Прошлое не безупречно, но упрекать его бессмысленно. А вот изучать, полезно. 2

      Если бы в 16 веке был ненормативный лексикон, то это слово можно было бы охарактеризовать как современное слово — ПИЗДЕЕЕЕЕЦ! Ну вот точно, твоё тело просто чувствует себя слабым, а голова то болит то нет, как будто внутри кто-то надувает и сдувает шар, давя на виски. Единственное, что ты можешь сделать, это открыть глаза и замычать, остальное тело ответит на приказы мозга чуть позже. Открыв глаза, Дания наконец-то смог осмотреться и понять, что происходит. Вокруг него собрались четыре личности и троих он узнаёт — Англия, Шотландия и Рим. Почему они такие обеспокоенные? А точно, датчан теперь вспомнил, он ведь потерял сознание перед тем, как выйти из кабинета, вот и заметили наверное. Странно, с чего бы ему, воплощению, просто так терять сознание? Ну, он признаёт, что из-за войны последние два месяца почти не спал, заработался и возможно даже не ел, он уже и не припомнит. Скорее всего, просто переутомился и именно из-за недостатка сна, так часто ходил раздражённым. Кстати, вспомнив о том, что датчан уже давно не ел, живот таки отдался чувством голода, будто изнутри он скрючился в тугой узел. Пусть им и не надо так часто питаться, полностью не есть им тоже нельзя. Телу любого воплощения нужно хоть какое-то топливо и перерыв, и отдыхать надо не только физическому телу, но и сознанию, иначе мозг тоже не выдержит. Ну отдохнёт немного и вновь будет свеж как огурчик. Как понял скандинав, четвёртая личность это врач, которого они видимо позвали из-за паники. — Дания, ты очнулся? - обеспокоенно спрашивал Рим, сидя рядом с кроватью и держа того за руку. Даниэль попытался встать, и пусть и с трудом, но он смог принять сидячее положение. Голова стала болеть не так сильно, но всё ещё остались ощущения, будто висок скоро лопнет. Слабость по всему телу так и присутствует, скорее всего от того, что он только проснулся. — Сколько я был без сознания? — Недолго, всего лишь полчаса. — Есть ли что-то на что вы жалуетесь? — начал спрашивать врач, подойдя поближе и осматривая пациента. — Если не считать головной боли, слабости по всему телу и чувства голода, то нет, особо ничего такого. — Когда вы ели в последний раз? — Примерно два месяца назад. — Два месяца?! Дания, ты совсем чтоли перестал за собой смотреть? — чуть зло спросил Империя. — Если сравнивать с человеком, то сколько вы продержитесь без еды? — Ещё месяц, но потом чувство голода станет невыносимей. — Хорошо. Спали вы в последний раз тоже в это время? — Да. — Скорей всего вы просто переутомились. Пара дней отдыха и хорошего сна, и вы быстро придёте в норму. Но на всякий случай, я вас вновь осмотрю. — Хорошо.       Последующие минуты, врач трогал его, местами ощупывая и спрашивал не болит ли, на что получал отрицательный ответ. Ну а в это же время, страны решили всё-таки поговорить. — Ты хоть знаешь как мы перепугались тогда? Рим так вообще кричал на этого бедолагу, чтобы тебя привели в чувство. — Слегка посмеиваясь, начал Англия, имея ввиду что бедолага, этот бедный врач, который явно наслушался криков от римляна. — Извини. Но вроде всё было нормально. Не думал что так резко потеряю сознание, да ещё и перед дверями. — Меня вот что больше интересует. — Начал Шотландия, смотря и явно собираясь обращаться к своему супругу. — Англия, почему вместо врача ты сказала мне позвать именно Римскую Империю? — Ну так, он же является хозяином этих земель и явно мог бы позвать врача быстрее. — От тебя несёт враньём. Говори давай. — Эх... ладно... я просто знал об их отношениях и решил что было бы много проблем, узнай об этом другие страны. — Что?! — Дания явно смутился, не ожидав такого ответа. Они на чём-то попались? Он их видел? Они ведь с Ремусом старались быть отстраненными, чтобы не выделяться, а тут их оказывается уже кто-то спалил. Прекрасно! — Да ладно, не волнуйся. Я не собирался никому об этом говорить. — И лучше бы даже не пытаться. — Грозно добавил грек, всем своим видом показывая, что не оставит эти действия просто так. — Рим, давай ты не... Ай! — Ох, извините. Было больно? — Да, слегка.       Даниэль вскрикнул, когда врач нажал на область живота, видимо задев орган или что-то ещё. Может проверял не заработал ли тот что-то себе из-за такого долго отсутствия еды. — Простите, но будьте добры потерпеть ещё немного. — Отозвавшись, мужчина продолжил ощупывать местами живот и давить, но всегда болело только от одного места, туда где давили в районе чуть ниже пупка. — Ух, это обязательно? — немного жалобно спросил датчан. Никому не приятно чувствовать боль, особенно внутреннюю. — Господин, — врач повернулся и обращался к своему правителю, Римской Империи. — Есть ли в этой комнате какой либо сосуд? — Сосуд? — Да, ваза, ведро, что нибудь желательно глубокое.       Страны начали искать, не задавая лишних вопросов. Врач в данный момент только один, поэтому лучше уж послушаться. После поисков, нашлась не сильно глубокая ваза, с широким горлышком. Даже голова поместится, если постараться. Мужчина взял предмет декора и поставил его возле Дании, чем ввёл остальных в ещё большей ступор. Но ждать долго не пришлось, и всё сразу стало понятно. Скандинав не смог сдержаться и спохватившись, резко начал блевать в вазу. Его рвало сильно и явно много. Кажется долгая голодовка сказалась на желудке, что и спровоцировало такую реакцию. Даниэля рвало примерно минут пять и только после этого, он смог наконец-то вздохнуть с облегчением, но из-за этого, вновь накатила слабость по всему телу.

