Сквозь стены

— Всмысле?! — Всмысле?! Я уставился на такого же растерянного Зелёного. — В том смысле, что это ты! — Красный в упор смотрел на шокированного Оранжевого. — Да как же?! Я его нашёл! — Ага, а перед этим убил! — Какой Оранжевый?! Але, вспомните прошлое собрание хоть кто-нибудь! — я чуть ли не кричал, но бесполезно. Живые мертвых не слышат. А вот мертвые живых — вполне. Зелёный выругался: — Как вообще они пришли к выводу, что это он? — Я тоже не понял! Типа: ты предатель, потому что я так сказал. Так получается?! — Походу. Остальные члены команды не вмешивались в перепалку, однако, стоило сказать слово, и бедного Оранжевого выкинут в ту же секунду. Кто-то даже одобрительно хмыкнул. — Красный, успокойся, — Синий устало взглянул на тут же притихшего парня. Оранжевый с надеждой и некоторой опаской посмотрел на него. Вот кто может сказать то самое решающее слово. По какой-то неведомой причине Синего уважали. Даже побаивались. Очевидных обстоятельств для этого не было, возможно, причина в постоянном хладнокровии или грозном виде учёного. В любом случае, перед нами абсолютный авторитет. — Ты можешь обосновать свои обвинения? — Нет. — замялся, — но я точно. — Именно! — Значит, доказательства отсутствуют, так? — не дав время ответить, продолжил. — Не будь я уверен в тебе на сто процентов. — кинул многозначительный взгляд в сторону затаившего дыхания космонавта. Да, его определенно боялись. — Вообщем, ты понял. Оранжевый облегченно выдохнул. Теперь его не вы.. — Однако, все вы остаётесь под подозрением. — Слушай, а он хорош. — Даже слишком, — Зелёный обеспокоено посмотрел на Фиолетового, — кажется, кое-кто станет следующей жертвой. Я сглотнул. — Думаешь? — Уверен. — Давайте так, — Фиолетовый заговорил, — кто-нибудь за кого-нибудь ручается? Тишина. — Я за Красного, — Синий. — Я за Синего, — Красный. — Это, скорее всего, не Лайм. — Это не «скорее всего» не я, это точно не я, — парень перебил Желтого. — Нет, это совершенно неоспоримо не я! — Слушай, не заливай тут, — Коричневый недовольно буркнул. — Ой, а кто это у нас заразговаривал? — Это ты не лезь. У тебе вообще-то были все мотивы убить Белого! — Чего?! — Сам сказал, он тебе не нравился. — Про «не нравился» сказал ты, а я только подозревал! Не перекидывай! — «Ходит, думает тут, умный видите ли» — твои слова? — Ну мои, и что? — А то, почему умер именно Белый? Не такой он уж и догадливый, чтоб его убивать. — А вот сейчас обидно было. — Да не парься, этот Лайм не лучше Красного. — Ты на что намекаешь? — Чёрный странно посмотрел на парня. — Если опасности от него не исходило, то остаётся личная неприязнь. Делаем вывод — Коричневый! — Точно такой же вывод можно сделать и про тебя, — обвиняемый вскочил. — Я предлагаю кикать Лайма, он топит без причины! Команда как будто проснулась. — Но это не.. — Прекра.. Ни Желтый, ни Синий договорить не успели. Лайм в ужасе смотрел на пять голосов, отданных за него. — Ч-чего?! — обвинитель стал обвиняемым. Иронично. - ЧЕГО?! — я в шоке уставился на результаты. Три не проголосовавших человека, а именно — сам Лаймовый, Синий и Желтый, уже ничего не смогут исправить. — Почему?! — Потому что Фиолетовому повезло, — Зелёный вздохнул, — он попал в идеальную для него команду. Они не думают. Просто делают. А того, кто бы смог хоть что-то исправить, то есть тебя, убили, — прикрыл глаза, — есть ещё Синий, но ему, думаю, осталось недолго. Я молчал. Просто смотрел на испуганного Лайма. Он не старше меня, даже младше, наверное. Вроде на Земле девушка есть, семья, друзья, а тут такое. Вот кому жить и жить! Но нет, все против него. И три оставшихся голоса ничем не помогут. — Это не он! — Желтый вскочил. — Я же сказал вам! — Ты не был уверен, — Чёрный. — Не было доказательств его виновности, — от Синего волнами исходит холод и замороженная злость. — Он обвинял меня! — Коричневый. — А Красный