Улетели в лето

— Это мой ребенок, Паш, если так суждено, то значит мы будем воспитывать, — на удивление спокойно отозвалась Кароль. — Я подумаю, конечно, ещё раз, пока буду ехать к Дану, но честно тебе скажу, надеюсь на то, что он отдохнул и сейчас сможет нормально все обсудить, — она тяжело вздохнула, затем продолжила. — Захочет выслушать хотя бы меня, а то странно это как-то, — погрустнела. — Такое ощущение, что он искал повод завершить курортный роман. — Что-то мне подсказывает, что он не будет с тобой разговаривать, ну честно, Тин, — поджал губы — он вчера даже не горел желанием с тобой переписываться или ты сказала ему о ребенке? — поинтересовался Паша, рассматривая уставшее женское лицо. — Нет, не говорила, но собираюсь сказать, точнее сначала поговорить, а как помиримся то и про ребенка само собой, — натянуто улыбнулась. — Не хочу быть гордой, глупой женщиной, которая лишила ребенка отца только из-за разногласий, — она поднялась с кровати, внимательно оглядевшись в поисках кофты. — Понимаешь, в жизни всегда так происходит, а страдают в первую очередь дети, которые ни в чем не виноваты, — проговорила, внимательно заглядывая в мужские глаза. Ей было важно его мнение как никогда, ведь Павел всегда смотрел с мужской точки зрения на проблему, да и в целом всегда мог найти нужные слова и фразы, способные поддержать и утешить, а может даже обнадежить, но не сильно, для поднятия морального духа, так сказать. — Тань, — не своим голосом начал Орлов. — Хорошо все обдумай прежде чем говорить Балану, — тон был слишком холодный. Передернув плечами, Тина покрепче затянула полы кофты. Вопросительно уставившись на молодого человека, она ждала его слов, словно они были какой-то неоспоримый приговор, потому что как всегда потом оказывалось, все что говорил Орлов каким-то магическим образом действительно материализовалось. — Почему, Паш, вроде все обдумала и сказала тебе. — Потому что вроде все ты и обдумала, а потом сказала, что такое ощущение, что он заканчивает курортный роман, — проговорил мужчина, замечая, как начинает грустнеть Кароль. — Просто так такие мысли не появляются в голове, ты сама это прекрасно знаешь. Когда мужчина искренне любит, он не дает сомневаться в своих чувствах. — Ты тоже так думаешь? — боязливо поглядывая на него, спросила Тина, круча пальцы. — Не совсем, но ты разве не видела сообщения Завадюка? — нахмурившись поинтересовался Орлов. Тина отрицательно мотнула головой, а затем принялась искать свой телефон, чувствуя, как волнение одолевает её с каждой секундой все больше и больше. — А что там? — голос дрогнул. — Смотри, — протянув ей свой телефон, Паша отошел к окну. Рассматривая внимательно улицу, он старался не погружаться глубоко в себя, хотя порой очень хотелось. Личные трудности также одолевали молодого человека как и любого другого, просто Павел всегда умел решать их самостоятельно. — Уважаемые… Ля-ля-ля, это не интересно, — себе под нос бормотала девушка, прикусывая от волнения нижнюю губу. — Информирую, что Дана Балана в одиннадцатом сезоне голоса не будет… — прочитала она. Паша повернулся изучая серьезным взглядом задумчивость Тины. Она смотрела куда-то вперед, все ещё держа в руках чужой мобильный. Аккуратно положив телефон на кровать, Тина лишь пожала плечами. — Он мне вроде бы ничего не говорил про то, что его не будет. Сложно вспомнить обсуждали ли мы вообще новый сезон, — она слегка виновато поджала губы. — Но ты считаешь, что он хорошо провел со мной отдых и решил уехать обратно к себе на родину? Павел молчал, затем присел, взяв нежную руку, поглаживая успокаивающе ладонь. Они оба молчали, слова тут были лишними, все уже было сказано. — Орлов, он не мог так со мной поступить, — на