Когда мы все вспомним

Прошло полторы тысячи лет. На дворе 21 век. Времена заклинателей давно прошли, а все истории об их деяниях давно превратились в легенды. Души героев, наконец, переродились.

***

— Эй! Вставай уже, опоздаешь! — прогремел над ухом Вэй Ина голос Цзян Чэна. — Ммм… Еще пять минуточек… — сонно пробормотал он в ответ. — Вэй Усянь! Живо вставай! Или мне тебя пинками из кровати выгонять? — вспыхнул Ваньинь и отобрал у Вэй Ина одеяло, в которое тот пытался укутаться. — Ай-яй-яй-яй! Цзян Чэн, ты чего? Ну нельзя же так с людьми поступать! — обиженно протянул он, нехотя садясь на кровати и одеваясь. — Что нельзя, так это быть лентяем как ты! Как тебе, такому разгильдяю, вообще удалось выиграть грант на обучение здесь? — Мне его хотя бы дали за способности, а не как тебе — за бешеные деньги! — Ах ты ж засранец мелкий! Да я тебя!!!.. Договорить он не успел — Вэй Усянь уже выскочил из их общей комнаты, а подушка, которой Цзян Чэн запустил в Вэй Ина, врезалась в дверь и плюхнулась на пол. ЛаньХао — самая престижная частная школа-интернат для мальчиков, где юношей обучали три года перед университетом. Ученики этой школы показывали лучшие результаты на экзаменах, а почти все выпускники поступали в лучшие университеты как в Китае, так и за его пределами, и впоследствии строили блестящую карьеру. Цзян Чэна устроили в эту школу за огромные деньги, Вэй Ину же удалось получить грант на обучение благодаря своим умениям, поэтому он жил и учился в ЛаньХао вместе с братом. Директор этой школы, Лань Цижэнь, вместе со своим старшим братом Цинхэн-Цзюнем тоже были учениками этой школы. После окончания университета Цижэнь вернулся в ЛаньХао в качестве учителя, а позже стал директором. Цинхэн-Цзюнь же основал свой бизнес, но, не выдержав смерти своей жены от рака, покончил с собой. У них остались двое детей — Лань Сичэнь и Лань Ванцзи, которых Цижэнь забрал к себе и воспитывал как родных. Сичэнь, как и его дядя, закончил университет и теперь работал в этой школе учителем истории. В коридоре Вэй Ин увидел Ванцзи, идущего в сторону класса. Он привлек внимание Усяня на первых же днях обучения в этой школе. Вэй Ин и сам не мог понять, что именно зацепило его в этом парне: его привлекательная внешность с изящными чертами, его достижения или же его манера держаться достойно — Вэй Ин ни разу не видел, чтобы тот сутулился или сидел неподобающе. — Утречка, Лань Чжань! Мы с ребятами собираемся в интернет-кафе после уроков, погнали с нами! — улыбаясь, предложил Вэй Ин. Ванцзи не ответил, лишь окинул его взглядом, в котором чувствовался холод Арктики и от которого у любого, кроме Вэй Ина, побежал бы мороз по коже. — Ладно, не хочешь — не заставляю, — Усянь сдался без боя, встретившись с игнором. Лань Чжаню, как и Вэй Ину, удалось выиграть грант благодаря своим выдающимся способностям. Казалось, не было ничего, в чем Лань Чжань был бы плох, ему давалось почти все — начиная от точных наук и заканчивая спортом. Единственное, что плохо давалось Ванцзи — общение со сверстниками. Даже в комнате он жил один — никто не хотел жить бок о бок с необщительным племянником директора. Лань Чжаню это было даже на руку, ведь так никто не будет беспокоить его по пустякам. Большую часть свободного от учебы времени он проводил в библиотеке или у себя в комнате. — Слушай, Лань Чжань, можно я с тобой сейчас сяду? А то я не смог найти учебник, а Цзян Чэн не станет делиться. Ну пожалуйста. Вэй Ин жалобно посмотрел на Ванцзи. Тот вздохнул и с легким раздражением в голосе ответил: — Ладно. — Ура! Спасибочки, Лань Чжань! Ванцзи не ответил, лишь закатил глаза. На уроке Лань Чжань не раз пообещал себе, что это первый и последний раз, когда он позволяет Вэй Ину сидеть рядом с собой. Дело было не в неприязни, просто казалось, что Усянь не может хоть пару минут сидеть тихо и позволить Ванцзи спокойно учиться. Если тишина и наступала, то только когда Вэй Ин пытался перекинуться со своими дружками парой фраз на языке жестов. За урок этот сорванец успел собрать и запустить около десяти самолетиков, пару раз чуть не попав в одноклассников и один раз случайно запульнув его в учителя, заставив того прочитать десятиминутную лекцию о ненадлежащем поведении и из-за этого задержать весь класс на перемене. Наконец, урок закончился. Лань Чжань стал собирать вещи с парты, а когда взял в руки свой учебник, то увидел, как из него вылетел листок бумаги, еще несколько торчали между страниц. Ванцзи ужасно повезло, что все ученики уже вышли в коридор и никто не увидел его вмиг покрасневших ушей, потому что листы оказались ничем иным как распечатанной копией хентайной манги, неизвестно как оказавшейся в учебнике. Хотя Лань Чжань догадывался, чьих рук это дело. Он быстро оглядел класс и