Химера

Каждый день я занимался тем, что преобразовывал руку. Дошло до того, что я довёл это до автоматизма. Стоило мне захотеть, как рука превращалась в лапу. Каюсь, помахал я ею знатно, представляя себя каким нибудь мутантом из "Люди Икс". Также заметил, что стал гораздо выносливей. Если раньше я мог без остановки пробежать максимум километр, то теперь 5 километров и чуть запыхавшись. Здоровье тоже стало крепче. Я был болезненным ребёнком, простуда появлялась даже от небольшого сквозняка. Теперь же я сказал "прощай" болячкам и стал жить, не боясь заработать ангину, грипп и другие не менее неприятные болезни. Через пару месяцев после Дня Рождения произошло ещё одно важное событие - моя мама снова ждала ребёнка. В силу своей некой замкнутости и скупости на всяческие сюсюканья, я являлся не тем объектом для материнской нежности. Нет, маму я любил, но всё же взрослому человеку в теле ребёнка чуждо многое. Так и нерастраченная материнская любовь будет направлена на нового малыша, а от меня, наконец, отстанут. Это было действительно удивительно. Я имею в виду то, что я полюбил этих мужчину и женщину - родителей моего нового тела. Так искренне, как не любил тех, которые остались в прошлой жизни. С моими прошлыми родителями у меня были некие разногласия. Они хотели, чтобы я стал уважаемым человеком, истинным сыном своих родителей, и с детства меня пестовали, заставляли учиться. Я не понимал этого, ведь все мои одногодки гуляли, дружили и играли, а я только смотрел на них из окна своей квартиры. Став старше я понял, что они так проявляли заботу и беспокойство, но время было упущено - слишком стали далеки друг от друга. Да и моя жизнь точно не соответствовала их ожиданиям. От этого было грустно. Анна и Джек же были настолько светлы, что только раз взглянув на них, было понятно, что родителей лучше не найти. Мягкий взгляд Анны и широкая, открытая улыбка Джека. Они помогли влиться в этот мир, даря ласку и любовь. Пока родители снова упивались счастьем, я выскользнул из дома и направился в парк. В Литтл Уингинге, на Тисовой, находится наш дом. Тихая улочка с одинаковыми домиками, одинаково любопытными соседями и домохозяйками-сплетницами. Парк, где чинно прохаживаются дамочки преклонного возраста и мамашки со своими детьми. Здесь никогда не бывает чего-либо необычного, аж до тошноты тихий уголок. Обычно. Но сегодня явно происходило действо, которое разбавило скучное существование. Из парковых кустов, запыхавшись, вынырнул мальчишка моего возраста с тёмными кудряшками волос и очками-велосипедами. На свою реакцию я не жалуюсь, поэтому успел отойти с траектории движения. Точнее сказать, падения. Парень запнулся об ветку и с грохотом бухнулся прямо в дорожную пыль. -Оу, ты в порядке?- после заданного вопроса мальчик испуганно поднял на меня глаза. -Я в п-порядке. Поднявшись с земли и настороженно сверкая глазами мальчишка замер. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никого кроме нас в округе нет, он более спокойно посмотрел на меня. Я же в этот момент обратил внимание на его коленки, сбитые в кровь. -Я Гарри. Как зовут тебя? -Эрик. Гарри, тебе нужно промыть ранки и обработать их. Где ты живёшь? Мальчик поёжился. -Ммм, ничего страшного, заживёт. Я живу на Тисовой, дом 4. А ты где? - Ух ты, да мы соседи! Я тоже на Тисовой, дом 7. Я тебя здесь не видел до этого,- я с любопытством разглядывал собеседника: невероятно худ, денно и нощно бит (синяки различной давности наводили именно на это), зелёные глазищи, спрятанные за страшенными очками, не раз перемотанными скотчем, одежда явно с чужого плеча. Всё это создавало впечатление мальчишки-беспризорника, а не любимого своими родителями ребёнка. -Я тоже тебя впервые вижу, - нахмурился Гарри. - Ты знаешь моего кузена Дадли? Дадли Дурсля я знал. Этот пацан, имея такой смешной возраст, а также не малые габариты, был грозой района, гоняя со своей компанией заблудших на "их территорию" чужаков. Правда, со мной такое не прошло. Аура, моя родимая, была со мной, так что детишки свалили, поджав фантомные хвосты. Что удивительно, на людей, симпатичных мне, аура не распространялась. -Знаю. И сочувствую тебе. Этот говнюк давно просит хорошей порки,- после моих слов Гарри заметно оживился и яростно закивал головой. -Пойдём ко мне, Гарри, мои родители помогут тебе, -после этого Гарри закусил губу и потупил взгляд. На его лице прослеживалась борьба осторожности, привитой трудным существованием, и истинным желанием получить хоть чуточку тепла. Чем чёрт не шутит, может родители его нового знакомого снимут эту режущую боль во всём теле от тумаков и застарелых переломов? -Ты уверен? - почти прошептал, наконец, мальчик, комкая в грязных пальцах край футболки, больше похожей на половую тряпку, а не предмет гардероба. -А если они будут против? Вздохнув и закатив глаза, я прервал его метания, взяв за руку. Потащив его к себе, я с каким-то облегчением почувствовал, что сопротивления со стороны мальчишки нет. Почему я захотел ему помочь? А разве кто-то пройдёт мимо ребёнка, нуждающегося в помощи? Пока мы неторопливо двигались в сторону моего дома, я разговаривал с Гарри. Мальчик, со стороны выглядевший забитым щеночком, оказался любопытным до безумия. Тянулся к новым знаниям, как росток к солнышку, и мне это нравилось. Главное, чтобы совсем в нём не задавили это качество, иначе вместо личности останется послушная овечка. -Откуда ты так много знаешь?- Гарри повернул ко мне голову, глядя с удивлением и восхищением в глазах. Приятно, чёрт возьми. Эх, малыш, правду тебе, конечно, знать не обязательно. -Я люблю читать. Книги - мои лучшие друзья, Гарри,- улыбнувшись мальчику, я посмотрел на небо. Чёрный клубок туч, тянувшийся с Запада, не предвещал ничего хорошего. Скорее всего, будет жуткий ливень. -А почему...книги?- робко спросил Гарри, боясь грубого ответа с моей стороны. -Почему книги являются моими друзьями? Наверное потому, что у меня нет других друзей. Гарри, пару раз моргнув, уставился на меня непонятным взглядом. Тёмные бровки изогнулись в удивлении, потом взгляд наполнился решимостью, и мальчик остановился. Остановился и я, не понимая причины задержки. -Эрик,-ладошки сжались в кулачки, но тут же разжались. Из мальчика словно вынули стержень. Столь резкие перемены в поведении Гарри меня немного насторожили, ведь секунду назад ребёнок был более уверен. -Т-ты...будешь моим другом? "Ах, вот в чём дело. бедный, совсем зашуганный". -Я буду очень рад дружить с тобой, -улыбнувшись мальчику и ловя радостную улыбку в ответ, я вновь продолжил свой путь. Гарри, поравнявшись со мной и подпрыгивая от распирающего его волнения, начал болтать без умолку, захлёбываясь словами и иногда размахивая в исступлении руками. Ведь у него, наконец, появился первый друг.

