Dark Side

      Затылок припекает еще греющее осеннее солнце, пока, подпирая спиной стекло в одном из оконных проемов ВУЗа, Ким оставляет очередное пустое послание на аккаунте в Твиттере. Считать, что кому-то в действительности интересен его выбор ужина - глупо и безнадежно, однако хочется верить, что среди тех тысяч, подписанных на него, найдутся те, кто беспокоятся о парне. Он нажимает кнопку "твитнуть", улыбаясь скорой реакцией читателей, на пару секунд отрывая взгляд от телефона, чтобы скорректировать путь до студенческого кафетерия. Отметки "нравится" сыпятся с молниеносной скоростью. С ней же появляются комментарии и чувство нужности хоть кому-то в этом мире.       Псевдонезависимость от людей, но жуткая тяга к всеобщему вниманию. Тэхен уже давно понял, что любым своим действием просто привлекает внимание, играя для публики неприступность и свободу, а на деле это лишь пустота. Черная дыра внутри, проглатывающая одобрение точно воздух, зато умудряясь сжиматься от негатива и боли, давая ей тысячекратное усиление. - Хэй, детка, отдохнем сегодня? - Хосок притягивает к себе подошедшего Кима, который отлепился от телефона, цепляя на лицо улыбку. Тэхен рядом с ним не для того, чтобы лить слезы, показывать слабость или чувства. Смазливая кукла - статус-кво для него в этих отношениях, начавшихся исключительно от взаимовыгоды.       Чон притягивает за талию и усаживает парня к себе на колени, искрясь радостью, пробегая красивыми пальцами по бокам. Свободная блузка открывает манящие ключицы, притягивая взгляд. Носом утыкаясь в шею, он вдыхает в легкие аромат чужой смуглой кожи, слегка пробуя губами ее вкус. Разум держал связь с самообладанием из последних сил, не позволяя прямо сейчас содрать ненужные брендовые тряпки, чтобы вновь изучать и вкушать податливое тело.       Хоби уже жадно скалится, сдерживая рвущегося наружу зверя, но будь они одни, то уже вытрахивал из этого изящества самые восхитительные звуки. - Да, - сладко до приторности произносит тот, сразу занимая место на коленях старшего. Руки путаются в темных волосах на затылке, пока мураши пробегают марафон от чужого дыхания. Места поцелуев слегка холодит стремительный ветер сквозняков от торопящихся студентов. Сидевшая вокруг компания молчит, не встревая в происходящее. Кого-то из них даже гложет зависть, кого-то отвращение. Хоби отрывается от своего занятия, смотрит, вспоминая, как шли любовнику ушки и хвост кота, предвкушая повторить. Разговор постепенно возобновляется, возвращая парочку на землю, однако Чон не может сидеть так просто. Рука проникает под линию талии джинс, оглаживая через ткань нижнего белья ягодицы.       Ким сидит, делая вид, что ничего не происходит, играя в эту игру с хёном, и лишь крепче сжимает плечо. Хоби с невинным видом поддевает резинку трусов, касаясь уже нагого тела. На лице добродушная улыбка, а в глазах немыслимая тьма. Тэ чувствует чужое напряжение бедром, сглатывает шумно, но даже не смотрит в его сторону. Старший продолжает поглаживания, раздвигает половинки, дотрагиваясь сжатого кольца, облизывая сухие губы.       Ким повторяет за ним последнее действие, уже собираясь слезть, однако ему не дают, возвращая назад. Разговоры идут, точно не собираясь заканчиваться, как и пытки. Хоби даже участвует в обсуждении, правда, чего именно, Тэхен не слышит. Единственное, что долетает до уха: «какая ты шлюшка, тебе нравится, когда кто-то смотрит». От низкого голоса с хрипотцой пробивает дрожь, а в штанах действительно предательски тесно.       Ему разрешают пересесть, но Хоби делает так, как будет удобно самому. Между его разведенных ног оказывается упругая задница парня, а рука, игравшая до этого сзади, оказывается поверх полувставшего члена. Ким еле успевает сдержать тихий стон, делая вид, что все хорошо. Пальцы Чона скользят вдоль ствола, возбуждая, вызывая прерывистое дыхание и румянец. Тэ ерзает, чувствует, что его тоже хотят, что всё идет к этому. «Попроси,» - на ухо произносит Хо, наблюдая, чтобы никто не заметил игрищ, хотя ему, если честно, плевать. «П-пожалуйста,» - Ким шепчет, прикрывая рот рукой. За его спиной доносится рык. Старший бросает что-то про клуб и, забирая любовника, уходит.

