Correct Mistake

      — Прости меня, — что?        — Клод…        — Подожди. Сначала я, — Клод взял меня за руку, — Я хочу попросить у тебя прощения за все. За то, что никак не мог отпустить прошлое и начать жить настоящим. Мое время с Дианой закончилось еще пятнадцать лет назад. Мне давно нужно было это принять и смириться, а не хвататься за него. Этим я причинил тебе много боли. Мне больно видеть твою боль… твои слезы. Из-за меня ты пролила ни мало слез. Я сделаю все, чтобы ты простила меня, и чтобы ты больше не плакала, — Клод перевел дыхание, — И чтобы не думала, что я игрался с тобой. Или что я принял твои чувства из жалости. Я правда люблю тебя. Люблю за твою детскую улыбку, за твой смех. За твои шутки и дразнения с шоколадом. За все твои выходки. За твое золотое сердце. За то, что ты даришь мне чувство покоя и уюта. За твою поддержку и то, что ты всегда рядом, несмотря ни на что. Я очень благодарен тебе, а также за то, что подарила мне прекрасных детей, — вау… я не ожидала такой тирады. Я придвинулась и поцеловала его.        — Я тоже люблю тебя, — прошептала ему в губы.

***

      — Атанасия, ты не видела маму? — Атанасия обернулась на голос и увидела Холда с Настасьей на руках.       — Разве она не пошла к себе? — она подошла к ним.       — Нет, ее там нет, — покачал головой Холд, — Настасья отказывается засыпать без мамы.       — А может она в кабинете? — задумалась Атанасия.       — Горничные сказали, что не видели маму там, — тут из-за угла появилась Эмили, — О, Эмили. Ты не видела маму?       — Да, — какая она подозрительно довольная, — Я видела, как Его Величество нес Ее Величество в сторону своих покоев.       — Мама у папы? — недоверчиво спросил Холд и повернулся к Атанасии, — Они помирились? Или они только мирится?       — Надеюсь, что помирились, — ответила Атанасия.       — Это хорошо, но… — Холд поудобней перехватил Настасью, — Как нам Настасью укладывать?

***

      На следующие утро я проснулась от поглаживаний. Судя по солнцу, только часов шесть. Я повернула голову. Клод еще спал. Легонько поцеловала его в щеку и погладила по волосам. Хм… обычно Клод хмурится во сне, но не сейчас. Видимо, он правда пришел в норму. Полежав еще минут десять, у меня затекло тело. Не могу я лежать неподвижно. Пора вставать. Аккуратно убрала руку Клода и начала подниматься, как…       — Ну, Клод! — этот медвежонок крепко схватил и прижал к себе.       — Спи, — Клод уткнул мне в волосы.       — Я уже выспалась.       — Нет.       — Да. Ну, пусти, — попыталась выбрать, — Что за ребенок? — так мы пролежали еще полчаса. Сна не в одном глазу, — Клод… я кушать хочу.       — Серьезно? — Клод отодвинулся и посмотрел на меня.       — Очень, а еще мне детей надо проверить, — и не только их, — Давай вставать, — с тяжёлым вздохом Клод отпустил меня и я встала. Потягиваясь, подошла к окну и открыла окном, впустить свежий воздух. По телу пробежали мурашки. Сейчас на мне только нижние платье, выполняющие роль сорочки. Так, а где… вот оно. Взяв платье со спинки дивана, надела его. Дурацкая застежка. За спиной раздался смешок.       — Давай помогу, — Клод подошел со спины и застегнул платье, проведя по шее. Мм…       — Клод, — я вывернулась из его рук. Алегрос, что за взъершенный котенок, — Иди-ка сюда, — пригладила его волосы, — Так-то лучше, — я улыбнулась и, встав на цыпочки, поцеловала его.

