Интеллектуал: DC/Марвел

Артемида — одна из сильнейших амазонок Темискиры не только по боевым навыкам, но и по физической силе. Сильнее нее здесь, на Райском острове, разве что только Диана и королева Ипполита. Но даже ее умений и мощи недостаточно, чтобы представлять для меня реальную угрозу, хоть мне и стоит быть с ней поосторожней. Оказавшись на засыпанной песком арене, я материализовал в руке меч из сплава ориона, сверкающий, как обсидиан, и приготовился к занимательному спаррингу. На трибунах пробежал шепот удивления. Наверное, девушки ожидали, что я возьму оружие со стенда, где висели не только всевозможные мечи, копья и топоры отменной ковки, но и восхитительной красоты асписы — круглые выпуклые щиты с греческим орнаментом и изображениями битв. За щит, вероятно, я должен был хватиться, по их мнению, в первую очередь, но я взялся за меч, к тому же за свой, вытащенный из ниоткуда. Впрочем, их изумление длилось недолго. В конце концов, я уже показывал им власть над льдом, да и магия для воительниц Темискиры не была чем-то невиданным. Они быстро затихли, предвкушая незабываемое зрелище. Спарринг начался. Точнее сказать, начался настоящий бой, потому что Артемида не собиралась сдерживаться. Она ринулась в атаку, как разъяренная, но за ее яростью скрывался холодный расчет. Это было не слепое бешенство — это был идеально контролируемый напор, стиль, созданный для того, чтобы сломить противника с первых же секунд. Я блокировал удары, полагаясь на превосходящую скорость и рефлексы, и поначалу мне это легко удавалось. Но очень скоро я понял, что она сражается не в полную силу. Каждый ее выпад, каждый взмах меча — всё это часть продуманной стратегии. Она уворачивалась, кружилась, наносила и встречала удары, изучая меня, внимательно наблюдая за каждым движением моих мускулов, выискивая слабые места и уязвимости, как хищник, выслеживающий добычу. И в один момент инициатива полностью перешла к ней. Ловким движением она обошла меня сбоку. Лезвие клинка блеснуло на мгновение в воздухе и с убийственной точностью полоснуло меня по спине. Трибуны ахнули. Вот сейчас я должен был пошатнуться и, хватая ртом воздух, повалиться на землю, залитый собственной кровью. Но ничего этого не произошло. Меч не смог даже разрезать мою одежду. Справедливости ради, рубашка и брюки на мне были не просто одеждой, а броней из вибраниума в повседневном стиле. В глазах Артемиды отразилось удивление и любопытство. -Как ты…- пораженно слетело с ее губ, но она ту же осеклась. Секундное замешательство сменилось яростью. Девушка отказывалась верить, что ее идеальный удар не смог меня ранить. Без лишних слов она вновь бросилась вперед. Ее меч сверкал, описывая в воздухе смертоносные дуги. Мастерство рыжей воительницы было впечатляющим. Амазонки Темискиры оттачивали свое боевое искусство тысячелетиями, и Артемида была живым воплощением этой традиции. Победить ее, полагаясь только на свои навыки фехтования, было невозможно. Наш спарринг продолжался, и удары девушки становились всё точнее и сильнее. Казалось, ее меч вот-вот достигнет свою цель — пробьет мою защиту. Но броня всякий раз демонстрировала непроницаемость. Артемида постепенно начинала терять терпение. -Этого не может быть!- не вытерпела она. Ее грудь бурно вздымалась, в глазах пылало возмущение.- Что это за одежда? Почему мой меч не видит крови? Я наклонил голову и с невинным видом спросил: -Что? В чем дело? А, ты про мою броню?- провел я рукой по белоснежному рукаву. -Броня? -Знаю, он так не выглядит, но это мой защитный костюм. Он состоит из наноботов, способных принимать любую форму. А главное — сделан из вибраниума. -Вибраниума?- повторила она, сжимая рукоять меча так, что костяшки ее пальцев побелели. -Металл, поглощающий вибрации. Любая кинетическая энергия растворяется в нем, как капля в океане. Я ожидал вспышки гнева, обвинений в нечестности, требований немедленно снять броню. Но ничего этого не последовало. Ни она, ни амазонки на трибунах не выразили ни малейшего протеста. Ни одна не стала поливать меня грязью за использование защитного костюма, который давал мне очевидное преимущество. Все они — воительницы, и для них нет понятия «нечестный бой». В настоящей схватке нет правил, есть только победа или смерть. Противник может использовать любое оружие, любую хитрость, любую защиту — и никто не вправе осуждать его за это. Потому что мертвые не осуждают. Однако я не собирался проводить весь бой в броне. Поскольку свою функцию она уже выполнила, я приступил к следующему этапу развлекательного шоу. -Прошу прощения,- извинился я перед Артемидой и всеми амазонками.