XXXmas Club

Камера удаляется, и в просторную комнату, украшенную в традиционном рождественском стиле, забегают четыре эльфийки в коротких юбках из красной плюшевой ткани и с каким-то странным гримом на ушах, который, видимо, и должен указывать на их принадлежность к сказочному виду. Под париками с белыми косами Кайло безошибочно узнаёт Роуз, Пейдж, Кайдел и Джессику. Эльфийки переглядываются между собой, наигранно хихикают и на цыпочках подкрадываются к столу с разных сторон. — Многообещающее начало, — не слишком членораздельно произносит Доктор, уплетая Филадельфию. — Не отвлекайся, — советует Рей, с ехидной ухмылкой посасывая карамельную трость со вкусом корицы и имбиря. — Будешь? — Чуть позже, — Кайло кивком головы указывает на тарелку, переполненную кусками утки и роллами. Тем временем на экране эльфийки облепляют Санту со всех сторон, перешёптываясь друг с другом и перемигиваясь. Пейдж поднимает вверх указательный палец, привлекая всеобщее внимание, и на придуманном языке что-то сообщает остальным девушкам, те воодушевлённо кивают и улыбаются. «Нифига, — отмечает про себя Доктор, — как серьёзно к делу подошли». Армитаж лежит неподвижно, выглядывая хитрыми глазами из-за белой ваты, прилепленной к его лицу. Джессика слегка наклоняется, достаёт из-под стола большой мешок из холщовой ткани, перевязанный сверху красным бантом, и ставит его на стол, хитро улыбаясь. Роуз дёргает за ленту и кивает остальным девочкам, очевидно призывая их подойти поближе. Далее происходит нечто совершенно неожиданное, по мнению Кайло, потому что эльфийки, забывая о своём пленнике, начинают увлечённо играть в «камень-ножницы-бумага». — Что, блять, происходит? — Кайло поворачивается к Рей, окидывая её удивлённым взглядом. — Да ты смотри-смотри, не отвлекайся, — советует та. — Ну что? Ощутил прилив рождественского настроения, Доктор? — Нуууу, — со скепсисом в голосе тянет он, — пока не особо. Ёлочки не хватает. — Будет тебе и «ёлочка», — прыскает Рей, закашливаясь и поспешно вынимая трость изо рта. — Надеюсь, с шариками? — И «шарики» тоже будут. Кайло цепляет палочками ещё один ролл и, запихивая его в рот, давится, понимая, что именно за «ёлочка» и какие-такие «шарики» скорее всего имеются ввиду. Бедный-бедный Санта! Тем временем Кайдел, одержавшая победу в соревновании эльфиек, первой погружает руку в мешок, нащупывает что-то внутри и, не глядя, достаёт увесистых размеров рождественскую трость, в несколько раз крупнее той, что сейчас увлечённо посасывает Рей. — Артхаус какой-то, — бубнит себе под нос Доктор, тщательно пережёвывая рис. — Скинь ссылку Лее, — прыскает Рей, — слышала, она любит эту нишу. — Опасаюсь, — Кайло делает нарочито серьёзное лицо, — что тогда она точно приедет, чтобы вломить нам пиздюлей за то, чем мы занимаемся «в этот святой праздник». Кайдел настолько аппетитно облизывает леденец на экране, что Доктор непроизвольно тянет руку к корзинке со сладостями, стоящей чуть поодаль на столе, и вынимает оттуда трость с яблочным вкусом, забывая о полной тарелке еды перед собой. — Сладко? — Рей многозначительно подмигивает. — Очень! Камера вновь приближается к распластанному телу Армитажа, когда Кайдел вытаскивает леденец изо рта и запрыгивает на стол так, что и без того короткая юбочка задирается, обнажая стройное бедро. Хакс следит за всем происходящим с неподдельным интересом. Белокурая эльфийка ещё несколько раз театрально водит языком по леденцу, глядя в камеру, после чего подносит его к заднице Санты и с ухмылкой оборачивается к Роуз, которая также запрыгивает на стол и обхватывает узкой ладонью член Армитажа, кивая подруге. Кайдел осторожным движением пальцев разводит мужские ягодицы и, обильно смочив трость слюной, прислоняет её к заднему проходу пленника. — Аааааааа! — Доктор закашливается, выплёвывая леденец и нутром ощущая, как непроизвольно сжимается