Да какого чёрта?! Больше не буду себя так запускать!

— Кажется, подозрения подтвердились. — ЧТО?! — неожиданно спросили у врача все находящиеся страны, после его слов. Что значит, «подозрения подтвердились»? Датчан чем-то болен? — Господин Дания, я хотел бы озвучить вам причину ваших симптомов, но перед этим должен спросить. Разрешается ли эта информация посторонним?       Мужчина был прав. Римская Империя, Англия и Шотландия не являлись членами его семьи и врач не может рассказать о болезни, без разрешения самого пациента. Это личная информациям, тем более, воплощения, это те, кто всегда находятся на волоске из-за своей политики и могут стать мишенями. Если врач расскажет перед другими о его слабостях, может перевернуть весь ход событий на материке, что нежелательно. Поэтому он и задал этот вопрос, «Разрешается ли эта информация посторонним?» Дания слегка задумался в ответ. Нет, он не боялся озвучивать это Ремусу, но вот англичанин с шотландцем, уже другой разговор. Их нельзя назвать близкими друзьями, да что уж там, даже просто друзьями. Их взаимоотношения складывались чисто на нейтрально-положительных, да не более. С Шотландией скандинав вообще разговаривал меньше всех из-за его характера, поэтому и вправду вопрос врача заставил задуматься. Но, Даниэлю не пришлось делать выбор, ведь остальные поняли его ситуацию без слов. — Мы пожалуй подождём снаружи. Пошли. — Сказав это, Англия схватил своего супруга за руку и они оба вышли из кабинета. После этого, скандинав облегчённо вздохнул и слегка кивнул врачу, как бы говоря что тот может продолжить. — Я сперва не был уверен из-за вашего вида, но после парочки обследовании и подтверждения симптом, могу более уверенно заявить.

Господин Дания, возможно вы беременны.