***

-Ты как всегда прекрасен, детка,- хмыкая, Чон застегивает ширинку, смотря на тело, испачканное в его сперме.       Туалетная кабинка ВУЗа не самое лучшее место для траха, но Хоби не смог бы сдержаться. Рядом с Кимом его всегда срывало, вынося на инстинкты. Хотелось большего, всего и сразу, без каких-либо промедлений и поблажек. Жестко и хлестко, до синяков и кровоподтеков. Иначе не то, нет азарта и тяги. В его глазах Тэ - создание прекрасное и непорочное, которое Хоби пачкает точно холст, а ветреная натура – структура полотна, где будет красоваться картина. Он смотрит на то, как парень по-блядски собирает белую каплю большим пальцем, облизывая, точно ему мало. Каждый жест лучше предыдущего, красноречив, бьет броскостью и наотмашь. - Сегодня я заеду за тобой в шесть, будь готов, - прислоняясь и целуя, старший выходит, оставляя самостоятельно приводить себя в порядок.       Спустя приблизительно пятнадцать минут, Ким выходит из своего укрытия, пересекаясь с каким-то младшекурсником, чьи глаза фактически вылезали из орбит от одного вида. - Не переживай, тебя тоже еще поимеют, - поправив шелковистые волосы, он мило улыбается и, похлопав по чужому плечу, торопится домой, зная, что вечером получит желаемое.

***

      Выпуская кольца в кабинке VIP, Хоби следит за своим малышом, выделяющимся даже среди всех пьяных и не совсем вменяемых тел. У Чона на Кима всегда направлен отдельный прожектор, не отпускающий и находящий. Это одержимость с привкусом джина. Парня хочется с первых секунд, с того взгляда на пухлые губы и одурманенные ореховые радужки. Его блядство - поистине нечто превосходящее очарование этого мира. - Сегодня он активнее. Уже потрахались? - Хо даже не поворачивается к говорившему, раздражаясь от брошенных слов. - Он сегодня увеличил дозу, - добавляет другой, потягивая виски.       Поднявшись плавно и грациозно, Чон поворачивается, пресекая тему разговоров злобным взглядом, и двигается вперед, где Тэ выглядит так одиноко без его рук. Так неправильно.       Музыка ведет тело в различных тактах, заставляя растворяться в битах. Он крутит головой, чувствуя, как пряди волос щекочат кожу, вдыхает запах чужих духов вперемешку с алкоголем и дымом кальянов. Киму хорошо. Тело ему больше не принадлежит, становясь каким-то посредником для получения удовольствия сейчас и клеткой для пыток разума позже. Словно через пелену он ощущает те самые пальцы, которые, казалось, искал, но даже они лишь пародия. Руки скользят под прозрачную рубашку, короткими ногтями царапая бархатную кожу, которая местами имеет лиловые отметины. Его отметины. Киму плевать на все, он поворачивается, целуя без разбора, потому что хочется. Кажется, что если сейчас этого не сделать, то с миром что-то случится.       И случается, но теперь Тэхену все равно, потому что цель достигнута. Его грубо отрывают от парня, прижимая к груди, и плывущим взглядом Ким понимает, что поцелуй ушел далеко не тому герою. Или злодею. Он не дает им ярлыков, потому как сам не близок к стандартным понятиям морали и норм.       Драка завязалась быстро, превращаясь в кровавый водоворот, в котором парень участвовать не хотел. Пробираясь сквозь толпу, он выходит на улицу вдыхая свежий воздух. Ему плохо. Не только физически, но и психологически. Выворачивая наизнанку желудок где-то на парковке, он медленно бредет вперед, опираясь на всё, что подвернется. - Твою мать, что я делаю не так?....

