- Гарри Поттер! - Когтевран!

Сладко потянувшись, Гарри проснулся, лениво оглядывая комнату. Но затем резко вскочил, вспомним про события вчерашнего дня. Эйфория от подарка порядком поутихла, а обмозговав такое странное вручение редкого подарка, как мантия-невидимка, Гарри насторожился. Кто и зачем прислал её ему? Вдруг она проклята? Как он мог сразу без раздумий принять такой ценный подарок неизвестно от кого, да еще и надеть на себя?! «Сдаю позиции, что ли?» — расстроенно подумал Гарри, вспомнив, что даже безразличная к его судьбе тётя Петунья учила его не принимать подарки от незнакомцев. Теперь Гарри даже боялся прикасаться к мантии, подозревая, что она нашлет на него страшное проклятие. А ведь он читал о таких артефактах, к которым только прикоснёшься — тут же умрёшь. И эта надпись «это от твоего отца, он отдал её мне незадолго до своей смерти» … Своего отца он не знал, так что странно было бы предполагать, что он сразу проверит этот факт. И зачем её дарить сейчас, не назвавшись? А ведь судя по записке, отец знал этого человека… Хотя, мало ли, что там написано. Могли бы вообще написать, что это мантия Мерлина, ей богу! Значит, нужно как то проверить эту мантию на опасность. Вещь так-то хорошая и нужная в хозяйстве (хотя Гарри не придумал пока её назначения, кроме как детального изучения. Не подглядывать же ему за другими людьми в ней, в конце-то концов). Тем утром, никому не говоря, он сразу пошёл к своему декану — профессору Флитвику, с просьбой проверить мантию. Для предосторожности он не стал её касаться (хотя это был глупо, ведь если бы на ней было проклятие, оно бы сработало ещё вчера, но Гарри ничего не мог с собой поделать), а левитировал сверток рядом с собой. Профессор Флитвик несколько удивился подобной просьбе, но выслушав объяснения Гарри, счёл их разумными. Пообещав, что мантию проверят на все проклятия, он забрал её с собой в кабинет. С облегчением Гарри пошел в библиотеку. Он достаточно часто захаживал в неё, чем вызывал у некоторых недоумение — он был практически лучшим первокурсником Хогвартса (они с Гермионой постоянно делили первое место), поэтому многие считали его, грубо говоря, немного поехавшим по учебе. Но какое ему было до них дело, он не пытался никого ни в чём убедить, продолжая делать так как привык. К сожалению, даже в таком прекрасном для него месте как библиотека, он находил минусы. Например, быстро разбирали популярные и интересные учебники или учебники по подготовке к экзаменам. Также приходилось всё решать через мадам Пинс, которая по определению считала, что все ученики только и ждут того, чтобы испортить её великолепные книги. Гарри в свое маггловской жизни немного, но всё же смог опробовать компьютер и интернет, так что ему было, с чем сравнить. А уж Запретная секция! Доступ туда было получить почти так же сложно, как похвалу от Снегга. Разрешение давалось преподавателем, которое выдавалось только для написания серьезного исследования или доклада. И книги оттуда нельзя было выносить. Ну что за несправедливость! То есть, если хочется почитать книги из секции, то придётся сидеть там до победного. А ведь Гарри не прочь был почитать что-нибудь оттуда… Он не думал, что там может быть какое-то наглядное пособие по кровавым жертвоприношениям, это же всё-таки школа, но кое-что интересное и для более глубокого изучения там наверняка было и в достатке. Также Гарри начал изучать фольклор волшебного мира Великобритании, с которым знаком каждый ребёнок-маг с детства, а он нет. Это нужно и для понимания многих шуток и отсылок, и для понимания морали и логики вещей в мире магии. О том, что он сдал мантию на проверку, Гарри решил пока не говорить Рону. Вообще о ней решил сказать тогда, когда все друзья вернутся с каникул в Хогвартс. А пока у него были дела в библиотеке.

***

Каникулы закончились, и начался новый семестр, в конце которого предстояли экзамены для перехода на второй курс. Гарри решился рассказать друзьям о мантии. — Ты действительно просто так её отдал?! — Рон был шокирован, что Гарри отдал мантию на проверку Флитвику. — А если они её повредят? — Брось, Рон! — вступилась Гермиона, — Профессора знают, что делать. А ты, Гарри, молодец. Мало ли кто это прислал. Может он хотел тебя подставить… — Это, наверное, какой-нибудь родственник из рода Поттеров, — со знанием изрёк Терри, — Такие вещи могут передаваться по наследству… Гарри подумал, что было бы здорово иметь какого-нибудь живого родственника и переехать к нему от Дурслей. Но дело в том, что письмо не было подписано, о чём он и сообщил ребятам. — Ну вот тем более! — Гермиона сложила руки на груди. — Это очень подозрительно! — А я бы хотел иметь мантию-невидимку… — задумчиво протянул Невилл, — Тогда бы никто не видел меня, и я бы мог ходить по замку, не слушая насмешек… Вся компания обернулась на доселе молчавшего друга тут же принявшись его подбадривать. Позор на квиддичном поле до сих пор не вышел у Невилла из головы.

