Интеллектуал: DC/Марвел

Репортеры с нетерпением ждали следующих гостей и, увидев их, буквально ахнули от удивления. Из подъехавшей машины вышли двое мужчин. Их имена были известны каждому, кто хоть немного интересовался миром кино и медиа. Глава крупнейшей транснациональной медиакорпорации «The Karter Peres Company» — сам Картер Перес и знаменитый режиссер — Тревис Смит. Их появление вызвало настоящий шок. Все знали, что они являются прямыми конкурентами компании «Alritex Entertainment». Их фильм «Погоня», премьера которого состоялась два дня назад, был признан главным соперником «Матрицы», поскольку оба фильма должны были выйти в широкий прокат в один и тот же день. Многие ожидали, что между двумя проектами развернется настоящая битва за зрительское внимание и кассовые сборы. *** Картер Перес шагал по красной ковровой дорожке с непроницаемым, будто высеченным из камня лицом, — но внутри него в этот момент бушевала буря эмоций. Эмоций гневных, удерживаемых с большим трудом. Он, король Голливуда, человек, который правит киноиндустрией не один десяток лет, пришел на премьеру фильма своего главного соперника — Алекса Рита. Соперник — это даже звучит смешно! У Картера Переса, олицетворения всего Голливуда, не бывает соперников, есть только мешающиеся под ногами жалкие плебеи. Алекс Рит — один из них. Оборванец, вышедший из бедноты и вообразивший себя высшим обществом, лишенный всяких манер, не умеющий проявлять никакого уважения к старшим коллегам. Он занозой засел в голове Переса и сделал его разум беспокойным. Этот выскочка бросил вызов самой системе и за считанные месяцы взялся перекраивать то, что Картер создавал десятилетиями. «Alritex Entertainment», как вирус, захватывал всё новые и новые сферы индустрии развлечений, которые раньше безраздельно принадлежали Пересу. И вот теперь этот фильм, «Матрица», должен был стать очередным ударом по его империи, очередным доказательством того, что его власть больше не абсолютна. Картер зло сжал кулаки, имея при этом бесстрастный вид. Он знал, как важно сохранять лицо перед камерами. Никто не должен был догадаться о его истинных чувствах, о том, как трещинами идут стены тщательно выстроенного им мира. Перес никогда не забывал, как пришел к тому, что у него есть сейчас. Как он, молодой и амбициозный, появился на пороге Голливуда с мечтой изменить индустрию, но мечты разбились о суровую реальность. Он валялся на обочине, без денег, без связей, без всякой надежды начать всё сначала. И тогда он встретил того загадочного человека, который изменил всё. -Чего ты желаешь больше всего?- спросил незнакомец насмешливо, будто глумился над его горем. -Я хочу встать во главе Голливуда,- ответил тогда Картер, не задумываясь. Ему было плевать на насмешки, он был зол и несчастен. Сейчас он уже и сам не понимал, как после того дня всё для него изменилось. Как у него вдруг появились деньги, связи, возможности. Быть может, неизвестный благодетель открыл ему двери, которые раньше были наглухо закрыты, или это была удача, которая наконец улыбнулась ему. Так или иначе, он сделал это — стал королем, который диктовал правила. Поэтому он не собирался просто смотреть, как мальчишка, дерзнувший покуситься на его место, делает всё, что ему вздумается. Картер не был тем, кто позволял к себе подобное неуважение. Каждый раз, когда появлялся талантливый, инициативный, идейный и, что хуже всего, неподконтрольный человек, угрожающий его власти, Перес всегда предоставлял тому только три пути: подчиниться и работать на него, не отсвечивать слишком сильно и ходить с низко опущенной головой или — исчезнуть. Все, кто осмеливался в его присутствии прыгать выше головы, безжалостно подавлялись. Зачастую таких наглецов ждал ужасный конец. Их карьеры рушились, имена стирались из истории, мечты превращались в прах, а некоторых и вовсе находили покончившими с собой. Единицы с риском для жизни отваживались говорить о том, что безжалостное правление Картера Переса и его жестокие методы — вот истинная причина того, почему индустрия развлечений находится в столь плачевном состоянии. Его власть, построенная на страхе и контроле, душит творчество, подавляет инициативу и превращает искусство в конвейер, где главное не качество, а прибыль. Алекс Рит тоже должен был пасть жертвой его гнева, но что бы он ни предпринимал, у него ничего не получалось. Каждая попытка оборачивалась провалом. История с демонами всё еще отдавала в голове Картера ноющей болью. Рит тогда не только сдержал натиск, но и смог хитро использовать нападение демонических тварей в свою пользу, превратив