Улетели в лето

Тина сидит на садовом стульчике около костра, растирая похолодевшие пальцы. Её взгляд внимательно наблюдает за язычками пламени, отражаясь в зрачках ярким светом. Задумавшись, она плавно прокручивает какие-то моменты из жизни наслаждаясь умиротворением. Вечер плавно опускается на местность, как будто бы скрывая все человеческие тайны. На её плечи опускается плед, а женские ладони одобрительно похлопывают по плечам. Вздрогнув, Тина оборачивается с благодарной ласковой улыбкой. — Спасибо, теперь гораздо лучше. — На здоровье, вам нельзя мерзнуть, — с заботой шепчет Людмила, обнимая девушку за плечи, слегка покачивая. О такой невестке женщина могла только мечтать. Таня кивает, блаженно улыбаясь. Так тепло и спокойно ей давно не было. Паша в порядке, Дан наконец-то разобрался со своей головой, перестал обижаться на неё, правда, теперь на сообщения не отвечает Тина, но Людмила по секрету рассказала, что он уже летит к ним. Скоро все вернется на круги своя, хотя наверное это будет совершенно другая реальность, ведь к ним уже пришла маленькая жизнь. Она ещё раз проверила мобильный телефон в ожидании звонков или сообщений от мужчины, но телефон молчал, значит летит. Поджав губы, она наклонила голову к плечу, отклоняясь на спинку кресла, прикрывая глаза. Удивительно как быстро может измениться жизнь. Вроде бы просто поехали в отпуск, погреться на солнышке, а столько пережили, хватит на целую совместную жизнь или интересную историю для детей. Медленно погладив свой живот, Тина улыбнулась. Она так мечтала о дочери, о маленькой копии себя, своей принцессе. Но, наверное, больше всего ей хотелось, чтобы эта малышка была рождена в полной любви, которая бы окутывала её с ног до головы. Как там говорят: «Талантливые дети — это дети рожденные в гармоничной любви». Свежий воздух влиял исключительно положительно на состояние певицы. Несмотря на то, что солнце ласкало последними лучами лицо, оно грело как в полдень, давая надежду на то, что все будет хорошо. А все хорошо будет и так, Таня это чувствовала. — Привет, — раздалось, слишком громко, нарушая воцарившийся покой и умиротворение Кароль. Она распахнула глаза, облизав пересохшие губы, внимательно смотря на человека стоявшего перед ней вдалеке. На лице заиграла смущенная, застенчивая улыбка. Распахнув объятия, Дан стоял на дорожке, держа одной рукой букет пионов, а второй ожидал держать Таню. Но та, прищурившись, медленно встала, подходя к нему нарочито не спеша. «Ну, уж нет, не так быстро молодой человек, после такого игнорирования, мыслей о предательстве, обычным «привет» не отделаешься», — подумала она, подходя к нему. — Ну, привет, — сложила руки на груди, бросая беглый взгляд на цветы, а затем скользнула по мужскому, слегка помятому лицу. — Ты не отвечала на мои сообщения, — он поджал губы, изучая каждую черточку на любимом лице, — почему? Она лишь нахмурилась, скривив свои губы, а затем и вовсе отвернулась, вглядываясь в даль, раздумывая над словами. Хотя, несмотря на разговор, который приобретал не совсем светлый оттенок, она чувствовала как внутри все поёт от счастья и наконец спокойствия. Балан тяжело вздохнул, опуская руку и протягивая все-таки букет, но Таня даже не взглянула на него, продолжая раздумывать, глубоко вдыхая. Паша рассказал как Антон застал в квартире Дана Олега и что Дан пришел раньше к себе, значит вера в неё у него искренняя, а не потому что мужчина послушал того, кто пытался их рассорить. — Ты не хотел даже меня выслушать, ты сбежал, ты по сути предал меня, поверив Олегу, — начала она, развернувшись на выдохе. Профилактическую беседу никто не отменял. Мужчина стоял с цветами, виновато смотря на свою возлюбленную. Дан молчал, однако через пару минут, он достал из кармана коробочку, протягивая её Тине. — Что это? — понимая, поинтересовалась Кароль, — как банально, Балан, — прикрыв рукой глаза, она добавила, рассматривая как мужчина открыл коробочку. — Хочу, чтобы ты стала моей женой, — спокойно ответил тот, порывисто и долго целуя в висок, — Да, я не идеальный, со мной будет сложно, но за время проведенное без тебя, однозначно и точно понял, что хочу разделить жизнь только с тобой. Прости, что так себя повел, — он выдохнул, изучая взглядом