XXXmas Club

— Если б только твоя мать всё это видела, — миссис Рен многозначительно разводит руками, кивая в сторону праздничного стола, заставленного разноцветными картонными коробками готовой еды, которые несколько минут назад ей передал курьер. — Что ж, — улыбается Кайло, — как хорошо, что она этого не видит. — Она всегда может подглядеть, — прыскает Рей, подходя чуть ближе к супругу, расслаблено развалившемуся на диване, — не забывай. — Думаешь, — Доктор Рен давится имбирным лимонадом, забрызгивая розоватой жидкостью салатовый свитер с оленями, — Лея обладает сверхспособностью сквозного видения через несколько городских районов? — Я всё ещё не уверена, — пожимает плечами миссис Рен, — что здесь не установлены камеры после её последнего визита. Кайло, растерянный, пытается отряхнуть свитер рукой, отчего капли, рассыпавшиеся по поверхности шерстяной ткани, начинают впитываться, делая её влажной. Он, откровенно говоря, и сам не уверен. С этими родственничками вообще довольно сложно быть в чём-то уверенным. Будто в доказательство его мыслей телефон, лежащий на всё том же диване по левую руку, издаёт протяжный звук. — Лея, — Доктор скептически закатывает глаза и поджимает губы. — Даже отвечать не буду. Ну сколько можно? Шестой раз за час! — Никакого такта, — Рей присаживается на край дивана рядом с ним, укладывая ладонь на слегка намокшую ткань свитера. — Я вообще-то тут болею, — продолжает возмущаться Кайло, озвучивая официальную версию их отсутствия на рождественском ужине в родительском доме. — Весь исстрадался, — качает головой миссис Рен, продвигая ладонь чуть ниже по его животу, к резинке свитера. — Мне, может, покой нужен, — хмурится Доктор, с досадой накрывая продолжающий трезвонить телефон декоративной подушкой. — Разве? — прохладные пальцы жены дотрагиваются до его руки, ловко выхватывая почти допитую бутылку лимонада. — А мне кажется, тебе требуется нечто совершенно другое. Она аккуратно ставит стекло на ковёр, нахально забираясь другой ладонью под свитер. — Дааааа? — с вопросительной интонацией тянет Кайло, моментально принимая правила игры. — И что же именно? — Нуууу, — миссис Рен облизывает нижнюю губу, поглядывая на супруга исподлобья, — как насчёт рождественского кекса? — Кекса? — Доктор Рен непонимающе хмурится, оборачиваясь на до сих пор не накрытый стол. — Мы вроде не заказывали. — Испечём сейчас, — Рей наклоняется к нему и отодвигает босой ногой бутылку лимонада ещё дальше. — Тебе понравится, обещаю. — Ты ж не готовишь, — честно говоря, он несказанно удивлён столь внезапному порыву жены заняться выпечкой. Миссис Рен раздражённо выдыхает, сдувая с лица чёлку, и смотрит на него совершенно непроницаемым взглядом. Да что опять не так? — Силы небесные! — восклицает она, качая головой. — Время идёт, а ты всё такой же непрошибаемый, Доктор! — Я болею, — растерянно напоминает Кайло, шмыгая носом для пущей доказательности своих слов. Рей ничего не отвечает, забираясь пальцами под ткань. >Боже, кажется, он реально тупой. Олени, вышитые на свитере, смотрят на него снизу вверх своими плюшевыми глазами то ли с одобрением, то ли с завистью, когда жена опускается на колени, всё же сшибая впопыхах многострадальную бутылку лимонада. Остатки шипящей жидкости забрызгивают белоснежный ворс ковра. — Нам потребуется уборка, — замечает он, пропуская между пальцев прядь растрёпанных волос. — Это лишь начало банкета, — хмыкает Рей, отодвигая рукой резинку боксеров, — который обещает растянуться на все рождественские каникулы.       