Алиен

—Как узнал, что я в Сеуле?—Чуть наклоняя голову в бок, спрашивает парень, прожигая Гука огнём, палящимся в глубине его зрачков, а остальные наглухо стихли, с интересом наблюдая за развернувшейся перед ними картиной, ибо давно в Яме не было разборок, что было уже удивительным. —Тэхён-а, разве это важно? Главное, что ты снова здесь и мы можем здорово повеселиться,—с прищуром в глазах, растягивая слова, ответил Чон.—Вот только вопрос: с тобой или твоим отцом?—Уже тише, так, чтобы услышал только Тэхён, добавил Чон, треща костяшками своих рук. —Только попробуй тронуть отца,—рычит Тэхён, хватая Гука за ворот его чёрной футболки, а тот в ответ лишь смеётся и резко бьёт кулаком ему куда-то в живот, отчего парня скручивает пополам. Тэхён быстро оправляется и собирается нанести ответный удар, но тут его кто-то отдёргивает сзади и отталкивает подальше от Чонгука, который спокойно, словно ничего не было, с привычным ему холодом в глазах смотрит на противника, но уже серьёзно.—Брось,—роняет парню, державшему его, и тот сразу отпускает успокоившегося Тэ. —Это не должно придаться огласке, держи себя в руках,—со строгостью в тоне сказал Тэхёну парень, только что отпустивший его, но Тэ даже не смотрит в его сторону.—Он не погладит тебя по головке, если узнает.—С убедительностью добавляет парень, надавливая на больное. Тэхён после услышанного сразу расслабляет кулаки, в которые успел сомкнуть руки, чтобы ответить. Он прав, не стоит привлекать к себе много внимания, на него и так уже несколько минут смотрит не одна пара глаз. Чонгук снова подходит к нему вплотную, не собираясь отступать: —Кого ты боишься больше: меня или своего папочку?—Выплёвывая спесь, душит его словами Чонгук, а Тэхён только скалится в ответ, слыша чистую правду. Он боялся отца до дури, поэтому выполнял каждый его приказ без единого спора и сопротивления. Сын известного чиновника, лезущего в самую верхушку в жажде наживы, должен выполнять грязные поручения своего отца, дабы очистить его репутацию, а также сохранять свою. Когда твой отец политик – ты автоматически живёшь не свою жизнь, а ту, которая выгодна ему. Тэ это страшно надоело, но он ничего не мог поделать: хочешь жить – умей вертеться и потакать желаниям тех, кто сверху. Иногда он завидовал таким, как Чонгук, ведь он живёт, не подчиняясь никому, и он принадлежит сам себе, в отличие от Тэхёна. Один неверный шаг, и отец уберёт его с пути так же легко, как кукушки прощаются со своими детьми, оставляя их на произвол жестокой судьбы. —Думаешь, только ты приберёг туз в рукаве? Чонгук, не будь наивным, не делай того, о чём потом пожалеешь.—Прошипел Тэ, кинув испепеляющий взгляд на Чона, и вышел из бара, громко хлопнув входной дверью. Он знает, что Чонгук был в доме его отца. Он знает, что Чонгук украл пару очень важных бумажек, которые могут в два счёта разрушить политическую карьеру его папаши. Он знает, потому что Санвон приказал ему разобраться с Чонгуком любым способом. «Если надо, убей щенка, но чтобы я больше не видел, как он крутится у меня на пути»,—его реплика крутится в голове Тэхёна круглые сутки, не давая ему покоя. Тэхён не такой, как его отец. Он не убийца и никогда им не был. Хоть он и сделал в этой жизни много разного дерьма, до убийств он не опустится, он пока еще считал себя человеком, а не животным. Чонгук жутко раздражал, всегда лезет не в своё дело, ищя какую-то справедливость. Да кого волнует в наше время справедливость? Что за наивный придурок? Тэхёна раздражает, что этот недоносок постоянно на шаг его впереди, строит из себя белого лебедя, когда на самом деле является ястребом, раздирающим острыми когтями каждого, кто встает против него. Прикрывается справедливостью, когда на деле просто хочет больше власти, которая поглощает его с каждым днём всё больше и больше. Ему нужно разобраться с ним как можно скорее, чтобы ему не пришлось переходить на неприятные для него самого меры. Он не хочет снова кого-то покалечить. Нужно угомонить Чонгука самым человеческим методом, пока отец не уничтожил его самым нечеловеческим, и он, кажется, уже знает как. Тэхён выходит из бара, слыша, как за ним следует его секретарь. —Куда ты собрался?