Blue Alert. Remake

      Вечером 11 мая 1994 года Мишель де Кольбер прогуливался по освобождённому Союзниками Ровно.       Как бы ни изощрялась советская пропаганда, живописуя «ужасы американской оккупации», окружающая действительность отнюдь не выглядела устрашающе. Городской рынок работал круглосуточно. Каждый день пело городское радио, разбавляя украинские народные песни европейскими поп-шлягерами. А где-нибудь в парке на скамейке чей-то магнитофон хрипел:       — Ты казала у вивторок — поцилуеш разив сорок, я прийшов — тэбэ нэма, пидманула — пидвэла…       Одним словом, наблюдалась сплошная идиллия. Только армейские посты, расставленные возле правительственных и военных объектов, напоминали о том, как далека вожделенная мирная жизнь. Но даже присутствие солдат не внушало мирным жителям какого-либо страха. За всё время, пока город находился под юрисдикцией Альянса, было зарегистрировано всего пять преступлений, совершённых против гражданского населения. По крайней мере, такова была официальная статистика, но даже если цифры казались заниженными, то в глазах обывателя вопреки всем побасенкам ТАСС они выглядели адекватно.       В тот вечер бельгиец позволил себе редчайшую в своей жизни вещь — алкоголь. Во время прогулки связист генерала купил на рынке бутылку настоящей украинской перцовки. Де Кольберу так понравился гостинец, что он едва перебарывал в себе желание пригубить лишний глоток крепкого пойла:       — Оказывается, у украинцев есть зелье покруче русского. А я и не знал…       По возвращении в сборочный цех он застал своего старого друга «Архангела».       — Бон жур, месье! — поприветствовал его разведчик.       — Бон жур, — ответил «Архангел». — Разрешите спросить: что это у Вас за странный напиток?       — Миль пардон, месье! Эту бодягу мой связист купил на городском рынке. Признаться, я не думал никогда, что есть бормотуха крепче русской водки.       — Благодарность украинцев безгранична, — сказал командующий. — А я бы не против отведать вкусного жирного борща с пампушками.       — Что, ещё не пробовали? Мой связист уже залип на это кулинарное чудо…       В сборочном цеху командиры перешли непосредственно к брифингу. Де Кольбер продемонстрировал фотографии какого-то большого здания.       — Это конструкторское бюро Казминова в Киеве. Слышали про такое?       — Конечно, слышал, — ответил командующий. — Это там изобрели зонды-подрывники, которые довели многих наших парней до психбольницы.       Де Кольбер предъявил коллеге другую фотокарточку, с которой смотрел какой-то седовласый мужчина.       — А это — сам Пётр Казминов, один из ведущих военных конструкторов Советского Союза. Именно ему «красные» обязаны некоторыми лучшими игрушками, в частности, теми самыми паучками. Информаторы из числа перебежчиков описывают Казминова как человека непубличного, строгого к своим подчинённым, а иногда и жестокого. Этот человек без остатка предан любимому делу и ничего не пожалеет ради технологического превосходства своей страны. В свои семьдесят с хвостиком он бодр, энергичен и полон новых идей.       — Настоящий злой гений, — сказал «Архангел», — Про такого можно фильмы ужасов снимать.       — Не совсем так. Если верить тем же информаторам, Казминов — примерный семьянин, заботливый отец и любящий дедушка. Как-то не похоже на стандартного «злого гения», не находите?       — Многие серийные убийцы тоже считались примерными членами общества, — возразил командир.       Де Кольбер не стал развивать постороннюю тему и перешёл к самой сути миссии:       — Линия фронта продвигается всё ближе к Киеву. Паника в рядах «красных» нарастает с каждым днём, но Казминов — один из немногих, кто сохраняет спокойствие. Более того, он неустанно трудится над модификациями своих боевых беспилотников. Генштаб считает необходимым разузнать, что именно замышляет советский «злой гений», и помешать ему довести до конца задуманное.       Разведчик выдержал краткую паузу.       — Главный корпус конструкторского бюро застроен военной базой. Не буду говорить, насколько хорошо охраняется вотчина советского конструктора. Среди прочего, на периметре расположено шесть дронных будок, из которых ведётся дистанционное управление зондами. Пулемёты-часовые охраняют все входы и выходы, а на шпионов противник натравливает боевых собак. Поэтому прежде всего необходимо найти способ отвлечь внимание врага. Для этой цели каждой из наших групп будет придан снайпер; подумайте, как лучше применить его навыки. Когда в обороне образуется лазейка, мы проберёмся в эти будки и перенастроим зонды так, что они выйдут из-под контроля и выступят против своих хозяев. Пока Казминов будет разбираться в инциденте, наши лазутчики проникнут в главное здание и умыкнут оттуда секретные документы. Кстати — перед тем как свалить оттуда, надо будет переманить на нашу сторону несколько БТР, чтобы не добираться пешком.       — А как же «Центурион»? — спросил «Архангел».       — Не волнуйтесь, месье, на нём мы как раз и полетим, — ответил разведчик. — Но это будет билет в один конец. К сожалению, наш поход несколько омрачён недостачей керосина, и после возвращения домой самолёт останется на дозаправку.       Командующий промолчал, признавая неизбежность подобного стечения обстоятельств. Завершив инструктаж, де Кольбер проводил товарища на аэродром, где ожидал взлёта «Центурион».       — Самолёт заправлен и прошёл техосмотр, — сказал разведчик. — Наши группы готовы к выезду. Ну, ни пуха, ни пера!       — К чёрту, — равнодушно произнёс «Архангел» и направился к трапу вслед за коллегой.