      Эта фраза отдалась у обоих стран гулким эхом в ушах, медленно угасая и слишком медленно доходя до них. Пара просто не осознала этого, мозг отказывался воспринимать эти слова ведь такое просто смехотворно. Даниэль и беременный?! Да это даже не смешно, такое вряд ли... могло... произойти. Правда же? Или нет? Это не штука и не слуховая галлюцинация, им не послышалось и врач не ошибся. Датчан и вправду беременный?! Боже, даже не ясно как на это реагировать, радоваться или наоборот, грустить? Вроде бы дети, это хорошо, их ведь все любят. Но... вот так внезапно, осознать, что ты станешь родителем! Скандинав вместе с римляном знали, что по их природе, шанс того, что ты можешь забеременеть один из ста и это постоянный показатель. Забеременеть для них, не так легко как кажется. У всех воплощений заторможенный организм, что и помогает им по долгу не голодать, не спать и даже не стареть. И эта заторможенность распространяется практически на всю часть их организма, в особенности на оплодотворение. Для того, чтобы страна забеременела, обоим партнерам должно «повезти». Именно повезти! Совпасть такой момент, когда оба их организма окажутся в более активном состоянии и то, это лишь слегка повысит шансы забеременеть. Поэтому то у стран нет понятие, запланировать ребёнка, есть понятие, получить его случайно.       Ну, кончено с партнёром человеком шансы гораздо выше, ведь их организм в каком-то роде всегда активен, но вот для самих рожениц вынашивание ребёнка воплощения крайне трудная задача. И дело тут не только в физическом плане, но и моральном. Когда женщины узнавали что есть риск умереть во время родов только из-за того, что малыш буквально съедал их заживо и забирал себе абсолютно все витамины, давало чувство настоящего отчаяния. Никому ведь не хочется умирать, поэтому бывали даже случаи когда женщины пытались убить своих же детей, но по итогу, у 50% женщин рождались обычные люди, не воплощения. А вот в случае когда оба родителя воплощения, наоборот, шанс того, что дети родятся именно страной даже 90%, но с другой стороны, шанс вообще случая забеременеть у них гораздо меньше. Некое равновесие между таким делением и кажется, природа таким образом пытается сохранить баланс. Люди слабые, мало живут и размножаются быстрее, в то время как воплощения сильны, долгожители и практически не подвержены болезням. Но вот у людей преимущество в числе. На одно воплощение приходится несколько миллионов людей, что в какой-то момент может и перевернуть ход событий. Не ясно, будь между ними война, кто бы выиграл, но итог будет плачевным в любом случае.       Дания и Рим всё ещё молчали, бросая друг на друга слегка обеспокоенные и непонимающие взгляды. Они так и не поняли, как должны на это реагировать, но вот одно решение они всё-таки приняли. Врач уже давно покинул их, сказав, что ни за что не проболтается о сегодняшнем дне, а вот Англия с Шотландией всё-таки зашли. Они думали что это какая-то болезнь, даже и не пуская мысли, что датчан мог быть беременным. Скрывать от этих двоих они не стали, некое чувство подсказало так сделать и те явно были в шоке. К такому их жизнь уж точно не готовила. Первая реакция была скорее прилюдной, по типу «Что? Как так получилось? И как давно?» и что-то тому подобное. Но кончено же пара сразу же получила на них ответ, лишь слегка подумав. Срок был всего 10 дней и поэтому симптомы практический были не так сильно заметны. Дания ещё может продолжать посещать совет стран, а вот к концу срока, вряд ли. Никто ведь не слепой, чтобы не заметить раздувшийся живот, поэтому следующее собрание отложили на целый год, без даже экстренных вызовов. В такой момент скандинав был рад своей должности руководителя собрания. Но, всё это говорит о том, что пара всё-таки решилась оставить детей и дать им родиться. Они оба знали, что не смогли бы от них избавиться, даже если те окажутся людьми, они от них не откажутся. Главный вопрос сейчас стоял в том, как заботиться о датчане при этом не привлекая внимания остальных? Шпионов от каждой страны было предостаточно и чтобы скрыть положение Даниэля, придётся сильно постараться. Сейчас то это не проблема, но когда срок достигнет 3 месяцев и больше, живот начнёт расти и скрывать его долго не получится. Поэтому скрыться придётся намного раньше, чтоб уж наверняка.       Вообще, во всей этой ситуации, самой смешной наверное была реакция Шотландии. Любитель книг когда услышал о беременности, пусть и остался внешне в своём обычном состоянии, в голове мысли были замешаны ничуть не хуже чем у обоих будущих родителей. Парень это скрывал, но он любит детей, очень любит и слышать такое для него было что-то очень приятное. Самым шокирующим было его заявление. Шотландец захотел остаться подле Дании до конца его срока и рождения детей, обусловливая это тем, что и у них с Англией всё может получится. Кончено им слегка было завидно, что у Рима с Даниэлем всё получилось в течении двухсот лет отношении, а они встречаются уже пятьсот и даже состоят в браке, но детей так и не смогли обрести. Либо им не судьба, либо ещё не время, но вот Арон упускать возможность научиться заботиться о детях не упустит. Датчан конечно был удивлён его просьбе, но вот смысла особо отказывать ему не видел, точнее, не видел фальши или мотива со стороны, и согласился даже не смотря на то, что Ремус был слегка против. У Шотландии аж глаза заискрились после ответа и он сразу же покинул кабинет, говоря что едет к себе, заканчивает работу на ближайший год и временно переезжает к скандинаву. Англичанин хотел было пойти за ним, но того сразу же отсекли, точнее отсёк Империя. Он ни за что не позволит этому гаду приблизиться к Дании в таком состоянии, насколько бы тот ни был искренен. Реакция была забавной, англичанин забился в углу кабинета и начал всхлипывать давя на жалость, но увы это не сработало. Лишь после того, как Арон согласился изредка навещать супруга, Аллан вновь воодушевился. Как же мало ему нужно для счастья.