свои ботинки, — у меня была неудачная история любви, могу рассказать, — вдруг обеспокоившись тем, что такие слова могут как-то задеть Тину, поправился, — и я зарекся никогда больше не верить людям, если они оступились, но Бог заведовал давать вторые шансы, ты простишь меня? — вывернув свою, речь, он смущенно улыбнулся, аккуратно беря в руки Тинины пальцы, осторожно покрывая их короткими поцелуями. — Теперь не только я решаю простим мы тебя или нет, — ответила девушка кривя губы в усмешке, убирая ладони из рук Дана, перекладывая себе на живот, однако он, не заметив этого действия, стал гадать, кто же тот самый человек, у которого он должен попросить прощения. — Мама моя? — девушка усмехнулась на его предположение, мотая головой, — твоя мама? — он улыбнулся, но Тина опять отрицательно мотнула головой, держа руки на животе, — Венечка? — Нет, Дан, бери ниже, — решила пошутить с намеком Кароль. — Не знаю тогда, — пожал плечами, отстраняясь, — а без этого человека ты не сможешь стать моей женой? — по-настоящему нахмурившись, спросил мужчина, разворачивая Тину к себе лицом. — Нет, не смогу, — качая головой, ответила Тина, — ладно, — заметив грусть на мужском лице решила сжалиться, — Дан, — дыхание сбилось, а ладошки почему-то стали потеть, — я в положение. — В каком?! — напрягся он, всматриваясь в её лицо пытаясь найти там ответ. Тина с улыбкой наблюдала как тревога на мужском лице медленно смеется счастьем, как только осознание накрывает Балана с головой. Он просто жмется ближе к девушке, беспорядочно целуя каждый миллиметр кожи на её лице. Кароль ласково поглаживая черные, как смоль волосы, нежно улыбается, ощущая истинное счастье; в глазах своего мужчины она видит безусловную любовь. Да, им будет сложно вдвоем, творческие личности, повышенное внимание, гастроли, разные страны, однако они по-настоящему любят друг друга с химией и физикой, со сложением и умножением, притяжением и… Не важно! Если есть любовь, то разобраться с остальными проблемами возможно. Тина обнимает Дана за шею, целуя суховатые губы. Она невероятно скучала по раскрытым ладоням на своей талии, по горячему дыханию после поцелуя, по его шуткам и бесконечной заботе. Дан — лучший мужчина. — Она не будет против, — шепчет в губы Дан, сразу мягко целуя. — Почему это ты так решил? И почему она, может он будет? — подняв брови, уточняла Тина, поглаживая подушечками пальцев по мужской щетине. — Потому что я чувствую, — опуская руку на ещё плоский животик, осторожно поглаживая, сказал он, поднимая абсолютно счастливый взгляд на Тину. Таня накрыла его руку, чувствуя, как все внутри разрывается от нежности, которую ей и их будущему ребенку дарит мужчина. — А дочки больше любят пап, — добавил Балан. — Да, что вы говорите, Дан Балан, — недоверчиво качая головой, подколола Тина, — моя дочка! — Нет, моя! — парировал ей Балан. — Моя, моя, моя, — показав язык и вырвавшись из крепких объятий, протянула девушка, наклонившись вперед. — Наша, Таня, она наша, — поймав её, мужчина заключил в крепкие объятия, вдыхая любимый и самый дорогой сердцу аромат её тела, — ну так что, — снова начал Дан, она улыбнулась, — выйдешь за меня? — Да, — поднявшись на носочки, горячо выдохнула ему в ухо, нежно целуя в скулу, — хотя наверное, нужно было сказать нет, — задумавшись, сказала Тина, сложив руки на груди. — Это ещё почему? — подняв её лицо за подбородок, поинтересовался Дан, вскинув брови вверх. — Чтобы наша история не заканчивалась, — растянула губы в улыбке Тина. — Таня, ты даже себе не представляешь, это был так, — задумался, — пролог, — скользнув холодными руками под её кофту, мужчина прошелся по ребрам, вызывая мурашки и смех блондинки, — а первая глава начнется завтра, — он приблизился к её лицу, сжимая пальцами бока. — А сейчас что у нас? — поиграв бровями, спросила певица, облизнув губы в ожидании поцелуя. У неё внутри танцевали всевозможные бабочки, а скулы сводило от счастливой улыбки. Она чувствовала даже как немеют от непонятно откуда-то взявшегося волнения, ладошки. — А сейчас у нас антракт, — впечатываясь в её полуоткрытые губы, закончил Дан, углубляя поцелуй с каждой секундой, пытаясь игнорировать улыбку и смех, что прорывался сквозь поцелуй, скреплявший их настоящую любовь.