его собственный сфинктер. — Какого?! — С Рождеством, милый, — щурится Рей, поднимая со скатерти упавшую трость. — Будешь? — Нет, — Кайло мотает головой, пытаясь восстановить дыхание. — Нет уж. Спасибо. Ешьте сами. На экране Кайдел уже удаётся погрузить леденец в Санту практически наполовину, пока Роуз старательно стимулирует член рукой. Хакс издаёт протяжный полувизг-полустон, и Пейдж, стоящая чуть поодаль, срывает с него красную шапку и запихивает в приоткрытый рот так, что наружу остаётся торчать один лишь меховой помпон. — Кажется, — хрипит Доктор, — я больше никогда не смогу нормально взять в рот рождественскую трость. — Ой, да ладно тебе, — отмахивается от него Рей и снова подмигивает, — а если не в рот? Кайло лишь мотает головой, инстинктивно сжимая ягодицы, на всякий случай отодвигается поближе к стене вместе со стулом и, чтобы отвлечься, вновь перемещает своё внимание на тарелку с едой. Нет, а мало ли? В конце концов, в нём ещё свежи воспоминания о том здоровенном страпоне, что обитает где-то в недрах шкафа его жены. — Пиздец, — констатирует он, когда трость оказывается погружена в Санту, у которого, кажется, вот-вот глаза уже вылезут из орбит, почти до сгиба. — Нет, ну ты ж посмотри, как они его! — Доктор Рен давится одним из роллов с копчёным угрём, вглядываясь в экран, где разворачивается сие действо. — Армитаж продолжает расширять мои представления о возможностях человеческого тела. — Чудо рождественское! — пожимает плечами Рей, протягивая руку к клавиатуре, чтобы уменьшить звук на несколько пунктов. А то, того и гляди, прекрасные эльфийки в компании рыжеволосого Санты с пушистым помпоном во рту обеспечат «мэрри кристмас» заодно и всем соседям. — Надеюсь, она там хотя бы не настоящая… — задумчиво шепчет Доктор. — Вряд ли, — качает головой Рей, — иначе б жопа слиплась. Да лучше б уже слиплась, и они больше на всё это бы не смотрели. Джессика тем временем погружает руку в мешок и достаёт оттуда какой-то зелёный агрегат, перемигиваясь с Пейдж. Оп! А вот теперь, кажется, и «ёлочка» подъехала. — Какое же Рождество без ёлочки?! — мечтательно тянет Рей, будто читая его мысли, и пододвигает собственный стул поближе к нему. «Вот именно так оно всё и происходит, — ехидничает в его голове голос Армитажа. — Сначала ты связываешь свою жизнь с порнозвездой, а потом, однажды, в Сочельник, обнаруживаешь ёлку у себя в жопе!» — Ничего святого! — хрипит Кайло, придвигаясь уже почти к самой стене. — Ты говоришь, как твоя мать, — парирует миссис Рен. И Доктор, едва ли не впервые в жизни, готов согласиться с Леей. Чёртов рыжий извращенец — это долбанный Гринч, который навсегда испортил ему Рождество, опошлив всю атрибутику! Кайдел спрыгивает со стола вместе с тростью, и оператор приближает камеру к многострадальной заднице Хакса, вероятно, демонстрируя зрителям то самое место, в котором они все благополучно окажутся в грядущем году. Доктор зажмуривается на несколько секунд, надеясь, что картинка на экране сменится. Всё же «очко товарища» это не совсем тот контент, который он желал бы лицезреть в Сочельник. Но с Рей разве можно поспорить? Он делает несколько глубоких вдохов и выдохов, успокаиваясь, а когда вновь открывает глаза, на экране Пейдж уже вовсю орудует «ёлочкой» в заднице Санты. «Правильно, — качает головой Доктор. — В жопу это ваше Рождество!» — Дальше что? — деловито интересуется он у жены. — Подарочная бумага? Гирлянда? Может, дождик в конечном итоге? — Неее, — прыскает Рей. — Дождик решили для Нового года приберечь, думаю. Три остальные эльфийки по очереди стимулируют набухший член Санты, пока Пейдж, сидя на столе между мужских ног, покрытых плотной рыжей растительностью, вводит в него звенья «ёлочки» одно за другим. Хакс, кажется, уже находится в полубессознательном состоянии и громко и нечленораздельно мычит сквозь шапку, которой до сих пор