***

— ЧТО ПРОСТИ ТЫ СЕЙЧАС СКАЗАЛ?!       Одновременно спрашивали двое стран Скандинавского полуострова, которые только сейчас услышали о том, что Дания беременный! Сейчас был сентябрь 1570 года. Прошло каких-то три месяца со случая с беременностью и только сейчас, когда Шотландия приехал к нему, датчан решился рассказать о своём положении Норвегии и Швеции. Сейчас, под одеждой живот не так сильно видно, но если её снять, то можно заметить небольшой такой, выпирающий животик, а дальше он будет только расти и расти.       Реакция двух стран была мягко говоря бурная. Самую страшную реакцию Даниэль ожидал услышать от Швеции. Под конец войны они и так уже устали и были обессилены, поэтому конфликт закончился мирно, хотя отдалились они чуть дальше. Но вот не рассказать ему о своём положении, скандинав никак не мог, всё-таки, тот станет для них свободным, страшим братом, а значит кем-то близким. И кажется, сам швед это осознавал и был только рад. Норвегия же отреагировал куда спокойнее, ведь с ним у Дании не было никаких проблем ни в плане политики, ни в личных. Свои отношения они уже давно забыли и сейчас, Норкласс был занят кое-чем другим, точнее кое-кем. Он уже нашёл свой объект любви, но пока не спешил ему или ей признаваться. Норвежец, гадюка эдакая, не рассказал кто это может быть. Девушка ли это или парень, старше него или нет, но кажется, что он ответит ему со временем. Сейчас же, он был занят тем чем обычно занимались бы друзья или родственники в ожидании детей. Уже умудряются составлять список покупок для малышей и каких нибудь подарков для будущих родителей. Удивило то, что именно Швеция так активно советовал Норвегии разные вещи, Шотландия же спокойно попивал свой чай, но не менее наслаждался тем, что происходит вокруг. Чувствуется некая, семейная идиллия, как же давно Арон его не чувствовал, это стоило того, чтобы сделать свои дела на год вперёд и уехать. На Англию плевать, не умрёт, если не увидит его ближайшие пару месяцев, пусть научится терпению. — Да хватит вам уже! Не надо столько вещей покупать! Куда я их потом по вашему дену? — не выдержав такого обилия пунктов в списке, высказался датчан. Ну не надо ему столько вещей, всё равно ведь не будет использовать. — Ну, будешь в комнате детей всё держать. — Ответил норвежец. — Кстати, а у кого будут жить дети после рождения? — начал свой вопрос швед. От его вопроса, Даниэля слегка подкосило. Они не обсуждали этот вопрос с Римом и он явно будет слегка трудным. — Думаю, мы решим это после их рождения. А пока, у нас есть чуть больше полугода. — Слегка избегая прямого ответа, сказал скандинав.       Его нежелание все сразу же почувствовали и поспешили сменить тему. Можно было бы начать с темы имени детей, но как у них это было принято, истинные имена воплощении не должен знать никто кроме родителей и твоего партнёра. Поэтому, эта тема останется исключительно между ним с Римом. — Дания, что ты думаешь насчёт действии Испанской Империи на материке? — задал свой вопрос Шотландия, найдя какую-то тему политики.       Все мысленно вздохнули с облегчением и принялись обсуждать этот вопрос между собой, да так увлеклись, что не заметили наступления вечера. Закончили они болтать между собой только когда от усталости Даниэль громко зевнул. Ему сейчас из-за положения, приходится спать, есть и отдыхать гораздо чаще, чем до этого. Даже его собственный король заметил такие изменения и стараться не вызвать подозрений было трудно. Страны вникли в ситуацию и отправили скандинава в его комнату, говоря чтобы тот отдыхал и набирался сил, ведь он в положении. Дания любезно поблагодарил их и отправился спать.       Усталость была не шуточная, потому что его тело слишком изменилось. Несмотря на постоянное желание спать, есть странные продукты и слабый токсикоз, было ещё на что пожаловаться. Датчан потерял свои силы феромонов. Конечно, они скорее всего временно ослабли, чтобы не навредить детям, ведь тело делает всё только во благо их защиты, но без них стало даже как-то некомфортно, но вновь придётся привыкать к такому положению.