—Ложа ему на плечо руку и разворачивая к себе, спрашивает догнавший его парень в белой рубашке и синих джинсах. —Разобраться с ним, не причиняя вреда. Джин, я наберу позже,—скидывает руку Джина и бросает ему напоследок, прежде чем уйти в направлении к своему байку. Его ямаха способна развивать огромную скорость, благодаря которой он доберётся на нужную улицу в кротчайшее время. Заезжает в район Тобонгу, как в свой родной, потому что знает все дороги этого города уже наизусть - у него было время их выучить. И вот она - его цель. Видит её на расстоянии нескольких десятков метров и вовремя паркуется, пока девчонка не замечает ничего подозрительного. Встаёт с байка, поправляет яркие цвета неба волосы, небрежно лежащие у него на лбу и решительно идёт к ней, надев на лицо маску непринуждённости. —О, простите, увлёкся,—растянув в квадратной улыбке уголки рта, кланяется наспех Тэхён, доставая из уха проводной наушник и помогая встать упавшей на тротуар по его вине девушке в розовом сарафане. —Да ничего, я вас прекрасно понимаю,—улыбается в ответ смущённо девушка, принимая красивую, как она успела заметить, руку незнакомца с ярким цветом волос.—Да не стоит,—еще больше краснеет, когда парень начинает собирать выпавшие из её сумочки вещи при падении: среди них должны быть женские штучки, если он возьмёт их нечаянно среди остальных вещей, она тогда просто со стыда сгорит. —Не волнуйтесь, я совершенно нормально отношусь к таким вещам,—без какого-либо смущения или неприязни, парень просто берёт прокладки в руку и кладёт их в женскую сумку вместе с помадой и духами, окончательно собрав все упавшие по его вине вещи.—Ещё раз извините, песня была такой чудесной, что невольно закрыл глаза.— Девушка смотрела на него с восхищением в глазах, в которые он неосознанно засмотрелся, поняв это, когда уже прошло больше минуты. —Я такой же меломан, не оправдывайте себя,—заправляя выбившийся локон за ухо, негромко ответила миниатюрная девушка, отведя взгляд первой, а Тэхён благодарно кивает, засунув руки в карманы. Нихуя он не меломан. Он слушает музыку от силы раз в неделю, когда выпадет для этого свободное время, потому что в остальное он либо выполняет поручения отца, либо просто играет роль одного из детей богатой образцовой семьи политика, на камеры или без них. Наверное, он поэтому так отлично научился играть, притворяться кем-то, кем он не является, уже вошло в привычку. —Могу я узнать ваше имя?—Наклонившись немного вбок, заглянул в кукольные глаза Тэ, тем самым еще больше смущая раскрасневшуюся девчушку. При свете фонарей её кожа казалась сияющей, переливаясь в тусклом свете. —Минсу.—Немного кланяясь, добавляет:—Чон Минсу, моё имя. А… Как зовут вас?—Совсем неуверенно спрашивает в ответ Минсу, пряча свой взгляд и упираясь им куда-то в его ботинки. —Меня зовут Тэхён,—протягивает девушке руку и та пожимает её в знак знакомства. Тэ замечает, насколько её маленькая ладошка меньше его мужской, а ростом она на полторы головы его ниже так точно, и невольно усмехается.—Могу я вас чем-нибудь угостить, Минсу? Хочу загладить перед вами вину за то, что заставил протереть асфальт собой и смутил вас.—О да, смутил он её знатно, заставил её белое, как снег, лицо превратиться в красное, как клубника. —Думаю… Можете.—Оглядываясь по сторонам, неуверенно ответила Минсу. Кажется, за ней никто не следит. Тэхён невероятно красивый. Он, словно сошедший с обложки какого-то популярного аниме, притягивал своей внешностью, оставляя любые сопротивления нетронутыми, и Минсу не могла не согласиться на его предложение. Она раньше никогда не проводила время с парнями наедине, кроме её брата, а уж тем более такими красивыми и открытыми. Тэхён же ей широко улыбается и ведёт её куда-то дальше по улице. Такой дружелюбный и искренний, как показалось Минсу. —Вы… Можно на ты? Ты, кажется, младше меня.—Получив кивок от Минсу, продолжает Тэ,—Любишь сладкое, Минсу?—Её имя в его устах звучит так приторно приятно, что доставляет приятную дрожь молодому телу. Ох, знал бы он, как она любит сладкое, но Минсу не хочет показаться невежливой, манеры прежде всего. —Я не против сладкого,—снова пряча кукольный взгляд, сдержанно отвечает Минсу, еле поспевая за размашистым шагом Тэхёна. Он, заметив, что её шаг в два раза меньше его, замедляется, вызвав этим у неё благодарственную улыбку. Он ведёт её в миленькое кафе в розовых тонах. Проживая в этом районе уже шесть лет, она ни разу не была в этом заведении. Зайдя внутрь, она подумала, что, наверное, попала в рай: везде полки с пирожными абсолютно разными: от радужных кексов до разноцветных пончиков и тортиков. Глаза разбегаются, осматривая стеллажи, лампочки в которых ярко освещали весь этот сладкий рай. —Не против, говоришь?—Протягивает Тэхён, смеясь с её реакции,—Мне кажется, ты заядлая сладкоежка, Минсу.