Глава Девятая: Поиграем в фениксов?, часть вторая
16 января 2021 г., 11:14
***
Наутро в голове была каша. Парень не вспоминал вчерашнее. Скорее, он вспоминал свой сон. Там было что-то теплое, обнимающее его. Что-то летнее, приятное. Будто старое забытое воспоминание. Так что в этот день он впервые проснулся с улыбкой на лице. Еще этому поспособствовало пересечение с Пашей в кафе, когда решил зайти за кофе (да, медсестра сказала уменьшить дозу, но всё же). Они вели легкий диалог около кассы, и нет, это общение не казалось давящим, это было здорово. Тем более, разговор никак не затрагивал их работу. Парень наслаждался. — Выглядишь посвежевшим, — Заметил Добровольский, осматривая Шастуна. — Давно твоего брюнетика не видел. Расстались? — Тебе же Ира вроде всё рассказала, нет? — Антон посмотрел на мужчину, тот лишь коротко кивнул. — Ты ждешь подробностей, да? — Увы, но это так, но ты можешь не рассказывать — это не моё дело я понимаю… —Он взглянул на часы, быстро оделся, словно застыдившись своего любопытства взял все нужное и побежал. — Тебе тоже! — донеслось ему вслед и парень мог разглядеть его облегченную улыбку. Антон улыбнулся сам себе, ведь он прекрасно понимал, что Павел и разговоры о личном — это как два берега Волги — крайне далеко и очень трудно. Но для шатена он постарался. Приятно.***
В продолжение этого утра Антону везло всё больше, даже на уроках его неуклюжесть не смогла взять вверх: он удачно отвечал проверочную по математике, рассказал реферат об зависимостях биржевого рынка на «отлично», да и вообще… Но судьба готовила ему очередную шутку. Его ждали «веселые» часы с Арсением. Парень вспомнил, что решил делать вид, что ничего не произошло. Он надеялся, что это прокатит. Антон поднялся на третий этаж и зашел в библиотеку. Брюнет снова сидел к нему боком и что-то слушал. У Шастуна возникло чувство дежавю. В этот раз он решил подойти поближе, прежде чем окликнуть парня. Может, удастся разглядеть, что он там слушает… И заодно понять, почему вчера это «что-то» спрятал. Он подошел к нему, а тот, будто не замечая (а может и правда не замечая), продолжал писать. Присмотревшись, Шастун понял, что тот слушал… Серебристая коробочка лежала около компьютера… Плеер! Его плеер, который он однажды забыл у него в гостях… И кольцо. Блядское парное кольцо, которое он подарил и Антону, ярко блестело на его безымянном пальце. Парень почувствовал, что его руки затряслись… Он же думал, что Арс его выбросил! Вся напускная уверенность ушла куда подальше, ему даже захотел убежать. — «Черт! Черт! Черт! Только не сейчас!» — летело в мыслях. Но нет. Антона безжалостно накрывали воспоминания. С каждым мгновением это желание росло. Наверное, он бы так и сделал, но тут Попов обернулся. — Я думал, ты уже не при… Антон? Тош, все хорошо? Глаза застилали слезы, но парень кивнул. — Да… Все хорошо. — Он даже не обратил внимание на ласковое, и немного взволнованное «Тош». Было как-то не до этого. — Ты уверен? Ты выглядишь, мягко говоря… Уж точно не на «все хорошо». — Да даже если и так, думаю, это не твои проблемы. — Возможно, он выглядел жалко. Точнее, сто процентов, он выглядел жалко. Но это было неважно. Важно было доказать Попову и самому себе, что он в порядке.<Нет. Он невпорядке
— Ладно, как хочешь, — произнес брюнет, отвернувшись к компьютеру. Работали они в тишине. Иногда шатен судорожно выдыхал, но через некоторое время успокоился. Попов постарался аккуратно спрятать плеер, чтобы Антон ничего не увидел. Он не знал, что было поздно. Изредка переговариваясь, они закончили все достаточно быстро. Даже раньше, чем вчера. Потом они быстро распределили, кто что будет говорить.***