Он не против, совершенно не против, вот только бы… Телефон, накрытый подушкой, вновь издаёт раздражающий звук. Видимо, Лея, осознавшая тщетность своих попыток дозвониться, решила начать третировать их сообщениями. Кайло закатывает глаза, пытаясь хоть на минуту отвлечься от мыслей о надоедливых родственниках. — Да твою мать! — шипит Рей, склоняя голову набок. — Это когда-нибудь закончится или нет? — Не думаю, — вздыхает Доктор, — она так и не ознакомилась со значением понятия «личное пространство». Миссис Рен ничего не отвечает, склоняясь ниже, и аккуратно проводит языком по налившейся кровью головке. Кайло охает, вжимаясь задницей в бархатную обивку дивана. Телефон вновь дребезжит, напоминая о себе. — Мда, — Рей отстраняется, закатывая глаза, — а я уж было думала, что знаю о сексе втроём всё или почти всё, но нет. — А я уж было думал, что успешно прошёл разрешение Эдипова комплекса. Трёхспальная кровать «Лея с нами», — хихикает Доктор, притягивая жену к себе. — Об этом бы тебе лучше Армитаж рассказал, — усмехается миссис Рен. — Армитаж сейчас больше показывает, чем рассказывает, — парирует Кайло. — Так сказать, перешёл от теории к практике. — Стоп, — шикает на него Рей, — кажется, мы отвлеклись. Кажется… Она пододвигается на коленях к дивану ещё ближе и кладёт руку на член, оттягивая крайнюю плоть, стон Кайло тонет в очередном дребезжании телефона. — Выключи ты его! — шипит Рей, глубоко вздыхая. — Если я его выключу, — Доктор почти рычит, — она решит, что мне совсем плохо и притащится сюда! — На беззвучный поставь, — советует жена, — дел-то. Кайло согласно кивает, просовывая руку под подушку и выуживая многострадальный аппарат, который тут же отзывается протяжным звоном. — Опять? — Не опять, а снова, — он уже, кажется, готов захреначить проклятый телефон об стену вдребезги. — Ладно, пока мы перед ней не отчитаемся, она не перестанет. — Не забудь изобразить жалобный голос, — давится смешком Рей. Разговаривать с матерью, испытывая болезненное напряжение между ног, кажется ему не совсем правильным, но, как говорится, хули тут поделаешь? — Да-кхе, Лея-кхе, что случи-кх-лось? Кайло не уверен, что получается достаточно правдоподобно, но его мысли сейчас явно заняты не разыгрыванием трагикомедии перед Леей. — Боже мой, дорогой, у тебя всё хорошо? — доносится из трубки обеспокоенный голос матери. — Ты не отвечал мне целых тридцать шесть минут! — И семнадцать секунд, — иронизирует Доктор нарочито хриплым голосом. — Тем более! — кричит в трубку Лея, явно иронии не оценившая. — Вам что-нибудь привезти из еды, лекарств? Я могу приехать. Только, блять, не это. — Ничего-кхе не надо-кх! — Доктор вздрагивает от неожиданного прикосновения и переводит удивлённый взгляд на жену. — Рей, что ты де… Та лишь нагло ухмыляется и повторяет действие, массируя тонкими пальцами основание возбуждённого члена и поглаживая языком головку. — Что она делает? Что она делает?! — доносится из трубки обеспокоенный голос Леи. — Скажи ей, что Ибупрофен тебе нельзя! У тебя аллергия! Только Парацетамол или Найз! Будто бы он, блять, прожив тридцать с лишним лет на этом свете, до сих пор не в курсе того, что ему можно, а что нельзя. Миссис Рен тем временем одаривает его лукавым взглядом снизу вверх и спускается ниже, погружая член в рот. — Рей, не…. — Рей! — вторит ему возмущённый голос Леи, который, вероятно, слышат уже все соседи, — не давай ему Ибупрофен, слышишь! Бог ты мой, да ебал я этот ваш фен вообще. Жена то ли давится, то ли издаёт смешок, обхватывая головку горлом. — Чёрт-кх-кхе! — Доктор опять закашливается, на сей раз уже непроизвольно. — Кайло! — вновь вспыхивает Лея в трубке. — Ты какие слова вообще говоришь в святой праздник! Её громогласный голос доносится до него уже сквозь туман возбуждения. — Мне пора, надо ещё… — лопочет он, вяло оправдываясь, когда Рей, с усилием сжимая член губами, начинает плавное движение вверх. — Может, я всё же приеду?! — не унимается Лея. — Ты должен соблюдать постельный режим. — Нееееет! — его голос звучит чуть громче, нежели того требует диалог. — Да что там у вас происходит?! — Ни-че-го! — прерывисто сообщает Доктор, наблюдая за тем, как жена с громким звуком наконец высвобождает его, чтобы вдохнуть, и облизывает раскрасневшиеся губы. — Насколько плохо ты себя чувствуешь? — голос