обвинял Оранжевого. — Но в Красном уверен ты, а в Лайме — никто! — В нем уверен Я! — Жёлтому с его тихим от природы голосом приходилось чуть ли не кричать. Но даже сейчас звук терялся в общем гуле. — Я для вас какая-то шутка?! — Да для них каждый здесь какая-то шутка! — мне досадно. Досадно, что нельзя врезать никому из этих.. не очень умных людей. Досадно, что я ЗНАЮ, кто предатель, но могу лишь убиваться по собственному такому всеразрушающему убийству. Досадно, что Фиолетовый сидит как ни в чем не бывало и строит озабоченное лицо. Досадно, что ЖИВЫЕ МЕРТВЫХ НЕ СЛЫШАТ. Лайм сидел не шевелясь. Подняв пустые глаза, парень без слов проголосовал за Коричневого. Безысходность. Самое ужасное чувство. Пауза. Пять за Лайма. Два за Коричневого. Один за скип. Парень замер, а потом просто закрыл глаза. Он не сопротивлялся, когда его подняли. Ничего не сказал, когда оказался в той самой комнате. Только грустно улыбнулся, когда Желтый подошёл к стеклу: — Это не ты.. я знаю, я уверен! — Это не он! Я тоже знаю! Почему-то за смерть Лайма мне было обидно больше, чем за свою. Да, он меня недолюбливал, но все же. — Жалко пацана, — Зелёный подошёл к Желтому. Я продолжил стоять на месте. — Ну почему они не могут вспомнить прошлое собрание?! Там ручаются за всех кроме Фиолетового, ну почему?! — Потому что никто не сможет, они слишком волновались. Держу пари, начнётся такая муть, что выкинут любого кроме него. Проход в открытый космос открылся, Лайм снял шлем. — Что он делает? — Не хочет мучаться, по-видимому. Запаса кислорода хватит на час, а так — две минуты и готово. Момент, помещение пустует, дверь с тихим лязгом захлопнулась. Желтый замер на мгновение, а потом быстрым шагом вышел из Столовой. Фиолетовый пошёл за ним. Остальные космонавты смотрели на удаляющееся тело. - Вот и все. — вздохнул, — Минус Лаймо… — КАКОГО ЧЕРТА?!!! -…вый, — закончил парень. — Плюс Лаймовый, — добавил я. Только что умерший шокировано смотрел на нас. — Ты не говорил, что те, кого выкинули, тоже становятся призраками. — Я и не знал, — Зелёный пожал плечами. Потом сочувствующе взглянул на космонавта, — Мне жаль. Лайм молчал. — Хей, ты живой? — я осекся. Дурак. — Ну, то есть.. — Это глюки, это просто глюки, — тихий шёпот, — у меня кислородное голодание, я ещё не до конца задохнулся. Бред, просто бред. Зелёный положил руку ему на плечо. Кстати, друг для друга мы вполне плотные, ну, то есть, осязаемые. Парень отшатнулся. — Бред, бред, бред… — Боюсь, это не бред. — Глюки… — Мне жаль, что тебя.. — Вот сейчас, сейчас я задохнусь… - ..выкинули. — Это все нереально! — нервный смешок. — Лайм… — Тебя не существует! — Лайм! — Замолчи!!! Дай мне спокойно умереть!! — ЛАЙМ!!! — на этот раз кричал я. — Ты УЖЕ умер!! Парень замолк, видимо, только что заметив меня, а потом прошептав севшим голосом: — Но., но ты.. ты.. ты погиб. в Медпункте… там.. там кровь и.. — Дада, я знаю, напоминать необязательно. Очнуться рядом с собственным трупом — такое себе доброе утро, — поймал испуганный взгляд. — Успокоился? — Господи, — закрыл лицо руками. — Зачем мне эти видения? Я просто хочу умереть. — Ты и так мёртв, — да, возможно, звучало жестко, но как ещё привести его в чувство, я не знал, — Лайм, не отворачивайся! Я — не видение, Зелёный — не видение, ты — не видение. Это реально. Как реально то, что ты задохнулся. На миг парень притих, но в следующую секунду всхлипнул. Нет, он не собирался рыдать, просто эмоции, в большинстве своём шок, должны были хоть как-то выйти наружу. — Я не верю.. — Я тоже не верил, — подошёл ближе. — Я тоже сидел над собственным трупом и не верил. Только перед этим пришлось вспомнить, что вообще произошло. — Ты.. тебя.. тебе.. — Вспороли живот. Да. Это называется «пришёл делать реагенты и решил поразмышлять вслух, кто предатель», — горький смешок, — самая бредовая идея в моей жизни. Да и последняя