Спасение или погибель
25 декабря 2020 г., 02:03
Видеть, как Энджел с Наггетсом спали, было чем-то одновременно милым и волнующим. Первым от того, что эти двое просто заставляли умиляться своим посапыванием. Второе же от того, что Энджел неоднократно кричал и плакал во сне. Когда такое происходило, Шарп шептала успокаивающие слова и, держа за руку, гладила по голове и спине. Это, вроде бы, помогало.
Вот паучок, казалось, уже начал просыпаться:
— Что, ты всё ещё здесь? — он встал и потянулся.
Чтобы не ставить его в неловкое положение, Шарп продолжала слегка улыбаться и быстро встала на ноги.
— Да, как спалось?
— Мне кажется, что я не спал так вечность, - парень громко зевнул, протираю глаза.
— Вот и хорошо. Ты пока можешь умыться или собраться, а я на кухне подожду, — и не дожидаясь ответа, быстрыми шагами направилась туда.
Еда. Она давно подметила её критическое количество. Поэтому они со свинкой ограничивались хлопьями. Но сейчас нужно было что-нибудь приготовить. На уме у девушки была только яичница.
— Ну приступим, - пальцы принялись за готовку.
Так к моменту прихода паука она уже наливала в стаканы сок, он был газированный, но хоть не алкогольный, однако это тоже неточно.
— О, я не привык завтракать по утрам, — потирая затылок, сипло протянул Энджел.
— Ну, можешь хотя бы немного перекусить.
— Окей, — он сел за стол. — Ха-ха, что это? — подперев голову, он вилкой ковырялся в завтраке.
— Да ешь ты уже.
— Неожиданно неплохо, — после задумчивого жевания вынес он вердикт.
— Ну-ну, — хмыкнула девушка на его своеобразную похвалу.
— Итак, сегодня нам нужно успеть до трех часов встретиться с Черри.
— Зачем?
— Мы в баре договаривались встретиться сегодня? Ладно, нам уже пора, идём.
— Подожди, дай мне пару минут тут всё убрать.— Парень закатил глаза.
— Я уже по дому понял, что ты у нас любишь чистоту, незачем сейчас это демонстрировать.
— Причём тут это, я привыкла убирать за собой. Тебе бы тоже не помешало этому научиться, - язвительно подметила девушка.
— Нет уж, спасибо. Без этого как-нибудь справлюсь, — он махнул рукой и уже собирался выйти, но Шарп схватила его за руку
— Нет-нет-нет. Бери посуду и перенеси мне её на столешницу, затем задвинь стулья. Так быстрее. К тому же, если сделаешь это, мы с Наггетсом кое-что покажем, — хитрая улыбка, с чёртиками в глазах.
Видимо, интерес пересилил, и он, пусть и с возмущением, которое она упрямо игнорировала, это сделал. Тогда они со свинкой продемонстрировали свои умения: давание копытцем «пять», переворот и подавание копытцев. Паучок просто застыл, смотря на них, но этого никто не заметил. Затем, слабо улыбнувшись он сказал, что пора. И вот через минут десять они уже встретились с Черри.
— Долго вы, - грешница лежала на крыше запрокинув руки за голову.
— Да, просто кто-то слишком любит чистоту.
— А кто-то ею слишком пренебрегает.
— Ха-ха, успели поругаться? Ладно, я хотела обсудить план по ебашению этого Пениса, — Энджел заржал, а Шарп скривилась от последнего слова.
— Какой план? — предвкушающе протянул паучок.
— Для него мне понадобятся крылья Шарп.
— И зачем же? — разговор становился всё интереснее.
— Нужно будет спиздить кое-какую вещицу, — улыбка демоницы пугала. — А ты, Энджел, присоединишься позже.
— Отлично, - он достал телефон. - Сейчас я должен быть на работе.
— Ага, увидимся.
***
Гримерка. Тусклый свет от светильников на зеркале. Скрип столика для косметики. Омерзительные прикосновения на талии и попе. Ещё более противные стоны наслаждения над ухом. Собственное отражение в зеркале страдающего и стонущего, которое так любит видеть Валентино. Боль и ненависть невыносимы. Мало того групповуха, так ещё Валентино не может держать свой блядский член при себе. Хочу домой. К Наггетсу. К ней. К ним. Впервые за всю жизнь в аду я так спокойно спал, чувствуя себя в безопасности. Почему доверился? Возможно, потому что захотел. Да, я хочу ей верить. Ещё никогда я не видел такой искренности, чистой и невинной. Ни в жизни в аду, ни на земле. А их трюки... Моё сердце пропустило пару ударов, пока наблюдал за ними. Я сказать-то ничего толком не смог, так как чувствовал, как могу не сдержаться и заплакать. Жалко? Возможно. Но сейчас, вспоминая это, в груди до сих пор ощущается тепло. — Малыш Энджи, и о чём ты думаешь, раз так улыбаешься? — повернув его голову к нему, поинтересовался Вэл. "Сука как я сам этого не заметил." — Я не обязан тебе говорить, о чём думаю, — сквозь зубы отвечает паучок, из-за чего его лицо лишь сильнее сжимают. — Ошибаешься. Ты мне всем обязан. Положением, — резкий толчок, приносящий боль, — безопасностью, — ещё толчок, — деньгами, — ещё, — жизнью, — ещё, — всем, — кончил. — Запомни это, малыш Энджи. И не смей думать ни о чём, кроме меня во время нашего секса, — блевотный засос рта и долгожданный выход. — Так о чём же ты думал? — О тебе, папочка, — наиграно мило промямлил Энджел и тут же ощутил, как его схватили за шею. — Не играй со мной, малыш Энджи. Ты знаешь, я всё равно узнаю, — Вэл отбрасывает игрушку и выходит. — Обязательно узнаю.