***

      Как он добрался до своего дома – не помнит. Жив и ладно, хотя в этом ли повод для радости. Он лежит в одежде на своей кровати, смотря сквозь предметы, даже не пытаясь двигаться. Телефон умер еще вчера, и Тэ очень хочет верить, что парень, с которым он перепутал Хоби – нет.       Серость за окном убивала всякое желание к деятельности, но пустой желудок напрашивался на поход хотя бы в местный магазинчик. Помнится, ему грезился на ужин рамен, так активно и добродушно воспринятый подписчиками.       Хочется написать что-то новое, почувствовать ту самую призрачную нужность этому миру. Людям. Руки тянутся в поисках заброшенного и севшего телефона, лишь бы получить порцию внимания и одобрения на очередной бред, вброшенный в бесконечное пространство. Взгляд цепляется за отражение кого-то парня. Когда-то его имя было Ким Тэхен, а сейчас...       Встав перед зеркалом, он смотрит на себя очень долго, стараясь отличить новые синяки от старых и понять, сколько еще сможет выдержать в таком напряжении. Выдохнув, он делает шаг по направлению к комку вещей на стуле, но…       Что-то опять было не так. Противно. В голове всплывает картинка собственного тела, пятен уродства – клейма этой ублюдской жизни. Тошно. В зеркало летит оставшаяся после алкоголя бутылка, разбиваясь сама и разбивая чужое отражение.       Осколки оставляют новые алые борозды, а Ким смотрит на сложившийся пазл из множества его бликов и произносит лишь: «ненавижу».       С достигшей каплей крови, достигает и его желание. Жаль, что форма этой ненависти весьма реальна и ощутима.       Первое и последнее, что видит Ким на экране - пропущенные звонки от своего парня. Хосок ничего просто так с рук не спускает, заставит отработать каждую оплошность. Открыв с ним диалог, ему приходится приложить достаточно усилий, чтобы не задохнуться от страха, сжавшего легкие. J_Hope: "Хэй, детка" J_Hope: "куда пропал?" J_Hope: "я звонил столько раз, но ты меня словно избегаешь" J_Hope: "Не подскажешь, что это значит?"       Вот оно, начиная с псевдозаботы, располагая к себе, он захлопывает ловушку, когда кто-то путается в его лести и очаровании, точно мухи в паутине. Но в отличии от остальных, Тэ сам шагнул в эти липкие нити, добровольно затягивая стенки кокона и отдавая кровь хищнику.

Ttea: "Я просто был немного занят"

J_Hope: "Пиздеж" J_Hope: "Мальчик мой, я знаю, что это бред" J_Hope: "Решил поиграть со мной?" J_Hope: "Я приеду к тебе через 20 минут. Жди"       После такого хочется написать в своем профиле "я сегодня умру", а после лишь устало прикрыть глаза, зная, что его не отпустят просто так.       Хосок до безумства пунктуальный, ведь заявляется на пороге через гребанных двадцать минут. Нетерпеливо трезвонит в дверь, успевая даже постучать, пока преграда между ним и проживающим внутри Тэ не исчезает с горизонта. Без слов толкает к стене, сразу впиваясь в чужие губы, больно кусая до капелек крови. Ему в удовольствие слышать тихий скулеж и ощущать барахтанье тела в руках. Нет ничего слаще страданий, на смену которым все равно придет желание. Это болезненная истома, пробивающая тело навязчивой идеей властвовать и понимать, какой эффект ты оказываешь на парня. А тот заслужил страдания. - Такая шлюшка, как ты, обходится мне все дороже. Посмел сбежать, когда я убрал того парня? - Кусает ключицу, в возбуждении вздрагивая от вскрика Кима. - Будь любезен порадуй меня за то унижение, которое я перенес, - его тонкие пальцы напоминают веревки, по которым скучает шея Тэхена, сжимают крепко, заставляя краснеть от крови в голове и отсутствия кислорода. - У меня подарок. Ты знаешь, что делать. Отпустив резко, Хо смотрит с упоением на тело, скатившееся вниз по стене, вслушиваясь в мелодию кашля, а после кидает к нему бумажный пакет. За пестрой упаковкой с логотипом какого-то бренда скрывалась обычная короткая юбка в складку. Разглядывая ее, он прекрасно понимает, чего от него хотят. "Лучше б задушил," - вытаскивая вещь, Тэ поднимается на ноги, направляясь в ванную комнату, чтобы подготовить себя, но не сильно. Если Чон причинит мало боли, то уедет не скоро, отравляя присутствием не только тело, но и разум.

***

- Что ж, - поправляя на себе рубашку, до этого небрежно отброшенную в сторону, Хосок через плечо косится на измученного парня, довольствуясь своей дикой работой. - Считай, что ты прощен. Больше не зли меня. Пока. Переступив через осколки, Чон шипит, чтоб тот все убрал, а после выходит из квартиры громко хлопая дверью. Тошно.