***

      Путь из Ровно в Киев составил менее часа. «Центурион» выбросил десант прямо в густой лес за городской чертой.       Всё это было до боли знакомо нашему герою. В точно такой же ситуации он бывал ещё в Загребе, когда помогал разваливать фронт «красных» в Югославии.       — Везде расставлены патрули, — предупредил де Кольбер. — Кое-где даже есть чекисты. Будем начеку.       В составе каждой группы орудовал снайпер. Главной задачей ворошиловских стрелков стало создание отвлекающих манёвров, обычная же работа — отстрел самых важных целей — была сведена до минимума; Генштаб настоятельно рекомендовал беречь патроны.       Как и прошлой весной в Загребе, де Кольбер не забыл взять с собой небольшой запас денег. Он регулярно мониторил сводки из-за той стороны фронта и имел чёткое представление о пораженческих настроениях среди «красных». Его лазутчики обладали широкими возможностями подкупа ненадёжных элементов, которых можно было напрямую задействовать в текущей миссии.       Обе группы пробирались через непроглядные чащи вдоль главной трассы, через которые едва проникал лунный свет. По главной трассе часто проезжали вражеские машины, и диверсанты чутко реагировали на каждый рёв моторов, на каждый скрип тормозящих колёс. Даже если это были безобидные «Голиафы», «синие» шарахались от них, словно от прокажённых.       Казалось, этой скукоте нет ни конца ни краю. В кромешной темноте они протопали около двадцати минут, пока не вышли на открытую местность.       Группе де Кольбера повстречался БТР «Серп». Вдали от линии фронта танкисты позволили себе выйти наружу и закурить, пока один из членов экипажа ковырялся в кормовой части машины. Видимо, во время похода случилась техническая неполадка, и, пока он устранял её, товарищи решили устроить перекур. В полной тишине стало возможным услышать их диалог:       — Что-то мне не нравится всё это. Прошёл только год, а буржуи прошли половину пути до Москвы. У нас что, нормальных командиров нет?       — Нет, товарищ, всё дело в нашей поганой системе. Наши верные союзнички либо легко сломались, либо первыми от нас сбежали. Вспомни Югославию — как легко хорват Симич бросил свою республику к ногам Альянса! И вся страна покатилась к чертям.       — А потом румыны и болгары рассыпались. Тоже мне, блять, братушки! Мы их спасли от турецкого ига, спасли от фашистов, а что получили в благодарность?       — Да ну их! Если и дальше всё покатится к хуям, то я лучше брошу всё и съебу отсюда, чем сдохну непонятно за что!       Это был «джек-пот» для лазутчиков — услышать такое из уст первого попавшегося противника. Шпион под позывным «Альтаир», замаскированный под советского офицера, потянулся за деньгами из походного рюкзака, после чего подошёл к танкистам и вклинился в разговор.       Шпион не скупился на взятки. Он умело сыграл на пораженческих настроениях членов экипажа и расположил их к себе. Он раздал каждому из них по двести рублей и сказал:       — Только никому ни слова, — и приложил палец к губам: — Тс-с!       Танкисты послушно спрятали деньги во внутренний карман и продолжили чинить машину. Лишь по завершении работы они отъехали на безопасное расстояние, чтобы не попасться бывшим товарищам на глаза.       Группа «Архангела» также имело счастье столкнуться с деморализованными элементами. В деревне П. остановились два транспортных грузовика, везшие партию горючего на линию фронта. Шпиону «Метеору» не пришлось долго думать: в образе советского призывника он подбежал к водителям «мусоровозов» и попросил закурить. Простодушные водители вняли просьбе и поделились сигаретами, а после этого повелись и на щедрый денежный подарок.       «Это было проще простого, — заключил «Метеор». — Водители «мусоровозов» — это низшее звено в иерархии советских мотористов. Они выполняют всю грязную работу и не удостаиваются нормального отношения со стороны товарищей рангом выше. Не удивлюсь, если этих парней и вправду довели до ручки свои же сослуживцы».       Таким образом, «синие» обзавелись транспортными средствами на случай эвакуации в конце миссии.       После этого группы объединились в густом лесу по правой стороне трассы. Остаток пути они преодолевали вместе.