занят его рот. Роуз слегка ослабляет провод гирлянды, фиксирующей пленника, и накидывает его на член, оборачивая вокруг основания. — Это для того, чтобы брызги шампанского не полетели слишком рано, — злорадно ухмыляясь, замечает Рей. Кайло вжимается в стену, продолжая пристально смотреть в экран ноутбука. Господи! Да как он вообще живёт с этой женщиной?! Рука самопроизвольно тянется к прохладной бутылке розового брюта, стоящей на столе, Доктор, подносит её к губам и делает залпом несколько глотков. Нет, трезвым он всю эту вакханалию точно не досмотрит. Следующей к мешку подходит Джессика и выуживает из него нить с серебристыми анальными шариками. «Ох, как празднично», — Кайло закатывает глаза и делает ещё один глоток шампанского. — Да что ты так нервничаешь, — отвлекается на него Рей. — Успокойся, Доктор. — Действительно, — огрызается он. — И чего это я нервничаю? Не каждый день, знаешь ли, наблюдаю за тем, как моим друзьям «ёлочку» в задницу запихивают вместе с «шариками». — Угомонись, — она успокаивающим жестом кладёт ладонь на его колено. — Не тебе же. Хотяяяяяя… Доктор всё же впечатывается щекой в шершавые обои их гостиной, умоляя Вселенную о том, чтоб его жена просто шутила. Но кто ж её, блять, знает-то? Ну, а мало ли? На экране тонкая женская рука ловко запихивает шарики в задницу Санты, у которого нет сил уже даже мычать. Веки плотно сжаты, борода почти отклеилась от вспотевшего лица, помпон весь пропитался слюной, рыжие волосы на голове слиплись, а член, к которому оператор время от времени приближает камеру, налился и пульсирует так, что, кажется, вот-вот лопнет. Последней из эльфиек к мешку подходит Роуз и достаёт из него какой-то странный предмет изогнутой формы. — Что это? — Кайло щурится, пристально вглядываясь в экран, но никак не может понять. — Приглядись внимательней, — хихикает Рей. — Без понятия, — разводит он руками, ещё раз очерчивая взглядом контуры предмета, который держит в руках Роуз, ожидающая, пока Джессика закончит своё грязное дело. — Сапожок, — прыскает Рей, — это же рождественский сапожок! Доктор всё же не выдерживает. — Да ну его, — он вскакивает с места, едва не переворачивая стол, — в жопу! — Нууу, — едва сдерживая хохот, тянет Рей, — собственно говоря, именно туда он сейчас и отправится! — А может, — он жалобно смотрит на жену, — не надо. С меня хватит, честное слово! — Да там недолго осталось, — пожимает плечами Рей. — Посмотри на него, он уже почти всё. — И я, откровенно говоря, тоже, — вздыхает Кайло, хватаясь за бутылку шампанского. — Правда, дорогая, давай без сапожка. По крайней мере, не сегодня. — Какой ты впечатлительный, — язвит она, нажимая на «стоп», — ладно, досмотрим в Новый год. «Как Новый год встретишь… — припоминает Доктор расхожее выражение. — Но сейчас лучше об этом не думать». — Выпьем? — Рей осторожно забирает из его руки бутылку шампанского. — Пожалуй, — согласно кивает Кайло. Брют как и всегда слишком быстро ударяет в голову. — Кажется, — он чувствует, что все ужасы этого Сочельника постепенно начинают его отпускать, — я тебе кое-что задолжал. — Разве? — Рей приподнимает бровь в удивлении. — Что-то, что обещал тебе после застолья. — Ах, да, — она расцветает и игриво закидывает ногу на ногу, преподнося бокал с искрящейся жидкостью к губам. — Это твоё рождественское желание? — Пожалуй, да. — Ай, — её подхватывают на руки почти сразу, как только она ставит бокал на стол, — я же чуть не облилась! Кайло опускает жену на диван и присаживается рядом, поспешно стягивая с неё тёмно-синие пижамные штаны с белыми медведями. — Не торопись, — Рей кладёт руки ему на плечи и притягивает к себе. — Честно говоря, — вздыхает Доктор. — Хочу позабыть весь этот кошмар. Миссис Рен понимающе кивает и помогает ему стянуть с себя красные кружевные трусики, которые тут же отправляются на ковёр к белым медведям. Кайло