—Видя, как миниатюрный ротик приоткрылся в поиске подходящих слов оправдания, решает больше её не смущать,—Выбирай, что хочешь. Минсу никогда бы не наглела, тётушкино воспитание не позволило бы. Она указывает на пару голубого цвета тортиков и Тэ уходит к прилавку, чтобы купить их, а она садится за столик, выполненный в виде огромного розового пончика. В этом кафе всё слишком милое и парень в кожанке и рваных джинсах определённо не вписывался во всю эту плюшевую историю. Тэхён внезапно увалился на стул напротив, выводя Минсу из раздумий, и поставил на стол поднос с пирожными и двумя чашками карамельного латте, между прочим, её любимого. «Какое приятное совпадение!»,—подумала Минсу, когда увидела, что их вкусы сходятся. Не совпадение. Он уже успел разузнать о её вкусах в социальных сетях, пристально высматривая каждую деталь её жизни. Девушка шестнадцати лет, заканчивающая последний класс обучения в школе. Чистая и невинная, с милым кукольным взглядом, слегка пухлыми губами, миниатюрная и худощавая, так как фигура еще до конца не успела сформироваться. И он, естественно, знал, что сегодня у неё занятие у репетитора и она будет идти домой одна поздно вечером, поэтому будет достаточно легуо заманить её в какое-нибудь уютное, привлекательное местечко и расположить к себе так, чтобы она захотела встретиться еще не один раз. —А можно вопрос?—Позабыв обо всех приличиях, пережёвывая мягкий бисквит, спрашивает девчушка, и Тэхён поднимает на неё свой заинтересованный взгляд.—Сколько тебе лет, Тэхён? Тэ пускает смешок. Видно, она уже поняла, что он её намного старше, но интерес распирает изнутри, так что хочет знать наверняка. Сказать ей свой настоящий возраст? Не испугается ли? Ему нужно притереться к ней, чтобы взять под крыло. Он может соврать, что ему восемнадцать, но тогда она, скорее всего, что-то заподозрит, ибо выглядит он не на столько совсем. —Мне 26 лет,—Минсу от такой цифры сразу перестаёт жевать и глотает сладкое не пережёвывая, округляя карие глазки с пышными ресницами. Она подозревала, что он старше, но не на десять же лет! Что подумает тётя, если узнает, что её угостил пирожным двадцатишестилетний парень в рваных штанах и кожаных ботинках? А брату она вообще побоится рассказывать, иначе он её буквально съест. Промоет мозги так, что она всех незнакомцев шарахаться будет, да и не только незнакомцев, вообще всех людей противоположного пола. А он умеет. —Ох… Ясно,—снова уткнувшись ложкой в тарелку, робко отвечает Минсу, не решаясь что-либо добавить. —Не волнуйся, я не собираюсь насиловать тебя, приманивая сладким, как последний урод,—смеётся Тэ, слаживая руки на стол и смотря на миленькое личико. По вздрагиванию и испугу на лице в ответ на его довольно прямолинейные слова, Тэ сразу отмечает, что она очень непосредственна. Чонгук, похоже, не посвящал сестру в детали своей жизни, хотя девчушка то уже не маленькая. В свои шестнадцать он уже решал за отца кое-какие дела в тёмном бизнесе и гонял на своём первом байке, побеждая ровесников и соперников постарше в коротких гонках, завоёвывая уважение на темной стороне общества. Увидев воочию, Тэ теперь понимает, что ранить Чонгука через неё – идеальная идея. Она слишком наивна, чтобы что-то понять или заподозрить. С её помощью он перекроет Чонгуку дыхание, не запачкав руки в крови. Ни в его, ни в собственной. Минсу ничего не отвечает, наверное, пережёвывает вместе с тортом и сказанное секундами ранее Тэхёном. Пугливая. Для неё это, наверное, в новинку, общаться с тем, кто старше её на целых десять лет, при этом не имея никаких родственных уз. —Я проведу тебя, если ты не против, поздно уже.—Говорит Тэ, когда девушка уже допивает последний глоток кофе, заглядывая в телефон, чтобы посмотреть время. Если ему повезёт, он сможет познакомиться и с её тётей, тем самым увеличивая шансы охватить как можно больше людей семьи Чон. —Хорошо.—Минсу не отрицает того, что её пугает разница в возрасте, но несмотря на это, ей хочется еще провести время с ним. С таким красавчиком, черты лица которого она изучала на протяжении всего времени, пока он не смотрел на неё. А еще его низкий бархатный голос - он завораживал. Минсу, наверное, слушала бы его вечно. Таких парней она никогда не встречала и вряд ли когда-нибудь встретит ещё, поэтому решает пользоваться моментом. Он совсем не похож на её сверстников, он уже имеет багаж жизненных знаний, он наверняка уже чего-то добился, у него уже сформировавшийся характер, позиции и принципы, которых не было у 16-тилетних мальчишек. Ей хочется, чтобы он поделился с ней частью своего опыта, которым не делится с ней брат. Чонгук никогда не рассказывал Минсу больше положенного, как он считал. Никогда не делился подробностями своей