Антон собрал вещи и пошел к выходу из библиотеки. В голове было много вопросов, но он не задал ни одного. Погрузившись в свои мысли, он даже проигнорировал «пока», брошенное ему в спину. «Нет, я так не могу», — понял парень. Он резко развернулся и спросил: — Ну как, нравится музыка? Арсений, вставляющий наушники в уши, вздрогнул. — Что?.. — Ну, ты слушаешь мой плейлист. Нравятся песни? Сомневаюсь, что ты скачал туда другие песни. Так что? Наслаждаешься тем, как сильно я был в тебя влюблен? — Нет. Тош… — Попов начал что-то говорить, но «Тоша» его прервал. Плотину прорвало: — Тогда зачем? — он постарался усмехнуться. Руки-предательницы снова задрожали. Сердце тоже забилось быстро-быстро. — Просто… Я… — снова попробовал сказать парень. — Что ты? Умеешь думать только о себе? Плюешь на- — …влюблен в тебя. — Повисла тишина. Брюнет старался смотреть куда угодно, но не на Антона. Шастун засмеялся. Вот и подтвердилась его теория с розыгрышем. — Смешно, Арс, очень смешно. Где Стас с камерой? Хэй, Шеминов, выходи! — закричал он. Его истеричные голос отдавался эхом по пустым коридорам. Попов вздрогнул. — Это правда, Антон. — Да-да, я так и понял, — парень всхлипнул. Вдохнув, он попытался взять себя в руки. — Хватит со мной играть, Арс, пожалуйста, — воскликнул он, немного дёрганно пытаясь снять своё кольцо. — Я не хочу верить в твои паршивые сказки. Не хочу думать, что это правда. — Арсений сделал шаг навстречу к нему. Тот отшагнул назад, снимая округленный кусок серебра. — Я ненавижу тебя! — истерично закричал парень, кидая украшение в сторону Попова, но тот его с лёгкостью поймал. Антон взбесился окончательно. — Я ненавижу твои волосы, твою дурацкую улыбку. Я ненавижу то, как ты общаешься не со мной, — он все больше распалялся. Брюнет попытался подойти, но Антон на каждый его шаг делал один назад. — Я ненавижу пялиться на тебя в коридорах! Ненавижу твою походку! Твою усмешку! А еще этот ужасный сарказм! Я не-на-ви-жу тебя! Не хочу тебя видеть! Уходи из моей жизни! — Он попытался отойти еще на шаг, но было некуда. Под колени толкнуло библиотечное кресло. Шатен упал. Внутренности по ощущениям сжались, даже, казалось, он не мог вдохнуть. Путей к отступлению больше не было. Парень притянул к себе ноги, обхватив их руками и зарывшись носом в колени: он часто так делал в детстве, когда боялся чего-то, и сейчас, пытаясь защититься, инстинктивно повторил его. Теперь Антон говорил едва понятным шепотом: — Уйди, пожалуйста. Не ври мне. Не ври мне больше, прошу. Я не хочу, ты не можешь любить меня, только не ты. Особенно не ты. Нет, нет, нет! Уйди, пожалуйста. Не подходи ко мне, я все сделаю. Пожалуйста. — Тош… — Голубоглазый все-таки приблизился. Его голос дрожал. — Что я с тобой сделал… — Уйди, уйди, только уйди, прошу. Не приближайся ко мне больше никогда… Я так не смогу, пожалуйста… Пожалуйста… — Я не уйду. Я обещаю тебе. Я буду рядом. Прости меня… — Арсений прижал к себе трясущегося парня. — Я в… — попробовал отстраниться Шастун, но парень прижал его сильнее. — Ты не в порядке. Это нормально, Тош, это нормально…***
Парень не знал, сколько они так просидели. Возможно, он даже умудрился пару раз заснуть и проснуться. Он чувствовал себя пустым. Антон прекрасно знал это чувство, но тогда, раньше, оно было отрывочным: арсеньевский силуэт в конце коридора, дрянная песня из перемешанного плей-листа, незатейливая прокрутка колец на пальце, особенно одного, того самого, ну и как вишенка на торте — сны. Это было изнуряюще, и не длилось так долго. Теперь же ему не хватает даже сотни вдохов чтобы освободить эту пустоту. Да и не хочется. Уже не хочется. Ему легче. Пусто. Арсений несколько раз куда-то отходил, но потом снова возвращался. Он гладил парня по волосам, шептал успокаивающие слова, обнимал его и снова гладил по волосам. Шатен не знал, как Попов умудрился усесться в кресле, рассчитанном