***

      Я вошла в свои покои, в которых была Эмили.       — Ваше Величество, — она поклонилась.       — Доброе утро, — кивнула ей, — Подготовь ванну.       — Хорошо, — я зашла в детскую, где спала Настасья. Я подошла к кроватке. Настасья… где Настасья? Кроватка оказалась пуста.       — Ваше Величество, — в комнату вошла Талия, — Вы…       — Где мой ребенок? — резко повернулась. Что если Аетернитас…       — Спокойствие, — Талия обняла меня за плечи, — Принцесса Настасья у принца Холда.       — Что?       — Они спали вместе. Все в порядке. Там с ними Мари и Джастин.       — Все хорошо? — вздохнула.       — Да. Принцесса Настасья не могла уснуть, вот Его Высочество и взял ее к себе, — Талия отпустила меня, — Можете пойти к ним, если хотите.       — Не сейчас, они, наверно, еще спят, — покачала головой с улыбкой. Из Холда получился прекрасный старший брат, — Подготовь мне одежду на сегодня.       — Как прикажете.

***

      Мы с Клодом сидели в беседки, обнявшись, и разбирали документы, которыми занималась я. Ну, как разбирали. Клод проверял мою работу. Сейчас у Холда занятия по философии, а у Настасьи тихий час. Атанасия либо с Дженнет, либо с Лукасом.       — Смотри это исключение из правил, поэтому, как ты знаешь… — под голос Клода я начала потихоньку засыпать. Так не пойдет.       — Кстати, Клод, — я повернула голову, — Министры уже начинают интересоваться, когда ты вернешься.       — Посмотрим… — не поняла. Я подняла голову с его плеча, — Закончили, — он отбросил документы на журнальный столик, — Теперь отдых.       — Вижу, ты вовсю наслаждаешься отпуском, — засмеялась и легла обратно, — Клод, у тебя точно ничего не болит? — я перелепляла наши руки.       — Ничего, — тут я почувствовала, как его настроение испортилось, — Но чутье явно притупилось… раз я позволил подобному случиться.       — Больно! — голова раскалывается.       — Каллисто… — в ушах что-то теплое. Я потрогала ухо. Кровь… какого Аида?       — Калли… Каллисто! — когда я пришла в себя, напротив меня стояла Атанасия и хлопала меня по щекам.       — Что… что произошло? — Клод обнимал меня, а рядом стоял Лукас. За ним я заметила валяющего мужчину. Это Редфорд? Голова все так же гудела, но не так сильно.       — Я понял, что с императрицей, — Лукас ткнул мне в лоб. Голова перестала гудеть, — У Вас нет маны.       — Но разве такое возможно? Не ты ли говорил, что у всего есть мана? — Атанасия, как и я с Клодом недоуменно посмотрели на него.       — Это так, но у императрицы правда нет маны, — Лукас задумался на секунду, — Постоянной. Вы впитываете чужую ману и выпускаете «свою». В отличие от других мана в Вас не накапливается. Если мана не будет в окружающим Вас мире то, Вы просто умрете, потому что без маны невозможно жить. По сути, благодаря чужой мане функционируют Ваши органы, и Вы живете. Вы замечали, что во дворце с Его Величеством, принцессой или принцем Вам гораздо комфортней? Меньше устаете?       — Да, есть такое, — кивнула.       — Это из-за того, что Ваше тело впитывает гораздо больше, чем все остальные. Рекомендую, чтобы рядом находился не просто обладатель маны, а маг. Желательно сильный, впрочем, это не проблема. Император вполне подойдет, — я посмотрела на лицо Клода. Ну, что здравствуй круглосуточная опека.       Если посмотреть на картину в целом — это очень логично. Каллисто умерла, а я заняла ее тело. Я читала, что как только душа покидает тело умирает. Также мана и душа сильно взаимосвязаны. Каллисто умерла, ее душа покинула тело вместе с маной. У меня маны нет, так как я из другой реальности, а здесь без маны жить нельзя. То есть я ходячих мертвец и паразит? Теперь понятно почему я не росту.       — Также это ответ почему заклятья на Вас плохо держаться, Вы их впитываете.       — Теперь понятно почему я несколько раз накладывал на тебя защитное заклятье, — сказал Клод.       — Прости, — неловко улыбнулась, — Но из-за чего эта боль?       — Потому что тело без разбору впитывает любую ману в воздухе. Включая темную. Обмороки, головные боли и кровоизлияния — это реакция тела на темную ману, — значит реакция на темную ману. У меня болела голова, когда проявлялся Аетернитас. Кстати…       — А что на счет этого человека? — указала на лежащего человека.       — Ой, точно Редфорд! — они совсем про него забыли…       — Лукас, ты же его отпустил! — разозлилась Атанасия, — Намеренно,       — Если род Редфорд будет замешан — это доставит одну головную боль, — Клод прав.       — Да и, очевидно, куда он теперь пойдет.       — Обратно к Анастасиусу, — я тяжело вздохнула и помассировала переносицу.       — Что тогда Дженнет же в опасности?! Сейчас же к ней… — Атанасия уже забиралась бежать.       — Как связаны Аетернитас и предыдущий император? — внезапно спросил Клод, — Объясни, почему было произнесено имя Аетернитаса.       — Тело предыдущего императора одержимо Аетернитасом, — спокойно ответил Лукас, хотя он был удивлен вопросом Клода.       — Тогда, исходя из сказанного, с этим человеком произошло то же самое.       — Да, так и есть.       — Что у них общего? — этот вопрос заставил Лукаса задуматься. Я могу лишь предложить, но манипулирующая личность нашла наивную и подавленную личность и воспользовалась ей.       — Нет определенных условий для вселения, — покачал головой Лукас, — И еще кое-то… я ощущаю через их ману, что они оба носят в себе «тьму».       — Тьму? — я посмотрела на Лукаса.       — Ненависть, зависть, ревность, или же в них много самоистязающих чувств ненависти к самому себе. Честно говоря, это было не точно, поэтому я не говорил, — нет, тут-то Лукас ты прав. Первое к Аетернитасу, а второе к Анастасиусу, а никак одно разу к обоим.       — Император Аетернитас! На самом деле он был невероятно слаб он стал сильнее благодаря темной магии! Он стал злым духом из ненависти к Лукасу! И проклятье папы, и мой взрыв маны произошли из-за него! Он захватил тело дяди и совершал злодеяния. Теперь он может захватить тело другого человека, — тараторка. Все в кашу.       — Хорошо, понял, — благо, у Клода уже есть опыт в понимания Атанасии, — Маг, отвечай.       — Да, Ваше Величество.       — Если тело оказывается одержимым Аетернитасом, что происходит с личностью жертвы?       — Возможно… сосуществует.       — Так это была его воля, — кажется Клод что-то понял на счет Анастасиуса.       — Папа пойдемте быстрее! Вдруг Аетернитас сделает больно Дженнет! — Атанасия потянула Клода за рукав.       — Почему ты так вертишься вокруг нее? — Атанасия вздрогнула.       — Что?       — Ты очень сильно заботишься о ней и стараешься быть с ней деликатной, — вообще-то я немного согласна с Лукасом. Если в манхве это было довольно понятно, там у нее было гораздо больше времени сблизиться с Дженнет то, сейчас это не совсем оправдано. По сути, общались только на балу и здесь во дворце, когда Дженнет уже стала ее кузиной.       — Эм, как бы… мы с ней похожи…       — Похожи? — я наклонила голову.       — В каком месте?       — Не знала матери, росла без отца… — Клод резко посмотрел на Атанасию.       — Нет, не я! — Атанасия поняла, что ляпнула, — Я ведь встретила папу в пять лет! Вообще пойдем быстрее поспешим!       — Кое-что не дает мне покоя. Аетернитас уже умер, поэтому с душой совладать я не способен. Способа убить душу нет.       — Но, что тогда делать? — я посмотрела на Лукаса.       — Поэтому я думал запечатать его пока он а теле предыдущего императора, — а других вариантов нет? Потому, что этот не подходит.       — А душу нельзя вытащить? — Анастасиус нужен живой и без соседей в голове.       — Кто знает? Может извлечь ее возможно, но хлопотно. Они оба любом случае раздражают. Лучше избавиться от обоих?       — Анастасиус — член императорской семьи, Лукас, — строго посмотрела на него, — Ты не имеешь право убивать его.       — Да Ваше Величество, — видно, что он недоволен, но поклонился. Потом Лукас рассказал про мировое дерево, что я благополучно пропустило мимо ушей.       — Ну, идемте? — Атанасия сильно нервничала.       — Каллисто останься здесь, — Клод положил мне руку на плечо, когда я хотела встать, — Для тебя это слишком опасно.       — Я понимаю это, Клод, — я взяла руку Клода и встала, — Я пойду к детям. Мало ли ему, что взбредёт в голову.       — Хорошо, — Клод удовлетворенно кивнул, и я тут же оказалась в детской. В кроватки проснулась Настасья и стояла, держась за бортики.       — Мама? — из своей гостиной я услышала голос Холда.       — Я здесь, — взяла Настасью на руки и вышла к Холду.       — Что случилось? Я сидел на занятиях на философии, как очутился здесь, — видимо его Клод переметил сюда, — Что-то с папой или Атанасией?       — Они в порядке, — надеюсь.       — Так что случилось? — в принципе Холд большой мальчик, должен все понять.       — Садись. Сейчас я тебе все объясню, — мы сели на диван, — В общем…       — Тоже мне «Великий император»! — видно только, что изобразил свою учительницу по истории, — Да, по сравнению с ним его сын, Атанас, в сто раз более великий император! Подумаешь оскорбили, назвали слабым. Лукас и меня слабым называл, а еще неумехой и незнайкой и…       — Так, — я щелкнула пальцами, — Тебя в не ту сторону повело.       — Ой, прости мам, — Холд неловко почесал затылок, — О чем это я… а точно! Великий маг, каких свет не видывал! Ага, трижды. В него был влюблен Маг Черной Башни. Ага, прям жить не мог, — почему-то последние его больше всего злит, — Да, как императрица Виктория, вообще, внимание на него обратила после Лукаса…       — Что ты сейчас сказал? — я прекратила отбирать свои волосы у Настасьи, — После Лукаса?       — Да, Лукас сказал, что учил ее магии, — пожал плечами Холд, — Где-то до двадцати.

