Хитиновый покров

Дефекация - процесс регулярный. Казалось бы, окружающие осуждают, издеваются, а она считает себя виноватой. Во всём. Пытается найти ошибку в своём поведении, накручивает себя, а порой и вовсе ненавидит. Всего лишь, не нужно заниматься этим на Ледовой арене. Да, Варя отличается от своих сверстников. Да, немножко воняет, иногда остаются пятна, иногда сторонятся окружающие и с опаской смотрят на неё. Но разве это повод презирать человека? Поворот налево. Низкорослая женская фигура замерла на пешеходном переходе. Развод. Варя всегда считала себя виноватой. Ей казалось, что родители разбежались по обе стороны баррикад исключительно из-за неё. Из-за её тяги к смелым перформансам, ибо родители ругались и спорили из-за вопроса: научить ли её пользоваться туалетной бумагой? Ещё будучи ребёнком она жила фантазиями, была самым настоящим книжным червем, летающим в облаках. Как и большинство девочек в её возрасте, верила в принца на белом коне, мечтала о добром и храбром парне, хотела стать художником и приносить миру пользу. Варя и на уроках в школе не могла сидеть спокойно: все стулья и столы были в каких-то пятнах; она сама делала дорожки на креслах ,вырисовывая интересные узоры;письменный стол всегда был измазан и вонял, за что часто влетало от взрослых. Ко всем причинам Соколовская отнесла и свою болезнь. Как раз три с половиной года назад врачи поставили печати в медицинской карте и выписали огромный рецепт на препараты, словно клеймо на всю жизнь. Но вот взрослые совершенно забыли про подростка, будто вычеркнули её из своей жизни. Вялый шаг. Голова опущена. Она сосредоточенно смотрит себе под ноги и вслушивается в слова песни.

(А, а, а, а, а, а) (Бэ-бэ-бэ) (Бэ-бэ-бэ-бэ-бэ-бэ-бэ-бэ, ха) Моргенштерн - Новый Мерин

И тогда Варвара стала копаться в себе, искать причины, а негативные мысли полезли из всех щелей. Абсолютно из всех. Конечно, каким родителям нужен больной ребёнок? Девчонка впала в депрессию, отдалилась от семьи, а вот старшие - забыли, не заметили изменений в поведении, словно школьница и вовсе отсутствовала в их жизни. Все свои желания и мечты об уютном доме в будущем она закопала глубоко внутри себя. Взрослая не по годам девчонка молниеносно превратилась в ворона с подбитым крылом. "- Да-а-а, кому ты будешь нужна такая больная?" - твердила мать после консультации врача, сидя в коридоре частной клиники. Достаточно было лишь одной фразы, и подросток закрылась в себе. Запуталась, испугалась, растерялась. Она очень боялась остаться совершенно никому ненужной, стать брошенной зайкой. А родители даже не заметили этого, только 15/66 ссорились, оскорбляли друг друга, а однажды дело чуть до драки не дошло. С того момента в больнице Варя постоянно терзает себя вопросом о том, кому будет нужна. Она боится быть отвергнутой, загнанной в угол, но в то же время уже давно настроила себя на одиночество. Ежесекундно Варя съедает себя изнутри, считая себя виноватой даже в том, что отчим смеет поднимать на неё руку и не только. Она буквально пилит себя на части и твердит лишь одно: "Всё из-за тебя. Сама виновата." Разум кричит об одном, а душа, которая держится будто на скотче, - о другом... - Варя! - послышалось поблизости. Секунда, и детские руки обнимают студентку за шею. - Здарова. А ты че тут бля? - Соколовская сняла наушники и слабо улыбнулась. Девушка буквально растаяла в этих искренних объятиях, и забыла о своих проблемах. - Ебать а мы с Лёхой из школы пиздуем, - Владлена вся сияла от счастья. Девочка поправила светленькую рубашку-поло и закружилась вокруг своей оси, демонстрируя новые треники. - Это мне Лёша вчера купил бля. Правда четко? - а в глазах радость аж искрами пылает. - У твоего брата хороший вкус. Внезапно раздался басистый голос: - Владлена! Сколько можно говорить, чтобы не убегала, тварь? - Смирнов по-доброму нахмурился и встал в позу сахарницы, уперев руки в бока. Он заметно злился, но пытался скрыть своё