глазах стали появляться слезы. — Это какой-то детский сад. Мужчина заботливо погладил слегка обгоревшие щечки, целуя в лоб. Его рука мягко притянула её к широкой груди, а пальцы стали массировать пшеничный затылок. Как только осознание полностью обрушилось, словно ведро ледяной воды, Тина зажмурилась, чувствуя, как все силы покидают её, уступая место разочарованию и пониманию. Теперь, наверное, нет необходимости ехать к мужчине и рассказывать ему о ребенке. — Как-то это глупо, Паш, может мы все-таки ошибаемся? — хлюпая носом, рассуждала Тина, внимательно заглядывая в карие глаза. — Дану всегда нравилась я, вспомни, — отстранившись, она вытерла слезы, пытаясь всему найти логическое объяснение всему происходящему в её личной жизни с Баланом. — Но вы тогда не были вместе, — намекал молодой человек, но Кароль отказывалась даже воспринимать намеки. — И что? Он хотел, — парировала. — Тань, ты маленькая что ли?! — не выдержал Паша, чуть повысив голос. В комнате повисла тишина. Друзья сидели на большой кровати, каждый в себе, пытаясь разобраться в этой сложившейся ситуации. — Ты хочешь сказать, что Дан изначально был не против спать со мной, а тут в поездке совместной он решил воспользоваться положением и затащил меня в постель, провел со мной несколько сладких дней и решил кинуть, свалив все на мою измену? — сильно нахмурившись, Тина недоверчиво посмотрела на мужчину, почесав лоб. Орлов тяжело вздохнул, коротко кивнув. — Ты знаешь Дана, он бы так не поступил, Паш, — встала на защиту Тина. — К тому же, он мне такие красивые слова говорил, всегда ухаживал, мне кажется, это бред полнейший, — высказалась, ненадолго замолчав. — Тем более он хотел подружиться с Веней, Паш, мужчина, который не хочет быть с женщиной не будет так запариваться, правда, — добавила. — Кстати, как думаешь, как Веня отреагирует на сестричку или братика? — мягко улыбнувшись, спросил Паша, тем самым плавно переводя тему. Конечно, он был согласен с Кароль, особенно после звонков Дана пиар менеджеру, но то, что он так внезапно решил уйти с проекта, да ещё к тому же поверил каким-то фотографиям, смущало Орлова. Мужчина слишком сильно любил Тину, чтобы позволить хоть кому-то причинить ей боль. Поэтому не стал даже обнадеживать, так как лучше она сейчас смириться с тем, что Дана больше нет и не наделает глупостей, пока Паша не разберется со всем, чем тогда, когда уже будет настолько поздно, что нельзя будет сохранить покой и безопасность. Менеджер, как никто, знает о всех трудностях, предательствах, некрасивых ситуаций, которые с трудом получается исправлять в обыденное время, а когда ситуация усложняется оберегать надо вдвойне. И он готов. Всегда готов быть рядом. Но не позволит играться её чувствами. Никому. Даже Балану. Порывисто обнимая девушку за хрупкие плечи, Орлов выдыхает в золотистые волосы, что все будет хорошо и со временем они со всеми проблемами справятся. — Паш, — тихо протянула она, ноготком слегка царапая мужскую шею. — Мм? — отозвался тихо Паша, крепко целуя девушку в лоб. — Отвези меня к маме, — попросила не поднимая головы. — Пожалуйста, — шепотом добавила. — Собирайся. Уже через час молодые люди ехали в полной тишине по природной местности. Паша держал руку Тины, поглаживая иногда костяшки пальцев. Она же раздумывала о своем будущем, о Дане, о Вене, о родителях, концертах, встречах, интервью… все это придется строго корректировать, менять некоторые программы, костюмы шить новые, потому что следует пытаться скрывать беременность до определенного момента, но и конечно, выходить на связь с Даном. — Паш, — словно разрезала тягучую тишину Тина. — А что если Дан уедет? — взволновано спросила она, внимательно рассматривая Орлова