Кошмар продолжается

– Ахахаха! Ахахаха! АХАХАХАХАХАХА! Зим ликовал. Он возвышался посреди лаборатории, подняв руку с предметом, выглядящим как небольшое квадратное зеркало, и громко хохотал. Вокруг царил сущий хаос – все помещение было усеяно обрывками проводов, мутными осколками, пузырчатыми упаковками и прочим мусором, потребовавшимся Зиму для осуществления его гениальной идеи. В довершение беспорядка с потолка свисали качели, на которых вовсю раскачивался Гир, и восторг Зима то и дело прерывался вынужденными приседаниями. – Я восхитителен! – возопил он, выпрямившись в очередной раз. – Мой мозг! Мой великолепный блестящий мозг! Он создал самый великий замысел во всей вселенной! – Ву-пи! – просвистел Гир, проносясь над его головой. – Гнусные жалкие люди-вещи! – Зим широко расставил ноги, сжал зеркало двумя руками и повернул отражающей поверхностью кверху. – Приготовьтесь к смерти! К ужасной, отвратительной, болезненной смерти! Ахахаха! АХАХА!.. Получить качелями по затылку во время своего триумфа – это не столько больно, сколько унизительно. Зим вскочил на ноги, потирая затылок. - Гир! Слезь оттуда сейчас же! Гир замедлил ход качелей и скривился, собираясь заплакать. – Но мне нравится качаться! Мне нравится! – Ты мне мешаешь! – голос Зима полностью оправдывал величие момента. – Мне нравится! Нравится! – Гир бешено замолотил ногами по сиденью и разрыдался. Зим знал, что в таких случаях спорить с роботом – себе дороже, гораздо продуктивнее отвлечь его чем-нибудь. – Принеси мне горностая для опытов! – приказал он. Компьютер справился бы с этим намного быстрее, зато Гир мгновенно прекратил плакать, радостно заорал почти ультразвуком: «Горностай!» и понесся в комнату с опытными образцами. Зеркало установили на столе, напротив жалобно моргал горностай. Над клеткой навис Гир, не отрывая от него восхищенного взгляда. – А сейчас, – объявил Зим, – я воспользуюсь своей новейшей разработкой, основанной на превосходящих технологиях Ирка, и отправлю этого мерзкого горностая в параллельный мир! – Он умрет? – ахнул Гир. – Нет, – Зим зажмурился и потер руки, предвкушая, как позднее проведет этот же эксперимент на людях. – Он очистит эту планету от своего вонючего присутствия и будет жить в другом измерении! Гир, спрыгнув со стола, улегся на него локтями и подбородком, чтобы продолжить наблюдать за горностаем. – Он симпатичный, – сказал он. – Компьютер! – отдал команду Зим. – Направь свет на зеркало! Из стены вытянулся шланг с лампой дневного света на конце. Нависнув над столом, лампа развернулась к зеркалу. Световой квадрат накрыл горностая, и Гир завопил от восторга: животное стало полупрозрачным. Затем его притянуло к зеркалу и засосало внутрь. Зим пальцем надвинул на глаза защитные очки, прежде поднятые на лоб, отвернул лампу от зеркала и заглянул внутрь. В зазеркалье его лаборатории не было. Высохшие деревья чернели над узкой тропой, в небе грохотала гроза. Горностай среди этого кошмара сжался под кустом и накрыл голову лапками. – Он точно не умрет? – переспросил Гир. – Я же сказал, отражатель не убивает, а только переносит в параллельный мир! – уверенно заявил Зим. – Тогда я приготовлю бекон! – невпопад взвизгнул Гир и бросился наверх, не увидев, как в горностая, осмелевшего настолько, чтобы выйти из-под куста, попала молния. Зим прошел к креслу и уселся, смотря на выключенный монитор. Как жаль, что нельзя связаться с Всемогущими Высочайшими… Они были бы вне себя от радости, если бы узнали, что теперь их трое. И пусть его рост был вызвал радиационным излучением при прохождении черной дыры, а не естественными причинами, все равно… Теперь он сам – Высочайший, и когда он прилетит к ним с победой, когда один, без Армады, покорит эту жалкую планету, они примут его как равного, они признают его заслуги перед всеми, они устроят торжество в его честь! Зим, улыбаясь то одним уголком губ, то другим, прикрыл глаза, представляя себе церемонию награждения, переходящую в праздник Возвышения. Он будет облачен в традиционные одежды Высочайших, перед ним склонятся все захватчики, а горстка выживших землян взмолится о пощаде. Особенно один из них, самый гнусный и недостойный. – Диб, – одними губами проговорил Зим. – Человеческая вонючка Диб.