работы, не пускал её в свой бар, хотя она столько раз просила. Минсу понимает, что после всего пережитого, он хочет защитить её и оберегает как может, но когда-то ей придётся столкнуться с трудностями и рано или поздно, она узнает обо всём, от чего так старательно отгораживает её Гук. Тэхён не стал добавлять ещё страха и провёл её пешком, оставив свой мотоцикл на парковке. Благо, её дом находился не так далеко и идти было от силы пол часа. Но за эти пол часа он успел многое узнать об этом маленьком ангеле: от любимого цвета до персонажа комиксов и фильма. Хотел бы он сказать, что слушает все эти детские уже для него рассказы чисто ради заполучения её доверия, но в глубине души что-то подсказывало, что это не так. Нет, он же не может интересоваться школьницей, которая на десять лет младше него, да еще и сестра Чонгука? Это как минимум незаконно. Мозг, кажется, понимает всё это, но глаза так и скользят по милому сарафанчику, подчёркивающему тонкие изгибы еще не до конца сложенной фигурки; по тонким бледным рукам, на внутренней стороне которых так отчётливо просвечивалась паутинка вен, кажется, надави на которую, тут же выступит свежая алая жидкость; на стройные ножки, которые отчётливо видны под короткой юбкой розового платья, которое, задень бы он пальцами, легко приподнял бы вверх и открыл вид на самое сокровенное, не тронутое никем до него. Тэ задумался очень сильно, представляя в голове уже разные картины того, что он мог бы сделать с хрупким молодым телом, потом мысленно отдёргивая себя за столь порочные желания. Она еще совсем юна и невинна, её психика этого не выдержит, несмотря на то, что в таком возрасте многие уже не стесняются абсолютно ничего. Но Минсу совсем другая, словно созданная не для этого жестокого мира. Она как котёнок, которого растили в тёплой уютной квартирке, не выпуская на улицу, не показывая опасности, царящей снаружи. Мир для неё слишком небезопасный, а сделал её такой именно Чонгук. Вот он и поплатится за свою ошибку. Минсу жила с тётей в своём доме. Небольшой одноэтажный домик, в окне которого Тэхён уже успел заметить старого знакомого. Чонгук, кажется, высматривал кого-то, и Тэ не сомневался, что этим кем-то являлась Минсу. Вот только что он здесь забыл? Бедный Чонгук потерял из поля зрения свой маленький бриллиант, что же он скажет, когда увидит, как этот бриллиант ему принесёт Тэ? Минсу охает, наблюдая, как Чон быстро выбегает на улицу и хватает её с силой за запястье, на котором потом точно останутся синяки из-за тонкой, нежной кожи. Сейчас она бы провалилась сквозь землю, потому что Тэхён увидит неадекватную реакцию её брата, помешанного на безопасности Минсу. Чонгук ужасно зол, она видит это как по выражению его лица, так и по силе, с которой он до сих пор сжимал её бедную тоненькую руку. —Чонгук, ты сейчас ей руку сломаешь,—с насмешкой в голосе указал Тэ. Он знает её брата? Но откуда? —Вы знакомы?—Удивленно приподняв светлые брови, спросила Минсу.—Это мой брат,—чуть присев от боли в руке, которую держал Чон, робко добавила Минсу, чувствуя себя глупо, потому что не рассказала о своём неадекватном брате Тэхёну. —Конечно, мы с ним хорошие друзья, не так ли?—Лукаво улыбаясь, ответил Тэхён, смотря, как Чонгук пытается вернуть себе самообладание. Борьба читалась в его взгляде, Тэ никогда не видел его в таком бешенстве, как сейчас, а стоило всего-то познакомиться с его драгоценной сестрёнкой. Боится представить, что будет, если он зайдет дальше. Чонгук делает глубокий вдох, прежде чем прийти в себя и отпустить покрасневшую кисть Минсу. Возвращает глазам холодный взгляд и отвечает, уталяя любопытство мелкой, которая прожигает его взглядом в ожидании. —Да, мы… Приятели,—последнее слово даётся Гуку с трудом, он прямо выговаривает его по слогам, пытаясь сделать голос как можно менее ядовитым. Чёртов Тэхён! Да как он посмел приблизиться к его сокровищу? Как прознал о ней? Он ничего не хочет знать, ему нужно сделать так, чтобы Минсу не дай бог не искала с ним встреч и забыла о Тэхёне, как о маленьком сне, который больше никогда не повторится. Чон не позволит ему навредить ей, она еще совсем маленькая, чтобы общаться с парнями, тем более такими, как Тэхён. Чонгук никогда не посвятит её в своё общество и в свой круг общения. Она его маленький клад, его отдушина. Он никогда не будет делить её с кем-то. —Какое совпадение!—Улыбаясь, говорит Минсу. Если бы совпадение, Чонгук уверен, что Тэхён всё чётко просчитал до последней детали, прежде чем встретиться с ней, расчётливый гад.—Подожди, а где тётя?