Безумный год или обратная сторона жизни

Как только занавес опустился, Киркоров, словно тень, стремительно направился к выходу. Его шаги были решительными, а мысли — сосредоточенными. У двери его уже ожидал Анатолий, верный спутник и помощник. К тому времени уже было известно, в какой больнице находится Настя. Эта информация была получена быстро, и без промедления автомобиль Киркорова, ревущий двигателем, устремился в ночь. Фары разрезали темноту, а сердце Филиппа билось в такт с колесами. Несмотря на поздний час — уже было около полуночи, время для посещения больных запрещено, но только не для Филиппа. Он быстро преодолел коридоры больницы и оказался у двери палаты, в которую уже из реанимации перевели Настю. Войдя внутрь, он почувствовал, как воздух наполнился смесью запахов лекарств. Перед ним предстала больничная койка, на которой мирно дремала Стоцкая. Её лицо было спокойным, но в этом спокойствии таилась тревога. Правая рука Насти была аккуратно подключена к капельнице, и Филипп заметил, как её пальцы едва заметно подрагивали. Он подошёл ближе, стараясь не нарушить её сон, и остановился у края кровати. Настя медленно открыла глаза и замерла от неожиданности. Она не могла поверить, что видит его здесь. С одной стороны, она мечтала об этом моменте, но с другой — его присутствие только усиливало её тревогу. Сердце бешено колотилось, глаза метались по комнате, а внутри нарастало напряжение. Она не хотела его видеть, не хотела говорить с ним. — Привет, — тихо произнёс Филипп, пытаясь придать своему голосу мягкость. — Как ты себя чувствуешь? Стоцкая отвернулась, не желая отвечать. По её щекам медленно покатились слёзы, оставляя влажные дорожки на бледной коже. Её молчание было красноречивее любых слов, ясно давая понять, что она не настроена на разговор. Филипп не сдавался. Он понимал, что её реакция не случайна, но всё же пытался выяснить, что произошло. — Что случилось? Почему ты здесь? — спросил он, стараясь говорить спокойно, хотя внутри у него нарастало раздражение. Тишина в комнате стала почти невыносимой. Она словно давила на них, заставляя нервничать. Киркоров чувствовал, как его терпение иссякает. — Слушай, хватит из себя строить маленькую! — не выдержал он, повышая голос. — Я и без тебя могу узнать, что с тобой случилось. Но раз я здесь и задаю тебе этот вопрос то наверное логично, что я хочу услышать это от тебя! Настя повернулась к нему, её глаза были полны слёз. Она смотрела на него с болью и отчаянием, словно пытаясь передать ему все свои чувства. — А что ты хочешь у меня узнать? — с горечью спросила она. — Сам ведь всё знаешь, не глупый. Филипп закатил глаза, чувствуя, как злость внутри него нарастает с новой силой. Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. — Послушай, я не мальчик, который будет трястись над тобой! — сказал он, стараясь говорить твёрдо, но не грубо. — Ты прекрасно знала, на что идёшь. Я тебя не обманывал, воздушных замков не строил. Если ты не помнишь, я сразу всё обозначил: Аллу я люблю, семьёй дорожу и разводиться не собираюсь. Так какие у тебя могут быть на меня обиды? Не понимаю. Он замолчал, внимательно смотря в её голубые глаза, ожидая ответа. Но Настя лишь молча смотрела на него, её взгляд был полн боли и разочарования. - Обид больше нет, ни на тебя, ни на неё, — наконец произнесла Настя, делая паузу, словно обдумывая каждое слово. — Ты прав, здесь только моя вина. Я доверилась тебе, придумала, нафантазировала и безумно полюбила. Это моя единственная вина перед тобой. Фил нахмурился, чувствуя себя неловко. Он не хотел, чтобы она страдала, но её поступок казался ему осознанным и зрелым, несмотря на её юный возраст. Он попытался сменить тему, надеясь, что это поможет смягчить ситуацию. - Давай не будем устраивать эту трагикомедию,— начал он, подбирая слова, говоря как можно спокойнее - Ты знаешь, что я всегда стараюсь быть честным. Никто не умер, и жизнь продолжается. Я от тебя не отказываюсь. Ты по-прежнему важна для меня, и я всегда буду твоим другом. Ты можешь на меня положиться в любой ситуации. В рабочих вопросах так же ничего не изменилось, — продолжил он, стараясь сменить тему. - Наоборот, у меня есть к тебе необычное предложение. Настя вздохнула, её голос дрожал. - Филипп, она приходила ко мне