*Глубокой ночью*

Что-то не спится. Пойти книгу почитать что ли? Если Норвегия или Шотландия узнают о моей ночной вылазке, проблем не оберусь. Ладно, я туда и обратно, всего полчаса. Ничего ведь не произойдёт?       Дания не мог заснуть, поспал максимум час и вновь проснулся. На дворе уже темно, все слуги спят и охрана наверное тоже. Скандинав был одет в простую, слегка свободную пижаму, с пуговицами белого цвета. Он носил его чисто из-за материала, такого мягкого, что спать удобно и приятно, спасибо за этот подарок шотландцу. Даниэль взял в руки керосиновую лампу(в те времена, вместо керосина использовались животные или растительные жиры), после чего вышел из комнаты и отправился в сторону библиотеки. Из-за того, что он лично выбирал свою комнату во дворце, как любитель темных помещений для сна, выбрал комнату, в коридорах которых отсутствуют окна. Значит, предельно темно и без лампы идти опасно, если уж ты боишься споткнуться обо что-то и упасть, что в случае для скандинава крайне опасно. Шёл он недолго, может минут пять, дворец большой, а библиотека как на зло в другом конце и чтобы добраться туда, понадобится немного времени. Дания особо не волновался, хоть тёмное время суток и слегка угнетало. Из-за потери феромонов, он чувствовал себя слегка неуверенно, ведь сейчас он очень лёгкая мишень. Как же он рад, что не рассказал о своём положении совету или кому-то ещё, ведь риск был бы в любом случае.       Даниэль шёл вперёд и вроде как начал привыкать к этой темноте, но это чувство сразу же пропало как только он услышал какие-то шаги. Лампа в руках не светила настолько ярко, но этого было достаточно, чтобы увидеть чей-то тёмный силуэт. Какой-то незнакомец весь в чёрном одеянии стоял в коридоре и он явно заметил стоящее перед ним воплощение. Скандинав не собирался терять время и он решил либо убежать, либо закричать чтобы позвать охрану, но почувствовал как его резко схватили со спины и прикрыли рот.

Этот гад был не один!

      Не прошло и пяти секунд, как эти двое затащили его в ближайшую дверь которая оказалась кладовой с вещами для уборки и хранением разного барахла. Они быстро скрутили страну, связали его руки за спиной, связали рот тряпкой и угрожали ножом по шее. Датчан мог бы легко с ними справиться, будь у него сейчас феромоны или не окажись он в положении. Его тело сейчас слабое и любое перенапряжение может навредить детям, поэтому Дания решил терпеть, надеясь, что его отпустят. Его лицо совершенно не паниковало, было более спокойным и холодным. В такой момент, он мог легко не впасть в панику и сразу же логический всё обдумать. Скорее всего, эти двое либо наёмники, либо убийцы, а может и то и другое, и их явно не интересует голова воплощения. Приди они по его душу, проникли бы сразу в его спальню, а не рыскали бы вокруг кабинетов и комнаты с архивами. В такой момент, вспомнились слова короля и его советника, которые после войны, обложили налогом всё дворянство, из-за чего некоторые были явно недовольны. Особенно тем, что король лез в их торговые пути и таким налогом явно пытался найти, как он говорил «вредителей». Кончено же дворяне не стали бы сидеть сложа руки и наверное решили убрать улики. Вот зачем тем двоим нужны были кабинет короля и комната с архивами, чтобы стереть или украсть записи!

Вот это мне повезло!

