Интеллектуал: DC/Марвел

Я взлетел. На ясном небе мерцала густая россыпь звезд. Неестественно большая серебристая луна висела над океаном, дрожа в водах залива, где приливные волны с глухим рокотом разбивались о скалистый берег, рассыпаясь миллионами алмазов. Я спланировал на крышу одной из самых высоких башен королевского дворца и, усевшись на сохранившую дневное тепло черепицу, окинул взглядом ночной город. С высоты казалось, что Темискира соткана из тысяч огней. На фасадах домов и балконах горели миниатюрные масляные светильники; в храмах, на городских воротах и дворцовой площади огромные факелы взметали в темноту красные языки пламени; над улицами тянулись гирлянды магических фонариков, очень похожих на китайские, только эти сияли теплым желтым светом. Воздух дышал уже знакомым запахом моря и леса, смешанным с дымом жаровен, на которых амазонки готовили поздний ужин. На узких улочках и широких проспектах показались девушки, вышедшие на прогулку. Одни были в доспехах, их мечи, касаясь бедер, мелодично позвякивали. Другие – в белых и нежно-голубых хитонах, удобных как для тренировок, так и для отдыха. Где-то вдалеке слышался звон клинков — вероятно, ночные тренировки неугомонных амазонок. Из таверн и чайных домов, расположенных в центре города, доносился веселый смех и звон кубков. Здесь воительницы отдыхали после долгого дня, споря и делясь друг с другом историями. Зинда стала завсегдатаем этих заведений. Амазонки ее очень полюбили, каждый вечер они собирались вокруг ее, как вокруг костра, и завороженно слушали рассказы о внешнем мире: о людях и быте, о героях и войнах, о технологиях и развлечениях, о том, как уживаются рядом мужчины и женщины. С каждым днем отношение амазонок ко мне менялось. Всё меньше становилось тех, кто сторонился, и всё больше тех, кто находил мое общество приятным. Многие сами со мной заговаривали и приглашали на посиделки или совместный сбор урожая, с радостью соглашались научить меня гончарному или кузнечному ремеслу амазонок и искренно дивились тому, как легко и быстро у меня получается всё освоить. С моим появлением на острове их жизнь стала ярче, и некоторые пусть тихо, но отваживались это признать. Не отпуск, а идиллия! Увы, кратковременная… Сегодня я узнал две вещи: первое — спокойный отдых на острове мне только снится, второе — Ипполита не верит в любовь. Если первое я воспринял как само собой разумеющееся — с моим-то везением! — то второе меня весьма поразило, поскольку амазонки поклоняются Афродите, Богине Любви и Красоты. Я бы еще понял скепсис Ипполиты, если бы она презирала Афродиту так же, как презирает Зевса. Но нет. Когда во время наших тренировок речь заходила о богах Олимпа, королева неизменно говорила о Богине Любви с уважением и благодарностью. Было видно, что она питает к ней явную симпатию. Более того, Афродита — одна из самых, если не самая почитаемая олимпийская богиня среди амазонок. И потому слова королевы о том, что она не верит в любовь между мужчиной и женщиной, прозвучали для меня так же, как если бы христианин сказал, что не верит в Иисуса. Размышляя об этом, я пришел к выводу, что она не верит в любовь, потому что даже Афродита не может заставить кого-то полюбить, ибо это уже будет вмешательством в свободу воли, а это противоречит изначальному замыслу ТОАА и Присутствия. Богиня Любви может насылать влечение, страсть, желание, но не ту глубокую, всепоглощающую любовь, о которой люди думают, когда слышат это слово. Правда, Афродита черпает силу из настоящей любви, как, например, Арес черпает силу от войн, но это уже не вмешательство, а принятие, и здесь законы мироздания более гибки. И вообще, о какой любви может идти речь, если сами олимпийцы — Зевс, Посейдон, Аид да и сама Афродита — давно превратили это слово в словоблудие? Их страсти мимолетны, клятвы лживы, а чувства непостоянны, проще говоря, олимпийцы не пример для подражания. Ипполита не солгала, сказав, что никогда не видела любви между мужчиной и женщиной. Где