Дотянуться до небес

- Капитан, у нас тут знатный улов, – кинула взгляд одна из воительниц на пленниц, расположившихся связанными на залитом кровью плиточном полу. - Ну и кто тут у нас? - узнав одну из сидящих невольниц, усмехнулась женщина. - Помощник главы темного Аукциона – раз, – ткнула пальцем в мужчину стражница. – Семейство одной из представительниц закона во втором круге, уж не знаю, что они тут забыли да и тем более в полном составе – два. Предательница, что должна была как минимум сообщить нам о столь важной встрече в преступных кругах, но, видимо, переметнувшаяся на сторону врага - три. Ну и так, ремесленницы, держатели притонов да мелкая знать со свитой - четыре. - Больше, чем я предполагал, – цокнул языком Олег. - Отличная возможность для нас, ваша светлость, – похлопав в ладоши, произнес Паилз. – Этих, из второго круга, в цепи и на каторгу, заберем всё их имущество, найдем новых управляющих и сможем продвинуть на ступеньку вверх вашу идею с орденом… Связанная женщина, в окружении сына и мужа, взвыла. Забившись в припадке, она была явно не согласна с предложением Фридриха. Олег неторопливо подошел к пленнице, вынул кляп изо рта, помог перейти женщине из лежачего состояния в положение полусидя. Зеленые глаза парня недобро сверкали под бликами десятка ламп. - Быть может, у вас найдется предложение получше, уважаемая? Что же вы можете мне предложить? – сейчас на его смотрели все: пленники, личная прислуга в лице Паилза и стражниц, в глазах которых мужчина должен был завоевать уважение. Он не может вечно рассчитывать на них, командуя и делая всё из-за чьей либо спины. - Прошу вас, юный господин. Мы ни в чем не виноваты, мы просто получили приглашение, и… - отрицательные покачивания головой из стороны в сторону парня заставили женщину заткнуться. - Катарин, дайте мне свой кинжал, – острый клинок в тот же миг оказался в вытянутой руке юноши. – Вы знаете, я очень не люблю лжецов и предателей. Что, собственно, в какой-то мере одно и тоже. Зачастую, они крайне слабые и мерзкие личности, подобные нарывам и гнойникам, чуть надави и польётся, – клинок парня ловко перекочевал из одной руки в другую, ткнувшись в горло лежащей на полу женщины, чей статус был крайне мал и невелик, ибо о ней в разговоре даже не упоминалось. - Уважаемая, вы знаете что-нибудь, что могло бы заинтересовать нас в отношении этой семенной пары? – женщина, заливаясь слезами, помотала головой. – Нет? А если вот так? – клинок медленно, минуя артерии и опасные для здоровья пленницы места, плавно погрузился в бедро женщины, вопившей от боли. - Что-то вспомнили, я рад, - повторно выдернув кляп изо рта, улыбнулся Жак, от чего по лицам пленниц и лицезревших это стражниц пробежал холодок. - Б-больно… - протянула женщина, заливаясь слезами. - И это всё, что вы мне хотели сказать? – недовольно заявил Олег, направив кинжал к другой ноге. - Нет, прошу, я всё скажу, подождите… А-а! – вновь закричала женщина, когда лезвие резким уколом вонзилась в другую ногу. - У нас нет времени на игры, говори или умрёшь!– грубо оборвал Олег. - Предложение о венчании, она хотела выдать своего сына за если не старшую, то хотя бы за одну из младших дочерей Ливинии. Ходили слухи, что Баронесса готовилась к расширению своей сферы влияния, она хотела заполучить себе во владения второе кольцо… Это лишь слухи, и возможно поэтому… - Поэтому ты, мерзкая тварь, предала государство, свой народ и людей, которых должна была защищать… -Кинув злобный взгляд на законницу. Едва сдерживая свой гнев, произнес мужчина, сжимая белыми пальцами в руках залитый кровью кинжал. Зубы женщины в припадке страха застучали, лгать было бессмысленно. Её сдала первая встречная, та, с которой девушка была едва знакома. Как только допрос дойдет до Аукциониста, а он точно до него доберется, всё будет кончено. - Прошу, я сделаю всё, что вы скажете, отвечу на всё, что вы спросите, только умоляю, не трогайте меня и моих детей, пожалуйста! – взмолилась женщина, заставив