      Немного с сарказмом подумал Дания, явно удивляясь своей удаче. Вечно в такие моменты ему крайне не везёт, Бога обидел что ли? — И что мы с ним будем делать? — спрашивал кто-то из наёмников, всё ещё держа нож на горле воплощения, чтоб не сопротивлялся. — Да просто оставим здесь пока не завершим задание. Утром его найдут. — А если проболтается? — Лица наши он не видит, а значит и не сможет узнать. — Хорошо. — Переждём здесь пару минут, вдруг кто-то пойдёт его искать, потом продолжим задание.       В течении пяти минут, все трое сидели в тишине и в такой обстановке, людское любопытно давало о себе знать. Парни никогда ещё не видели воплощение так близко, а так, издалека как мирные жители и это был предел. Подойти к нему близко, не предоставлялось возможным, особенно если у тебя были плохие намерения. Поэтому у парней интерес был, признают. Они хотели проверить, правда ли их тело так сильно отличается от человеческого? Первый из наёмников собирался раздеть его лишь сверху, но когда только потянулся руками, Даниэль со всех сил оттолкнул его ногами, быстро прикрыл живот подняв колени и смотрел на тех двоих с нескрываемой злобой. Это уже скорее сработал инстинкт, вот только парням явно не понравилась такая реакция. — Ах ты!       Один из них ударил его по лицу и явно усмехался над положением жертвы. Смешно, они ведь думали что воплощения какие-то особенные, умные, невероятно сильные и гордые существа, а это воплощение выглядит так жалко, будто специально хочет потешить их уверенность и высокомерие. Вроде же они сильны, уверенны и очень умны, а Дания выглядит зажатым, слегка напуганным и больше похож на загнанного в угол кролика, чем на опасного хищника. Пусть скандинаву и удалось отпихнуть от себя этого наёмника, не понимая его намерений, заставить их отбросить эту затею проверить кожу он не смог. Парни вновь потянулись к нему и даже несмотря на дёргания датчанина, смогли разорвать одежду сверху оторвав пуговицы. Со стороны это было больше похоже на домогательство, чем на простой интерес к его необычному телу. Наёмники видели красноватую кожу и явные накаченные мышцы, но тут, глаза зацепились за небольшой, выпирающий живот и парни слегка удивились. Такие мышцы на руках и ногах и такой жир на животе? Что-то не сходится. — Ты тоже думаешь что это странно? — не зная что и сказать спросил первый. — Немного. Когда моя жена была беременна, в первые месяцы у неё тоже был такой живот. Может... — Серьезно? Но он же мужчина! — Откуда нам знать их особенности тела? Может он вообще и не мужчина, а женщина?! — ответил второй на дерзкий тон своего партнера. — А давай проверим. — Ты идиот?! У нас задание! — Да я всего на минуточку. — Делай что хочешь. — отозвавшись, как понял Даниэль более адекватный из них, пошёл в сторону двери и собирался выйти по тихому, чтобы проверить нет ли кого вокруг. А в этот момент, первый парень уже потянулся руками к штанам Дании, даже несмотря на его громкие мычания и яростное сопротивление.       Ему и вправду было интересно, чем же эти воплощения от них отличаются. Он не хотел бы терять такую возможность и поэтому рискнёт, но вдруг послышался грохот. Это был Шотландия, который просто проходил мимо направлялся в библиотеку за новой книгой, но вдруг заметил как какой-то подозрительный человек выходит из комнаты. Своим слухом он сразу же услышал сопротивляющееся мычание Дании и сразу же узнал его. Долго думать не пришлось и шотландец со всей силы врезал тому парню в лицо, припечатав к стене, от чего он потерял сознание, но перед этим разбив часть двери. Конечно же второй наёмник это услышал и сразу же взял Даниэля в заложники, приставив нож к горлу. Чтобы ни происходило, эти двое не были дилетантами и вместо паники один из них сразу же сделал логическое решение, взяв того в заложники. — Еще хоть шаг и я убью его!       И чтобы доказать что он не блефует, парень поднёс нож поближе и у датчанина начала стекать капля крови. Арон от этих действий выглядел злым, по настоящему злым и это слегка напугало даже Данию. Наёмник так вообще паниковал, но из-за оружия в руках, Шотландия не рисковал подойти к другу и помочь. В случае чего, скандинав не единственный кто пострадает. Он обещал Риму перед своим переездом, что позаботится о нём в такой период времени, а шотландец не из тех кто бросает свои слова на ветер, да и он успел даже слегка привязаться к Даниэлю. Напряжение в воздухе росло, ситуация опасная и если не принять меры, кто-то точно пострадает. И в такой момент, датчан не стал терпеть и чуть подкосив колени под себя, резко сделал выпад вверх, ударив того парня головой и позволив Арону схватить его и скрутить руки за спиной. Поняв что скандинаву ничего не угрожает, он слегка вздохнул с облегчением.       Не прошло и пяти минут, как на шум прибежала Норвегия с Швецией, пара слуг и охрана. Последние скрутили обоих наёмников, а страны помогли Дании развязать верёвки. Шотландия не позволил людям пройти дальше и быстро прикрыл тело Даниэля его одеждой, чтобы никто не увидел его положение, точнее живот и вынес его из комнаты. — Уведите этих двоих в камеру! Мы с ними потом разберёмся! — отдал приказ норвежец и вместе с остальными направился в сторону комнаты Дании.       Когда они дошли до его спальни, они помогли тому лечь и остались рядом, ведь это было опасно. А сейчас, датчан очень чувствителен ко многим вещам и его эмоции явно будут на взводе. Все надеялись на то, что этот случай не слишком сильно отразится на детях, ведь, в данный момент они были в приоритете даже для самой Дании. — Тише. — Шёпотом начал Арон, поглаживая скандинава по голове и таким жестом успокаивая. — Ты всё правильно сделал, ты защитил их, не рисковал их жизнями, поэтому всё будет... хорошо.       Дания от его голоса засыпал. Он испытал такой стресс за это время, подвергся домогательству, почувствовал такую беспомощность и одновременно огромное желание защитить тех, кто внутри него. Это и есть... материнский инстинкт? Пока он отключался, в голове прошлась мысль:

Надеюсь, они не пострадали...