его догадки подтвердились — Вэй Усянь подглядывал на ним из-за двери. Поняв, что его раскрыли, Вэй Ин, к удивлению Лань Чжаня, не стал убегать, а, наоборот, продолжил наблюдать за реакцией. Лань Чжань кинул на Вэй Ина полный ярости взгляд, вытащил листы бумаги из учебника и демонстративно разорвал их, не отрывая при этом взгляда от Усяня. Тот, почувствовав наступающую угрозу, сбежал, оставив Ванцзи наедине с обрывками бумаги. Лань Чжань собирался уже выкинуть их, но его взгляд упал на один из обрывков, который заметно отличался от остальных. На нем не было распечатанных картинок с обнаженными аниме-девочками в неприличных позах. На одном из кусочков была часть рисунка. Ванцзи решил пока не выкидывать бумагу, сложил все обрывки в учебник и направился к себе в комнату. Оказавшись там наедине с собой, он высыпал все обрывки на стол и стал искать среди них нужные, скидывая все остальное в мусорку. Во время поисков он продолжал испытывать сильное дежавю, которое появилось еще тогда, как только он увидел содержимое листов. Ему казалось, что подобное уже случалось, но сам понимал, что такого никогда не было. По крайней мере не в этой жизни. Окунувшись в свои мысли, Лань Чжань не заметил как отделил части рисунка от остального хлама. Теперь их нужно было соединить как кусочки пазла. С этой задачей Ванцзи справился быстро, и через несколько минут с рисунка на него смотрел он сам, а сердце как будто наполнилось теплом солнечного света. Внезапно в его голове возник смутный образ: библиотека, меч, белые одеяния с вышитыми облаками и рисунок, ужасно похожий на тот, что сейчас лежал у юноши на столе. Его размышления прервал звонок, поэтому он оставил рисунок на столе и пошел на урок. В классе было подозрительно тихо. Лань Чжань через минуту понял, почему — Вэй Ина не было. Прошло примерно десять минут с начала урока, когда Усянь, наконец, появился в классе. Учитель, видимо, был в курсе, поэтому не обратил на него никакого внимания. Вэй Ин тихо пробрался к своему месту рядом с Цзян Чэном. У Лань Чжаня был превосходный слух, поэтому он услышал разговор Усяня с братом. — Чего ты опять натворил? Ты у директора появляешься чаще, чем на уроках, — прошептал Цзян Чэн. — Ему не понравился новый дизайн стены. У этого старика совсем нет чувства прекрасного! — так же шепотом ответил Вэй Ин. — Какой стены? — У ворот. — Стоп, так это ты нарисовал тех кроликов? — Ага! — Ты свихнулся совсем? — А чего такого? Красивые кролики же! — Так то да, но нахрена надо было перекрывать ими свод правил школы? Ты же вылетишь такими темпами! — Пока не вылетел. Просто заставили отмывать все это во время большой перемены. — Считай что тебе повезло. — Не повезло! Ты хоть представляешь, сколько сил и краски я на них потратил? Они мне как дети! — Ты про все свои рисунки так говоришь. Лань Чжань ощутил укол вины. Он порвал рисунок, в который Вэй Ин вложил столько сил, даже не взглянув на него. Во время перерыва Лань Чжань снова направился в свою комнату. Он собирался склеить рисунок скотчем и поблагодарить Вэй Ина, а заодно извиниться, что порвал его творение. Тем более сейчас он точно знал, где его искать. Вэй Ин в это время покорно пошел отмывать стену от своих художеств. Проходя мимо стенда, где были вывешены результаты контрольных работ, он случайно услышал разговор двух парней. — У этого чертового Ванцзи опять максимум баллов, — жаловался один из них. — Ничего удивительного. Думаешь директор Лань допустит такое, чтобы у его племянника были плохие оценки? — ответил ему второй. — Да-да. А братишка, небось, сам оценки ему завышает! — Эй! Чем оскорблять человека, лучше бы достигли его уровня! — вмешался Вэй Ин. — А чего он достиг? Родился в нужной семье? — ответил один из парней. — Просто признайся, что ты ему завидуешь! — парировал Усянь. — Да, я завидую, черт возьми! Почему ему все дается, а мы должны пахать, и все равно получать оценки ниже?! — С чего ты взял, что он работает меньше чем ты? — Очевидно же, что он пользуется тем, что его дядя директор! — возмутился юноша. — Небось и кто-то из судей на соревнованиях его родственник, поэтому он вечно выигрывает! — продолжал поддакивать своему другу второй. — Что вы несете? — Вэй Ин был в ярости. Внезапно их ссору прервал Лань Чжань, словно появившийся из ниоткуда. — Что произошло? Из-за чего вы спорите? — Ой, вспомни солнце — вот и лучик! Как раз о тебе говорили! — сказал первый, наигранно улыбнувшись. — Да так, обсуждаем одного богатенького мальчика, который внаглую пользуется своим положением, — поддержал второй. — Вранье! Он никогда бы так не поступил! — продолжал заступаться Вэй Ин. — Чего ты перебиваешь? Мамочка манерам не научила? — выпалил один из них. Для Вэй Ина эта фраза была равносильна удару под дых. В