—Оглядывается по сторонам, махая часто длинными ресницами. —Я сказал Лиюн оставаться дома, сказал, что встречу тебя. Ты же не хотела расстроить её, показываясь с этим,—кивком головы указывает на стоящего напротив Тэ,— перед ней?—Минсу понимающе соглашается. Если бы тётя увидела её с парнем так неожиданно, она бы разозлилась, тем более если бы узнала, что они только познакомились. Не так она её воспитывала. Чон выпроваживает Минсу в дом, напряжённо наблюдая за тем, как она мило прощается с новым другом, обменявшись контактами. Она хоть, блять, знает, насколько он её старше? Она всегда интересуется возрастом, он уверен, в этот раз не обошлось, так какого хрена она не убежала от него еще на первых парах? Когда он допустил этот пробел в её воспитании? Он обязательно поговорит с ней об этом, но позже, сейчас ему нужно разобраться с этим дьяволом воплоти. —Как узнал о ней?—Рычит Чонгук, оставшись с Тэхёном наедине, наблюдая как тот, смеясь, закатывает глаза. —Чонгук-а, разве это важно?—Протягивает сладко Тэ, улыбаясь своей блядской ухмылкой, что еще больше распаляет Чонгука.—Ты же не сильно расстроишься, если я позабавляюсь с твоей маленькой невинной принцессой? Покажу ей, так сказать, все прелести мужского внимания.—Тэхён безусловно доволен. Если бы не Минсу, которая наверняка наблюдала за ними из окна дома, думая, что её не видно, Чонгук бы уже набросился на него. Именно такой реакции он и добивался, чем больше он разбудит эмоций в Чоне, тем легче им будет управлять и дёргать за ниточки. —Чего ты хочешь?—Не желая тратить время на бессмысленные разборки, спрашивает коротко Тэхёна, с насмешкой глядящего на него. Он всегда был самодовольным, думал, что раз его отец имеет определённые связи, ему всё позволено. Всегда ведёт себя так, будто этот город уже под его ногами, Чонгука это до жути раздражало. Дети богатеньких буратино, думающие, что всё в их власти, думающие, что могут делать всё, что заблагорассудится и им за это ничего не будет. Думающие, что на них не найдётся управы. Но это не так. Ублюдки обязаны поплатиться за свои проступки и Чон поспособствует этому, чего бы это ни стоило. —Отдай то, что взял без спроса и перестань мелькать перед носом моего отца, понял?—Угрожающе посмотрев Чону в глаза, метал громы и молнии взглядом Тэ. Он надеялся, что Чонгук поймёт всё с первого раза и ему не придётся повторять и встречаться снова с этой малолетней девчонкой, которая по-странному на него действовала. —Пусть Санвон перестанет лезть на мою территорию,—с холодом в голосе ответил Чон, в ответ получив неодобрительное махание в сторону головы Тэ. —Ты меня понял.—Остерегающе добавил Тэхён, а потом скрылся за углом дома, оставив Чонгука в раздумьях. Минсу – это самое дорогое, что у него есть в этой жизни и он старался сохранить её не тронутой грязными лапами его темной стороны деятельности. Пусть так и живёт в своем беззаботном, полном радости и счастья мире, где ей не нужно думать об опасностях, окружающих и преследующих её на каждом шагу, потому что Чонгук вобьет осиновый кол в каждую из них, прежде чем она доберется до Минсу. Готов ли он подвергнуть опасности самое ценное, что у него есть? Безусловно, нет. Но готов ли он пожертвовать ради этого своими принципами? Он – человек с чёткой, сильной и стойкой позицией. Если он чего-то хочет, он получает. Если ему кто-то мешает – он устраняет помехи. Уже давно одной такой помехой стал Ли Санвон – богатый политик, который пытался взять под контроль всю подпольную деятельность под предлогом «незаконности», но Чонгук знал, что это не так. Подонок лишь хочет заполучить власть на тёмной стороне. Деньги – всё, что его интересует. Деньги, власть. Чонгука раздражали такие люди: имея всё, они хотят еще больше, но куда больше? И зачем, если ты и так неплохо устроился в этой ничтожной жизни? Чонгук никогда не даст Санвону разрушить то, чем он живёт и дышит, не даст прибрать к рукам его жемчужину и всё, что с ней связано, иначе он сам погибнет. Он слишком много старался для того, чтобы заполучить авторитет и своё место под солнцем и он не позволит кому-то помыкать собой. Ни Санвону, ни его напыщенному сыночку. Ему нужно придумать, как сохранить Минсу нетронутой тьмой, что давно поглотила его самого, и поставить наконец на место семейку Ли, что так нагло пыталась перекрыть Яме кислород. *** Еджин наконец-то сдала все долги по учёбе, ведь лень долгое время не позволяла ей этого сделать, а быть должной – одно из самых отвратительных чувств. Она начала налаживать дружеские отношения с Хосоком, проводя больше времени с Соён и друзьями её парня, становясь