трагедию в мощный маркетинговый ход. Перес всякий раз приходил в раздражение, когда вспоминал, что Рит сделал это практически за его счет. Тогда он попытался задействовать свои обширные связи в политических кругах, чтобы надавить на Алекса, но и здесь его ждало разочарование. Оказалось, что за спиной этого, казалось бы, ничем не примечательного мальчишки стоят люди, перед которыми даже он, Картер Перес, не смеет высоко поднимать голову. Это открытие не только шокировало его, но и разозлило до глубины души. Вдобавок ко всему, Рит задумал заручиться поддержкой мэра Лос-Анджелеса DC, пообещав предоставить городу первые пять капсул нашумевшей «Колыбели регенерации». В Городе Ангелов у Переса было самое большое влияние, а Рит намеревался отобрать это у него. Значит, несносного плебея нужно было убрать. Ради этого Перес обратился к своему старому знакомому, к генералу Дрейкову. Они познакомились много лет назад, когда в России открывался филиал «The Karter Peres Company», и уже вполне могли бы зваться друзьями, если бы оба не считали, что друзей не бывает. Перес знал, что Дрейков за человек. Жестокий, расчетливый и беспринципный, он обладал своеобразными идеалами, которые Картер в какой-то мере разделял. Именно поэтому он помогал генералу в его темных делах, находил для его «экспериментов» здоровых девочек. Делал он это не из личной симпатии, а чтобы получить от Дрейкова определенные услуги: практически всю грязную работу Переса выполняли люди генерала. Они же должны были разобраться и с Ритом, но Дрейков посчитал заказ не срочным и отложил его исполнение до урегулирования своих безотлагательных дел. Картеру было важно убрать Рита до премьеры «Матрицы», но, к его удивлению, Дрейков перестал выходить на связь. Это было странно и тревожно. Такого раньше никогда не случалось. Беспокойства добавило и последнее сообщение от генерала, в котором говорилось, что в его заброшенную киностудию в Санкт-Петербурге нагрянули неизвестные и обнаружили тайный подвал, где он когда-то держал похищенных. Перес чувствовал, что случилось нечто серьезное. Его нервы были на пределе. Если темная сторона его деятельности станет достоянием общественности, это нанесет по нему и его компании сокрушительный удар. За неимением возможности выяснить, почему Дрейков не выходит на связь, он решил не предпринимать поспешных действий, а сосредоточиться на премьере нового фильма своей компании, на который делал большую ставку. Производственный бюджет проекта составил 370 миллионов долларов, еще 200 миллионов долларов ушло на маркетинг, что в сумме превысило полмиллиарда долларов. Именно «Погоня» Тревиса Смита должна была растоптать Алекса Рита, посмевшего сказать, что киноиндустрия нуждается в изменениях. Сказать такое — всё равно что заявить на весь мир о намерении скинуть короля с трона. Перес был уверен, что его высокобюджетная картина не проиграет фильму, производство которого обошлось всего в 90 миллионов долларов. Он не собирался уступать своему противнику даже в том, что касалось грандиозности первого показа, поэтому организовал самую масштабную кинопремьеру в истории Голливуда. Пригласил буквально все крупные СМИ страны, всех кинозвезд первой величины и популярных музыкальных исполнителей. Красная дорожка была усыпана именами, которые сами по себе привлекали внимание миллионов. В «Погоне» сыграли самые популярные звезды, его снимал один из лучших режиссеров мира, над ним работали первоклассные мастера по визуальным эффектам — успех был гарантирован. «Погоня» обещала быть самым кассовым хитом и похоронить под собой снятую абсолютными новичками «Матрицу». Картер трижды посмотрел творение своей компании и остался доволен. В его качестве он не сомневался ни на секунду. Втайне он лелеял надежду, что на премьеру его фильма явится Алекс Рит. Он представлял, как тот сидит в зале, мрачнея с каждой минутой, а затем уходит, поникший и раздавленный, осознав простую истину: ему никогда не переплюнуть «Погоню». Рит на премьеру не явился, что не стало для Переса неожиданностью. Однако он не знал, что такое желание у Рита было, а не пришел он только потому, что в России его задержали безотлагательные дела, и он был этим даже немало расстроен. Премьера «Погони» прошла, как и планировалось, с большой помпой и размахом, но этого Пересу было недостаточно — он хотел испортить премьеру врага и велел своим людям распространить в Голливуде слух о том, что звезды, которые появятся на первом показе «Матрицы», попадут к нему в немилость. Он прилетел в Аниану с абсолютной убежденностью, что контролирует