получается. — Но.. — Почему? Ах, да потому что Коричневый прав. Я понял. Понял ВСЛУХ. И он услышал. Некоторое время парень молчал, а потом тяжело вздохнул. — Почему вы до сих пор не исчезли? — Потому что мы не исчезнем. — Но.. я уже должен был.. умереть. — Ты умер, Лайм. Стал призраком, как и мы. Да, звучит бредово, но тем не менее это реально. Закрыл глаза. Сзади космонавты начали расходиться. Парень вздрогнул и повернулся. — Кто?.. — почти не слышно. — Может, попробуешь сам? — Скажи ему, — Зелёный не хотел мучить парня. — Он в шоке. — Кто?.. — Фиолетовый. — КТО?! — глаза расширились. — Серьезно?! — Да, — первый умерший хмыкнул. — Представь себе, как я удивился. — Н-но он же так испугался, когда. когда нашли.. — Прекрасный актёр, я считаю. Лайм пошатнулся. Зелёный тут же придержал его за плечо. — Хей, не отключайся. — Они.. они не догадаются.. они.. они ему доверяют.. — Согласен. — Скажи.. — посмотрел на меня, — скажи им.. Ты единственный знаешь.. Скажи им!!! Я вздохнул. — Знаешь, я не расстроился, когда умер. Не о чем грустить было, собственно. Я расстроился, когда понял, что призрак. Потому что живые мертвых не слышат. Парень поник. Но в следующую секунду ахнул и начал всматриваться в оставшихся членов команды. — Синий.. Красный.. Оранжевый.. где Фиолетовый?.. ГДЕ ЖЕЛТЫЙ?! Я тоже начал пересчитывать: — Черный есть.. Коричневый есть.. куда эти двое подевались? — Желтый.. он ушёл.. с Фиолетовым.. он ушёл с предателем! — космонавт заметался. — Нет, нет, нет! Он убьет его! Нам надо их найти! — Согласен, — Зеленый вздохнул. — Но помочь мы мало чем сможем. — Желтый! Нам надо найти Желтого! — неожиданно парень застыл, — он же совсем беззащитный.. он.. его же.. Не договорив, Лайм бросился в коридор. Мы, переглянувшись, кинулись за ним. Космонавту было плохо. Очень плохо. Ни Зелёный, ни я не восприняли свою смерть ТАК. Хотя, я не знал, что происходило с первым.. надо спросить. Но не сейчас. Необходимо найти не Желтого, а именно Лайма, который очень за него переживает. По какой причине мне неизвестно. Я хотел идти по «живому» маршруту, но Зелёный схватил меня за руку и потащил куда-то в сторону. — Ты что творишь?! — Мы призраки, забыл? — с этими словами парень ЗАШЁЛ в стену. Я застыл. В следующую секунду ИЗ СТЕНЫ показалась его ГОЛОВА, — ты идти собираешься? Точно.. мы ж того этого.. можем ходить СКВОЗЬ.. — Черт.. дада, иду, — мне опять стало интересно. Сглотнув, я с некоторой опаской последовал за ним. Шаг, зажмурился, приготовившись к любому исходу, ещё шаг, небольшое покалывание во всем теле и. все. Открыл глаза. Мы находились в О2. — Ну как? — Нормально, вроде.. только непривычно.. — Ничего, теперь так будет всегда. Точно. Всегда. АБСОЛЮТНО всегда. А вот и полное понимание факта моей смерти. Вовремя, однако. Отбросив эти мысли, я пошёл дальше. Есть дела поважнее. Какие? Найти Лайма, который вот вот с катушек съедет, а ещё помочь призраку Желтого, если того убьют. А кто, как и когда убил самого меня, как-то отходит на задний план. Ну убил и убил, чего бубнить то. — Слышишь? — Зелёный остановился. — А? Чего? — В Щитах, кажется. — Ну пошли тогда. На этот раз я сам подошёл к стене. От О2 до этих самых Щитов был довольно-таки большой массив материала. Ну и где, собственно инстинкт самосохранения? Я тут как собираюсь сквозь стены ходить. Но тот самый голосок молчал, выгнанный со своего места появившимся любопытством. Хотя, может у призраков и вовсе этого инстинкта нет? Ну, а от чего, скажите, им самосохраняться? От пылесосов?! Зажмурившись, я ВОШЁЛ. Тело немного закололо. Сделав несколько шагов, открыл глаза. К моему величайшему удивлению, вместо сплошной темноты металла, внутри которого сейчас нахожусь, вокруг была лишь.. пустота? Нет, скорее материал стал прозрачный, ибо сквозь него были видны соседние комнаты и коридоры. — Я б не задерживался, — мимо плавно проскользнул