- Такая нерушимая и непробиваемая броня,- намеренно подчеркнул я эти слова, чтоб воительницы запомнили,- дает мне неоспоримое преимущество. Я сниму ее, чтобы бой получился честным. -Мне не нужны уступки!- раздраженно рявкнула Артемида и с презрением бросила:- Не могу пробить броню, так отсеку тебе голову!- Она явно восприняла мои слова как оскорбительную снисходительность. В ответ на ее угрозу я немедленно полностью окутался в защитный костюм и следующие несколько секунд стоял с головы до ног облаченный в непробиваемую броню. На трибунах зашептались: как можно победить противника, который, как черепаха, прячется в несокрушимом панцире? Теперь угроза Артемиды — «так отсеку тебе голову!» — звучала почти комично. -Еще раз извините. Прошу прощения,- нарочито виновато пролепетал я, вызывая смех.- Я сейчас же сниму этот костюм. Наноботы, как колония проворных муравьев, начали послушно стекать вниз, собираясь в ремень на поясе брюк. Две секунды спустя я уже стоял на арене амазонского амфитеатра перед тысячами воительниц — с голым торсом. Сделал ли я это намеренно? Разумеется, да! Мое совершенное тело с идеально очерченными мускулами было освещено ярким солнцем как произведение искусства. Широкие плечи, красиво накаченные грудные мышцы, рельефный пресс — всё это теперь было выставлено напоказ перед тысячами глаз, не видевших мужского тела вот уже пять тысячелетий. Сколько бы амазонки ни заявляли, что презрели мирские слабости, что мужчины для них — ничто, они всё же оставались женщинами. Крайне неудовлетворенными женщинами. Восхищенные глаза на взбудораженных лицах разглядывали меня бесстыдно и не отрываясь. Было очевидно, что представление им нравится. Прямо на арене высокий молодой мужчина устроил им шоу с раздеванием. Уверен, для многих это зрелище было куда более захватывающим, чем все гладиаторские бои за всю историю этого колизея вместе взятые. Я раскинул руки в стороны и, сверкая широкой улыбкой, медленно повернулся на месте, чтобы каждая могла рассмотреть мужское тело во всех деталях. Уверен, у них невольно промелькнула мысль, что я сложен как Аполлон. Восторженный визг смешался с воплем возмущения. Ярые мужененавистницы, должно быть, чувствовали себя оскорбленными. Амфитеатр рокотал, щеки вспыхивали, широко распахнутые глаза возбужденно горели, ладони прикрывали раскрытые от удивления рты. Ни одна не отвела взгляда. Мгновение Артемида стояла передо мной смущенная и очарованная, но в следующий же миг негодующе скривила лицо и обвинила меня в непристойном поведении. Зеленые глаза скользили по голому телу, кажется, против ее воли. Она яростно зажмурилась. -Я всего лишь убрал броню,- невинно произнес я.- Теперь всё честно, мы можем продолжать наш спарринг. Рыжая бестия, видимо решив, что теперь-то уж точно окропит свой меч моей кровью, бросилась на меня с небывалой свирепостью. Я отвечал на натиск сдержанным спокойствием, словно бы не замечая ее яростных атак. Из-за разницы в навыках ее клинок вновь нашел лазейку в моей защите: молниеносный рубящий удар обрушился на левое плечо, острие скользнуло вниз, от ключицы до пупка. И опять никакой крови. Артемида застыла, в упор глядя на тонкую, едва порозовевшую полосу. Ее меч не смог даже рассечь кожу. На этот раз не было оправданий в виде брони, я был обнажен, но всё же мое тело отказалось подчиниться стали. Неуязвимость Люка Кейджа, мощь короля ледяных великанов Лафея, высокая характеристика Выносливости, немного магии, щепотка демонической и божественной энергии для укрепления тела, и вуаля! Физическая стойкость всегда была моей сильнейшей стороной! Совладав с очередным удивлением, девушка сделала резкий выпад и ударила меня острием в бок. На этот раз я не уклонился, остался стоять с мечом в руке, беззаботно скаля зубы. Лезвие скользнуло по коже, не оставив и царапины, несмотря на всю вложенную в удар силу. Как амазонка, Артемида обладала мощью, превосходящей человеческие пределы, она была даже сильнее Капитана Америки, но против меня этого было недостаточно. Амазонки замерли в немом изумлении, наблюдая за беспомощностью своей сестры. Всё их мастерство, все отточенные веками техники оказались бессильны. До этого момента я лишь защищался, но теперь пришло время атаковать. Я ускорился, вкладывая в удары куда больше силы. Артемида уворачивалась, ее навыки превосходили мои, и даже при меньшей скорости она ловко избегала атак, но блокировать их ей становилось всё сложнее. Дело было не только в моей возросшей мощи. Вес моего меча изменился. И она это почувствовала. Парировать, когда атакуют оружием, вес которого сравним с весом крупного авиалайнера, может быть слегка затруднительно. И вот, не сумев увернуться, Артемида отчаянно подставила меч в попытке заблокировать удар. Ее клинок не выдержал. Со звоном переломился пополам. А сама воительница отлетела на несколько метров, сбитая невероятной кинетической энергией удара. -Оружие Темискиры — лучшее в мире!