, где старший прикупил вещи себе и сыну. После шоппинга они направились домой, чтобы собраться на концерт какой-то айдол-группы. Чонгук не обманул, ведь рука и ребро не беспокоили Джинёна даже дольше, чем он говорил. Но пока они собирались, действие обезболивающего понемногу заканчивалось. Мальчик сразу сказал об этом папе. —Малыш, я тебе дам выпить лекарство, но оно не снимет боль полностью. Слабая боль всё-равно будет чувствоваться. —Хорошо. Собравшись, Чимин дал выпить лекарство мальчишке, после чего они поехали на концерт. Завороженно наблюдая за выступлениями айдолов, Джи абсолютно забыл про боль и тихонько подпевал группе. Пак старший мельком наблюдал за сыном и улыбаясь тоже подпевал. После концерта они съездили в кофейню. Попивая свой горячий шоколад, малыш рассказывал папе про неделю, проведённую в больнице без него. Он не забыл упомянуть доброго анестезиолога Мин Юнги, злую медсестру и рассказал про редкие визиты Тэхёна в перерывах между операциями. Больше всего он говорил про Чонгука, делился впечатлениями после прогулки с ним и очень подробно рассказывал про его заботу. Чимин, слушая рассказы своего сына про Чона, мягко улыбался и летал в своих мечтах про него. Он был рад, что они признались друг другу и... встречались? Из раздумий его вывел вопрос Джинёна. —Папочка, а вы с дядей Чонгуком любите друг друга? —Оу, неожиданный вопрос, малыш... Мы с ним и правда любим друг друга. Сначала я ненавидел его, а он – меня, но со временем, видимо, влюбились по уши. Наверное, благодаря тебе и моей командировке, мы сделали первые шаги. —А я могу тоже называть его папой? —Пока не думаю, но подожди немного. Ладно? —Ну хорошо. —Как тебе концерт? Понравился? —старший решил сменить тему. После кофейни они поехали домой. На улице уже полностью потемнело, пока они доехали. Приняв душ и переодевшись в пижамы, они включили любимый мультик Джинёна и лёжа в гостиной на диване и жуя шоколадное мороженое смотрели его. Уснули они когда на часах перевалило за полночь. Их утро началось довольно рано. На телефон Чимина в 6 часов поступил звонок от ординатора, в котором он быстро протараторил, что состояние одного пациента резко ухудшилось. Дав некоторые наставления, врач подскочил с кровати и побежал в ванную. Из-за рингтона проснулся и Джинён. —Малыш, нам сейчас надо очень быстро собираться! Беги умываться. —Уже выйдя из ванной комнаты, спокойно проговорил старший. Джи послушно побежал чистить зубы. Чимин в это время быстро заправил кровать и оделся. Мальчик, почистив зубы и умыв лицо, забежал обратно в комнату. Кардиохирург достал из шкафа первую попавшуюся толстовку и спортивные штаны сына. Он старался как можно быстрее и аккуратнее одеть малыша. Схватив неразобранный рюкзак сына и свою маленькую сумку, в которой были документы и ключи от машины, он вместе с Джиненом выбежал из квартиры, не забыв замкнуть дверь. На улице было ещё довольно темно. Сев в спорткар, Чимин дал по газам и быстро поехал в медицинский центр. Он не боялся того, что может нарушать правила дорожного движения, ведь сейчас надо спасти пациента любой ценой. Он сильно сжимал кожаную обивку руля и гнал на все парах. По дороге Джинёна начал хныкать, что у него сильно болит рука. Погода оставляла желать лучшего. Чимин набрал номер, Чонгука, надеясь, что тот не на операции. После того, как на том конце послышался сонный голос младшего, он с облегчением выдохнул и попросил, чтобы хирург их встретил на первом этаже. До центра им удалось доехать без приключений. Кардиохирург припарковал спорткар на своём привычном месте и вместе с Джинёном побежал ко входу. Чонгук их