матери звучит чуть мягче. Рей вновь склоняется над его пахом и слизывает смазку с пунцовой головки, нежно поглаживая рукой яички. — Плоооооооо… ой, то есть хорошоооооо… очень хорошо, просто великолепно, — он уже слабо соображает, что несёт. — Рей… — Да чем вы там занимаетесь? — вновь начинает допрос Лея. — Надеюсь, ты не встаёшь с постели? Ну, я-то, может, и не встаю. — Готовим, — он отвечает первое, что приходит в голову. — Ааааа, — одобрительно выдыхает мать. — Что готовите? — Кекс, — Кайло кажется, что он готов провалиться сквозь землю. Миссис Рен вновь насаживается на него горлом, создавая почти невыносимое давление. — Ай! — Что такое? — Лея спохватывается моментально. — Всё в порядке? Ты обжёгся? Ударился? — Всё хорошо! — ему требуется максимальная степень самообладания, чтобы не отправить мать по тому адресу, который тоже наверняка «нельзя произносить в этот святой праздник». — Всё хорошо, Лея, честно. — Помни, что противовоспалительные нельзя мешать с алкоголем, — доносится до него ещё одно «бесценное» наставление. — Да помню я, помню, — он уже почти хрипит, потому что миссис Рен как назло ускоряет темп, освобождая его и вновь погружая в себя почти целиком. — Может, — щебечет в трубке Лея, — мы всё же приедем. Я лекарства привезу, поужинаем вместе. — Нет, — Кайло пытается правдоподобно изобразись зевок, — я устал. Уже засыпаю. За что получает от жены возмущённый взгляд и ощутимый шлепок по коленке. — Да я же… — Ну я приеду, — продолжает мать, — подушечку поправлю, подарок оставлю и уеду. Еды привезу. — Лея! — окончательно закипает Доктор. — Помнишь, ты намекала, что желаешь понянчить внуков? Ну как намекала? Говорила. Прямым текстом. Раз двести. — Помню, — оживляется та, — а что? Хорошие новости? — Так вот, — шипит он. — Если ты сейчас же не закончишь нас доставать, никаких внуков не жди. Никогда! Вообще! — Какие страшные вещи, — охает мать, — ты говоришь в этот святой праздник. Кайло закрывает глаза, пытаясь сосчитать до десяти. Не выходит, потому что на «трёх» миссис Рен как-то по-особенному задевает его языком. Приходится закусить губу, чтобы подавить стон. — Ладно, — нехотя соглашается Лея, — завтра утром заглянем к вам с Ханом. Ох, нет! — Хорошо, — обречённо вздыхает Доктор. А куда деваться-то? — Счастливого Рождества, мама! — И тебе, дорогой! Короткие гудки в трубке, символизирующие окончание этого бессмысленного и беспощадного диалога, даруют несказанное успокоение внутри. А вот напряжение в паху лишь возрастает, поскольку вошедшая в раж супруга вновь вычерчивает языком влажную дорожку от головки до яиц. — Ты специально? — Кайло расслабляется, отправляя резким движением телефон на другой конец дивана. — Ну разумеется, — ехидно подмигивает миссис Рен, ненадолго отрываясь от своего занятия. — Нас больше не побеспокоят. Рей усмехается, вновь цепляя головку губами. Да он и сам не слишком уверен в своём обещании. Она кладёт его руку себе на затылок, позволяя слегка вмешаться в процесс. — Такое Рождество, — шепчет Кайло, — мне нравится куда больше отклеившейся бороды Люка, выступающего в роли Санты уже несколько десятилетий. — Я буду твоим Сантой, — шутливо отзывается Рей, вновь слегка отстраняясь, — только моя борода скорее всего будет не отклеиваться, а стекать. Доктор нервно хихикает, наклоняясь и целуя её в макушку: — Пожалуй, хватит разговоров на сегодня. Рей согласно кивает, облизывая головку и помогая себе рукой. Кайло аккуратно направляет, тяжело дыша. Достаточно лишь нескольких рваных движений, чтобы он с хрипом излился в податливый рот, сжимая вспотевшей ладонью выбившуюся из причёски прядь волос. — Теперь, — ему требуется несколько мгновений, чтобы отдышаться, — моя очередь. Он подхватывает жену, затаскивая на диван. — Только после ужина, — качает головой миссис Рен. — Иначе твоя мать почувствует этим своим «шестым чувством», что сыночка голодный, и визит последует незамедлительно.