сегодня, — тихо произнесла она. Сердце Киркорова сжалось, он замер, ожидая продолжения рассказа - Сегодня днём она приехала ко мне домой у нас состоялся очень неприятный разговор, она много о чём говорила, много чем угрожала, но самый главное из этого - заставила меня сделать аборт, в ином случае она бы подала на развод, зная как ты её любишь и просто не сможешь этого пережить, я пошла на это. Я хочу, чтобы ты знал: я сделала это только ради твоего счастья. Я очень тебя люблю и не хочу, чтобы ты страдал. Пусть даже это будет без меня, я всё равно хочу, чтобы ты был счастлив... - договорив последнюю фразу слезы полились градом Филипп был ошеломлён до глубины души. В этот момент он не мог поверить своим ушам. Хорошо, что рядом был стул, на который он рухнул, едва удерживаясь на ногах. Его сознание словно помутилось, и он чуть не потерял сознание от шока. Такие чувства в отношении Аллы он испытывал впервые за много лет. Филипп почувствовал, как внутри него закипает злость, переходящая в ненависть. В голове проносились мысли: «Как я мог быть таким слепым? Кто же ты на самом деле, Алла? Что скрывается за твоим внешним образом? Как ты могла быть такой жестокой? Как ты могла отнять у меня ребёнка, которого сама не смогла мне подарить?» Обида захлестнула его с такой силой, что он едва мог дышать. Он не знал, что сказать или сделать. В голове была полная пустота, а сердце билось так, словно готово было разорваться. Он произнёс что-то невнятное, глупое, но в тот момент это казалось единственным выходом.  - Так ты же говорила, что на этом сроке уже нельзя делать аборт? - словно обвиняя её во вранье начал он Настя лишь усмехнулась. - Срок на самом деле был меньше, всего пять недель. Да, я обманула тебя, но только лишь из-за того, чтобы ты не отправил меня сюда. Но, как оказалось, не ты, так твоя жена. - слезы предательски душили её не давая говорить спокойно - Я не хочу больше разговаривать. С сегодняшнего дня нас связывают только рабочие моменты. В конце мая закончится наш контракт, и я больше не хочу иметь с тобой ничего общего. Если честно, то и видеть не хочу тебя больше.... На следующий сезон ищи другую актрису. Оставь меня, пожалуйста. Мне больно, очень больно.... Настя резко отвернулась, её плечи начали мелко трястись, и в палате раздались лишь тихие, прерывистые всхлипы, которые она старалась сдержать, но они всё равно прорывались наружу. Фил медленно поднялся со стула, который стоял прямо у её кровати. Он нежно прикоснулся губами к её щеке, которая была мокрой от слез. Затем он тихо, почти беззвучно, вышел из комнаты, не сказав ни единого слова. Когда он наконец-то вернулся домой, его встретила зловещая тишина. Люся, его верная помощница, решила взять отгул и укатила к подруге в Подмосковье. Квартира сразу показалась ему пустой и неуютной. Он бросил взгляд на утренний беспорядок, который сам же устроил в приступе гнева, и тяжело вздохнул. Затем, не чувствуя особого желания что-либо делать, он направился в гостиную. Там он устроился на большом, уютном диване, укрывшись теплым пледом ему хотелось просто отключиться от всего происходящего, забыть о проблемах и погрузиться в сон. Но сон никак не шел. Он лежал, уставившись в потолок, и пытался найти ответы на вопросы, которых за последнее время стало слишком много. Но самый главный вопрос, который не давал ему покоя ни на секунду "За что мне всё это?" Он крутил его в голове, как старую пластинку, и не мог найти ни одного удовлетворительного ответа. Ему казалось, что он идет по тонкому льду, и каждый неверный шаг может привести к катастрофе. Но отступить уже было некуда. Филипп вдруг услышал настойчивый звонок в дверь. Он с трудом оторвался от своих мыслей, с недовольным вздохом встал с дивана и, слегка шаркая тапочками, поплелся в коридор. Открыв дверь, он увидел своего старого друга Игоря Крутого, который стоял на пороге с большим пакетом в руках. — Привет! — сказал Игорь, широко улыбаясь. Его голос был таким теплым и бодрым, что Филипп почувствовал, как внутри у него что-то смягчилось. —Получив днём твоё смс не мог не навестить тебя! Я знаю, как тебе сейчас необходима моя поддержка, поэтому решил заглянуть. Филипп молча обхватил Игоря за плечи. В этот момент он понял, что не одинок, и это немного утешило его.