школе многие знали о той трагедии, которая произошла в его семье — его мать, известная актриса, и его отец погибли при пожаре. Они не смогли выбраться, потому что дверь заклинило, и погибли от отравления угарным газом. Вэй Ин тогда был в садике, в тот день его забрал Цзян Фэнмянь — друг семьи, по совместительству коллега его отца, и оставил у себя, позже оформив опекунство. Так Вэй Ин стал жить с Цзян Чэном и Цзян Яньли, которых считал своими братом и сестрой, хоть и знал, что они не родные. Лань Чжань тоже знал об этой трагедии, поэтому попытался заступиться за Усяня, пока тот пытался справиться с нахлынувшими эмоциями. — Прекратите! — Что прекратить? Не нравится, что мы говорим правду? На правду обижаться не принято, — с все той же саркастичной улыбкой ответил парень. — Чего от него ждать? Его же мамочка тоже не научила этому, — подыграл второй. Услышав это, Вэй Ин окончательно вышел из себя. Он мог стерпеть оскорбления в свою сторону, но только не в сторону Лань Чжаня. У него в голове будто что-то щелкнуло, он подошел к тем парням вплотную и ударил одного из них в нос, из которого тут же хлынула кровь. Его подошедшему другу прилетел удар по губе. Лань Чжань кинулся к Усяню. — Вэй Ин, успокойся! Прекрати! — Ванцзи попытался оттащить его от парней, но тот продолжал вырываться и пытался дотянуться до обидчиков. — Что тут творится?! — подобно грому разнесся по коридору голос Лань Сичэня. Учитель подошел ближе и увидел Лань Чжаня, который держал вырывающегося Вэй Ина, и двух парней. У одного из них была разбита губа, второй пытался остановить льющуюся из носа кровь. На самом же Усяне не было ни царапинки. — Учитель Лань, этот псих напал на нас! — сказал юноша с разбитой губой. Его друг активно закивал головой. — Вэй Усянь, за мной! А вы, — он обратился к двум избитым юношам, — идите в медпункт, с вами мы позже разберемся. Никто ничего не успел возразить — учитель Лань схватил Вэй Ина за плечо и повел в сторону кабинета директора. Лань Чжань пошел за ними. Обидчики проводили их злобными взглядами и направились в медпункт. Дойдя до двери с табличкой «Директор», Сичэнь, так и не отпуская Вэй Ина, постучал и после короткого «войдите» втолкнул того в кабинет. Заметив, что Лань Чжань все это время шел за ними и сейчас пытался проскользнуть в кабинет вслед за старшим, он коротко попросил младшего подождать за дверью. Ванцзи выглядел расстроенным, но покорно остался ждать в коридоре. Внешне Лань Чжань казался спокойным, но внутри у него бушевал ураган. Он был весь на нервах и то и дело поглядывал на часы, висящие на стене в коридоре. Ему казалось, что время застыло, тянулось медленно, как густая смола. Он думал, что простоял как минимум три часа, хотя прошло меньше тридцати минут, когда дверь кабинета, наконец, открылась и оттуда вышел хмурый Вэй Ин. Увидев, что Лань Чжань ждал его, он немного приободрился. — Вэй Ин, что они сказали? — обеспокоенно поинтересовался Ванцзи. — Мне пересказать всю получасовую лекцию, которую мне прочитали? — пытался отшутиться Усянь. — Я серьезно! Вэй Ин немного помолчал, собираясь с мыслями. — Меня исключают. — Что? — Лань Чжань был шокирован. Хоть он и знал, каким строгим порой мог быть его дядя, но не ожидал, что дойдет до того, что тот исключит кого-то, — Я попробую с ним поговорить. — Лань Чжань, в этом нет необходимости… Лань Чжань! Последнюю фразу Вэй Ин бросил в спину Ванцзи, который уже стремительно направлялся в сторону директорской двери. — Дядя! Ты правда решил исключить Вэй Ина? — выпалил Лань Чжань, влетев в кабинет. — Да. Многие учителя жаловались мне на его выходки, — не отрываясь от бумаг ответил старший, — Я и так закрывал глаза на некоторые его шалости, потому что он вроде одаренный юноша, но то, что он учинил сегодня, уже перешло все границы. — Но, дядя, у него были на то причины! — Какой бы ни была причина, он не имел права устраивать драку, — Цижэнь строго посмотрел на своего племянника. — Дядя, прошу, не исключай его! Он подрался из-за меня, он пытался меня защитить! Можешь хотя бы по этой причине позволить ему остаться? — Нет, Ванцзи. Ты прекрасно знаешь, какое наказание грозит ученику за драку в школе, — влез в разговор стоявший рядом Сичэнь. — Брат, ты сам прекрасно видел, как и из-за чего началась драка. Можно же сделать исключение из правил? — Это невозможно, репутация школы может пострадать из-за этого, — ответил ему Сичэнь. — …Я понял, — после недолгой паузы ответил Лань Чжань, — Но если собираетесь исключать Вэй Ина, то исключайте и меня тоже! — Ванцзи… — начал было говорить Сичэнь, но его перебил голос дяди. — Что за чушь ты несешь?! — вспыхнул Цижэнь, — С какой это стати нам тебя исключать?! — Потому что мне нужен Вэй Ин! — Зачем тебе понадобился этот разгильдяй? — Я