***

— Ты всё же забрызгал мне свитер! — возмущается Рей, разглядывая разводы на кирпично-красной ткани. — Его связала твоя мать, между прочим! — Может считать это моим ответом на свою дурацкую гиперопеку, — язвит Кайло. — Да, — кивает Рей, — тройничок вышел так себе, мягко скажем. — Надеюсь, — вздыхает Доктор, натягивая домашние брюки, — она не приедет хотя бы числа до двадцать седьмого. — Но это не точно, — парирует миссис Рен, задумчиво оттирая пятна влажными салфетками. — И это она ещё не знает, что у нас еда заказная. — Узнала бы, — морщится Кайло, — была б уже тут вместе с пятью салатниками. — Может, — предлагает Рей, уплетая утку по-пекински, — посмотрим что-нибудь пока? — «Один дома»? — скептически интересуется Доктор, старательно пережёвывая ролл. — Или «не один»? — ехидно замечает Рей, улыбаясь. — В смысле? — он пытается припомнить фильм с подобным названием, но не выходит. — Что насчёт того, чтобы оценить актёрский талант Армитажа? — О боже! — рис разлетается по всему столу, попадая даже в бокалы с шампанским. — Он же мой друг! — Почему нет? — пожимает плечами миссис Рен. — Но я не хочу смотреть на член своего друга в Сочельник! — закатывает глаза Кайло. — А кто с ним из девочек? — На девочек хочешь посмотреть? — Рей откладывает палочки, резко меняясь в лице. — Так и знала! — Нет, — Доктор довыплёвывает остатки риса и со скоростью реакции, сравнимой с лучшими гонщиками мира, на всякий случай тянется к ножу, чтобы тот не был использован супротив него, как ему уже не раз угрожали в этой квартире. — Что ты? Что ты? Конечно же на член друга, какие тут могут быть разговоры? — Вот и хорошо, — цедит сквозь плотно сжатые губы Рей, забирая ноутбук с передвижного столика. — Так кто там с ним из «девочек»? — осторожно интересуется Кайло ещё раз. — Все, — подмигивает Рей. — Роуз, Кайдел, Пейдж, Джессика. «Ладно хоть Финна не задействовали, — усмехается про себя Кайло, наблюдая за тем, как жена открывает вкладку Порнхаба, — хотя его Дэмерон не отпустил наверное». Рей что-то вбивает в строке поиска, даже не пытаясь сдержать смех. — Ты уже смотрела, что ли? — интересуется Кайло. — Нуууу, — задумчиво тянет она, — только отрывки. Но тебе понравится, гарантирую. >Она несколько раз нажимает на трекпад и поворачивается к мужу: — Закрой глаза, — повелевает миссис Рен, — откроешь, когда я скажу. — Ладноооо, — растеряно соглашается Кайло, на всякий случай ощупывая нож, чтобы удостовериться, что тот всё ещё в его руке. Судя по звукам, Рей ещё несколько раз нажимает на какие-то клавиши, поворачивает ноутбук и пододвигает стул, чтобы присесть рядом. — Открывай! Кайло повинуется, обнаруживая перед собой на экране примотанного к какому-то столу разноцветными гирляндами Армитажа с приклеенной бородой, облачённого лишь в полосатые гетры и красную шапку с белым помпоном. — Ах ты ж ёбаный ты ж нахуй! — непроизвольно выдыхает Доктор, сглатывая. Голос Леи где-то в черепной коробке осуждающе шепчет о том, что вот такие-то слова уж точно «не стоит произносить в этот святой праздник». _______ История состоит из двух частей. Вторая глава выйдет на праздниках, ибо автор слегка задерживается в предновогодней суете.