на одного, рядом с ним, но он чувствовал, что лежит на коленях парня. — Эй, Тош, вставай. — Через некоторое время произнес он. Антон медленно поднял голову и проморгался. На улице светили фонари. Сколько он так пролежал? В библиотеке было темно. Видимо, Арсений не включал свет. — Я провожу тебя, — будто извиняясь, улыбнулся он. — Я сам могу дойти, — сказал Шастун. Хотя наверное, со стороны это было больше похоже на «Прошу, проводи». Острить и закрываться совершенно не хотелось. — Я знаю, — грустно прилетело вслед. — Но прошу… Позволь мне сделать это… Зеленоглазый кивнул. Может… Действительно стоит попробовать снова? Арс был рядом с ним сегодня, они вместе пережили одну из мощнейших истерик, когда-либо накрывавших парня. И даже после этого брюнет не ушел. Он сидел здесь, гладил его по волосам и предложил проводить. Это действительно чего-то стоило. Наверное. — Спасибо… Арс. — произнес парень. Брюнет окончательно расслабился, услышав свое имя. — Не за что.***
Когда парни шли до серой городской высотки, брюнет держал его за руку. Они не говорили: Арсений не знал, о чем спрашивать, боясь причинить боль только своими словами, а Антон слишком задумался. Первое впечатление прошло и его тревожили мысли о том, верно ли он сделал, что снова поверил ему. Шатен снова начал волноваться. Вдруг это и правда розыгрыш? Что на этот раз придумал Попов? Он же точно не может быть влюбленным в него. По мере приближения к дому паника нарастала. Руки снова начали подрагивать. Парень, заметив это, повернулся к зеленоглазому. — Все хорошо? — Угу. — Эй, Тош. Посмотри на меня, — Он поднял глаза, упираясь взглядом в чужую грудь, а затем прикрыл их. — Я рядом. Я не уйду. Не в этот раз. Шатен вздохнул и покачал головой. Честно говоря, парню так надоело чувствовать эту паршивую боль, что осела в сердце. Он поднял уголки губ, чуть сжав руку парня, и произнес: — Я знаю… «Как глупо это прозвучало», — усмехнулся своим мыслям он, — «Как в типичных мелодрамах». Он осмелился и все-таки посмотрел в глаза брюнета. В них плескалась… забота и волнение? Антон на секунду забыл, что хотел сказать, но в следующую секунду, тихо, словно на пробу произнёс: — Ты же мне доверяешь? — Арсений чуть прищурившись кивнул. — Помнишь ты как-то раз отсутствовал несколько дней, а потом заявился с фингалом? — Тот снова махнул головой. — Кто тебя так? Стас? Тёмные брови взметнулись вверх, а лицо выражало крайнее непонимание. Он немного, словно не контролируя себя, сжал руку Шастуна, а затем сказал: — Нет, не Стас, да и тем более не мне тебе это рассказывать и объяснять, — Антон нахмурился, — У друзей своих особо активных поспрашивай. — Усмехнулся он, заметив как расширились глаза напротив после этой фразы увеличились в размерах. Он явно понял о чём, или о ком, речь, но диалог исчерпал сам себя. Свет фонаря падал так, что глаза Арса казались невероятно светлыми и глубокими. Голубые глаза оттенка океана, если такая расцветка вообще существует в природе. Того самого, который окутывает тебя теплом, обнимает и остается рядом в трудные минуты… — Пока? — тихо спросил он. — Пока… — также, практически шепотом, ответили ему. Сильнейшим усилием воли Антон оторвался от глаз парня. Он прокашлялся и повторил чуть громче: — Пока!***
Нельзя сказать, что после этого дня они сблизились. То есть, конечно, они сблизились, но ни один не делал ничего, чтобы вывести отношения на новый уровень. Антон — потому, что не знал, как, а Арс… — он не знал, почему… Шатен назвал бы их отношения так: влюбленные-знакомые. Потому что… он чувствовал, как залипает на парня, видел, что и тот нередко пялился на него, но при этом им было не о чем говорить. Если Попов и выбирал тему, то каждое его слово звучало как осторожный шаг по минному полю. Он боялся наступать на произошедшее между ними. В универе они общались относительно иногда. То есть, если был общий урок. Они сидели вместе, иногда о чём-то переписываясь на полях тетрадей. А иногда слушали учителя, незаметно (как оба считали) поглядывая друг на друга. Это «незаметно» распространялось, к сожалению, только на них.***