«Он открыл новый волшебный мир».

      — Волшебный мир… Великий Алегрос, — до меня дошло. Тот, о ком писала Виктория это был Лукас, — Не уязвлённая гордость причина, а ревность.       — О чем ты, мам? — недоуменно спросил Холд.       — Ой, да не о чем, — отмахнулась. Виктория была влюблена в Лукаса, которого Аетернитас терпеть не мог. Если в книгах по истории правда то, Аетернитас познакомился с Лукасом в четырнадцать лет. С Викторией же еще раньше, она была на три года старше, в восемь лет. Виктория сравнивала его с теленком на привязи, от которого невозможно избавиться. Получается чувства Аетернитаса из-за Лукаса были не взаимны. Отказ Лукаса и его комментарии о его ущербности, а также либо Виктория отвергла его официально, либо Аетернитас узнал о ее чувствах к Лукасу. Еще вроде в это время у него родился брат от любовницы отца, который, возможно, был его сильнее магически. Все это наложилось друг на друга и дало такой результат. Мда…       — Что это было? — раздался сильно грохот. Будто что-то взрывалось. В покои ворвался Джастин. Холд подскочил ко мне, и я обняла его.       — Не знаю, — это напугало Настасью и она расплакалась, — Все хорошо, — я начала успокаивать ее. Прошло минут десять и больше ничего происходило. Все я так больше не могу, — Холд держи сестру, — я передала ему Настасью, — Пойду проверю, что произошло? Джастин проследи за ними.       — Но…       — Не спорьте, — я вышла из покоев, оглядываясь. Через пять минут я увидела Феликса в сопровождение десятка рыцарей. Я проследовала за ними. Они вошли в одну из столовых.       — Приветствуем Ваше Величество! — ох, что ж так громко. Вот поэтому я не люблю имперских рыцарей.       — Каллисто? — я вышла из-за рыцарей. В столовой был кавардак и стоял сильный запах крови.       — Что здесь произошло? Кто-нибудь пострадал? — Атанасия обнимала заплаканную Дженнет, рядом с ними стоял Лукас. На первый взгляд в порядке, ран нет. Я перевила взгляд на Клода, — Алегрос! — с Клодом все было в порядке, даже в костюме, но… — Анастасиус, — я хотела подойти к нему, но Клод перехватил меня и дал приблизиться к нему, — Клод пусти.       — Арестовать человека, пытавшегося убить нас с принцессой, — отдал приказ Клод.       — Что? Нет, отставить! — рявкнула на рыцарей, — Ему нужен лекарь, а не тюрьма!       — Арестовать его, — спокойно повторил Клод, — Лекарь там тоже есть.       — Не троньте его. Клод… — Клод непреклонен. Я не могу допустить этого, а иначе там и до казни не далеко, — Пожалуйста…       — Отдохни, — что… спать как-то хочется. Вот же Аид, Кло…