Спустя три года.

По холодному паркету в новом загородном доме в лесу, топают маленькие ножки. Девочка недовольно хмурит брови, замечая перед собой решетку, которая не дает ей спуститься со второго этажа. Эта самостоятельная мадам, уже один раз самостоятельно изучила данный опасный пока что для неё предмет, напугав тем самым внимательных родителей. Тогда Дан даже подумывал, что она больше не подойдет к лестнице, однако через пару часов Алиса уже порывалась снова попробовать спуститься. » — Чемпионкой растет, смотри-ка, — улыбнулся Дан, наблюдая с какой самоотдачешь двухлетний ребенок пытается исправлять собственные ошибки и пробовать снова и снова, пока не получится. — Куда отдадим? — с улыбкой спросила Тина, наливая чай в большие кружки, — вообще я думала она будет петь, — с некой досадой, добавила женщина, присаживаясь рядом с мужчиной, сразу же попадая в крепкие объятия. — Попробуем везде, что ей больше понравится, — пожал тот плечами, — но характер то, характер! — наблюдая за играющей девочкой, прокомментировал мужчина, — ей никто не нужен, она сама играет, сама натягивает одежду, сама везде сама, уникальный ребенок, — продолжал нахваливать её Балан. — Ну сразу видно папаша, — засмеялась Тина, — я тебя буду на собрания отправлять и во всякие беседы с мамочками добавлять, — хохотнула она, замечая недовольство на мужском лице, — ладно-ладно, папочка, мы поняли, кто тут Алису любит больше, не смотри на меня так, — она отпила чай, осторожно ставя кружку на стол, — только давай тогда ещё мне сына родим, — вдруг предложила девушка, замечая как загорелись глаза Балана, — ну, а что, ты вон будешь чемпионку растить, а я тоже хочу себе, — подумала-подумала, — художника. — Ты хочешь третьего ребенка? — с любовью, беря в руки женские ладони, уточнил Дан, а она лишь смущенно кивнула, осознавая, что почему-то её дети не особо в ней нуждаются, — посмотри на Веню, на Алису, я им особо то не нужна даже, они обнимут меня, скажут, что любят и побегут дальше по своим делам, а я хочу ещё раз пройти эти моменты любви, пока они маленькие, — она засмущалась, пряча лицо на груди у мужчины, что просто не мог поверить в то, что все происходящее правда. — Тань, я люблю тебя, — целуя щеки, шептал Дан. — И я, — вдруг раздалось невнятно с ковра. Внимательно уставившись на серьезную маленькую леди, родители улыбнулись ей, но девочка лишь подняла уголок губ, а затем вернулась к своим играм. — Ну и характер, — ещё раз сказал Дан, теснее обнимая свою жену.» — Мама, — кричит звонкий голос со второго этажа, потирая сонные глазки, — мама, — повторяет более требовательно девочка, однако Тина не слышала её голоса, занимаясь на кухне. — Ну, и чего мы тут возмущаемся? — подхватив на руки своё чудо и поцеловав в сладкую щечку, поинтересовался Дан, выйдя из спальни. — Атстань, — отталкивая его рукой, морщилась девочка, — мама! — Мама на кухне есть нам готовит, — ответил ей мужчина, аккуратно неся по лестнице, — сейчас мы придем к ней, Алис, не дергай руками, — попросил он, ощущая кулачки и нахмуренные глаза. — Кто проснулся? — с улыбкой, сказала Тина, выходя из кухни, замечая привычную картину. По утрам только певица имеет право целовать, будить, юное чудо. Протянув руки к дочери, та радостно запищала, пересаживаясь к маме, обнимая её обеими руками крепко за шею. Дан ревностно оглядел своих девочек, наигранно тяжело вздыхая. — Говорила же тебе, Балан, — усмехнулась Тина, поглаживая спину дочери, — Моя дочь, — и показав ему язык, скрылась на кухне. — Не твоя, а наша, — с искренней улыбкой бросил он ей вслед, подмигивая смеющейся дочери.