Парень не мог заставить себя признаться друзьям, что он все-таки простил Арса. Что поверил ему снова. Он не знал, как те отреагируют. Но в конце концов, когда-нибудь решаться надо, верно? Они сидели в кафешке. Антон набрал в грудь воздуха и одним текстом произнес: — Мне нужно вам кое-что сказать… — Ты вернулся к этому придурку? — без всяких предисловий спросила Ира, даже не отрывая взгляд от телефона — Что? — удивился Антон. Взгляд Димы был в упор направлен на парня, он даже приспустил свои очки, но сам Антон в этот момент во все глаза разглядывал сестру. — Ну, вы постоянно смотрите друг на друга, и еще иногда ходите вместе, так что я подумала… — сказала девушка, пожав плечами. — Офигеть ты Шерлок Холмс, а я видимо твой доктор Уотсон, — произнес Позов, который уже в открытую улыбался на неподдельное удивление друга, и в тоже время явно ожидая подробностей. Антон заметив это, лишь слегка покраснел и коротко пересказал события последних дней и добавил: — И сейчас мы… вроде как… не знаю… Кузнецова рассмеялась: — Вместе? Если ты готов быть с ним — почему бы тебе об этом не сказать? Мне кажется, он тоже боится причинить тебе боль. Он не знает, сколько тебе нужно времени. Теперь не только Антон смотрел на Иру удивленным взглядом. — Да ты гений***
Окончательное примирение Арсений с Антоном решили, отпраздновать. Спустя немного споров кого позвать, а кого лучше не стоит (брюнет всё ещё боялся Матвиенко, но со скрипом согласился), квартира Шастуна была наполнена приятным гамом. Попов конечно предлагал отметить у него, за городом, но зеленоглазый наотрез отказался, так как друзья ещё не знали где находится его дом, а во-вторых камерная обстановка его многоквартирки была на его взгляд, немного уютнее. Было неимоверно приятно видеть то, как мир, потемневший несколько событий назад приобретал новые, более яркие взгляды. Да, Серёжа вначале продолжал коситься в сторону брюнета, но после третьей баночки пива, их переглядки и короткие разговоры перешли в более мирное русло. Ира тоже смогла удивить. Антону, как заразному голубизной, видимо, всё же удалось её «оголубить», потому что когда та показалась на его пороге с «Привет, Тош, это моя девушка» Мариной Кравец, не только Попов челюсть на полу потерял, но и Антон. Этот вечер был одним из тех, что все хотели бы сохранить в своей памяти на отдельной полке и никогда не забывать. Антон, останавливаясь на мысль, что хочет остановить этот момент и прожить в нём до конца своих дней, подхватил пачку сигарет с подоконника, и направился на балкон, и, даже не оглядываясь, знал что Арс шмыгнул за ним хвостиком. Уже оказавшись перед заледеневшими окнами, Попов стащил из его ладони отраву. Они молчали. Свободной рукой Арс обнял своего парня, а тот положил голову на плечо Попова и прикрыл глаза. Тишина была прекрасной. — Смотри, — вдруг прошептал он. Антон поднял голову и всмотрелся в приоткрытое окно, с которого довольно сильно дуло, но, на удивление, не морозило. По небу будто плыла звезда, оставляя за собой хвост. Вот оторвалась еще одна. И еще… У парня перехватило дыхание. — Загадывай желание, — добавил он. Парни неловко стояли, обнявшись, и смотрели на падающие звезды. На каждую они загадывали желание. Возможно, эти желания отличались формулировкой, но смысл был один.Надо промолчать, а то не сбудется…
Примечания:
Соавторка: Поверить не могу, что все закончилось так быстро. Спасибо, что были с нами.
Автор умерб