***

      КБ Казминова располагалось в 18 км к западу от Киева. Гигантский научно-исследовательский комплекс раскинулся на площади свыше пяти тысяч квадратных метров. Разумеется, столь важный объект охранялся на высшем уровне — не считая двух поясов кирпичных стен, КБ прикрывали пулемёты-часовые и бункеры, а две катушки Теслы заслонили собой главные ворота. И наверняка противник приготовил сюрприз в виде электрических мин — это тоже было учтено диверсантами. Из-за кирпичных поясов угрюмо выглядывали бесчисленные жилые и хозяйственные постройки, которые также могли послужить укрытиями для солдат.       А у самых главных ворот были замечены операторы ПК «Тесла». Подготовка солдат данного типа овеяна множеством различных слухов. Поговаривают, будто бы «электриков» тренируют на секретных полигонах в самом сердце Сибири, а обязательным пунктом тренировок являются бои насмерть. Но точно известно одно: например, чтобы стать одним из таких солдат, недостаточно обладать великолепной физической подготовкой, не иметь вредных привычек и быть членом партии. По непроверенной информации, только 20% кандидатов в тесланосцы добиваются успеха. Такие бойцы, как правило, предпочитают смерть позору плена; они отличаются исключительным презрением к человеческой жизни.       При таком раскладе однозначно напрашивался отвлекающий манёвр. Но как это сделать?       «Архангелу» пришла в голову идея. Неподалёку от въезда на территорию КБ располагалась автозаправка. Инкогнито задумал несколько циничный, но весьма эффектный спектакль.       Водители «Богатырей» развернули гружёные топливом машины в сторону Киева. Один из них остановился прямо посреди трассы, пока второй плёлся за ним хвостом Как ни странно, тесла-воины не сказали ему ни слова, когда грузовик проскрипел у них на виду.       Затем, выпав из поля зрения охранников, водитель по указке командования свернул в сторону заправки и вжал педаль в пол.       — Выпрыгивай! — последовала команда по радио.       Водитель открыл дверцу кабины и со всего размаху сиганул наружу. Оставшаяся бесхозяйной машина продолжила ехать, пока не врезалась в резервуар с бензином.       Оглушительный взрыв разорвал ночную тьму. Водитель молниеносно перескочил на другую сторону дороги и скрылся в лесу.       В это время водитель второго бензовоза торчал на въезде на обрамлённую лесами часть трассы. Он внимательно следил за действиями товарища у АЗС и цепко держал ногу на педали, готовясь к решающему рывку.       Когда первая машина миновала въезд на базу, вторая неторопливо тронулась с места. Левее главных ворот пролегала узкая лесистая тропинка, которая вела к западному сектору базы. Туда и свернул второй «Богатырь». По примеру своего товарища водитель бросил машину на ходу и примчался через лес к «своим».       Внезапно дорожка к западному сектору осветилась ярчайшим пламенем. Второй взрыв раздался через три секунды после первого на АЗС.       На вопрос водителя «Что это было?» снайпер ответил:       — Это отвлекающий манёвр. Я специально выстрелил по машине, чтобы она взлетела на воздух. А ты просто смотри, что будет дальше.       На местах ЧП возникло большое количество войск. Тесланосцы оставили главный пост и разошлись в разные стороны.       — А вы заметили, что главный въезд перекрыт простым шлагбаумом? — шепнул «Альтаир». — Идём туда!       Стратегическая ошибка хозяев базы заметно облегчила работу лазутчикам. Они почти беспрепятственно прошли на периметр, минуя тесла-башни. Снайперы остались на своих местах — камуфляж нисколько не страховал их от обнаружения сканерами.       «Вот это лабиринт! — думал про себя «Альтаир», проходя через двойной кирпичный пояс. — Интересно, как сами русские в нём ориентируются? По красному запаху?»       К счастью для диверсантов, периметр оказался практически чист. Все сторожевые собаки отправились на осмотр мест происшествий. Но самое главное — противник не догадался заложить электрошоковые мины. Если бы он сделал это, операция в момент накрылась бы медным тазом.       Это был самый подходящий момент для диверсии. Кратчайшими путями шпионы добрались до заветных дронных будок и приступили ко второй фазе операции. Физически устранив операторов будок, они заняли их места и взялись управлять поведением дронов.       — Всё, готово, — объявил «Метеор», работавший в первой будке. — «Альтаир», что там у тебя?       — Почти закончил, — ответил шпион из второй будки.       — Вот это будет цирк с конями! Я гарантирую это.