Олега на минуту задуматься. С одной стороны, женщина была не самой последней по сфере влиятельности личностью. Взяв в заложники и заточив в камере её семью, мужчина бы мог получить под свой контроль влиятельную фигуру и доносчика. С другой стороны, если всё это фарс, и эта законница, прикрываясь любовью к своей семье, просто намеревается сбежать, когда подвернется подходящий момент, будут проблемы. Хоть и не столь крупные, как от всей той толпы, что уже слиняла. - Хорошо, я думаю, у нас ещё представится момент, чтобы обсудить кое-какие вопросы. Увести, - отдал приказ стражницам Олег, и в тот же миг всё семейство законницы под руки вынесли в неизвестном направлении. - Теперь поговорим о предательнице, – перевел взгляд на невзрачную женщину парень. - Разговоры бессмысленны. На ней рабское клеймо, мало того, поверх него ещё и печать «доброй воли». Эта сучка осознано пошла на измену, можете быть в этом уверены, юный господин. – произнесла одна из паладинов, прихватив шпионку за волосы. - Значит, нам не удастся выудить из неё хоть какую-то информацию о её хозяевах и прочем? – удивился парень, впервые столкнувшийся с подобной «системой неразглашения тайн». - К сожалению, так оно и есть. Стоит ей только пикнуть о чем-то, что может навредить её хозяйке, как «магия на крови» тотчас умертвит её тело и разум, – поделилась информацией женщина. - Печально… - вытащив кляп изо рта женщины, проронил Олег. - Быть может, вам есть, что сказать? - Вы, мерзкие твари, что лижете пятки зажравшимся свиньям, имперские шавки, будьте вы прокляты, вы и ваша мерзкая свиноматка Лами… кх-хх – быстрый взмах короткого клинка рассек шею женщины, пузырясь, хлынула темная кровь. Глаза ещё живой женщины в ужасе метались из стороны в сторону в поиске спасения, жизнь медленно покидала тело. - Никому не позволено оскорблять императрицу в моём присутствии, – тихо произнес Жак, обтерев залитые кровью руки и клинок краем своего белого плаща. Любил ли он Ламию? Возможно, но, скорее всего, нет. Уважал, как умного и сильно правителя – однозначно нет. Тогда почему, задавался из раза в раз этим вопросом мужчина. Почему его так волнует чистота имени этой женщины, почему он печется о чужом народе, о другой культуре и мире. Быть может, это банальная благодарность за оказанное со стороны Ламии доверие, и… любовь… - Ваша светлость, вам не стоило лично убивать эту женщину, если бы вы только приказали… - заботливо положив руку на плечо парня, произнесла Зоря. Олег эмоционально выгорел, принятые им решения сегодня решили жизни десятка людей. Напомнили о старой, едва подсохшей ране, всковырнув подсохшие рубцы. - Вели людям, чтобы отвезли меня домой. Аукционера и оставшихся оставляю на тебя. Если не будут зарываться, оставь в живых, обнаглевших в расход, – чтобы все слышали, как можно громче произнес последнее слово парень. - Будет исполнено, – гордо выпрямившись, отчеканила Зоря. - Ох, и да… прикажи, чтоб целители подлатали вон ту… - указав пальцем на женщину с порезами на ногах, произнес Олег. – Мне бы не хотелось, чтобы она истекла кровью, может ещё когда пригодится. - Разумеется, ваша светлость, отдыхайте спокойно, зная, что оставленная вами миссия в надежных руках, – поклонившись, произнесла Змея, передав мальчика под контроль Катарин - Вот как… А после лично перерезал горло? Всё действительно так и было? – массируя пальцами виски устало проговорила императрица. То, как мальчик без колебаний лишил кого-то жизни, поистине её удивило. «С ним нужно держать ушко востро» - хмыкнула про себя Ламия, но, вспоминая последний вместе проведенный вечер, лишь едва заметно улыбнулась. - Катарина Ван Клаузевиц, ваши проступки превысили заслуги перед короной. Вы понижаетесь до звания младшего лейтенанта и приставляетесь в качестве личной телохранительницы нашего будущего императора, оплошности не допустимы, если с него ещё хоть волосок упадет, то голова ваша ляжет вместе с ним. Я понятно объясняюсь? – повеселев, произнесла Ламия. На