***

      Последующие месяцы прошли гораздо спокойнее. Рим когда узнал о случившемся с Данией, чуть ли не рвал и метал, а узнав о том, что эти двое виновников ещё живы, был готов самолично их казнить. Единственное, что его остановило это то, что Дания лично попросил его не придавать этому большое значение. Он не хотел бы привлекать таким образом большое внимание и сказал, что главное то, что всё хорошо закончилось. Дети не пострадали, а это самое главное. Король конечно же не остался в стороне и также узнал не только об инциденте, но и о том почему датчан вообще не смог оказать сопротивление. Конечно, принять факт того, что мужчина может беременеть, очень трудно, но то что вторым отцом был Римская Империя, шокировало его гораздо больше. Конечно же король согласился сохранить это в тайне, ведь это может сильно сказаться на их репутации. Но, в общих чертах всё закончилось благополучно. Прошедшие полгода были спокойные, но только не для Даниэля. С каждым месяцем живот рос и это его пугало, он вырос, даже слишком сильно вырос и такой размер не мог принадлежать просто «одному» ребёнку. Предположение что будет двойня, становились всё крепче и крепче, а когда датчан вспомнил, что у него в семье чаще рождались близнецы, нежели один ребёнок, не особо удивился. Но вот роды пугали сильнее всего, тут и с одним ребёнком бывает трудно, а у него их двое и это первые роды, а они как известно, самые болезненные. Стресс, страх перед этим и общее давление пугали неслабо. Дания даже пару раз думал о том, чтобы убежать, но по итогу пытался собраться с мыслями. Перед любыми трудностями всегда бывает страшно, а если от этого зависит чья-то жизнь, то тем более.       И так, настал тот самый день. Крики начались поздно ночью и продолжались сами роды несколько часов. Тогда напряжение так и стояло в воздухе, а Рим просто выглядел взволнованным, хотя внутри него бурлили потоки самых разных мыслей от обычной паники, до настоящей паранойи. Эти пару часов были настоящей пыткой буквально для всех, Дании физический, другим морально. Они как воплощения настолько привыкли к абсурдности природы, что могли ожидать всё что угодно. Такую паранойю будет тяжело успокоить, но когда послышался первый детский плач, а спустя пять минут ещё один, все вздохнули с облегчением.

Родились!

      Зайти были позволено лишь спустя час после рождения детей и Ремус забежал как ошпаренный. Даниэль не спал, но выглядел он так себе, явно был физически истощён, но улыбка на его лица никак не сходила, когда он бросал взгляды на то, что было запилено в одеяло. Империя медленно подошёл к любимому и поцеловал его в лоб, шепча огромные слова благодарности и хвалил за хорошую работу. Он справился и такое нужно ценить. Норвегия и Швеция, пока пара мило улыбалась друг другу, уже успели взять малышей на руки и начать умиляться с их вида, вот только шокированы они были явно не меньше. Они дали малышей родителям и только тогда, римлян смог рассмотреть их.       Дети, оба мальчика, были воплощениями, но один из них отличался кардинально. Старший обладал флагом! С рождения! И грек узнал этот флаг! Этот флаг принадлежал бывшему герцогству, а ныне Австрийскому Королевству рода Габсбургов, которое находилось под его влиянием. Флаг состоял из двух цветов, разделённых горизонтально — сверху он был чёрный, а снизу желтый. Волосы малыша были такие как у Рима, но когда тот открыл глаза, понял, что достались они ему от Дании. Тёмные волосы и красные глаза, с уже устоявшимся флагом выглядело завораживающе. Его будущее точно будет непростым. Второй ребёнок к слову флагом не обладал, но это ничего, со временем он его получит, когда его время придёт. Второй мальчик тоже обладал темными волосами, но вот глаза его были совсем не как у них с датчаном. У малыша глаза были голубые, настолько насыщенные, словно ровная, морская гладь и невозможно было оторвать от них взгляда. От кого они достались, непонятно, но это только добавляло ему шарма. Мальчик точно будет красивым, очень и очень красивым. — Поздравляем молодых родителей! — криком поздравил их Швеция. — А точно ли молодых? — слегка с усмешкой уточнил Норвегия. — Не слушайте этих двоих. — Начал Шотландия, пытаясь сдерживать улыбку, которая так и наворачивалась на лицо. — Главное, что вы теперь официально семья. Ну а мы пожалуй выйдем. — Что, это почему? — негодовал швед. — Они должны выбрать детям их истинные имена и нам их знать нельзя. — Напомнил норвежец и получив кивок от младшего, все трое покинули комнату. Да уж, семья у детишек будет большая и явно не без приключений. — Дания, как мы их назовём? — Я думал насчёт имени Астория, или просто Астор. — Стоп, разве не так звали твоего... — Да, это было его имя.       Даниэль слегка тяжко вздохнул, вспомнив своего первого сына и жену, которые погибли много лет тому назад. Эрна очень хотела назвать сына именно Астория, так пусть же это имя достанется старшему из мальчишек. Может, перерождение души не является вымыслом? — Что оно означает? — Оно означает звезда. — Прекрасно. — Рим, давай ты дашь имя младшему. — Хорошо, тогда... тогда его будут звать Прийт, что означает спокойный. — Хорошо. Добро пожаловать в наш сложный, но прекрасный и радостный мир. Астор, Прийт, мы ваши родители. — С улыбкой сказал Дания и даже расчувствовался. За это время он стал уж слишком эмоциональным, но, в такой момент, невозможно сдерживать эмоции. Полностью детей теперь звали:

Австрийское Королевство Астория И Герцогство Пруссия Прийт

      Родители точно начнут делать всё, что от них зависит, пусть в начале и было сложно это принять. Они никогда не были готовы к такому, лишних слов не надо, лишь то, что они чувствуют. В начале, пара не думала что справится, всё это было так неожиданно, так странно, так... резко. Подготовиться к этому морально, занимало так много времени, что даже работа отошла на второй план. Они неосознанно начали смотреть на другие семьи, на родителей и на их детей. Какие эмоции отображаются на их лицах? Счастье? Веселье? Спокойствие? Нет, это покой, не состояние в который они могут впасть, а именно душевный покой. Родители сделают всё чтобы защитить и вырастить детей, а дети всегда знают, что их родители будут рядом и помогут им в трудную минуту. Смотря на них, Дания и Рим задавались вопросом. Смогу ли я стать таким же родителем? Смогу ли я дать им то же, что и другие? Это было так странно... Так неосознанно смотреть на других, искать в их глазах себя... и не находить. Понимать, что ты будешь отличаться, что ты будешь делать всё совершенно не так. Но разве это значит что они будут плохими? Разве это не поможет получить, индивидуальность? Почему то, что они воплощения, что они отличаются от людей, может помешать им вырастить хороших детей? Хороших правителей? Хороших личностей? Ничего им не помешает! Признать то что с людьми их сравнивать, будет глупо? Да, это глупо. Они не люди. Не были и никогда ими не будут, даже если бы стали ими потеряв связь. Нет, это уже будет оболочка. Полноценными людьми им не быть никогда! Воплощения эгоистичны, слегка лицемерны, могут быть слишком рациональными и скрытными. И именно эти качества, то что они ни за что не захотели бы видеть в своих детях. Для них самым прекрасным будет то, чтобы их дети не были похожи на них самих. Если это удастся, не будет им и большего счастья чем это. Их желание обладать и подчинять, расти и управлять, одновременно и дар и проклятье. Простой жизни им не понять, роскошь и тщеславие, меркантильность и жестокость. Почему должна быть лишь такая среда? Это их же собственное наказание, которое передастся следующему поколению, а оно в свою очередь следующее и так до самого конца, пока нить их не оборвётся.       ВСЁ ЭТО, то что воплощения понимали с самого начала, словно бы их заложенный инстинкт. Для них дети, это не что-то прекрасное, это что-то поистине страшное. Ведь обладая ими, они самолично рушат тот луч что в них есть, как когда-то они могли потерять свой. Византия была как раз таки похожа на таких же детей и многие неосознанно тянулись к ней, надеясь вновь прочувствовать то, что потеряли сами. Вот только, даже этот луч погас в небытии, а ответа они так и не нашли. Видимость счастья будет у всех, но вот поверить в него полностью, увы, никогда. Можно будет лишь прожить жизнь так, как она есть. А дети? Дети будут таким же наследием и если у их родителей будет шанс оттянуть этот момент разлома до последнего, они это сделают. Не задумываясь разорвут свои сдерживающие цепи и закроют то, что нужно защищать. Вот это она и есть...

Любовь воплощений.