ситуацию. А то, что Рит организовал показ не в Голливуде, а в маленьком королевстве Восточной Европы, только укрепило эту убежденность. Разве стал бы Алекс ехать в непримечательную страну, если бы не боялся его власти? Нет. Значит, он признает силу короля Голливуда. Эта мысль польстила Пересу. Из-за всевозможных слухов и убежденности в том, что Алекс Рит и Картер Перес фактически находятся в состоянии войны, увидеть на премьере «Матрицы» владельца «The Karter Peres Company» никто не ожидал. Но у него было немало причин оказаться здесь. Его нахождение на кинопоказе послужит весомым аргументом на случай, если журналисты зададут неудобный вопрос: правда ли, что он запретил звездам посещать премьеру «Матрицы». Таким образом, он сможет с легкостью отмахнуться от обвинений, заявив, что это не более чем сплетни, призванные очернить его репутацию. Ведь если он сам присутствует на премьере, то почему другим нельзя? Это был тонкий ход, позволяющий ему сохранить лицо и одновременно подчеркнуть свою мнимую беспристрастность. Кроме того, Перес хотел продемонстрировать, что не боится предполагаемого успеха «Матрицы», что он выше этой «детской игры», как он любил за глаза называть деятельность Алекса Рита. Он намеревался предстать перед публикой в образе мудрого, уверенного в себе лидера, который не опускается до мелких интриг и готов оценить работу конкурента с холодной головой. Это был жест, призванный подчеркнуть его превосходство и опыт. Ради этого он даже привел с собой режиссера «Погони», Тревиса Смита. Однако, всё это не исключало того, что Перес жаждал лично увидеть фильм, который мог стать угрозой для его империи, хотел собственными глазами оценить, что из себя представляет «Матрица» и насколько она опасна. Для него это было не просто праздное любопытство, а необходимость. Он привык контролировать всё, что происходит в индустрии, и появление Алекса Рита с его амбициозным проектом выбивало его из колеи. И, конечно, его интересовала сама премьера. Он хотел увидеть, как пройдет этот вечер, кто из знаменитостей осмелится появиться на красной дорожке, несмотря на его негласный запрет. Королевская чета его не особо удивила — он и так предполагал, что монаршие особы могут появиться на премьере. А вот Человек-Факел оказался неожиданностью. Джонни Шторм, член знаменитой на весь мир Фантастической Четверки, не просто гость, а ведущий красной дорожки? Этот факт вызвал в Картере раздражение, но он, как всегда, умело скрыл свои эмоции за маской бесстрастия. -Картер Перес и Тревис Смит!- пропел Джонни Шторм, изображая ироничное удивление.- Ну что, друзья, вот это я понимаю — настоящий сюрприз! Камеры начали щелкать с удвоенной частотой, а репортеры буквально вываливались за низкие ограждения, пытаясь поймать каждое слово и каждый жест неожиданных гостей. -Ваше присутствие здесь, мягко говоря, неожиданно,- признался Джонни с ослепительной улыбкой.- Что привело вас на премьеру фильма, который, как все знают, является конкурентом вашего проекта? Картер заставил себя улыбнуться. Его голос звучал ровно и уверенно, как всегда, когда он говорил с публикой. -Кино — это искусство,- начал он, слегка разводя руками, как бы подчеркивая свои слова.- И как ценители этого искусства, мы с Тревисом не могли пропустить такое событие. «Матрица» — это проект, который уже вызвал огромный резонанс, и нам было интересно увидеть его собственными глазами. Конкуренция — это хорошо, она двигает индустрию вперед,- он сделал паузу, давая понять, что его слова не просто формальность.- Кроме того, кто знает, может быть, после сегодняшнего вечера мы найдем основание для сотрудничества. Тревис Смит, стоявший рядом, кивнул в знак согласия и добавил, стараясь звучать искренне: -Мы здесь не как конкуренты, а как коллеги. Алекс Рит — талантливый молодой человек, и я очень хочу посмотреть на результат его работы. Стоило Тревису назвать Рита «талантливым» и «молодым», как у Переса всё внутри сжалось от гнева, но он умело подавил эти эмоции и продолжил улыбаться. В этот раз улыбка вышла слегка натянутой. Джонни Шторм продолжил: -Ну что ж, я думаю, это замечательно, когда конкуренты могут так по-дружески поддерживать друг друга. Господин Перес, господин Смит, спасибо, что пришли. Ради такого революционного фильма и впрямь стоило прийти!- заключил он, будто нисколько не сомневался в революционности «Матрицы». Глаза Картера холодно блеснули. -Как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать,- сухо прокомментировал он. Джонни рассмеялся, явно наслаждаясь моментом, и жестом пригласил их пройти дальше.