люблю его! — Что?! — Цижэнь вскочил со своего места, — Ванцзи, да как ты… — Дядя, брат, — перебил Сичэнь, — давайте успокоимся, вам обоим нужно остыть. Ванцзи, — он посмотрел на брата, — можешь выйти ненадолго, пожалуйста? Нам с дядей нужно поговорить. Лань Чжань коротко кивнул и вышел из кабинета. Только когда дверь за ним захлопнулась, Сичэнь начал говорить. — Дядя, пожалуйста, скажи правду. Почему на самом деле ты так презираешь Вэй Усяня? — Ты и сам прекрасно об этом знаешь. Не хочу повторения истории. — Времена Пяти Кланов давно прошли, неужели нельзя просто позволить им быть вместе? — Я до сих пор отчетливо помню, как мы забирали Ванцзи, полуживого, из Безночного города. Он тогда чуть не погиб! И все из-за этого Вэй Усяня! Поэтому я ни за что не дам этим двоим снова сблизиться. — Ты и в прошлом пытался сделать то же самое. А закончилось все тем, что мой брат получил 33 удара дисциплинарным кнутом. Но, пойми, сейчас другое время. Вэй Усянь больше не практикует Путь тьмы, он никак не сможет навредить ему. А любовь между двумя мужчинами сейчас не является чем-то ужасным, как во времена Пяти Великих Кланов. — Я все равно не могу принять того, что один из моих племянников — обрезанный рукав. — Дядя, давай просто не будем пытаться им помешать. Все-таки они переродились и встретились вновь. Не значит ли это, что им суждено быть вместе? — Я… Я не знаю, — вздохнул Циэжэнь, — Я просто не хочу, чтобы Ванцзи пострадал. — Я понимаю, — Сичэнь сделал паузу, а после спросил, — Дядя, ты помнишь Сычжуя? — Того мальчика из клана Вэнь, которого ты сделал своим воспитанником? — Именно его. Когда я его впервые встретил, он держал при себе тетрадь, которая оказалась дневником Вэй Усяня. Я прочитал его. Он часто упоминал Ванцзи в своих записях, даже в той, которую сделал перед самой смертью. Он очень сожалел, что мой брат пострадал по его вине, поэтому покончил с собой, чтобы не принести тому еще больше несчастий. — Не ожидал от основателя Темного Пути такого благородства, — усмехнулся старший. — Я не договорил. Сычжуй написал книгу об этих двоих, взяв за основу записи из дневника Вэй Усяня, который я подкинул к нему в комнату, и дополнив их своими воспоминаниями. — Воспоминаниями? Я был уверен, что он ничего не помнит. — Я тоже так думал. Тем более, я не упоминал о его прошлом, когда он был моим воспитанником. В книге много того, чего не было в дневнике, и, мне кажется, ты сможешь лучше понять Ванцзи, если прочитаешь ее. — Напомни, как называлась эта книга? — «Флейта и гуцинь», он подписался своим настоящим именем — Вэнь Юань. Она должна быть в библиотеке школы, если не ошибаюсь. — «Флейта и гуцинь»? — удивился Цижэнь, — Я думал, что это просто детская сказка. — Есть и детская сказка, детям нравятся рассказы про заклинателей. Но эта версия далека от реальной истории, ее просто переделали специально для детей. Настоящих книг «Флейта и гуцинь» осталось не так много. — Ясно. Сегодня поищу ее в библиотеке. Не зря же наша библиотека считается одной из крупнейших в Китае, — улыбнулся страший. — Хорошо. Сейчас начнется урок, пойду готовиться. — Ладно, иди. Сичэнь развернулся и направился к выходу из кабинета, но, не дойдя до двери, остановился и вновь развернулся к дяде. — Дядя, прошу тебя, подумай еще раз насчет исключения Вэй Усяня. Он не такой плохой, каким кажется на первый взгляд. — Ладно, я подумаю, — вздохнул он, — иди уже. Сичэнь поклонился и, выйдя из кабинета, направился в сторону класса. Ванцзи в коридоре уже не было. Следующий урок Сичэнь должен был вести у класса, в котором учились Лань Чжань и Вэй Усянь со своим братом. Урок проходил очень спокойно, ведь главный источник беспорядка, Вэй Ин, сидел как в воду опущенный, но верно отвечал на все вопросы, заданные учителем, хоть и не смотрел тому в глаза во время ответа. В тот момент он был похож на нашкодившего щенка. Сичэнь даже поймал себя на мысли, что ему непривычно вести урок в полной тишине. Ванцзи тоже выглядел хмурым, что мог заметить только его брат. Пройдясь по кабинету и отобрав у одного ученика телефон, он незаметно заглянул в тетрадь брата. Вместо конспектов на страницах тетради красовались узоры: спирали, треугольники и просто закрашенные клетки. Сичэнь вспомнил — после смерти родителей Лань Чжань тоже вел себя подобным образом: выглядел хмурым, был рассеянным, его взгляд часто останавливался на одной точке, прямо как сейчас. Когда, наконец, звонок объявил о завершении урока, все ученики стали расходиться. Сичэнь пытался остановить брата прежде, чем тот покинет класс вместе с остальными, но тот лишь злобно зыркнул в ответ. Старший понял, что лучше какое-то время подождать, пока буря в сердце младшего утихнет, и уже после этого попробовать поговорить с ним.