- крикнула Артемида, поднимаясь, и вперила округленные глаза на обломки своего оружия.- Наши кузнецы ковали мечи тысячелетиями. Каждый клинок безупречен. Их острота режет железо, а прочность не знает равных. Как твой меч смог сломать оружие Темискиры?! Отчего-то в ее голосе звучал скорее упрек, чем удивление. Я притворно смутился: -Эм-м, не знал, что это так тебя заденет. Прости, я не хотел ломать твой меч. Вот,- протянул я ей свой,- возьми мой в качестве извинения. Он сделан из сплава ориона. Поглощает вибрации как вибраниум, и его практически невозможно сломать из-за устойчивости адамантия. А еще он умеет принимать до семи различных форм оружия, включая боевой топор. Я сменил форму меча на привычное для Артемиды и аккуратно бросил его на землю. Топор, вонзившись в грунт, поднял облако пыли — свидетельство его колоссального веса. Артемида подошла, завороженно глядя на оружие. Гордость боролась с любопытством. Поколебавшись недолго, она схватилась за рукоять и попыталась поднять, но не смогла: масса оказалась слишком велика. Стоит отметить, что я уменьшил вес ориона до двадцати пяти тонн. Всё-таки Артемида не Диана и вряд ли может поднять груз выше ста тонн. Не желая мириться с тем, что она не в силах поднять вес, который осилил какой-то мужчина, рыжая воительница в ярости стиснула зубы, напрягла мышцы и предприняла еще одну попытку. Во второй раз она таки смогла покорить топор, прекрасно понимая при этом, что размахивать им в бою не сможет. Слишком непрактично и энергозатратно. Она метнула в меня возмущенный взгляд, мол, ты предложил свое оружие в качестве извинений, зная, что я не смогу применять его в бою. -Не страшно, если он для тебя слишком тяжел,- улыбнулся я.- Вес можно отрегулировать. Я могу уменьшить массу до пяти тонн или до тонны. Это универсальное оружие, которое можно настроить под себя! Я уже говорил, что его невозможно разрушить? Я принялся с жаром нахваливать орион, можно сказать, презентовать его потенциальным клиентам. Воинственные амазонки, для которых сражение — смысл жизни, а надежное оружие — залог победы, чуть не повываливались из трибун, желая разглядеть чудо-оружие получше. Ни один клинок, выкованный пусть даже лучшими кузнечными мастерами Темискиры по секретным технологиям самого Гефеста, не сможет сравниться с изделием из ориона. Пока Артемида пыталась разобраться в управлении новой игрушкой, а я в красках описывал, что из себя представляет этот уникальный сплав, на королевское ложе амфитеатра поднялись королева Ипполита и ее дочь Диана. Надменно вздернув подбородок, правительница Темискиры окинула взглядом арену: я всё еще стоял с голым торсом, а потрепанная Артемида — с новым боевым топором. -Я собрала вас, чтобы объявить,- величественным тоном обратилась Ипполита ко всему колизею.- На наш остров попали двое из внешнего мира. Один из них — мужчина. Он перед вами. Вчера мы их допросили и убедились, что они не представляют угрозы. Поэтому мы должны вернуть их… -Ваше высочество!- дерзко прервал я ее, догадавшись, что она хочет сказать.- Прежде чем вы объявите свое решение, я бы хотел поговорить с вами. У меня есть предложение, которое вас заинтересует. Она помолчала, смотря мне прямо в глаза, а затем непреклонно объявила: -Всё это время мы жили в стороне от дел внешнего мира, так будет и впредь. Ну вот, ответила отказом, даже не выслушав мое предложение. -Мир изменился, королева,- не желал я сдаваться.- Больше вам не удастся прятаться в своем острове. Грядут страшные события, которые затронут всю планету, и даже Темискира не останется в стороне. Вам предстоят сражения, и жертвы будут неизбежны… -Одолев Артемиду, ты решил, что мы слабы?- повысила она тон.- Амазонки никогда не бежали от боя! И если враг явиться на наш остров, мы встретим его с мечами и щитами! -Мама, я хочу сразиться с ним,- громко и решительно заявила Диана.- Я покажу ему силу, храбрость и боевую доблесть амазонок! Красивые слова, вот только не совсем правдивые, ибо принцесса хочет не силу показать, а поучаствовать в сражении с мужчиной из внешнего мира. Для нее, той, кто не дрался ни с кем, кроме своих сестер, это уникальная возможность, которая больше может и не представиться. Ипполита ответила не сразу, будто боролась с желанием отказать дочери. Но всё же решившись, достала из ножен свой меч и протянула его Диане: -Возьми мой меч,- сказала она тихо.- Желаю тебе победы, и… будь осторожна.