***

Добравшись до моего дома, мы с Гарри наблюдали картину "Наседка носится за цыплятами". Моя мама, увидев состояние мальчишки, охая и ахая помчалась за аптечкой и сменной одеждой для Гарри, не принимая вялых возражений мальчика. Мне же был дан указ отмыть ребёнка, чем я и занялся. Глядя на торчащие рёбра мальчика, увлечённо загребающего пену, я злился от бессилия. Увы, я такой же ребёнок, как и он, поэтому ничего не могу сделать. Но могут мои родители. Позже, когда чистый, сытый Гарри задремал на нашем диване перед телевизором, я тихонько подошёл к моей маме, моющей посуду на кухне. -Мам, ты видела, насколько плохо выглядит Гарри? Похоже, с ним плохо обращаются. Анна уже давно не удивлялась уму своего ребёнка. Поэтому только вздохнула и села на кухонный стул, положив влажное полотенце на колени. -Видела, малыш. Я поговорю с Джеком, мы разберёмся, не волнуйся. Тебе он нравится? Вы с ним друзья?- сердце матери радовалось тому, что у её сына появился друг, ведь до этого я вообще не интересовался другими детьми. -Да, мам, друзья. Он такой пугливый... Мама устало погладила меня по голове. -Где он живёт, Эрик? -В 4 доме. В семействе Дурслей,- мама, услышав эту фамилию, поморщилась. Она всегда чувствовала, что с этой, на первый взгляд, благопристойной семьёй, что-то не так. -Хорошо. Я сейчас к ним схожу и скажу, что Гарри у нас. Заодно пирог им занесу, чтобы носы не морщили. Иди, уложи Гарри спать, -мама поднялась и потягала меня за щёчку. -Мам, дождь на улице, оденься теплее и зонт не забудь. Погода на улице действительно была не лётная. Тёмные небеса извергали из себя упругие струи воды, заливая улицы. Земля, не успевающая впитывать жидкость, раскисла и пройти, кроме как по мощёным дорожкам, было невозможно. -Хорошо, милый. Вернувшись в гостиную, тихонько потряс Гарри за плечо. Сонно разлепив глаза, мальчик оглянулся по сторонам. -Эрик?... -Пошли спать, Гарри. Мама ушла предупредить твоих родственников о том, что ты переночуешь у нас, -на это мальчишка встрепенулся и, потерев глаз, пошёл за мной. -Как гостю, я уступаю вам своё ложе, милорд. Извольте устраиваться, -мамины сериалы не прошли даром, чтоб их. Гарри, захихикав, залез в кровать. Я же из гардероба достал матрас и подушку, которую на случай гостей мама заныкала у меня. Постелив себе рядом со своей кроватью, выключил свет и лёг. -Эрик,- прошептал Гарри, повернувшись на бок лицом ко мне. -Спасибо. -Не за что. Спокойной ночи, ребёнок. -А сам-то! Спокойной ночи,- фыркнув, Гарри закрыл глаза. Завтра будут новые впечатления.