разводит руками её колени и наклоняется, дотрагиваясь губами до внутренней стороны бедра. Она протягивает руку и цепляется пальцами за воротник его свитера, требуя этим жестом опуститься ниже, что он и делает, покрывая поцелуями нежную кожу бёдер. — Думаешь, — она усмехается, — мы ещё можем спасти это Рождество? — Не знаю, — пожимает он плечами, — но попробовать-то стоит. Он осторожно, но требовательно дотрагивается пальцами до клитора, отчего миссис Рен начинает ёрзать на диване и тихо охает: — Ладно, такие подарки мне нравятся. — Всяко лучше сапожка в жопе, — парирует Кайло. Рей было открывает рот, чтобы что-то съязвить, но не успевает, потому что муж осторожно погружает в неё палец и, приблизившись лицом, дотрагивается языком до клитора. — Оххх, Доктор! — шепчет она, отцепляя пальцы, впивавшиеся в воротник свитера, и дотрагиваясь ладонью до его растрепавшихся волос. — Хорошо? — интересуется Кайло, слегка отстраняясь. Её рука с силой прижимает его обратно к промежности, поэтому ответа и не требуется. Когда он вводит второй палец, Рей, уже совершенно ничего не стесняясь — хотя когда это она чего-то стеснялась? — подмахивает, выгибая поясницу. — Чёрт, Доктор! — Не ругайся, Рождество всё же! Нет! Нет! Только не это! Главное, хотя бы сейчас не думать о матери! Кайло аккуратно двигает пальцами внутри, ощущая, как из Рей сочится влага. Она уже почти вдавливает в себя его лицо, заставляя ускорить темп. Кажется, это Рождество всё же испорчено не безнадёжно. Он инстинктивно водит языком по складкам, цепляет губами клитор, даже не задумываясь о собственных хаотичных действиях. Её реакция подсказывает, что он на верном пути. — Чёрт! — она вновь выругивается. Обивка дивана под ней вымокла почти насквозь, а самому Доктору кажется, что если он не доведёт жену до оргазма в ближайшие несколько десятков секунд, то ему натурально сломают шею, настолько сильно она в него вцепилась. Он надавливает языком на клитор, ускоряя движения пальцами, и Рей вздрагивает в его руках, несколько раз судорожно сокращаясь, и ослабляет хватку. — Подарок принят? — интересуется он, облизывая губы в тот самый момент, когда где-то рядом раздаётся раздражающий звук телефона. — Принят, — согласно выдыхает Рей, пытаясь собрать рукой разметавшиеся по обивке волосы. — Кто бы это мог быть? — тянет Кайло, с раздражением поглядывая в сторону телефона. Он, разумеется, ни секунды не сомневается в личности того, кто столь упорно ему названивает в Сочельник за несколько минут до полуночи. — Да, Лея, — отвечает он на звонок, вновь пытаясь изобразить охрипший голос. — Что на сей раз? — Ну как вы там, мои дорогие? — щебечет в трубке мать. — Замечательно, — Кайло скептически закатывает глаза, наблюдая за тем, как Рей всё же поднимается с дивана и соблазнительно нагибается, чтобы взять одежду с ковра. — Чем занимались? — вопрос как и всегда задан не в бровь, а в глаз. — Кино смотрели. Ну, а что такого? Зато почти правда. — Да? — оживляется Лея. — А что за фильм? Хороший? — Очень хороший. — Семейный? Рей давится смешком, натягивая штаны под неодобрительным взглядом мужа. — Даааа, — задумчиво тянет Кайло, — можно и так сказать. — А название? — никак не унимается мать. — С Рождеством, Лея, — хрипит он в трубку, поглядывая на стрелки часов, висящих на стене над накрытым столом. — С Рождеством, дорогие, — добродушно отвечает та перед тем, как Кайло нажимает на отбой. — Ещё шампанского? — интересуется Рей, поднимая бутылку со стола. — Да, — согласно кивает Кайло, отправляя телефон обратно на диван. — Вот и Рождество, которое едва не украл долбаный рыжий Гринч. — Но ты мешал ему, как мог, герой! — смеётся миссис Рен, обновляя брют в бокалах. Когда часы на стене бьют полночь, Доктор, прижимаясь к губам жены, думает о том, что при должном рвении и упорстве Рождество можно вытащить даже из самой глубокой задницы.