***

      Как и обещал «Метеор», на периметре разыгрался настоящий «цирк с конями».       Полчища боевых беспилотников наводнили важнейшие сектора комплекса. Теперь зловещие щелчки иридиевых лапок наводили страх на тех, кто намеревался сделать то же самое с Союзниками в будущей обороне Киева.       «Ужасы» атаковали всех, кто попадался им на пути. Они резали пехотинцев живьём, вываливая наружу внутренности, и без труда вскрывали припаркованную поблизости лёгкую технику. «Фобии», более крупные «сестрички» знаменитых зондов, окопались около ворот периметра в ожидании возвращающейся техники. Ремонтный грузовик, заботливо приставленный к машинам для экстренной починки, не смог выполнять свои функции: сначала на нём разведчики применили «Змейку», а затем натравили на него другой зонд.       — Кажется, основные силы возвращаются, — сказал «Метеор».       К тому моменту большая часть гарнизона возвращалась домой. Кажется, они так и не поняли, в чём было дело, и бросили останки грузовиков на произвол судьбы. Но теперь их ожидали злоключения куда хуже.       Когда с охраной было покончено, дроны пошли в атаку на возвращавшиеся войска. Передовые машины были вскрыты окопавшимися «Фобиями», пока «Ужасы» разделывали опешивших от случившегося солдат. Немногочисленные зонды «Тесла» обесточили ближайшие оборонительные сооружения. Это лишало Казминова возможности отдать приказ на уничтожение взбунтовавшихся зондов, если они вообще планировали это сделать.       А пока на периметре разгоралась бойня, «Альтаир» и «Метеор» вызвались забирать документы из главного корпуса.       К удивлению самих лазутчиков, внутренняя охрана конструкторского бюро была организована крайне отвратительно. Обоим понадобилось немного времени, чтобы обвести вокруг пальца одних охранников, а других — подкупить. Шпионы спровоцировали короткую «гражданскую войну» в коридорах бюро, которая окончилась полной победой предателей и захватом секретных хранилищ.       Знал ли сам Казминов о том, что творится у него под боком? Он был крайне обеспокоен выходом из-под контроля зондов, но до сих пор не понимал, как такое могло произойти. Конструктор обрывал все телефоны и лихорадочно атаковал вопросами подчинённых:       — Пост №1, быстро верните зондов в нормальное состояние!       — Пост №2, что у Вас там? Предотвратите катастрофу! Немедленно!       — Пост №3, шевелитесь! Мы все погибнем!       Но ни один запрос не получил ответа. Когда звуки перестрелки докатились до его кабинета на третьем этаже, Казминов окончательно вышел из себя. Он резко выскочил из-за стола и стремглав направился к выходу, а затем толкнул ногой дверь и побежал на место событий.       Увиденное едва не довело старого конструктора до инфаркта. В злополучном коридоре он застал только окровавленные трупы сослуживцев и настежь распахнутое хранилище для секретных документов. На полу валялось множество гильз 7,62-мм калибра.       Абсурдность этой сцены просто зашкваливала. «Злой гений» советской военной машины, который когда-то выдавал на-гора изумительнейшие образцы военной техники, тщетно пытался понять, что здесь всё-таки случилось. Охранники что-то не поделили и разрешили спор автоматными очередями? Да быть такого не может! Казминов мысленно отметал любые «междоусобные» версии, но по-прежнему не догадывался о присутствии Союзных шпионов. Его солдаты, которые не были свидетелями той страшной перестрелки, тоже ничего не понимали. Подобно детективам они рассматривали гильзы от патронов и строили одну версию на другой, но всякий раз оставались далеки от истины.       — Все пули выпущены из АДК, — констатировал один из них. — Нет ни одного чужого калибра, который принадлежал бы Союзникам…       Но вернёмся к нашим шпионам.       Довольные собой, они вышли на улицу с кипой драгоценнейших документов. На двор заявился тот самый БТР, экипаж которого часом ранее жаловался на горькую судьбу. Шпионы ориентировались на его зажжённые фары, благодаря чему быстро смогли скрыться.       — А теперь подбери всех наших и вали отсюда, пока живы, — сказал «Альтаир» водителю.       Экипаж послушно выполнил просьбу шпиона. Под звуки стального скрежета вся группа собралась в отсеке «Серпа» и приготовилась отправляться домой.       Во всеобщей сутолоке никто не обратил внимание на появление машины. «Серп» с красной звездой на борту не вызвал у погибающих солдат никаких вопросов, кроме одного: почему экипаж тупо отирается на периметре и наблюдает за происходящим? Почему нет никаких спасательных действий?       Но немому вопросу терпящих бедствие «красных» суждено было остаться неотвеченным. Ослеплённые блеском фальшивых денег, бывшие товарищи молча тронулись с места и направились через западные ворота.       — Что, Казминов вас не заметил? — как-то задался вопросом шпион «Браво».       — Никак нет, — ответил «Альтаир». — Как настоящий злой гений, он так и просидел в четырёх стенах, не решившись выйти на свет.       «Серп» всё больше набирал скорость в направлении Ровно…