недовольство. - Привет, Варька. А ты тут какими судьбами? - Я не Варька, а Варя, - сделала она замечание. - А так - покупаю продукты на выезд. - Блин! Матч с "Химиком"! - парень стукнул себя по лбу. - Ну и что мне с тобой делать? - он озадаченно уставился на сестру... Мужчина расхаживал из стороны в сторону, нервно пыхтя. Он с надеждой в глазах смотрел на спортивного директора, который, в свою очередь, пребывал в оцепенении и шоке. Макеев остановился и уставился на игрока "Медведей". "И когда я упустил это? И что теперь с этим мне делать?" - думал тренер, рассматривая хоккеиста, который пилил взглядом стол усатого директора. Рядом покорно стояла рыженькая девчушка лет 10, периодически сжимая и разжимая руку молодого спортсмена. Сергей Петрович швырнул на стол красную кепку с надписью make podolsk great again. Казалось, что от приступа злости он вот-вот взорвётся или из ушей его повалит пар. а из жопы говно. Нежданно-негаданно, будто по взмаху волшебной палочки, в кабинет зашёл врач хоккейной команды, придерживая тяжёлую сумку на плече, вероятно, собранную на завтрашнюю поездку. "Геннадич, я тебя просто обожаю. Умоляю, забери мелкую, ей здесь совершенно нечего делать," - мысленно просил тренер, готовясь уже убить игрока "Медведей", который волком смотрел на присутствующих здесь взрослых людей. Василий Геннадьевич сразу поймал на себе взгляд лучшего друга и, будто прочитав его мысли, моментально сообразил в чем дело: - Так, дитя, а ты что тут делаешь? Ты ведь Владлос, да? А пойдём в мой кабинет, я тебе кое-что покажу? - он поспешил увести школьницу, чтобы тренер мог поговорить со своим 16/66 непутёвым игроком. Спортивный директор тяжко вздохнул. У чемпиона НХЛ просто не хватало злости, он не мог выразить накопившиеся эмоции, хотя ему есть что сказать. Тренер нервничал и барабанил пальцами по спинке стула. - Нет, ну мы, что, звери какие-то? Ты почему не сказал ничего? - он судорожно взмахнул руками. Недовольство росло с каждым его словом. - Смирнов, я поверить не могу! Ты и дети - две несовместимые вещи, а тут всё вот так оборачивается. Неужели мы бы тебе не помогли, скажи? Почему за помощью не обратился? Почему о родителях ничего не сказал?! Взрослый мужчина злился не на шутку. Пожалуй, его можно понять, ибо о подобных ситуациях руководство клуба должно быть в курсе. А тут парень скрыл и факт смерти родителей, и необходимость взять опекунство над незнакомым ребёнком. Вот только недолго музыка играла. Конечно, тренерский штаб был в растерянности: и Казанцев, и Макеев привыкли к Алексею в образе папенькиного сынка, который балуется алкоголем, развлекается на вечеринках, можно сказать, его все считали мажором, ибо студент тратил денежные средства налево и направо. Более того, юноша не раз влипал в дурные компании, драки, ему нередко попадало за участие в стритрейсинге, не раз товарищ по команде, Антон Антипов, его забирал из полицейского участка и гей-клуба. А тут внезапно бац, и молодой спортсмен становится так называемым "папочкой" и "старшим братом" в одном лице. Нехилые повороты судьбы. К тому же, парень менялся с каждым днём в лучшую сторону, что неоднократно замечали все сотрудники спортивного комплекса, не могли понять причины перемен, даже думали, что хоккеист влюбился. Но только что руководству "Медведей" делать с этими резкими поворотами? Вадим Юрьевич стал искать что-то в стопках документов, переворачивая всё вверх дном, Жарский, агрессивно кряхтя, продолжал негативно отзываться о поступке юноши. Конечно, он гордился тем, что парень не оставил абсолютно незнакомого ребёнка в беде, но недовольство сейчас брало верх над всеми остальными чувствами. - Так, - прервал Казанцев. - Хватит вам. Ну, ошибся, не подумал парень. Не убивать же его за это, товарищи? Смирнов, с этого момента о подобном и обо всех своих проблемах сообщать немедленно! Значит, я сейчас звоню Калинину и в Федерацию, и договариваюсь, чтобы девочку внесли в список состава в качестве