Спасение утопающего

Несмотря на свое спокойное состояние, сейчас Седрик буквально разносил гостиную Пуффендуя. — Ты не понимаешь, я не хотел ее обидеть, более того, ты единственный знал, что я хочу пригласить ее, — парень метался из одного конца в другой, перевернув стол он в плотную подошел к другу, который все это время лишь спокойно наблюдал, — Лео, ради всего святого, скажи почему ты даже не остановил меня? Твою мать, ты же был там, почему ты ничего не сделал? — А почему ты просто не подождал? Я уверен, если бы Гермиона не увидела, как эта когтевранка тебя тискает, она бы не согласилась пойти с Крамом, как минимум, сказала бы, что подумает, а после этого ты бы сам ее пригласил, — спокойствие друга ужасно раздражало, но после его слов Седрик относительно успокоился, — Мне только одно интересно, ты бегаешь за ней, пытаешься пригласить на бал, ревнуешь, у тебя началась пора чувств и любви, и ты выбрал зазнайку Грейнджер? — фирменная улыбка снова расползлась по лицу Лео. — Она…мы просто друзья, она сама так считает, и вообще, что теперь делать, уверен, она и на метр близко к себе не подпустит, а поговорить нам надо, — Седрик словно специально пропустил последний вопрос, но он сам толком не разобрался, что чувствует, но что-то определенно было. — Друзья? Она пол ночи рыдала после бала, просто друзья из-за такого не терзают себя, и даже не спрашивай откуда я знаю, у всего есть уши и глаза. Согласись, со временем она простит, по крайней мере есть одно место которое вас точно сблизит, библиотека.

***

После Святочного бала прошло 2 недели, Седрику так и не удалось поговорить с Гермионой, более того, первую неделю он ее вообще не видел, девушка или очень хорошо скрывалась, или просто не выходила из комнаты. После недели неизвестности, он увидел ее, народ понемногу собирался на завтрак в Большом зале, и среди толпы парень заметил небольшую кучерявую копну волос, на душе сразу стало легче. Слава Мерлину, хотя бы жива и на том спасибо. — Гермиона, ты толком ничего не ешь, я тебя прошу выпей хотя бы сок с булкой, ты скоро будешь на дементра похожа, — шутка неудачная, но Гарри пытался хоть как-то развеселить подругу, надежда с каждой минутой угасала в его глазах, она просто сидела и смотрела в одну точку, пока Рон, сидевший напротив нее уплетал все, что попадалось ему на глаза. Бледная кожа, щеки впали, появились небольшие круги под глазами, говорящие о ее беспокойных ночах, ей не хотелось есть, не хотелось находиться здесь, девушке ничего не хотелось. — Слушай, он смотрит на тебя…и явно волнуется, — Гарри кивнул в сторону стола пуффендуйцев, но Гермиона даже не моргнула, он старался говорить тихо, чтобы только она слышала, — Не хочешь рассказать, что случилось тогда на балу? Мы не стали тебя трогать, не думаю, что Рон до конца понимает всю ситуацию, но я хочу тебе помочь, Гермиона, я правда переживаю, —она лишь устало положила свою голову ему на плечо, говорить сил не было. — Так ладно, раз есть ты не хочешь, думаю свежий воздух пойдет тебе на пользу, — поднявшись со своего места, Гарри подхватил девушку, и буквальном смысле потащил ее из зала. — Гарри…пожалуйста, я не хочу на улицу, что ты задумал, — ей было плохо, и в этой ситуации физическая боль вытесняла душевную, мельком девушка все же взглянула на того, кто все это время не сводил с нее глаз. И что же ты наблюдаешь за мной, мой милый друг, почему не наслаждаешься компанией своей избранницы. Уже выходя из Большого зала, Гермиона почувствовала, как ноги перестают ее слушаться, все тело начинает трясти, а в глазах начинает темнеть. — Гарри, мне плохо… — после этих слов, девушка отключилась.

***

Запах лекарств и непонятных зелий разбудил девушку, во рту пересохло и видеть, что происходило вокруг, совсем не хотелось. Открыв глаза, она заметила, как несколько фигур сидели рядом. — Милая моя, ты бы еще дольше ничего не ела, так же и умереть можно, — все трое сидящих, резко дернулись, когда Мадам Помфри подошла с каким-то зельем, — Выпей это пожалуйста, и больше не терзай свой организм, он еще слишком юн для объявления голодовок и отказа от выхода на улицу, — выпив зелье, Гермиона поморщилась, гадость редкостная. — Гарри, что со мной случилось? — девушка понимала, что среди присутствующих он точно будет, поэтому повернувшись к парням, она слегка удивилась, увидев рядом с собой Седрика, а позади него своих друзей, — Что он тут делает? — Думаю Седрик тебе все расскажет, — под недовольные возгласы Рона, Гарри ушел вместе с другом. — Решил вернуть должок таким образом? Так знай, я в тебе не нуждаюсь, можешь быть свободен, — обида все-таки играла главную роль в поведении девушки, и она лишь молча ждала его реакцию. — Когда я тебя нес до Больничного крыла, ты особо не отказывалась от моей помощи, ах да точно, ты же была без сознания, — парень наклонился к ней, — Но я делал это искренне, и я честно не понимаю почему ты так ко мне относишься. Скажи, ты из-за меня довела себя до такого состояния? Между ними повисла тишина, девушка не хотела отвечать, не видела в этом смысла, но в глазах парня читалось беспокойство, он уже в который раз переживал за Гермиону. — Мистер Диггори, думаю на сегодня хватит посещений, Мисс Грейнджер нужно отдыхать, а отношения вы еще успеете выяснить, — и все-таки Мадам Помфри всегда приходила вовремя и перечить ей, не было смысла. Седрик молча поднялся со своего места, и пошел к выходу. Да ладно, ты же принес меня сюда, сидел и ждал пока очнусь, и теперь ты даже не обернешься, и не подаришь мне свою улыбку на прощание? Уже около двери, он все-таки повернулся, узнать смотрит ли она, и она смотрела, но улыбки не последовало, серьезность пугала Гермиону, и ей хотелось выяснить, что же все-таки творится в голове у Седрика Диггори.