***

После того, как занятия закончились, Ванцзи направился в зал боевых искусств. Почти никто из учеников там не появлялся, поэтому он проводил в этом месте довольно много времени наедине с собой. Этот зал являлся для Лань Чжаня «местом силы», куда он приходил для того, чтобы привести мысли в порядок, отрабатывая техники на манекене или исполняя форму перед зеркалом. Частично благодаря этому он занимал призовые места на соревнованиях, но в основном на его успех влияли интенсивные тренировки в клубе боевых искусств. Вдох, встать в стойку, прямой удар рукой, выдох, раскрытие ладони, вдох, вращение запястья, удар локтем назад, выдох, поворот головы, вдох, удар ногой на уровне пояса, выдох… Во время четвертого повторения формы Лань Чжань услышал, как дверь, отделявшая зал от суеты остального мира, открылась. В зеркале он увидел отражение незваного гостя. Им оказался Вэй Усянь. — О, Лань Чжань! Не ожидал увидеть тебя здесь. Занимаешься танцами? — подойдя ближе спросил Вэй Ин. — Это не танцы, — Лань Чжань вышел из стойки и теперь стоял как обычный человек. — А что же это? — Вторая форма из боевого искусства вин чун. Называется «Чам киу» — «Поиск мостов». — А-а-а… И как? Нашел хотя бы один мост? Если нет, то могу показать один, до него идти всего десять минут, — Вэй Ин рассмеялся. — Это не тот мост. — Да шучу я, не обижайся. Знаю, что не тот. Иначе зачем исполнять форму чтобы найти какой-то мост? Для этого скорее карта понадобится, — Вэй Ин продолжал шутить, но было заметно, что делает он это через силу, — Мне бы самому найти какой-нибудь мост, чтобы подобраться к одному человеку. — К кому? — Да так… Есть один… — Вэй Ин стушевался и перевел тему, — Не ожидал, что ты занимаешься боевыми искусствами. — То же самое могу сказать про тебя. — Не-не-не, я не занимаюсь ими. — Тогда что ты тут делаешь? — Ну… Тут обычно никого нет, так что я иногда прихожу сюда поспать или побить грушу, когда надо выплеснуть эмоции. — Злишься из-за исключения? — Ну, я не то, чтобы совсем злюсь, я скорее… растерян, — расстроенный Вэй Ин плюхнулся на пол у стены, — Дядя Цзян хотел чтобы я закончил эту школу и поступил в элитный универ вместе с Цзян Чэном. Он столько для меня сделал, а я его подвел и не знаю, что теперь мне делать. Лань Чжань молча сел рядом с ним и положил руку ему на плечо, почувствовав, как напряжен Вэй Ин от переполняющих его эмоций. — Они слишком жестоко с тобой обошлись, — после недолгого молчания начал Лань Чжань. — Нет. Это справедливо. Я сам виноват, не надо было обращать внимание на ту мелочь. А я не смог. Я такой дурак, — Вэй Ин уткнулся носом в колени. — Это не так, — Ванцзи достал рисунок, — дурак не смог бы нарисовать так хорошо. — А, мой рисунок, — он повеселел, — я думал ты его выбросил вместе с остальным. Я так расстроился когда ты его порвал. — Извини, поздно его заметил. И спасибо. — Не нужно извиняться. Оставь его себе. Не знаю, о чем думал, когда решил подкинуть его тебе вместе с той мангой. — Возможно… О кроликах? — Лань Чжань слегка улыбнулся. — А… Ха-ха-ха, возможно, — рассмеялся Усянь, — Они милые. А еще у меня странное ощущение, когда я их вижу. Похоже на дежавю. Или скорее похоже на чувство, когда ты понимаешь, что ты что-то забыл, но никак не можешь вспомнить, что именно. — У меня тоже такое бывает. — Правда? Что ж, значит я не один такой… — Вэй Ин попытался подобрать нужное слово. — …Дурак? — Что? — до Усяня не сразу дошло, что Ванцзи имел в виду, а когда, наконец, понял, то не смог сдержать смех. Лань Чжань тоже тихо засмеялся. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ой, Лань Чжань, — он вытер выступившие от смеха слезы, — не ожидал от тебя такого! Кстати, — он внезапно перестал смеяться и посмотрел на Ванцзи, — Это первый раз, когда я слышу, как ты смеешься. — Правда? — Да! У тебя красивый смех, — Вэй Ин смущенно отвернулся. — …Спасибо, — после недолгой паузы ответил тот. — Прости, я пойду. Надо вещи собрать, — Усянь вдруг засуетился, — Пока! — выпалил он и, не дожидаясь ответа, вылетел за дверь зала, оставив Лань Чжаня в недоумении.

***

Вечером Лань Чжань сидел в своей комнате и делал домашние задания, когда в дверь постучали. — Ванцзи, это я, — прозвучал за дверью голос Сичэня, — можно я зайду? — Мгм. — Ты как? — мягко спросил старший, зайдя в комнату и сев на кровать рядом с братом. Вместо ответа младший просто вздохнул и покачал головой. — Я понимаю, ты переживаешь за Вэй Усяня, но, пожалуйста, не жертвуй собой и своим будущим ради него, хорошо? Даже если его исключат, он не пропадет. — Я понимаю, — еле слышно произнес Лань Чжань в ответ. — Ванцзи, нет ничего плохого в том, чтобы любить кого-то. Наш дядя просто в чем-то слишком консервативен, не принимай это близко к сердцу. Я постараюсь поговорить с ним насчет тебя и Усяня, может мне удастся его переубедить. — Спасибо. — Не переживай, я буду на твоей стороне и не позволю ситуации из прошлого повториться. — Ситуации из прошлого? О чем ты говоришь? Вместо ответа старший молча протянул Лань Чжаню старую и немного потрепанную книгу. — Скоро ты сам все поймешь. Держи. Теперь она твоя. — Спасибо. Что это? «Флейта и гуцинь»? Брат, ты серьезно? — Лань Чжань усмехнулся, — Это же детская сказка, зачем она мне? — Просто прочитай ее. После ты поймешь, что с ней делать дальше. — Ладно. — Я пойду, отдыхай. Спокойной ночи. — Спокойной. Сичэнь улыбнулся брату и вышел из комнаты. Лань Чжань открыл книгу и принялся за чтение. Тем вечером Ванцзи так и не смог уснуть. Он провел за книгой весь вечер и почти всю ночь. Пока он читал, то и дело ловил себя на мысли, что знает о том, что случится в книге дальше, а через какое-то время обрывки воспоминаний из прошлой жизни стали мелькать в его голове все чаще. Сначала они были неразборчивыми, хаотичными и очень размытыми, будто он смотрел на события через запотевшее зеркало, а потом обрывки воспоминаний становились все отчетливей, складываясь в полноценную картину его прошлого. Дочитав последнюю строчку, он вспомнил почти все, что произошло в прошлой жизни, вплоть до момента своей смерти на горе Луаньцзан. Теперь он, наконец, осознал, что имел в виду его брат. Он и вправду понял, что делать дальше.