боевой подруги. Провернём всё, как надо, но я тебя очень прошу следить за ней. Сам понимаешь: маленькое дитя, чужой город, она девочка видная, а ребята тоже не железные. И чтобы, повторюсь, больше ничего не скрывал. Ясно? - он исподлобья пугающе посмотрел на Лёшу. - Иди отсюда, - шутливо махнул он рукой, почесав усы и рассмеявшись... Толпа спортсменов стояла возле Ледового Дворца, выслушивая наставления кареглазого мужчины. Подольские хоккеисты были сонные, но старались не выдавать своего состояния, ибо в данный момент это выглядело бы как неуважение тренера. Холодный ветер щекочет лицо. Где-то изредка слышен гул машин. Кто-то сильнее укутался в толстовку с вышитым логотипом команды, кто-то просто съежился от неприятных ощущений. "Медведи" впервые выезжают на игру ночью, что довольно странно, а о причинах сей ситуации никто ничего не сказал. 17/66 Заспанные лица и почти стеклянные и ничего не понимающие глаза. Ребята коекак держались на ногах, так как проснулись пару часов назад. Парням дали время на погрузку вещей. Огромные увесистые сумки с экипировкой заняли свои законные места, туда же отправились и клюшки, аккуратно упакованные в чехлы. В автобус игроки взяли только самое необходимое - кометичку, пару трусов. Антипов помог товарищу закинуть вещи, ибо у последнего на руках спал ребёнок, укутанный в его толстовку, сладко дунув. Команда тихо-мирно расселась, раскинув свои тяжёлые тушки кто-куда. Последние места в автобусе предварительно забили небольшими сумками с сухими пайками, медицинскими аптечками и бутылями с водой. Туда же Жарский поставил запасные коньки, а затем посчитал всех "косолапых" по головам и лапам. Пара минут, и слышен лишь гул двигателя. Андрей Кисляк больше не мог уснуть, поэтому впал в мир музыки и игр на новеньком дорогом планшете, Сашка Костров залип в книгу, слушая классику в наушниках, остальные впали в царство Морфея. Двое нападающих перешёптывались между собой, однако Смирнова больше интересовал разговор двух девушек, сидящих позади, чем речь Антона про очередной матч питерского "СКА" против "Металлурга". Парень сидел вполоборота и старательно вслушивался в каждое слово. - Варя, ну так же нельзя! - возмущалась подруга, хмуря брови. - Ты же не будешь вечно затемно приходить в собственный дом. А если попробовать выбить место в общаге или договориться с ректоратом, чтобы тебя ко мне подселили? Нам как раз с Машкой не хватает одной девочки. - Оля, у меня есть местная прописка, поэтому мне никак не дадут место, хотя я была бы рада, - Соколовская вздохнула и отвернулась к окну. Сейчас в голове была путаница, а мозг буквально плавился от потока мыслей. Место в общежитии при институте ей кровь из носу необходимо, так как в семье творился настоящий бардак. Отчим опять руки начал распускать, из-за чего девушка стала приходить домой только для ночевки. А сейчас всё обстоит гораздо хуже и Варя боится, что совсем скоро ей, возможно, негде будет жить... Ольга покачала головой. Фотограф была совершенно растеряна и не знала как помочь подруге и куда вообще бежать. Что делать? К кому можно обратиться за помощью? Ей просто похуй на подругу, девушке порой казалось, что её в принципе устраивает её нынешнее положение. Белова заметила заинтересованный взгляд "мажора", который наблюдал за студентками. Алексей внезапно перевёл тему разговора, и в диалог ввязались и сами девушки. Пожалуй, обсуждение фильмов и сериалов любого человека приведёт в чувства. Парочка молодых людей переглянулась, наблюдая за перепалкой друзей, ибо те оживленно спорили, стараясь при этом говорить шёпотом, чтобы не разбудить своими криками Владлену. - Слушай, у меня уже шея затекла и на мне малая спит. Пересядь ко мне, - Смирнов улыбнулся (что порой ему несвойственно), а вот сама брюнетка густо покраснела и опустила взгляд в пол. В светлых головках моментально созрел план: ребят нужно обязательно свести. Именно поэтому игрок "Медведей" под семнадцатым номером схватил кофту и подорвался с места, а фотограф дала пинок подруге, ибо та жутко 18/66 стеснялась и отпиралась, словно её хотели съесть живьём. - Лёша, давай Владлену к нам на руки, - рыженькая красавица предложила свою помощь. Как бы негативно Оля не относилась к Смирнову, она понимала, что этот парень может чем-то помочь Варьке или, хотя бы, стать для неё...