там, среди маститых гуляк и распутств, любовь разглядеть и в нее поверить? Но я знаю: любовь существует. И я хочу, чтобы королева ее увидела и почувствовала. Однако прежде мне предстоит разрушить любовь Персефоны, хотя я не уверен, любовь ли это у нее или просто стокгольмский синдром, или еще проще — отсутствие выбора. Обычно я не вмешиваюсь в чужие отношения, это противоречит моим принципам, но здесь особый случай. Во-первых, они не встречаются. Персефона пока не освободила Ареса, а значит, не согласилась быть с ним. Я считаю так: если между людьми еще нет отношений, значит флирт не запрещен. Во-вторых, такая «любовь» принесет Персефоне только горечь и раскаяние, а не счастье, на которое она рассчитывает. Когда иллюзии рассеются, она поймет, какую чудовищную ошибку совершила, предав сестер, и этот груз будет давить на нее вечно. Поэтому я не могу допустить, чтобы ошибка была совершена. И в-третьих, от этого зависит судьба всего мира, так что я должен действовать! Мне нужно показать Персефоне, что значит настоящая любовь, чтобы она поняла: ее привязанность и чувства к Аресу не более чем самовнушение, вызванное тысячелетней изоляцией и отчаянной жаждой взаимной симпатии со стороны единственного мужчины. С одной стороны, можно подумать, что у Бога Войны слишком большое преимущество и я обречен получить отказ. К чему бы Персефоне выбирать меня, мужчину, которого она едва знает? Мы знакомы с ней меньше девяти дней, а это для амазонок всё равно что миг в масштабах их долгой жизни. Но с другой стороны, из Ареса ловелас, как из меня женоненавистник. Глядя на его «успехи», нельзя не посмеяться. Он уже пять тысячелетий охмуряет Персефону, и только сейчас заметен какой-то прогресс. Серьезно, там, где он учился, я бы даже не преподавал, ибо это не стоит потраченного времени. Не удивлюсь, если первую тысячу лет он осыпал ее угрозами, а всю вторую — извинялся и оправдывался за сказанное ранее. В общем, соперник из него такой себе, но тем не менее проблема есть, и она в форе, которая у него весьма серьезная. Но я всё равно собираюсь выиграть сражение за сердце Персефоны, потому что она заслуживает настоящего счастья, а не подобия на него, как ей предлагает Арес. Эх, не могу я пройти мимо, когда девушке нужна помощь! Если бы я решил пойти по легкому пути и сдать Персефону Ипполите, то ее жизнь как амазонки была бы закончена. Вряд ли бы ее посадили в темницу или казнили, ведь она не успела ничего совершить, но доверие сестер было бы для нее потеряно навсегда. Она превратилась бы в изгоя и взялась бы винить себя за то, что намеревалась освободить Ареса, хоть и не успела этого сделать. А возможно, обозлилась бы на сестер, королеву и меня за то, что мы лишили ее воображаемого счастья с возлюбленным, и всю жизнь утопала бы в собственной ярости. Мне даже думать об этом больно! Я должен во что бы то ни стало завоевать сердце Персефоны, чтобы она получила взаимную любовь, как того и желает. Только как это сделать — вот в чем вопрос! Первый шаг очевиден: нужно огородить ее от Ареса, чтобы она проводила как можно меньше времени в его обществе и как можно больше в моем. Но как этого добиться? К тому же мне мало завоевать сердце одной Персефоны, нужно придумать план по покорению всего острова, то есть всех живущих на Темискире амазонок! Армия из десяти тысяч суперсолдат, причем сногсшибательно красивых, что немаловажно, слишком лакомый пирог, чтобы не попытаться прибрать к рукам! Райский остров действительно райский, и я был бы глупцом, если бы просто отдохнул здесь немного и вернулся во внешний мир. Нет, мне нравится здешний климат, отличная еда, невероятные пейзажи, прекрасная правительница и очаровательные обитательницы! Надо попытаться сделать Темискиру своей четвертой резиденцией после царства Асгарда, королевства Симкария и священного города ’Эт Алт’эбан. Понимаю, что я веду себя как параноик, но, я и есть параноик! Запасных планов на непредвиденный случай много не бывает, особенно таких, как