понемногу более общительным человеком и не видя других только плохое. Наконец-то у неё появилась работа, хоть и немного нестандартная, но это не важно, сам факт оставался фактом. Жизнь начинала понемногу налаживаться, как считала Еджин. После тяжёлых нескольких дней погружения в своё образование, Еджин решила, что сегодня ей стоит расслабиться. А расслаблялась она единственным действенным для неё способом. Еджин убирает свои длинные волосы и закалывает их на затылке, надевая сверху тёмную кепку и капюшон слегка великоватой на неё кофты. И незаменимый атрибут её образа – чёрная маска на нижнюю часть лица, хорошо, что в большом городе это считалось нормальным, носить медицинскую маску под предлогом защиты своего здоровья или же просто нежелания светить своим лицом перед всеми и вся. Сегодня её цель – пройти несколько уровней сразу, поэтому она проведёт время за компьютером, наверное, больше обычного. И так оно и было: Еджин так затянуло, что она играла уже больше двух часов, не вставая с места, полностью окунувшись в виртуальный мир, пока её плеча не коснулась чья-то рука, заставив её вздрогнуть от неожиданности. —Эй,—окликнул её Чонгук. Ну кто бы это мог еще быть, кто бы еще так бесцеремонно касался её безо всякого стеснения и заставлял мурашки, находившиеся до того в спокойствии, приходить в активное движение по её коже?—Как дела?—Улыбнувшись, он наклонился к её лицу достаточно близко, оперевшись о компьютерное кресло рукой, заставляя её почувствовать себя неуютно. —Прости, я прохожу важный этап,—опустив лицо к монитору, тем самым отдалившись на комфортное расстояние от Чона, ответила Еджин. —Я тоже для тебя важный этап?—Словно молотом по голове ударил. Ну и как на это реагировать Еджин? Она и без того вся съёжилась от его присутствия, а тут ещё и каверзные вопросы подъехали. Он вообще знает такие понятия как скромность и тактичность? Еджин напряглась, едва поджав губы, что осталось для Чонгука незамеченным из-за скрытого лица. А он в свою очередь терпеливо давил своим присутствием, ожидая хоть каких-то слов от девушки. Он, безусловно, был важным для неё этапом, который, возможно, пройдёт или нет, неважно. Он тот человек, который заставил её почувствовать что-то кроме раздражённости и усталости от серой жизни. Пусть эти чувства, возможно, иногда были не самыми позитивными (вряд ли кому-то нравится чувствовать себя не в своей тарелке), но всё же они были иными от привычных, которые лишь угнетали её и без того осевшее состояние. —Считай это личным вопросом. Чон, показательно надув губы, сел наконец-то в соседнее кресло от Еджин, дав ей возможность выдохнуть и впустить кислород в свои окаменевшие, казалось ей, лёгкие. —То есть, не будешь отвечать?—Подытожил Чонгук, включая компьютер. —Удобряю почву для твоих размышлений.—Свой же ответ заставил её мозг напрячься в поисках модели мыслей, которые могли посетить его тёмную голову. —Думаю, я тебе очень важен и ты стесняешься меня, поэтому находишь отговорки на мои наводящие вопросы.—Весело откликнулся он, так и не удостоив её взглядом, стуча по клавиатуре. Чёрт возьми, как он так легко считывает людей? Самого-то не прочтёшь, лишь одним небесам известно, что у него на уме. Но он в точности раскрыл все карты Еджин, вываливая всё, что у неё внутри, наружу. То, что ей так убедительно и успешно удавалось скрывать всё это время – эмоции. Чон словно видит их насквозь, и это удивляло. —Сону, если бы у тебя был выбор: защитить самое дорогое или отстоять принципы,—начал задумчиво Чон, придя в серьёзный настрой,—что бы ты выбрал?—Еджин подумала, что его что-то снова беспокоит: каждый раз, когда у Гука были какие-то внутренние проблемы, он обращался к ней за советом, может, они ему действительно помогают? Наверное, ему не с кем обсудить такие личные вопросы и Еджин казалось, что это потому, что Чон был тем типом людей, которые пытаются казаться сильнее, чем они есть на самом деле. Но ведь таким людям тоже зачастую необходима поддержка. И, похоже, Чонгук нашёл её в Еджин. Вот только это была не она, а её образ на вечер, но он этого пока не знал. —Я бы не выбирал.