***

Утром, выйдя из своей комнаты, Ванцзи увидел толпу учеников, столпившихся у окна. Из разговоров он понял, что за Вэй Ином приехал дядя и забирает его домой в родной город. Он тут же сорвался с места, влетел в свою комнату, схватил книгу, которую ему накануне дал брат, и побежал вниз. Во дворе школы он увидел Вэй Ина, идущего с сумками к автомобилю, который стоял у ворот школы. Рядом с Вэй Усянем шел Цзян Чэн. У машины их ждали трое людей: мужчина, с виду ненамного младше Лань Цижэня, примерно этого же возраста женщина и молодая девушка. Сердце Лань Чжаня кольнуло ревностью, когда он увидел, как Вэй Ин обнимается с ней, но, подойдя ближе, он услышал их разговор и понял, что напрасно волновался. — Сестренка, я так скуча-а-ал! — протянул Вэй Ин. — А-Сянь, я тоже очень скучала, — ответила девушка. — Яньли, отлипни ты от него, — пробурчал Цзян Чэн. — Да-да, он не заслужил такого отношения к себе после того, что натворил! — вмешалась в разговор женщина, — Я была уверена, что долго ты там не продержишься, но я даже не ожидала от тебя того, что ты затеешь драку! И угораздило же нас взять в семью такого бесстыжего! Мы его как родного приняли, а он нас позорит! Ни грамма совести! — Мадам Юй, но я же… — Опять твои отговорки! Ну что за ребенок! Вэй Ин услышал позади себя звуки чьих-то шагов и обернулся. Заметив Лань Чжаня, он извинился перед семьей и подбежал к нему. — Лань Чжань, — Вэй Усянь улыбнулся, — проводить меня пришел? — Ты… Правда уезжаешь? — спросил тот. — Да… Мне не дали бы здесь остаться, даже если бы я и захотел. Как бы я ни проклинал порой эту школу, но мне здесь даже в какой-то степени нравилось. Жаль, что я понял это только сейчас, — он вздохнул, — Слушай, Лань Чжань, дай мне свой номер телефона, тогда сможем переписываться, если захочешь. Вэй Ин протянул Ванцзи свой телефон. Юноша немного растерялся, но все же записал в чужой телефон заветные восемь цифр и вернул гаджет владельцу. — И еще вот… Прочитай ее обязательно, — Лань Чжань протянул Вэй Ину книгу, которую ему дал Сичэнь. — Спасибо, — он перевел взгляд на книгу, — «Флейта и гуцинь»? Серьезно?! Лань Чжань, это же дет… — Прошу, прочитай ее как можно скорее, — перебил его Ванцзи. — Ладно-ладно. С чего вдруг такая спешка? Совсем на тебя не похоже. — Для этого есть причина, — запнувшись, ответил Ванцзи. — Ладно, раз уж ты так говоришь, значит оно так и есть, — улыбнулся Вэй Ин. — Вэй Усянь! Ты чего там копаешься? — Прости, я пойду. Береги себя, — Вэй Ин похлопал Лань Чжаня по плечу, после чего развернулся и направился к машине, но до его слуха все равно долетело тихое «Ты тоже».