Зелёный, — колит все-таки. Парень был прав — в тело несильно впивались сотни маленьких иголочек. Терпимо, но неприятненько. Ускорив шаг, через несколько секунд я оказался, так сказать, вне. В Щитах, короче. С коридора выбежал Лайм. Ах, ну да, он же не знает.. все-таки плюс быть призраком был — перемещение становилось в несколько раз быстрее. — Желтый. — не обращая на нас внимание, парень подбежал к космонавту. Учёный стоял посреди комнаты, ни то тихо плача, ни то просто уставившись в одну точку. Одно сказать можно точно — он был подавлен. И ужасно сожалел. Мне стало жалко. И Желтого, самого младшего в команде, очень доброго и с тихим голосом, из-за которого его часто просто не слышат. И Лайма, обычно уверенного в себе, но сейчас печального не меньше сокомандника. Призрак остановился рядом с живым. — Желтый. Он не отвечал. Причина вам хорошо известна. Парень протянул руку, по-видимому, хотя привлечь к себе внимание, но прозрачная ладонь лишь прошла насквозь. Оба космонавта вздрогнули. Лайм от осознания, Желтый — от непонимания. Они ведь чувствуют нас. — Желтый. Все замерли. И три мертвых, и один живой. Какой знакомый голос. — Ф-Фиолетовый? — и так тихо, так ещё и дрожит. Все таки плакал. — Ты.. — Мне жаль, — посмотрел с вполне правдоподобным, но в корне фальшивым сочувствием. — Ч-что? — Лайм. я знаю, вы были очень близки. — Ах, да.. очень.. — губы дрогнули. Парень отвернулся, дабы скрыть нахлынувшие слёзы, — он был мне другом.. нет, братом… Лайм вздрогнул, убрав руку. Так вот почему он так волновался. — Желтый.. Желтый, беги! — с мольбой взглянул на ничего не подозревающего парня. — Пожалуйста, услышь меня! Беги!!! — Я могу помочь чем-то? — актёр хоть куда. — П-помочь? Чем?.. — Ну не знаю. — Не знаешь.. — закрыл глаза, — не знаешь? А вот, когда ты голосовал за него, знал! Когда никто не слышал, что я ручаюсь, знал! Хотя, нет, вы слышали все, вам просто наплевать!!! Резко развернулся. Ярость вперемешку с отчаянием. — Вам ведь абсолютно все равно на меня, верно?! Всем! Ой, какой-то мелкий, никому не нужный, Желтый. Подумаешь, малявка какая-то, пустое место! Зачем его слушать, зачем его замечать?! Давайте лучше наплюем на его слова и проголосуем за единственного, кто хоть как-то общался с ним! Кто всегда поддерживал его, кто всегда успокаивал! Кого он любит, как брата, кто действительно важен для него! Это ведь только Желтый! Ладони сжались в кулаки, глаза пылали. Обычно доброе лицо сейчас исказилось до неузнаваемости. — Если я умру, всем будет плевать! Если меня убьют, вы опять поспорите немного, а потом выкиньте первого попавшегося! И знаешь, я буду рад! Очень рад, что кто-то из вас окажется на месте Лайма. Что он почувствует это на своей шкуре. Ох, моему счастью не будет предела! Я хочу умереть! Где Чертов предатель?! Может это ты?! Так убей меня!!! Я буду только рад! Из глаз Желтого покатились слёзы, но он продолжал с вызовом смотреть на немного ошарашенного Фиолетового. НЕМНОГО ошарашенного, потому что другую часть его эмоций занимала злость. Хорошо скрытая за маской, но злость. — Он сказал, кто предатель, — Зелёный замер. — Его.. он сейчас его.. — я не договорил, вспомнив свою смерть. — Желтый! — Лайм кричал, но лишь в пустоту. Живые не услышат. — Уходи! Желтый, миленький, пожалуйста! Уходи, пожалуйста, пойми меня! Ну почему, ну почему ты не слышишь?! Желтый! Фиолетовый двигался по направлению к космонавту. Тот не лишь улыбнулся, продолжая плакать. — Ну давай, ну давай, убей меня! Они все равно ничего не узнают! Это ведь ты! Правда же? А может и не ты — мне все равно! Просто убей, без разницы как! Я не хочу опять оставаться в одиночестве! Я не хочу! Я не хочу!!! Движения предателя слишком уж напоминали мое убийство. Только вот не было усмешки. Шаг, подошёл ближе. Шаг, Лайм закричал, но тщетно. Шаг, губы Желтого растянулись в сумасшедшей улыбке. Он готов умереть.