Темискира! Вот почему я свой план по захвату… кхм, то есть, по покорению, нет, по мирной интеграции в местное общество — да, именно так! — начал незамедлительно приводить в действие в первые же дни пребывания на острове. Сделка с Ипполитой и два моих, на первый взгляд, скромных условия стали краеугольным камнем этой многоходовой стратегии. Королева слишком мнительная и недоверчивая, а потому просить у нее слишком многого было бы опрометчиво. Она бы мгновенно заподозрила неладное и сорвала переговоры, даже несмотря на мои пророчества о грядущих испытаниях. В конце концов, амазонки веками сражались без оружия и брони из ориона, а потому могли бы и дальше обходиться без них. Потому-то я и предложил всего два условия, внешне простых, но в действительности крайне значимых. Неограниченное право оставаться на острове и свободный доступ во все уголки Темискиры мне нужно было, чтобы получить свободу передвижения и возможность не только изучать культуру и нравы амазонок, но и постепенно, шаг за шагом, завоевывать доверие и сердца этих гордых воительниц. А разрешение тренироваться среди амазонок и, что куда важнее, получение персональных уроков от самой Ипполиты дали мне законный повод проводить больше времени с воительницами, но главное, наедине с самой королевой. Если хочешь покорить страну — покори ее правителя! В обычных обстоятельствах у меня не было бы ни единого шанса сблизиться с Ипполитой, поэтому этот шанс пришлось создать. Оружие, броня, усилители — всё это потребует колоссальных затрат. Но я смотрю на эти траты не как на расходы, а как на инвестиции. Если всё пойдет по плану, Темискира станет моей цитаделью, а ее воительницы — моей элитной гвардией. И уж конечно, они должны быть вооружены лучше всех в этом мире! Однако есть одно но… Кажется, что это — сложнейшая задача из всех, которую мне доводилось воплощать. Амазонки гордые, независимые, воспитанные в духе неприятия мужчин, их традиции и законы основаны на том, чтобы не допустить чужаков в их ряды. Да, мне удалось выторговать себе некоторые послабления благодаря сделке, но дальше будет только сложнее. Радует, что местным красавицам я нравлюсь, некоторые даже воспринимают меня как бога, что тоже дает мне несколько очков привлекательности в их глазах. Но чтобы полностью добиться их расположения, мне нужно сделать нечто большее! Нужно составить план! Я уже думал погрузиться в стратегическое планирование, задействовав все тридцать восемь потоков сознания, когда поступил неожиданный звонок от моей ненаглядной Хезер. Ночь на улице, а моя верная помощница, судя по всему, даже не думает о сне. Вечная труженица, бедняжка! Я принял вызов, и на моем лице моментально расцвела самая обаятельная улыбка. -Привет, моя дорогая. Опять зарываешься в бумаги, вместо того чтобы отдыхать?- мягко проговорил я и с наигранным укором покачал головой.- Посмотри на часы! Уже давно пора закутаться в одеяло, посмотреть мультики и ложиться спать. Ее лицо приняло выражение учителя, застукавшего ученика за списыванием. -Из-за кого, по-твоему, я вынуждена жить в режиме вечного дедлайна?- голос звучал холоднее арктического ветра.- Ты знаешь, сколько в компании накопилось дел и сколько проблем на нас свалилось после твоей «смерти»?- она интонационно выделило последнее слово. -Спасибо за твой нелегкий труд,- искренне поблагодарил я, понимая, что ей действительно приходиться нелегко.- Без тебя корпорация давно бы рухнула,- не преминул я заметить в миллионный раз.- Что-то случилось, раз ты звонишь так поздно? -Поздно? Не знаю, я не смотрела на часы,- равнодушно бросила она.- Хотела тебе напомнить, что через три дня состоится церемония премии «Грэмми», так что бери Зинду и возвращайтесь обратно. -Кхм…- я закашлял, стараясь выиграть время.- Я же объяснял, что пока не могу… -Не начинай,- строго сверкнула она глазами.