лбу Катарины проступили капельки пота. «Ещё легко отделалась» - буркнула про себя женщина. – Разрешите исполнять?! – выкрикнула она. - Свободны, - распустила прибывших на доклад стражниц императрица. – А вас, Фридрих, я попрошу остаться, – добавила она, желая услышать «другой отчет» во всех мелких подробностях и деталях, что мог подчеркнуть более дальновидный слуга. Темнота комнаты давила и угнетала Олега, который, ворочаясь с боку на бок, не мог уснуть. «Правильно ли я поступаю? Неужели все эти жертвы так необходимы? Ведь зло порождает лишь ещё большее зло». Никак не мог определиться с дальнейшей судьбой пленниц да и всей «городской мафией» мужчина. «Устроить тотальные чистки, как когда-то в далеком 46-м послевоенном году это сделал «маршал победы» в Одессе? Но он не маршал, а это не Одесса». Или же пойти на попятную, как и планировалось ранее, убирать верхушку, подсаживая туда своих пешек, на которых есть рычаги давления, тем самым ведя переговоры с… - Никаких переговоров с террористами… - вспоминая своё «цивилизованное» прошлое правительство, с усмешкой проронил в ночную темноту мужчина. Где-то вдали огромной комнаты едва слышно что-то хрустнуло. После чего послышались лёгкие шлепки чьих-то голых ног. Они постепенно становились всё более звучными и быстрыми. - Ламия, это ты? – спросил во тьму мужчина, но, когда некто неизвестный перешел на бег, тотчас испуганно одернулся. Будто ведомый кем-то третьим мужчина вскочил с кровати, и перекатом плюхнулся на пол. В тот же момент на злополучную кровать с грохотом что-то рухнуло. Звуки рвущейся ткани, рычание, а после ярко-красные глаза в полумраке осенней ночи. Что-то потустороннее, с силуэтом, не свойственным человеку, смотрело на Олега. Жажда крови заполонила комнату, а чувство страха, исходящего из самых недр человеческой души, подсказало единственно верное решение. - Стража! – только и успел вскликнуть парень, пытаясь увернуться от очередного броска со стороны красноглазой твари. Грохот бьющейся посуды и стекла разлетелись по покоям, когда мужчина в очередном прыжке лишь с божьей помощью смог увернуться от атаки. Волна жара прокатилась по спине, на которую мужчина поспешно завалился. Существо не отставало; длинным прыжком отскочив от стены вновь кинулось на лежащего на полу Олега. В этот раз тварь встретила выставленная мужчиной нога. Лягнув чудище стопой и перекинув куда-то в сторону, Олег поспешил подняться на ноги. Вновь обжигающий, но уже стопу, жар намекнул ему, что дела плохи. Существо, оправившись от удара, вновь ринулось в бой, однако из ниоткуда возникшая вспышка резко ударила по глазам, ослепив обоих. Казалось, что время остановилось. Мир, вместе с этой шестилапой тварью, замерли на мгновение. - Рассекая время. Обоюдоострый меч! – вскрикнула подоспевшая стражница. Пуще прежнего полыхнуло в глазах яркое свечение. Доля секунды, а то и меньше, и тварь, состоящая из грязи, шерсти и костей, разделившись напополам, рухнула на дорогие махровые ковры, заливая своей чёрной кровью мраморные плиты. Рядом с Олегом на дрожащих ногах стояла Катарин. Броня женщины была сильно искорежена. Тут и там, пронзив стальные пластины, выступали острые шипы, местами прошедшие женщину на сквозь. Подкосившиеся от перегрузок ноги уже были не в силах держать стальную деву на своих двоих. - Успела… - произнесла девушка. После чего с грохотом рухнула на пол. Запоздало подоспели стражницы, которые до этого день и ночь дежурили у дверей императорской спальни. Замельтешила прислуга, показались первые целители. Но для мужчины это всё было чем-то вроде массовки, играющей свои роли на втором плане. Сейчас перед его глазами лежало нечто необъяснимое, мерзкое, зубастое и, слава Всевышнему, мертвое. Из ран Олега, которых оказалось гораздо больше, чем он мог предположить, сочился чёрный дым. Наконец, жар сменился нечеловеческой болью. Разум помутился. - Да какого чёрта здесь происходит… - только и смог произнести Олег перед тем, как отключиться.