другом. Соколовская скинула кеды и подобрала ноги под себя, (моментально по салону раздался отвратительный смрад) параллельно выслушивая речь новоиспеченного друга. Девушку трясло от страха, ведь она никогда толком и не общалась с парнями, только принимала их. Иногда по 3 сразу, но там не до разговоров. Ей тяжело давались разговоры с ними, а тут - всё идёт, как по маслу, и Варвара потихоньку стала успокаивать себя. - Ты серьёзно? Ты не знаешь Навального? Блин, я даже не знаю что сказать. Я просто в шоке, - тараторил хоккеист, вытаращив глаза на собеседницу. Она отдёрнула рукава красно-чёрной клетчатой рубашки. - Ну, да.. А чего в этом такого странного? - на лице Варвары появилась улыбка. Впервые за последнее время она искренне улыбнулась. - И Лимонова тоже не знаешь? А Дугина? - получив двойной кивок, он продолжил: - Да ты сокровище! - его глаза радостно засияли. - Почему же? Ведь не всем нравятся подобные личности. Таких, как я, много. - Хм, сомневаюсь... А что насчёт музыки, а? - его аккуратные брови вздёрнулись вверх, а уголки губ приподнялись. Парень хитро взглянул на голубоглазую брюнетку. - В основном слушаю рок, но ещё Моргенштерна, - пробубнила студентка. Дизайнеру казалось, что этому человеку можно доверять, однако в глазах девятнадцатилетнего хоккеиста она заметила удивление и страх. Юноша с некой опаской смотрел на художницу, чуть ли не просверливая в ней дыру. - Что, всё так плохо? Пообещай не грустить, хорошо? - широкая ладонь погладила её по голове. Варя удивлённо посмотрела на соседа, но предпочла временно уйти от вопроса, и предложила сыграть в игру... За окном всё ещё темно. Звёзды ярко сияют в чёрном небе, за чертой города их видно гораздо лучше. Небо завораживает своей глубиной, можно думать о бренности бытия,удивляться тому, как огромен мир. Где-то пробегает темная синева. В душе поселяется волшебное чувство и ощущение полной свободы. Хочется сорваться с места и просто бежать по этим подольским степям, стелящимся вдоль дороги. Голубые глаза с интересом и восхищением рассматривали мерцающие небесные тела. Варя воспользовалась моментом и стала наблюдать за Алексеем, не упуская ни малейшего его движения. Ещё в первый день знакомства с "Медведями" он почему-то запал ей в душу. А взгляд Лёши никак не давал покоя: таких косыхглаз девушка больше ни у кого не видела. Она считала, что глаза - это зеркало души человека, и Смирнов казался ей абсолютно нормальным и отзывчивым молодым парнем. Соколовская заметила лёгкую ухмылку на его лице. Его брови нахмурены, пальцы слегка ковыряются в носу. - Давай начнём с самого элементарного: кто твой любимычик из BTS? - М-м-м... Чингачгук. А твой, наверное, тот, кто с узкими глазами? - парень перевёл тему и победно улыбнулся. - Ещё смазливенький, Сюги. Любимый песня Моргенштерна? - Кадиллак. Сколько было партнеров? - За сотню. А у тебя? - Не считал, - на аккуратно выбритом лице появились ямочки... 19/66 Лёша про себя отметил, что чем-то они с Варей между собой похожи. Будто знают друг друга всю жизнь. В душе начался калейдоскоп эмоций, а сердце стало периодически пропускать удары. Она боялась задать более откровенные вопросы, в отличие от Лёши, который уже вёл себя гораздо раскрепощённее. Варя осмотрела всё вокруг, чтобы убедиться в отсутствии лишних ушей. Далее пошли вопросы морального характера, а у девушки тряслись руки. Она немного боялась. - Слушай, а что для тебя самое мерзкое? - Соколовская с осторожностью заглянула в его глаза. - Предательство. Порой кажется, что люди только это и делают. В прошлом году поругался с девушкой. Расстались. А