***

Приближался матч Гриффиндора и Слизерина. Всей компании, кроме Рона не было до этого никакого дела, еще и Гарри в целях безопасности решил не идти туда, откуда из-за невербального заклятия чуть не свалился с лестницы. К радости Рона и всего факультета львов Гриффиндор победил — Эмили словила снитч достаточно быстро. Гарри был рад за них, но не более того. Мантию-невидимку ему всё же отдали, сообщив, что она абсолютно безопасна и на ней нет никаких проклятий. Отправителя же письма найти пока не представлялось возможным. — Магглы могут находить человека по отпечаткам пальцев?! — изумлялись Рон и Терри после того, как Гарри поведал об этой технологии. — Невероятно! — Справедливости ради, есть поисковые заклинания, особенно если маг оставляет свою частичку на бумаге, — вставила Гермиона, — Но тут всё чисто… — Но нам вряд ли под силу такая поисковая магия, — заключил Гарри. Школьная жизнь шла своим чередом. Гарри же больше времени начал посвящать изучению мантии — её свойства интересовали его с разных точек зрения. Например, как она отражает свет. Ведь мантия не невидима, это лучи света не проходят сквозь нее. Он жалел, что у него нет микроскопа, чтобы всё детально рассмотреть. Ведь казалось, что ткань состоит не из нитей, а из мягких волн какого-то неизвестного материала. Что это за антиматерия, которая не преломляет свет? «Хотя, стоп, если бы это была антиматерия, то мы бы тут все взорвались… По логике…» — размышлял Гарри. Рону, Терри и Невиллу тоже не особо стал интересен камень, хотя первые двое были уверены, что за камнем гоняется Снегг. Рон вообще хотел своими силами как-то попытаться ему противостоять, но кроме снятых баллов с факультета за испорченный урок зельеварения ничего не добился. Гарри с подозрением поглядывал на Квирелла, но сделать против преподавателя, даже такого слабого и странного, ничего не мог. Не хватало доказательств и даже мотива преступления. Что касается Гермионы, то, в отличие от Рона, она не особо думала о философском камне и заговоре преподавателей. Она начала составлять расписание подготовки к экзаменам, заявив, что им всем необходимо повторить всю программу, и наложила заклинание на свои записи, пометив разными цветами темы для каждого из занятий. Гарри и Терри наблюдали такой диалог: — Гермиона, да до экзаменов еще целая вечность, — в голос запротестовал Рон. — Всего десять недель, — отрезала Гермиона. — Это совсем не вечность, а для того же Николаса Фламеля это вообще, как одна секунда. — Но нам не по шестьсот шестьдесят шесть лет, — напомнил ей Рон. — И зачем нам все повторять, тем более тебе, ведь ты и так все знаешь? — Зачем повторять?! — Гермиона прямо-таки задохнулась от возмущения. — Ты что, с ума сошел? Ты понимаешь, что для того, чтобы перейти на второй курс, нам надо сдать экзамены? Это очень важно, нам нужно было начать повторять еще в прошлом месяце! И как я об этом забыла! Терри захихикал. — Старшекурсники с нашего факультета нам сказали, что эти экзамены не сложнее обычного теста, — объяснил Терри свой смех. — Ну так это когтевранцы, они все двенадцать СОВ сдают и глазом не моргнув! — насупился Рон. — Нашему факультету тоже бы не помешало! — Гермиона принялась штудировать очередную книгу. Гарри усмехнулся, хотя ощутил некоторое волнение. Он был в себе в принципе уверен (хотя по вечерам всё же повторял материал), но больше беспокоился, что его подведут нервы. Особенно на экзамене у Снегга. Преподаватели, судя по всему, рассуждали так же, как и Гермиона. Они буквально завалили учеников домашними заданиями, и потому пасхальные каникулы по сравнению с рождественскими оказались совсем невеселыми. Да и как можно расслабиться, когда рядом почти весь факультет Когтеврана вслух повторяет очередную тему для экзаменов. И это не только первокурсников касалось. Пенелопа Кристалл так вообще ночевала в библиотеке. —Я это к шестому курсу не выучу! — наконец взорвался Рон, отшвыривая перо и с тоской уставившись в окно библиотеки. Его можно было понять: впервые за несколько месяцев выдался по-настоящему приятный день. Небо было ярко-голубым, как незабудка, а в воздухе плавало предчувствие лета. Гарри, читавший очередное пособие по подготовке, оторвал глаза от страниц, только когда Рон неожиданно громко воскликнул: — Хагрид! Что ты здесь делаешь? Хагрид, похоже, пытался скрыться от них за полками, но понял, что его увидели, вышел оттуда и, шаркая, двинулся к ним. Он не стал подходить слишком близко, а руки держал за спиной, словно что-то прятал от Гарри и остальных. — Я так… э-э… посмотреть зашел, — пробормотал Хагрид, отводя глаза. Вид у Хагрида был какой-то очень подозрительный. — Хотя знаете… Мне уже пора. «Увидимся позже», —произнес он и побрел прочь из библиотеки. — Интересно, что он там прятал за спиной? — задумчиво спросила Гермиона. — Пойду посмотрю, в какой секции он был, — произнес Рон. Он явно устал от занятий. Через пару минут он уже вернулся с тяжелой стопкой книг в руках. — Драконы! — прошептал он. — Хагрид искал что-то о драконах. Вот, смотри: «Разновидности драконов, обитающих в Великобритании и Северной Ирландии» и «Пособие по разведению драконов: от яйца до адского чудовища». — Хагрид похож на того, кто хотел бы иметь дракона…— заметил Гарри. Уже все были в курсе, что лесничий обожает магических животных. — Но это противозаконно, — удивился Терри. — Разведение драконов было запрещено Конвенцией магов тысяча семьсот девятого года, это всем известно. К тому же драконов все равно нельзя приручить, и они очень опасны. — Да, ты бы видел ожоги, которые получил Чарли в Румынии, изучая диких драконов! — поддакнул Рон. — Интересно, что задумал Хагрид? — с любопытством произнесла Гермиона. И беда пришла откуда не ждали.