- Неужели ты правда считаешь, что я поверю в то, что за прошедшие десять дней ты не уладил все проблемы в своем острове женщин? Уверена, что тебе ничего не мешает запихнуть все свои вещи в Инвентарь и вылететь в Готэм. -Милая, здесь нет аэропорта, а мой бизнес-джет, как ты помнишь, взорвали истребители, а другого самолета в моем пространственном хранилище нет,- развел я руками, показывая свою беспомощность.- Но ты не волнуйся! Мы с Зиндой уже занимаемся этим вопросом! Собираем обломки самолета, выброшенные волнами на берег. -Зачем? -Чтобы после собрать из них самолет и улететь домой!- заявил я важным видом. -Правда? И как же вы собираетесь это сделать? -Крякнем, плюнем и надежно склеим скотчем! Мы доведем его до ума через, м-м-м, шесть… девять, шестьдесят девять месяцев! -Сколько? Шестьдесят девять?! -Нет, шесть тире девять! Хезер натянула на лицо улыбку, от которой у меня побежали мурашки: -Очень смешно! Какие шесть тире девять? Даже три тире четыре — это много. Я же сказала, что здесь полно дел. Возвращайся! И не забывай, что, кроме «Грэмми», скоро также состоится премия «The Game Awards», «Bookseller» и «Оскар»! Тебе лучше на них присутствовать. -Нет, мне лучше на них не присутствовать,- серьезным тоном возразил я.- Ты не понимаешь, но будучи «мертвым», я смогу получить даже больше наград, чем будучи живым. У церемоний награждения есть пунктик на смерть, вернее, он был в моем прошлом мире. Здесь такого не наблюдалось, поскольку все премии старались выдавать награды относительно честно. Но я более чем уверен, что достоин каждой из них, а потому мой преждевременный уход из жизни лишь сильнее подстегнет жюри объявить меня победителем в каждой номинации. Честно говоря, я и не думал об этих церемониях. Будучи буквально отрезанным от внешнего мира, я абстрагировался от происходящего на материке. Как оказалось, зря. Благодаря напоминанию Хезер, у меня только что зародилась гениальная идея! -Алекс!- продолжала мисс Брукс негодовать.- Предлагаешь мне опять самой со всем разбираться? -У тебя же есть Талия. Вместе вы справитесь,- улыбнулся я в ответ.- И еще, выход моего нового музыкального альбома следует отложить до окончания «Грэмми». Думаю, что после церемонии продажи пойдут еще лучше! -Надеешься выиграть награды? -Ты что, не веришь в меня?- посмотрел я на нее удивленно.- Вообще-то, у меня есть чувство, что в этом году я заберу еще больше статуэток. Кстати, есть идея насчет заглавной песни для альбома. Я не успел записать ее до нового года из-за внезапно свалившегося «отпуска», но ничто не мешает мне сделать это сейчас. Я свяжусь с Элисон и попрошу помочь с аранжировкой. У меня есть всё необходимое оборудование, так что мы сможем написать самую душещипательную песню, которая заставит плакать даже каменные сердца! И вы включите ее во время церемонии, когда объявят о моей победе на какой-нибудь из номинаций! Не забудьте сказать на сцене, что это заглавная песня моего нового альбома, который поступит в продажу после премии! Правильный маркетинг в правильное время — и прибыль взлетит до небес! -Хорошо, я это учту,- кивнула Хезер и сделала заметки в планшете.- Но это не отменяет того, что тебе пора возвращаться! Отдохнул десять дней? На работу! -Дорогая, ты не понимаешь, я не могу!- сказал я на полном серьезе.- Как оказалось, на этом острове скрывается древнее злое божество, которое пытается выбраться на свободу и погрузить мир в хаос Третьей мировой войны! Я должен ему помешать и спасти мир! Это не шутка! -Ты готов даже спасать мир и сражаться со злым божеством лишь бы не работать!- буркнула она. -Нет, ты не права!- решил я защитить свое честное имя.- Я здесь не только мир спасаю да на пляже загораю, как ты себе представляешь, но и работаю! Как и ты, я тружусь на благо компании, просто ты в офисе, а я на тропическом острове. -Да?- метнула она скептический взгляд.- И над чем же ты там трудишься? -Ну, я...- Тридцать восемь потоков сознания лихорадочно искали ответ.- Работаю над третьим фильмом! Сейчас обдумываю сценарий и скоро начну снимать. -Ты потерпел крушение на острове! Какой еще фильм?! -Про… мужчину, который потерпел крушение на острове.