***

Прошло почти две недели. Лань Чжань уже смирился с мыслью, что вряд ли сможет снова увидеть Вэй Ина, но все равно скучал по нему и даже по его шалостям. Они иногда переписывались, но Ванцзи этого все равно было мало. На часах было 11 вечера. Почти все в школе уже давно спали в своих комнатах, только Лань Чжань засиделся за книгой, но и он собирался уже ложиться спать. Вдруг за окном послышалось уханье филина. «Откуда в городе мог взяться филин?» — пронеслось у него в голове. Звук повторился, а сразу за ним послышался стук в окно. Лань Чжань подкрался к окну, открыл его и с опаской выглянул наружу. На ветке дерева, которая росла рядом, сидел Вэй Усянь, собственной персоной. — Лань Чжань! Давно не виделись! — В холодном свете уличного фонаря его улыбка казалась ослепительной. — В-Вэй Ин? Как ты тут оказался? — спросил Ванцзи после того, как нежданный гость перелез через подоконник и уселся на его кровати. — Я? Сбежал из дома! — похвастался Вэй Усянь, как будто совершил великий подвиг, — Взял деньги, сел на автобус, а от вокзала доехал на такси. — А… Дерево? Как ты смог залезть? — Залез на то дерево у дорожки, потом перелез по ветке на соседнее, которое рядом с твоим окном, и вот я тут! Я и в прошлой жизни отменно лазал по деревьям. — Вэй Ин, ты… Вспомнил свою прошлую жизнь? — спросил Лань Чжань, садясь рядом. — Ну, может и не совсем все. Но я точно помню, как учил одного маленького мальчика лазать по деревьям. Его вроде звали… — Вэнь Юань. — Что? — Того мальчика звали Вэнь Юань. — Что? Ты откуда это знаешь? Погоди-погоди, — Вэй Ин схватился за голову, — Так ты и Лань Чжань из моего прошлого… — Это я и есть, — ответил Ванцзи, — мы виделись в прошлой жизни. — Быть не может! Так вот, значит, почему… — Вэй Усянь вдруг осекся. — Что «почему»? — Вот почему… Тебе все легко дается! — выкрутился Вэй Ин, после чего перевел тему, — Так ты тоже все вспомнил? — Угум, — Лань Чжань кивнул головой, — я вспомнил все после того, как прочитал ту книгу. — А-а-а, ту, которую ты мне дал? Кстати, вот, — Вэй Ин протянул Лань Чжаню ту самую книгу, — Ее же наш А-Юань написал. И, судя по всему, он написал ее основываясь на записях из дневника, который я тогда вел. Многие строчки мне показались знакомыми. Боже, я там такой бред писал! Как хорошо, что он не стал кое-что выписывать, иначе я бы сгорел сейчас со стыда! Ванцзи многозначительно посмотрел на Усяня, как это мог сделать только он. — Ч-что ты так на меня смотришь? — Просто мне теперь стало интересно, что же ты там такого писал, — едва заметно улыбнулся Лань Чжань, что не осталось без внимания. — И все-таки ты сейчас и тот Лань Чжань из прошлого немного отличаетесь. Сейчас ты более разговорчивый, и улыбаешься вроде чаще. А в прошлом вообще как ледышка. И как я тогда умудрился влюбиться в такого как ты? — А сейчас? Тут до Вэй Ина дошло, что он только что сказал и его лицо мигом покрылось легким румянцем. Все-таки он сам, в отличие от Лань Чжаня, остался прежним — сначала говорит, а уже потом думает. — Ч-ч-что «сейчас»? — Вэй Усянь снова включил «дурачка» — Сейчас… Я все еще нравлюсь тебе? — спросил Ванцзи, у которого еле заметно покраснели мочки ушей. — Н-ну… Да, — ответил Вэй Ин, чье лицо окончательно обрело цвет спелого помидора, — …Лань Чжань? Вэй Ин почувствовал легкое прикосновение к своей руке. Взглянув на нее, он увидел, что Ванцзи накрыл его руку своей. — Мои чувства тоже остались прежними, — тихо произнес он. — Лань Чжань… — прошептал Вэй Ин, внезапно проронив первую слезу, — Прости меня. — За что? — За то, что было в прошлом. Я очень хотел попросить прощения за то, что ты был ранен по моей вине, но боялся, что из-за меня ты снова можешь пострадать. Я… Я был таким трусом! Я хотел лишь… Вэй Ин не успел договорить — Лань Чжань мягко накрыл его губы своими. Усянь вздрогнул от неожиданности, а после стал робко отвечать на поцелуй. — Вэй Ин, давай оставим это в прошлом. Это было так давно, нет смысла больше вспоминать об этом, — оторвавшись от губ любимого, тихо, будто боясь спугнуть, произнес Лань Чжань. Слезы продолжали капать из глаз Вэй Ина, оставляя мокрые дорожки на щеках, Ванцзи стал аккуратно сцеловывать соленые капли, а потом заключил Вэй Ина в нежные объятья. — Лань Чжань… — М? — Спасибо, что снова появился в моей жизни, — Вэй Ин все еще продолжал всхлипывать, — Я люблю тебя. — Я тоже. Я ужасно скучал по тебе.