***

      Командующие вновь встретились в Ровно следующим утром.       Они плотно позавтракали в одной столовой. «Архангел» осуществил свою маленькую мечту — отведать настоящего борща с чесночными пампушками.       — Месье, я не думал, что операция в КБ Казминова окажется проще пареной репы, — признавался командующий. — Не могу поверить, что такой гигант технической мысли пользовался такой скромной охраной. Ему не стоило прибегать к услугам зелёных призывников, которым толком не промыли мозги.       — И то правда, — соглашался де Кольбер. — Возможно, стоило бы грохнуть Казминова, а не просто тырить у него бумажки. Но самое главное — мы выполнили задачу и скоро увидим, куда нас приведут свежие следы казминовских идей.       Выпив бокал горилки, разведчик внезапно сменил тему:       — Месье, мне кажется, неспроста всё руководство Альянса подозревает Вас в русских корнях. Тут я уже не буду вдаваться в конспирологию, но соглашусь с одним — Вы настоящий интернационалист. Это похвально и очень любопытно.       — Собственно, что в этом плохого? — сказал «Архангел». — Русские — такие же люди, как и американцы, англичане, немцы, французы… Только запуганные и одураченные пропагандой. Если направить революционный размах их свершений в русло строительства демократии, то кто знает, каких успехов мы бы достигли. Другой вопрос — как найти ключик к загадочной русской душе, как открыть её и заставить работать так, как нужно нам.       — Романтик! — заметил де Кольбер. — Мне даже кажется, что Вы, месье, немножко оторваны от реальности. Вы витаете в таких высоких облаках, до которых даже генерал Смит не достанет. Честное слово!       — «Вы витаете в таких высоких облаках»… Может, я и скажу крамолу, но русские большевики тоже витали в облаках. Однако им удалось построить государство совершенно нового типа и перевернуть весь мир с ног на голову. Другой вопрос — какими методами они добились своего. Главное, что в их случае романтизм вышел за рамки бесплодных фантазий и обрёл практическое воплощение. Почему то же самое нельзя сказать и о вовлечении русского народа в строительство демократии?       Де Кольберу нечего было противопоставить безграничным амбициям коллеги. Ему только и оставалось сказать:       — Я восхищён и удивлён. Сколько лет живу, а таких упёртых, я бы даже сказал — упоротых мечтателей не видел никогда. Но если вспомнить Ваш послужной список, то кто знает, что Вы ещё отчебучите?       Дальнейший завтрак прошёл без лишних слов. Обоим теперь предстояло возвращение в брюссельскую ставку и очередные назначения в горячие точки.