широко распахнутыми зелеными глазами. — Куда уедет? — не понял он, «вынырнув» из собственных мыслей. — Домой, в Молдову, — ответила, нервно покусывая свои ногти. — Прекрати, — не сильно стукнув по нежным, изящным рукам, попросил Паша, затем продолжил, поймав недовольный, но благодарный женский взгляд. — Если ты захочешь, то мы поедем за ним, — предложил он. — Либо вернем его сюда, — пожал плечами. — Теперь привыкай говорить не «ты», а «вы», — нежно улыбнулась Тина, осторожно кладя руку на свой живот, легко поглаживая. — Ваше Высочество, Тина Кароль, Вы не зазвездились?! — усмехнулся Орлов, поворачивая к дому её родителей. Поймав недовольный, даже суровый взгляд блондинки, а потом заметив руку на плоском животе, мужчина смутился, а потом и вовсе засмеялся. — Извини, — легко, но с заботой целуя в подставленную щеку, Паша потрепал по голове девушку. — Приехали! — Спасибо тебе большое, — искреннее поблагодарила она, рассматривая свои пальцы. — Не знаю, когда смогу и захочу, что главное появиться дома и решиться поговорить с Даном, — призналась она. — Ты же собиралась ещё утром, — напомнил ей Паша, накрывая холодные женские руки своей, тем самым согревая. — Пока мы ехали, я поняла, что мне нужно действительно время, чтобы обдумать вообще все, — она поникла. — Несмотря на то, что вернулась с отдыха, мне хочется отдохнуть и побыть хотя бы пару дней наедине с мамой, мне не хватает её, — призналась Тина, резко смотря на мужчину. — Только держи меня в курсе своих планов и передвижений, — попросил он. — Я освобожу тебе эти дни, только потом придется напрячься, там будет несколько интервью подряд и уже скоро тур, — предупредил и, только после утвердительного кивка, ободрился. — Насчет тура, Тина, надо тебе подумать стоит или нет, сможешь или нет, — заботливо говорил он. — Да, мне вчера так плохо было, что я еле долетела, — вспомнила она, растирая лицо руками. — А сегодня как ни в чем ни бывало, — пожала плечами, убирая руки от лица. — Пойдем я тебя провожу, — вытаскивая ключ, предложил Паша. Достав Танину сумку, они взявшись за руки вместе пошли к дому, где их уже ждала мама Тины. Радушно улыбнувшись гостям, она обняла сначала дочку, затем Пашу. — Пашечка, оставайся, — приглашала женщина. — Чаю попьем, — улыбнулась. — Спасибо большое за приглашение, — благодарного поклонился, чем вызвал у Тины легкий смех. — Но у меня дела-дела, — поцеловав на прощание розоватую щечку своей музы, молодой человек ускакал к своей машине. Наблюдая, как он выезжает, а затем открыв окно машет Кароль, Светлана загадочно улыбнулась, поглядывая на дочь из-под опущенных ресниц. — Что?! — воскликнула Тина, заметив такой взгляд. — Ничего, — отнекивалась женщина, но все ещё не переставала смотреть на свою дочурку. — Думаю вот, — таинственно заговорила, выдерживая паузы. — Мам, да говори уже, — не выдержала Таня, — Что мы как в замедленном кино. Женщина засмеялась, обнимая девушку и целуя в висок. — Думаю, когда же вы уже с Пашей начнете встречаться-то. — Мам! Не начинай! — воскликнула Тина, закрыв лицо руками, покачав головой. — Когда же ты поймешь, что мы с Пашей только друзья, причем лучшие! — заходя в дом, объясняла она. — Я в такое не верю! — отмахнулась. — А во что ты веришь? — надев тапочки, спросила Тина, сложив руки на груди и выжидающе глянув на мать. — В его влюбленный взгляд, — словно нечто волшебное протянула Светлана, засмеявшись вместе с Тиной.

***

*** — Кого еще там принесло, — недовольно отозвался Дан, кинув футболку в чемодан. Даже не взглянув в глазок, Балан открыл дверь, прищурившись. — Ты? — негостеприимно начал мужчина, отходя от двери, тем самым пропуская нежданного гостя. — И тебе привет, — снимая очки, начал Орлов.