—Коротко, но уверенно ответила Еджин. Да, именно так бы она и сделала, потому что принципы она считала очень важной составляющей стойкого характера и позиции. У неё всегда на каждый счёт было своё мнение и оно не поддавалось влиянию других, ей по-просту было плевать на то, как считают другие. За это она себя и уважала, да и, в принципе, считала это единственной своей полезной чертой. Ну, а о близких и разговора не шло. Чонгук в этот момент как-то по-особенному посмотрел на неё, что-то в его взгляде изменилось, будто он разглядел в Еджин что-то, чего раньше не замечал или не хотел замечать. Посмотрел с какой-то гордостью, или, во всяком случае, так могло показаться Еджин, потому что она часто себя накручивала и могла выдумать то, чего по факту не было. Они еще долго играли, сидели, перекидываясь нередкими фразами, находясь в комфорте рядом друг с другом. Как бы Еджин не хотела отрицать, ей было хорошо в такие моменты. Она обычно не позволяла себе привязываться к людям, боясь обжечься, и сейчас ей казалось, что если она привыкнет к такому Чону, начнёт что-то чувствовать, то эти чувства у неё будут по отношению к его образу. И потом этот образ, что она видела в нём, рассеется словно в тумане самим же им вечером на подработке, разобьётся о скалы, которые она так старательно пытается обойти и не потонуть в океане своих же грёз. Сейчас она ходила по краю, по тонкому лезвию ножа, который приставил Чон, и ей нужно каким-то образом вернуться в то состояние, когда она могла спокойно игнорировать свои желания, иначе это может обернуться для неё плачевно – разрушенными ожиданиями и надеждами. Нет, она просто еще понаслаждается этим, а потом выкинет всё из своей головы, словно ненужный мусор. У неё получится. Наверное… Следующий день ничем не отличился от предыдущего, собственно, как и всегда. Почти не отличился, потому что ей сегодня на работу, впервые после нескольких выходных. Сейчас Еджин чувствует себя значительно лучше: дайте её свернуть гору, и она это сделает – вот так она себя чувствовала. И, возможно, вчерашняя встреча этому поспособствовала, но она об этом старается не думать. Еджин спишет это на проведённые в спокойствии и одиночестве выходные. Надев коричневого цвета незамысловатую водолазку и клетчатую юбку того же оттенка, полуботинки на невысоком каблуке, и собрав длинные волосы в небрежный пучок, Еджин пошла на свой автобус. Сев за свободное место рядом с каким-то парнем, отвёрнутым к окну, Еджин почувствовала небольшую тревогу. Предчувствие было странным, будто сегодня смена не ограничится обычными шестью рабочими часами, будто что-то да произойдёт, и Еджин боялась уже своих предположений, потому что они все были связаны с одним человеком, которого, она надеялась, сегодня не увидит. Тут её внезапно кто-то ущипнул за плечо, выводя из шаткого состояния, на что девушка недовольно пискнула, повернувшись к предмету её внезапного раздражения, узнавая в парне знакомое лицо. —Хосок! Ты что здесь забыл?—Приоткрыв рот в удивлении, спросила Еджин. —Был недалеко, пришлось отсюда на работу поехать,—широко улыбаясь, но уже не раздражая этим Еджин, ответил непринуждённо парень.—Нас сама судьба свела!—Смеясь, добавил, заставив Еджин невольно улыбнуться тоже. Когда она посмотрела на него с другого угла, Хосок стал казаться Еджин каким-то солнышком в этой беспросветной тьме, а его улыбка словно согревала. Как она могла раньше взбеситься лишь от одного его вида? —Наверное, судьба…—Задумчиво ответила спустя какое-то время Еджин. Может, ей и вправду стоит присмотреться к этому улыбчивому парню? Возможно, она его значительно недооценивала? Еджин всегда старалась быть доброй и приветливой, но прокручивая своё поведение, сейчас она понимала, что моментами вела себя как последняя сука. Она никогда не хотела становиться такой и быть такой, но, не осознавая того, всё же попала в эти сети грубости и ненависти к другим, причём не имея на то определённой причины. Зайдя в Яму, первым делом острый взор Еджин упал на расслабленно стоящего и скучающего Чонгука у барной стойки, уткнувшегося носом в свой мобильный. Почему жизнь постоянно подсовывает ей вот такие сюрпризы? Когда уже судьба смилуется над Еджин? —Чонгук-щи!—Хосок полез к нему с обьятиями, и это показалось Еджин таким милым! То, как Чонгук, состроив недовольную мину, пытался выбраться из рук Хоби, было очень уморительным зрелищем. В этот момент она увидела того Чона, с которым часами проводила время в компьютерном пространстве без умолку. Наверное, они с Хосоком очень близки. Еджин не понять, потому что у неё никогда ни с кем не было таких отношений, ибо она в прямом и переносном смысле не подпускала никого к себе даже на метр (исключением являлся, разве что, только общественный транспорт). —А вы, я смотрю, лучшие подружки прям?—С насмешкой в голосе, окинул Чонгук их двоих взглядом, отложив телефон подальше в карман. —А что, ревнуешь?