***

Прошло несколько недель. На часах 11 вечера, Лань Чжань услышал уже привычное уханье филина и стук в окно. — Приветики-пистолетики! — за окном, на все той же ветке, сидел Усянь с пакетом из круглосуточного магазина в руке. — Вэй Ин, в городе не бывает филинов, лучше просто постучи, — Ванцзи помог ему залезть в комнату, получив поцелуй в щеку в качестве благодарности. — Я тут бухлишка принес, — он потряс пакетом, — И что ты мне на это скажешь, мы не в ГуСу! — На территории школы алкоголь запрещен. — Эх, узнаю своего Лань Чжаня. Стоп, твой дядя, что, и сюда эти правила принес? Напомни, сколько их на сей раз? Пять тысяч? Шесть? — Восемь тысяч. — Да он издевается! — возмутился Вэй Ин и плюхнулся на кровать, — Ладно, не хочешь — заставлять не буду. Можешь мне просто компанию составить? Мне-то терять нечего, из школы меня и так уже исключили. А тебе я взял безалкогольного джина, пойдет? — Сойдет, спасибо, — он принял баночку из рук Вэй Ина и сел рядом, — Я говорил сегодня с дядей. Он согласился взять тебя на две недели, это будет в качестве испытательного срока. Если ничего не натворишь за это время, то он согласен вернуть тебя обратно. — Правда? Спасибо, — Усянь открыл свою банку с пивом, — Только знаешь… Я скорее всего не вернусь. — Почему? — Я понял, что мне это на самом деле не нужно. Я поступил сюда вслед за Цзян Чэном, и то потому что дядя настоял на этом. Но сейчас я понял, что ошибался. Наука, бизнес и прочая лабуда явно не для меня. Так что я собираюсь поступить в академию искусств. — И что теперь? Мы не сможем встречаться? — в глазах Ванцзи читалось беспокойство. — Как раз об этом я и хотел поговорить, — Вэй Ин стал крутить колечко на банке, что выдавало его беспокойство, — Ученикам ЛаньХао ведь не обязательно жить именно в школе? Может быть такое, что кто-то живет у себя и только приходит на занятия? Просто я тут подумал… Если так можно, то было бы здорово если я поступлю в академию искусств в этом городе, ты будешь продолжать учебу здесь, и при этом мы будем жить вместе. Что думаешь? — Мне нравится. Я спрошу у дяди насчет этого — ответил Ванцзи, придвигаясь ближе. — Мне аж легче на душе стало. Я боялся, что тебе не понравится эта идея, — с облегчением выдохнул Усянь. — Мне нравится. Очень, — Лань Чжань улыбнулся и подвинулся еще ближе. — Лань Чжань, ты чего? Я что, перепутал банки и взял обычный джин? — Вэй Ин на всякий случай проверил банку в руках Ванцзи, но джин был безалкогольным. — А что не так? — Ты ведешь себя немного странно. — Я просто соскучился, — ответил Лань Чжань и прильнул к губам Вэй Ина, смешивая горечь пива и сладость грейпфрутового джина в невероятный коктейль.

Эпилог

У дверей клуба «Фиолетовый лотос» притормозила дорогая иномарка. У дверей заведения стоял симпатичный мужчина, вышедший оттуда несколько минут назад. Вэй Усяня в этом клубе знали почти все бармены, он там был частым гостем. Владельцем этого заведения был его брат — Цзян Чэн, чем Вэй Ин внаглую пользовался, выпрашивая напиток за счет заведения. Он игриво улыбнулся, помахал мужчине за рулем иномарки и направился прямиком к автомобилю. — Лань Чжань, чего так долго? — капризно спросил он, открывая дверь и усаживаясь на пассажирское сиденье. — Пробки в городе. Не один ты по пятницам развлекаешься. — А, ну да, — лицо мужчины засияло слегка пьяной улыбкой. Он попытался пристегнуться, но запутался в ремне. — Давай помогу, — Лань Чжань потянулся к ремню, сковавшего несчастного Вэй Ина. — Лань Чжа-а-ань… — Усянь вдруг понизил голос, а в его глазах заплясали чертята, — А мы ведь с тобой еще ни разу не практиковали связывание. Давай попробуем! Сердце Лань Чжаня пропустило удар. Он быстро взял себя в руки, чтобы не наброситься на Вэй Ина прямо в машине. — Поговорим дома, когда протрезвеешь. — Но я стекл как трезвышко! — Ты только что запутался в ремне и все равно утверждаешь, что трезв? — Ага! — Усянь улыбнулся. Кое-как расправившись с ремнем безопасности, Лань Чжань нажал на газ и они направились домой. По пути они болтали обо всем на свете. Лань Чжань рассказал о своих грядущих соревнованиях по вин чун в Европе. Усянь рассуждал о его скорой выставке в Гонконге и о том, что он хочет завести дома кроликов. После его рассказы сменились тихим сопением — Вэй Ин уснул. После получаса езды Ванцзи резко затормозил. — Лань Чжань, ты чего? — сонно спросил Вэй Ин. — Там ребенок. — Ребенок? Где? — Усянь отогнал остатки сна и посмотрел на дорогу. На проезжей части ребенок лет трех в оборванной одежде пытался подняться на ноги. — С ним что-то не так. Пойдем проверим, — сказал Вэй Ин, который уже успел протрезветь. — Мгм. Они подъехали к обочине, вышли из машины и подошли к мальчику. — Мальчик, как тебя зовут? — спросил Усянь, помогая малышу подняться на ноги. — Вэнь Юань, — ответил он. — Где твои родители, А-Юань? — поинтересовался Лань Чжань. — Я не знаю. — Лань Чжань, у него сильная лихорадка. Думаю, надо отвезти его в больницу, — обеспокоенно сказал Вэй Ин, Ванцзи ответил кивком и обратил внимание на малыша, который начал цепляться за его ногу. — Лань Чжань… Кажется, мы нашли нашего А-Юаня, — улыбнулся Усянь. — Возможно. Поехали, ему нужна помощь медиков. Они забрались в машину. Оказавшись в тепле, малыш стал засыпать. Внезапно он открыл глаза, будто что-то вспомнил, и спросил: — Папочка, а где твоя флейта? Вэй Ин и Лань Чжань переглянулись. Сомнений больше не оставалось — это точно был их А-Юань. Они его нашли.

***

А-Юаня было решено оставить в больнице до его полного восстановления. Вэй Ин навещал мальчика каждый день, Лань Чжань видел его реже из-за работы, но всегда приходил к малышу с подарком. Вэй Ин шутил, что и в этой жизни Лань Чжань остался «богатым папой» А-Юаня. Пока ребенок был под присмотром врачей, Усянь и Ванцзи собирали нужные документы, чтобы усыновить А-Юаня и забрать его в семью. Теперь все возвращалось на круги своя.