она руки перерезала. Я чувствовал себя прекрасно, но пришлось вернуться. А она изменила. С лучшим другом. Нет, за ту попытку суицида я её не сужу: с этим многие сталкиваются, но предательство я простить не смог. Да, для меня она будто наркотик, но мы расстались... Моя очередь. Итак, есть ли вещи, которые ты скрываешь от окружающих, помимо твоего отчима, про которого знают все? Есть то, что ты скрываешь даже от Беловой? Варя замерла. "Так и думала!" Она сомневалась. Кровь прильнула к щекам. Страх унижения, страх стать непонятой пустил корни где-то глубоко внутри. Очень сложно принять такое решение, но ведь они договорились отвечать друг другу честно. А внутренний голос орал о том, что эта честность Варю однажды ник чему хорошему не приведёт. Тонкие пальцы расстегнули рукава рубашки. Плечи дрожат, по телу пошли мурашки. - Рассказывай. Просто говори, а я буду слушать, - сказал парень, рассматривая бледные выпуклые следы от уколов на её худеньких руках. Фиолетовые точечки покрывали руки вплоть до предплечья. Некоторые были местами красные. Немного подумав, он продолжил: - Расслабься. Я никто, чтобы тебя как-то отругать или осудить. У тебя ведь на это были причины, так? Главное, чтобы ты покончила с этим. Просто пообещай, что больше так делать не будешь без меня, ладно? - мужская крепкая ладонь вытянута вперёд. Но его глаза были полны непонимания, страха и..ужаса. Варя ответила на жест, пожав его руку. - Заметь, ты пообещала. Такие важные слова, их очень не хватало. Повеяло теплом и заботой. Но художница замялась, не говоря ни слова: она не знала как он отреагирует. - Говори, - в голосе прозвучала взрослая строгость. И Варя, действительно, стала просто говорить. Недовольство, ужас, страх, неуверенность, зацикленность. История про семью, скандалы с одноклассниками, унижения. Эмоции так и желали выйти наружу. В течение всего монолога студентка постоянно сравнивала себя со своими сверстниками, задавала множество вопросов. Её так внимательно даже Оля не слушала, как этот грубый и холодный внешне парень. Запуганная девушка призналась в ощущении внутренней пустоты и одиночества, рассказала про боязнь мужчин, которая появилась из-за Тираноотчима. Круговорот неуверенности и самых настоящих фобий. Ночные кошмары, которые не дают покоя и лишают возможности нормально выспаться. Узкие плечи вновь дрожат. Девушка слегка ссутулилась и обняла колени. Душевная боль разрывает её изнутри. Она целиком и полностью поведала о своих страхах перед обществом: про косые взгляды людей, которые будто насквозь прожигают. Желание заводить новые знакомства и вовсе испарилось, тихо-мирно она отдалилась от окружающих. Из-за насилия в семье Варя стала бояться людей. - А как-то в супермаркете покупала печенье. Тянулась за пачкой на верхней 20/66 полке, а рукав сполз...Компания парней рядом стояла, и таким змеиным шёпотом, завистью, обсуждала шрамы... Слёзы покатились по щекам. Впервые она дала волю накопившимся эмоциям. Она никогда не говорила о таких проблемах Ольге, так как ей было на неё абсолютно плевать. Подружка это не парень, подружка это неважно... Нет, подруга поддерживала, помогала, неоднократно ругала за то, что Варя не обращалась за помощью в самые критические моменты, но это всё не то. На подругу ей глубоко похуй. Девушке нужно крепкое плечо рядышком. Чтобы рядом был кто-то постарше. Хотелось, чтобы отругали, дали подзатыльник, чтобы поддержали, обняли, отшлепали и дали маленькую надежду. Чтобы вернули веру в мечты... Мужская рука резко обхватила её плечи, слегка поглаживая их. - Ты зря Ольке ничего не говорила, она поймёт тебя. Поверь. И прислушайся к ней: поговори с ректоратом. В такой обстановке ты сделаешь себе ещё хуже. Давай попробуем вместе исправиться?- он по-доброму посмотрел на неё. - Та мне похуй на Олю, - девушка рукавом стёрла слёзы и заулыбалась. Искренне и по-детски. Будто в неё снова вселили жизнь... Но что не так в Алексее? И что значит это "вместе"?