уже ждал. Оставив ему сына, он быстро побежал в реанимацию. Чон был весь сонный и помятый. Он заметил, что мальчик дрожит и слегка кривится. —Кроха, что тобой? —сонным голосом спросил врач. —Рука... —Понятно. Идём. —Старший закинул на одно плечо рюкзак Джи и взял на руки самого мальчика, после чего направился уже в знакомую младшему процедурную. Там он, как обычно, сделал укол Джинёну. Через несколько минут он выдохнул с облегчением. —Уже лучше? —Намного. —Ты наверное не выспался из-за того, что твоего папу так неожиданно вызвали в больницу? —У-у... Вам врачам и правда трудно. Вот так спишь и никого не трогаешь, а тут раз — кому-то стало плохо и ты должен ехать спасать этого человека... —Ну с этим ничего не поделаешь. Такова жизнь врачей. Ладно, пойдём поспим немного. —А папа? —Я, честно говоря, не знаю, когда освободится твой папа, мало ли какой случай, здесь возможно надо делать экстренную операцию. Поэтому сидеть и ждать его тут – не вариант. Идём. —Они вышли из процедурной и Чонгук повёл Джинёна в ординаторскую – до неё было гораздо ближе, чем до палаты мальчика. Врач положил младшего на диван и, достав плед, накрыл им малыша и аккуратно примостился рядом с ним, чтобы не задеть рёбра и руку. Джи от чужого тепла рядом очень скоро погрузился в сон, так же, как и Чонгук. Через несколько часов в ординаторскую вошёл Тэхён. Сейчас он выглядел намного лучше, чем несколькими днями раннее. Судя по его внешнему, он приехал из дому. Чон, услышав как кто-то закрыл дверь, по привычке проснулся. Заметив это, Ким тихо поздоровался. Он быстро переоделся и накинул халат, после чего предложил хирургу выйти выпить кофе и поговорить. Чонгук согласился, при условии, что они будут стоять возле ординаторской, чтобы Джинён не паниковал. Взяв кофе, они стояли возле двери, никуда не отходя. Хирург рассказал откуда здесь взялся малыш, а Ким понимающе кивнул и сказал, что Чимин до сих пор на операции. Джинён проснулся, услышав тихий разговор врачей и, встав с дивана, хотел выйти, как Ким и Чон сами вошли. —Привет, дядя Тэ. —Сонно поздоровался мальчик. —Привет, малыш Джи. —Улыбнулся старший. —Выспался, кроха? —убирая плед, спросил Чонгук. —Ага! Я в первый раз за последнее время так хорошо поспал. —Это хорошо, что ты выспался. Теперь идём завтракать. —Хирург, наклонившись, обул малыша. После чего оба врача повели его в кафетерий. Он много не кушал, поэтому для завтрака ему было достаточно стакана апельсинового сока и круассана со сгущёнкой. Врачи же взяли себе побольше, и не забыли несколько раз переспросить у Джинёна точно ли ему хватит еды. —А папа ещё не освободился? —Он всё ещё на операции. —Ответил Тэхён. —Но я думаю, что он скоро освободится. Через несколько минут к их столику подходит сам Чимин. На него было страшно смотреть. Весь бледнющий, как поганка, мешки под глазами и он еле стоял на ногах. Сев возле сына, кардиохирург начал массировать виски. —Боже, Чимини, ты как призрак... Сейчас я принесу тебе чего-нибудь поесть. —Тэхён встал из-за столика и пошёл к витрине с едой. —Чимин, с тобой всё хорошо? —обеспокоенно спросил Чонгук, а Джинён обнял папу. —Я не смог его спасти... Он умер прямо на операционном столе... —Мини, значит он был слишком слаб... Ты не должен винить себя, от этого никто не застрахован. —Начал успокаивать его Чон. Вернулся Тэхён и присоединился к хирургу. Джи ничего не говорил, а лишь сильнее обнимал папу. Вскоре Чимин начал приходить в себя и успокаиваться. Он принялся за завтрак и больше никто не возвращался к этой теме. Как сказал Чонгук, никто от этого не застрахован. Здесь нет врачебной ошибки. Это жизнь...