—В шутку сказал Хосок, но, кажется, Чон воспринял это совсем не в шутку. Это Еджин заметила по его выражению лица, которое в раз стало сосредоточенным и серьёзным. —Всё может быть,—Чон перевёл взгляд куда-то в район живота Еджин, не глядя в глаза, будто о чем-то задумался.—Ладно, работайте.—И поспешно удалился, поднявшись на второй этаж. А у Еджин снова сердце не на месте от его слов. Что значит «всё может быть»? Ей казалось, что к настоящей Еджин Чонгук не то что ничего не чувствует, а испытывает в какой-то степени неприязнь. Или ей показалось? Да не может этого быть. Кажется, голова скоро сломается от количества поступающих туда разного рода мыслей и их вариаций. После этого мистер неожиданность не спускался около часа и Еджин расслабилась, погружаясь в работу, то и дело проверяя деятельность персонала, обсматривая каждый уголок бара и каждого входящего туда человека. Подниматься в кабинет не было никакого желания, ведь там, скорее всего, и находится босс вместе с Чимином. Взор устремился на очередного парня, вальяжной походкой зашедшего в Яму и громко хлопнувшего входной дверью. Но больше привлекло внимание не это, а яркий цвет его волос, который ему невероятно шёл, и на который Еджин невольно засмотрелась. Он зашёл со своей небольшой компанией, и, похоже, на них обратила внимание не только Еджин, а и все, кто был в баре. К её удивлению, ибо на других никто даже не оборачивался. Следующее еще больше ввело в недоумение девушку, которая только и наблюдала за развернувшейся картиной: Чонгук спустился вместе с несколькими ребятами и парень с синими волосами вышел к нему, вызывающе посмотрев тому в глаза. —Я размажу тебя по асфальту, Тэхён,—угрожающе, но довольно произнёс Чонгук, хрустя своей немаленькой шеей. Тэхён в ответ лишь засмеялся: —Только после того, как я выиграю тебя,—фыркнул в ответ синеволосый. Еджин расценила это как показательное шоу двух «грозных» парней перед игрой и шашки, по крайней мере, ничего серьёзнее она себе не представляла. Но оказалось совсем не так. Чонгук первым вышел через чёрный вход, туда, где его ждал его преданный кавасаки, и с громким звуком рычания мотоцикла выехал из парковки, тоже самое повторил и Тэхён, выехав на ямахе. Предчувствие никогда не подводило Еджин, она знала, что что-то произойдет, но что именно? Осознание током пронзило её голову, пробив туман непонимания и сомнений, томившихся в ней. Все собрались на гонку. Целый мотопарк выстроился в ряд подле Ямы, а возле толпились кучки сбившихся в компании людей, пришедших понаблюдать и поставить на своих. Кроме Чонгука и Тэхёна в гонке участвовала еще пара спортбайкеров, потому что на дороге уже стояли красный сузуки хаябуса и стального цвета додж томагавк, осёдланные парнями в кожанках и шлемах. Видеть, как Чон играет в картишки – одно дело, но наблюдать, как он подвергает себя опасности, садясь на железную груду металла, было совсем другим. Где-то в глубине грудной клетки вновь зарождалась тревога, только вот сейчас она была уже осознанным чувством, а не ощущением. Почему-то сейчас Еджин начинала переживать за того, кого меньше всех хотела наблюдать сегодня, того, кто успел поселиться в сердце, но совсем в другом амплуа. Иногда Еджин даже казалось, что она знает двух разных Чонгуков, которые являлись братьями-близнецами, но шрам на его щеке давал отрезвляющее действие, развеивая любые предположения на этот счёт. Еджин не выдерживает больше наблюдений через стекло и тоже выходит на улицу, чтобы посмотреть на это кощунство. Вот Чонгук сидит на шикарном чёрном байке, а рядом так же сидит Тэхён на каком-то похожем (Еджин в них абсолютно не разбирается). Двигатели заведены, а мотоциклы готовы в любое время сорваться с места. Всё это кажется ей неправильным, но Еджин нравится наблюдать за всем, потому что это что-то новое, неизведанное для неё. Чонгук выглядит так, будто чувствует себя действительно в своей тарелке, и это немного успокаивало её. —Готов сесть в лужу, Чонгук-а?—бросает через плечо Тэ, застёгивая до конца свой шлем, приходя уже в полную готовность к старту. Чон лишь фыркает на это, закатив глаза, полностью уверенный в своей победе, если конечно Тэхён не подстроит снова какую-нибудь подлянку, как он поступил однажды с Намджуном, но Чонгук уверен в том, что снова этого не произойдёт. По крайней мере сегодня, ибо ставки на гонке слишком высоки. На середину дороги выходит длинноногая девушка в коротеньких шортах и топе с надписью «good luck», которая тотчас с лисьей улыбкой на лице взмахивает рейсинговыми флажками. Проходит секунда, прежде чем гипербайки и спортбайки с громким звуком трения резины об асфальт и рёва мощных моторов пускаются по дороге на бешенной скорости.