Невозможность Сибуи

      «Пусть сейчас всё будет хорошо, » — думал Годжо, утыкаясь носом в светлую макушку напротив него.       Сибуя прошла, прошла так, как он на это надеялся, без каких-либо потерь и неожиданных поворотов. Гето сбежал, да, это было обидно и неправильно, так как его телом завладела какая-то сволочь, явно уже не принадлежащая к нормальному миру живых. Но это не важно, хотя, даже так, пока не важно, поэтому Сатору может позволить себе спокойно расслабиться и поцеловать макушку дремлющего Юджи, который, Годжо был в этом уверен, вскоре проснётся и, мило зевнув, прижмётся к его груди, стараясь утонуть в тепле шамана. От этих мыслей старший улыбнулся и вдохнул чужой запах. Нежный и приятный, напоминающий ванильные леденцы, он кружил Сатору голову, заставляя вновь и вновь невзначай притягивать его к себе и утыкаться носом в светлые пряди, забывая о смотрящих на них учениках.       Вскоре Юджи попытался перевернуться, из-за чего Годжо пришлось слегка отстранила от него. Чужие ресницы дрогнули и вскоре открыли сонные глаза, что, будто пустыня, грели скрытым в них жаром и спрятанной где-то в глубине нежностью. Розововолосый улыбнулся, посмотрев заспанным взглядом на своего любимого, а потом нежно прижался к его груди, потераясь о неё щекой и вновь прикрывая глаза. — Мне казалось, что ты хотел проснуться, — почему-то нежным шёпотом произнёс Сатору, вновь целуя розовую макушку. — Нет, не хотел… — якобы недовольно произнёс Итадори и, не удержавшись, вновь улыбнулся, приобнимая любимого за талию. — Ммм~ А я думал, что сейчас моя принцесса проснётся и я смогу подарить ей целую гору нежных поцелуев, — ласково пропел он, переходя на привычные ему игривые интонации. — Звучит заманчиво, — ответил ему Юджи и вновь открыл глаза, с искренним любопытством заглянув в чужие, в которых, как он давно себя уверил, вновь разводили костры маленькие и наглые черти, множество раз на дню замерзающие под слоями холодного льда, а потом вновь согревающиеся от чужих желаний, разжигавших огонь.       Сатору знал, что того привлекают эти наглые существа, так открыто выдающие его желания, но не мог с этим ничего поделать, всё же лучше так, чем если их будут видеть другие люди, которые остерегаются этих чёрных, копошашихся в их душах, точек, что каждый раз приготавливают свои маленькие трёхзубые острые вилки и нагло широко улыбаются, показывая маленькие острые зубки.       Чужие руки обвились вокруг талии Юджи, залезая под специальную спальную футболку и уже блуждая где-то в районе лопаток, проводя длинными пальцами по позвоночнику. От таких действий юноша невольно слегка покраснел и смущённо улыбнулся, а затем переместил руки с талии на шею, зарываясь в чужие мягкие непослушные пряди. В ответ на такое действие со стороны, Годжо хитро улыбнулся и прикоснулся к чужим губам, нежно сминая их своими, а затем, получив ответную реакцию, проник внутрь чужого рта языком, проводя по нёбу, борясь за первенство с языком Итадори, который делал это так, для игры, потому что знал, что тот всё равно выиграет. Влажный, нежный, страстный — именно такие слова можно было подобрать, описывая этот поцелуй. Он был долгим, настолько, что после оба шамана судорожно вдыхали воздух, параллельно снимая друг с друга лишнюю одежду, полетевшую куда-то в сторону.       Они оба сейчас были одурманены чем-то неизвестным, но таким приятным и манящим, что отказаться от этого просто не хотелось. Все ожидания, нежность, страсть и волнения сейчас были готовы вылиться из них, в форме ласк, нежностей, нелепых комплиментов и чего-то неудержимого, животного, но такого желанного. Крики, стоны, просьбы, ласки — всё это сейчас наполняло маленькую комнату, пропитывая её непревзойдённой теплотой и возбуждением. — Знаешь, я рад, что всё закончилось именно так, — тихо произнёс Сатору, когда они закончили свои ласки, а затем уткнулся носом в чужие волосы, вновь вдыхая запах и чувствуя дурман в своей крови. — Я тоже этому рад, — тихо произнёс лишь слегка прикрытый одеялом Юджи, вновь утыкаясь в чужую грудную клетку и закрывая глаза.       Как странно: они только недавно проснулись, может даже думали прогуляться или поесть, но вот снова закрывают глаза и заслуженно отдыхают, прижимаясь друг к другу и утопая в царстве Морфея. Хотя, так оно даже лучше. Всё же, после всего, что произошло в Сибуя, им нужен был хоть какой-то, желательно очень уютный, отдых, что они старались создать находясь рядом друг с другом. И это был самый прекрасный вариант из всех.