***

Наверное, Зим задумал какую-то пакость – вон как искривилось его лицо в злобной усмешке, но Дибу было совершенно не до глупостей и мифических инопланетян. Он ловил сухопутную рыбу, чтобы показать ее на собрании «Всевидящего ока», а еще чтобы эта идиотка случайно не попала в воду и не погибла. Сухопутная рыба помимо боязни воды имела много общего с прочими криптозоологическими образцами. В частности, ее, казалось, не замечал никто, кроме Диба. Вот и сейчас, когда рыба пропрыгала на хвосте за школьное здание, ни один ученик не обернулся на нее. Всех их интересовало что-то на большом экране, водруженном прямо над крыльцом школы. Диб хотел кинуться в погоню, но потом ему в голову пришла шальная мысль – существует, хоть и мизерная, вероятность, что сообщение касается сухопутной рыбы, и он протолкался в передний ряд, привычно снося тычки и подножки. – …атака киборгов-убийц! – докончил диктор и перевел дух. – Их не удалось снять на пленку, и никому не известно, как они выглядят, но мы знаем одно: они опасны! – Какая глупость… – пробормотал Диб. – Киборгов-убийц не существует! – Наш давний друг профессор Мембрэйн согласился обеспечить все общественные заведения металлодетекторными воротами. Теперь киборги не пройдут незамеченными! В ту же секунду к дверям школы подъехал белый фургон. Оттуда выскочили люди в черных костюмах, вытащили большие коробки и, не снижая скорости, занесли их внутрь здания. Диб посмотрел на часы. До начала урока оставалось несколько минут, поймать сухопутную рыбу он не успеет, а взбучка от Биттерс – не то, что необходимо для хорошего дня. Привычным взглядом окинув толпу и обнаружив Зима, отходящего от телевизионного экрана, он приказал себе забыть об этом и двинулся к входу. Ученики гуськом проходили через ворота, один из людей в черном костюме отслеживал рентгеновское изображение на портативном мониторе. Диб встал в очередь, глядя вбок – совсем рядом виднелся знакомый вихор. Писк ворот оказался для него полной неожиданностью. Он пронзил зал, раздались крики ужаса, и Диб в любопытстве выглянул из-за спин стоящих впереди. Откуда ни возьмись появились военные, а на потолке зажглась красная лампочка. Причине тревоги, пожилому учителю математики, заломили руки за спину. – Это мой кардиостимулятор! – кричал он. – Я не киборг! – Ты чудовище! – на него посыпался град ударов. – Остановитесь! – Диб выбежал вперед. – Что вы делаете? Это просто человек с имплантантом! Он никому не причиняет вреда! – Не мешай, – отрезал человек в черном. – Люди с имплантантами и есть киборги. Сегодня искусственная нога, завтра – сердце, а потом что? А? Искусственный мозг, и он пойдет убивать людей? Этого ты хочешь? Учителя повалили на пол, избивая ногами, собравшиеся вокруг глазели на это, будто в театре абсурда. Диб почувствовал, как часто и тяжело бьется его собственное сердце. – Прекратите! – закричал он. – Отпустите его! – Он поддерживает киборгов! – заорал кто-то, и вскоре уже все скандировали: – Диб поддерживает киборгов! Диб поддерживает киборгов! Застонав от расстройства, Диб встал обратно в очередь. Эти люди никогда не поймут его и не примут всерьез, что бы он ни говорил и какие доказательства ни предъявлял. Учителя, наконец, вывели из здания. У Диба на сетчатке отпечатались его избитое лицо и скрученные пальцы, сжатые на груди в области сердца. Беззаботная болтовня в холле возобновилась, очередь поползла дальше. Диб, погруженный в печальные мысли, краем уха прислушивался к беседе одного из военных и человека в черном костюме. – Искусственного мозга не существует, – говорил военный, гордо выпятив грудь в пятнистой куртке. Человек в черном горько улыбнулся и хотел что-то сказать, но, перебив себя, округлил глаза и крикнул: – Искусственный мозг! Диб очнулся от размышлений одновременно с повторным писком ворот и вынырнувшей из-под потолка вращающейся красной лампочкой. – Глупцы! – Зим отступал обратно к выходу. – Я не киборг! – Хватайте его! – приказал военный, ушедшая было охрана бросилась к Зиму. – Я нормальный человеческий кусок мяса! – скороговоркой выпалил Зим и выстрелил из пистолета абсолютно инопланетного вида в ворота. Они закоротили, и военных отбросило разрядом электричества. – Не смейте приближаться к Зиииму! В скором времени киборги будут последним, о чем стоит беспокоиться, а пока развлекайтесь! Угроза, высказанная им, была вполне однозначной. Барьеры, выстроенные Дибом у себя в голове, рушились один за другим. Пойти на урок – или проследить за Зимом, которого не существует… Прыгнувшая вслед за Зимом в дверь сухопутная рыба разрешила дилемму. Более не колеблясь, Диб побежал за криптидом, ловко спускающимся по лестнице и улепетывающим прямиком по пути Зима. Диб отчаянно несся за рыбой, та, высоко подпрыгивая, скакала по улице, прыская из-под ног прохожих, а впереди гордо маршировал Зим. Рыба вильнула влево, Диб кинулся за ней, обрадовавшись, что не пересечется с Зимом. Однако в последний момент она изменила направление, и он сходу налетел на Зима. Они кубарем покатились по тротуару, отчего у Диба захватило дыхание, и остановились у чьих-то ног в черных блестящих сапогах. Подняв голову, Диб отпрыгнул и издал испуганное «Ньа-ах!» Прямо перед ними стоял самый настоящий киборг, один из тех, чье существование Диб всегда отрицал, и, судя по нацеленному на них оружию, собирался уничтожить обоих на месте. Зим, как всегда, не растерялся. В чем его нельзя было упрекнуть, так это в бездействии… а уж глупостями ли оказывались некоторые его поступки, решать было не ему. Выхватив из заплечного приспособления – пака – небольшое зеркало, он поймал солнечный луч и направил его на киборга. На глазах изумленного Диба тот потерял плотность и втянулся в зеркало, которое Зим следом за этим убрал в пак. Сухопутная рыба вильнула хвостом и исчезла за углом. На улице было тихо, все прохожие куда-то делись. Диб понимал, что нужно что-то сказать.